Душевно богатый душевнобольной

Писала под две песни Bring Me The Horizon — Can you feel my heart Bring Me The Horizon — Deathbeds

***

— Мистер Джозеф? — как только Тайлер вошёл в открывшиеся с трудом двери психиатрической больницы, к нему подбежала молодая девушка в медицинском халате. Сама она была довольно опрятной на вид: тёмно-русые волосы, убранные в аккуратный хвост, бледно-голубые глаза с чуть подкрашенными ресницами и тонкие губы, обведённые по краям красным карандашом. — Мы ждали вас. Пройдёмте за мной. Она повернулась и медленно пошла вглубь коридора. Тем временем Тайлер внимательно изучал всё вокруг. Стены были выкрашены в мятный цвет, плавно переходящий в белый оттенок потолка. По полу стелилась гладкая ковровая дорожка серого цвета. Мимо него проходили не менее опрятные, чем медсестра, врачи. Некоторые везли перед собой инвалидные коляски с пациентами. Кое-где можно было увидеть пациентов с палочками в руках, которые медленно передвигались по коридору. Медсестра подошла к лифту и нажала на кнопку вызова. — Проедьте на пятый этаж. Там пройдите по коридору налево и зайдите в 52 кабинет. Там вас ждёт директор. Удачи. — с этими словами она вежливо улыбнулась и пошла в обратную сторону. Тайлер вошёл в распахнутые двери лифта и нажал кнопку с цифрой 5. После нескольких секунд двери лифта снова открылись и перед ним на стене показалась большая табличка с надписью «5 этаж». Как только его ноги оказались за пределами лифта, обстановка вокруг него резко поменялась. Обшарпанные стены, на полу куски штукатурки, упавшей с потолка. Линолеум содран и кое-где сохранился лишь небольшими кусками. Большая часть ламп разбиты и лишь одна освещала практически весь коридор. Тайлеру показалось, будто он попал не в больницу, а внутрь своей души. Там определённо всё было так же. И по тому, что он видел, было понятно, что фраза «храм души» к нему явно не относилась. Это был склеп. Обшарпанные стены — всё то, что он годами сдирал со своей души обманом и безразличием. Обвалившаяся штукатурка — несбывшиеся мечты. Содранный линолеум — растоптанная самооценка. И одна единственная лампочка — надежда, всё ещё живущая где-то в глубине. Надежда, которая скоро потухнет. Тайлер медленно побрёл по коридору налево, как и сказала медсестра. По всему периметру было множество дверей. Большая часть из них были железными и закрыты на замки, обмотанные цепями. На некоторых деревянных можно было разглядеть следы ногтей, будто кто-то так сильно жаждал попасть внутрь. Наконец, почти в конце коридора, показалась обшарпанная деревянная дверь с табличкой «кабинет 52». От когда-то полноценной ручки осталась только половина, и Тайлер осторожно потянул дверь на себя. Со скрипом петель дверь открылась, и перед ним предстал большой кабинет. Здесь обстановка была та же, что и на первом этаже. Аккуратно выкрашенные стены, ковёр и побеленный потолок. У окна стоял большой дубовый стол. За ним стояло кресло, повёрнутое спинкой к Тайлеру. Над ним была видна часть чьей-то макушки и торчащие короткие каштановые волосы. — Кхм, кхм. Здравствуйте. — Тайлер сделал нерешительный шаг вперёд и ровно в этот момент кресло на колёсиках резко повернулось. Перед Джозефом сидел мужчина средних лет, с короткими каштановыми волосами, зачёсанными на бок. Он был одет в белый врачебный халат и его руки были сложены в замок у рта. Он смотрел на Тайлера исподлобья пристальным изучающим взглядом. — Здравствуйте, мистер Джозеф. Присаживайтесь. — он взглядом указал на стул перед ним. Тайлер немного поколебался, но в итоге сел. — Что ж. Меня зовут Фрэнк Айеро. Можно просто мистер Айеро. Я директор психиатрической больницы Кингз-Парк и по совместительству врач-психиатр. — он продолжал смотреть на юношу всё тем же взглядом, перебирая пальцами. Тайлеру показалось, что не этот человек должен лечить психически больных, а лечить должны его. Уж больно он был похож на ненормального. — Можно посмотреть ваше резюме? — он протянул руку. Тайлер отдал ему чёрную папку, которую ранее держал в руках. На самом деле то, что его резюме лежало в чёрной папке было довольно символично. Это было будто досье, список всего, что он успел натворить за свою недолгую жизнь. Мужчина, как бешеный, вскочил со стула, выхватил папку и стал мерить кабинет широкими шагами, при этом внимательно вчитываясь в печатные буквы. Тайлер нервно съёжился. Впервые его лицо стало выражать хоть какие-то эмоции, кроме безразличия. Страх, смятение, и даже паника ясно читались в его глазах. Он чувствовал себя мышью, загнанной в клетку. Он не ощущал ничего подобного уже много лет. Его никогда не волновало ничего вокруг, но не сейчас. Эта больница могла вселить ужас в любого, кто поднимется дальше ее первого этажа. Она уже держала в страхе весь город. И Тайлер решил, что все те слухи были вполне оправданы. Это не больница, это ад на земле!

***

— Что ж, мистер Джозеф. Это ваш кабинет. — та же медсестра, что показывала Тайлеру путь по больнице, сейчас провела его в большой и светлый кабинет. Он находился на том же этаже, что и кабинет мистера Айеро. В который раз проходя по обшарпанному коридору и затем переступая порог отремонтированной комнаты Тайлер не мог сдержать отвращения и неприятной кислоты во рту. Его буквально выворачивало от осознания того, что пациенты содержатся в откровенно ужасных условиях, а врачи тем временем любуются картинами, развалившись на кожаных креслах. Ему была омерзительна вся эта несправедливость. А самым неприятным было то, что теперь он сам будет довольствоваться роскошью, в то время как его пациенты будут спать на полу. Тайлеру в который раз стало противно от самого себя. — Вон за той дверью — девушка указала на деревянную дверь в углу. — располагается ваша жилая комната. Вам ведь сказали, что теперь вы будете жить здесь? Тайлер утвердительно кивнул. Конечно, когда мистер Айеро сказал об этом, он был, мягко говоря, в шоке. Но ему действительно нужна была работа. Тем более, проживание в больнице имело свои плюсы. Во первых, он всегда будет на работе. Во вторых, здесь его будут содержать бесплатно, да ещё и платить за это. — Отлично. Там есть спальня, душевая и небольшая кухня. Располагайтесь. — девушка вышла из комнаты, оставляя Тайлера одного в звенящей тишине.

***

Тайлер медленно брёл по коридору. В помещении не было ни души. Его пугала абсолютная тишина. Вокруг всё те же стены с потёртыми обоями. Во многих местах они были заполнены граффити. Рисунки были разные. Это были как надписи, так и что-то абстрактное и непонятное. Но больше всего было слов и мольб о помощи, написанных без вычурных шрифтов, иногда даже простым маркером. Кое-где были пустые дверные проёмы. За ними были такие же обшарпанные стены с граффити. Тайлер вошёл в один из них, но ничего не изменилось. Всё тот же коридор, хотя раньше ему казалось что за «дверью» должна быть комната. Когда он развернулся, чтобы выйти, перед ним было множество дверных проёмов, стоящих друг за другом, и только в самом конце можно было разглядеть белую дверь с кое-где слезшей краской. Джозеф, не задумываясь, пошёл вперёд. Меж дверьми было что-то наподобие коридоров, но он бы никак не прошёл там, даже боком. Сколько он не шёл, дверь не приближалась, а наоборот казалась ещё дальше. Со временем Тайлер стал замечать, что в полу появляются маленькие дырочки. Чем дольше он шёл, тем больше были эти дырки, и некоторые уже и вовсе были сквозными, в них можно было видеть кусочки нижних этажей. Теперь Тайлер шёл осторожнее, смотря под ноги, потому что многие дыры были размером с его ботинок. С разных сторон дул ветер, усиливаясь с каждым сделанным шагом. Тайлер и не заметил, как ветер перерос в бурю, поднимающую всё в воздух. Пол под его ногами стал и вовсе крошиться, огромными пластами вздымаясь вверх. Теперь Тайлер стоял на небольшой части бетона. Вокруг него происходило что-то страшное. Мусор и грязь летали в воздухе, создавая собой смерч. Пыль летела в глаза и застилала всё пространство. Самые крупные куски бетона разрушали стены, врезаясь в них. Больше не было видно нижних этажей. Тайлер просто висел в воздухе на куске того, что раньше можно было назвать полом. Единственное, что можно было разглядеть, это дверь, находящуюся в нескольких метрах от него. Оставалось сделать только шаг. Белая дверь открылась сама по себе, побуждая Тайлера воплотить его мысли в реальность. Спустя несколько минут раздумий, Тайлер глубоко вдохнул и сделал большой шаг. Вмиг всё стихло и дверь за парнем захлопнулась. Он стоял в большой комнате без окон. Под потолком висела одна тускло горящая лампочка. Все стены были исчерчены полосками, по три из которых были зачёркнуты. Будто кто-то считал дни. Дни до того, чтобы выйти отсюда. Снова подул лёгкий ветер. Тайлер обернулся, думая, что он из двери, но её там больше не было. Он просто оказался заключённым в четырёх стенах. С разных сторон, вместе с ветром, начали доносится пока приглушённые голоса. Их было очень много, они различались по тембру, по громкости, по тому, что произносили. Кто-то кричал, кто-то молил о помощи, кто-то шептал одну и ту же фразу «уходи». Половину фраз Тайлер не мог разобрать, но отдаленно понимал что они были на испанском, немецком, французском и других языках. Голоса становились всё громче. Даже те, что ранее шептали, теперь срывались на крик. В голове Тайлера всё смешалось. Сотни голосов, сотни фраз, сотни мольб, сотни криков! Всё это просто разрывало на части и никак не соглашалось помещаться лишь в одной черепной коробке. Оно проникало в сердце, в лёгкие, пробирало до мурашек, оставляло ужас покалыванием на кончиках пальцев. Оно рвалось наружу, и Тайлер просто не мог сдерживать это. Из его горла вырвался крик. Крик помощи, крик отчаяния, крик мольбы.