Коматаназия

Личное дело: Фамилия: Фишер Имя: Роберт Цвет волос: шатен Глаза: голубые Рост: 175 см Возраст: 42 лет Особые приметы: нет Примечание: глава бизнес-империи «Фишер Морроу».  

***

Дождь лил стеной, размывая привычные очертания небоскрёбов за окном.      Дождь — это всегда противоречие. Его любят, когда в летний знойный день он приходит и приносит прохладу. Его ждут романтики, ищущие в вдохновения. Ему радуются влюблённые парочки, которые снимают обувь и танцуют по мокрому асфальту, подставляют лица и ладони навстречу каплям небесной воды, воспринимая дождь, как благой знак новой жизни.      Дождь ненавидят. Он приходит тогда, когда ты стоишь на вокзале и прощаешься с родными сердцу людьми, принося пронзающий холод. Дождь приходит с депрессией и разрешает тебе рисовать на окне узоры, прозрачными капельками, сбегающими вниз. Он приносит воспоминания о прошлых годах, о потерях и о том, что должно произойти, но так и не произошло.      Роберт Фишер — глава энергетической империи «Фишер Морроу» был увлечён совсем не вопросами акционеров, а полностью погружен в воспоминания, глядя на то, как за большим панорамным окном кабинета, разверзлись небеса, поливая уставший бизнес-центр города, потоками воды.   Он часто вспоминал о детстве, о семье именно в такую погоду.   — Мам, — маленький Робби протянул ручку к мягкой ладони матери, она крепко сжала её в ответ. — Откуда идёт дождь?      Мама, до этого глядевшая в окно машины, на которой они ехали в аэропорт Хитроу, повернулась и взглянула ярко-голубыми глазами на лицо любимого пятилетнего сына, так похожего на неё.   — Из туч, дорогой, — мама улыбнулась и пригладила шёлковые тёмные волосы Робби. — Солнышко нагревает моря и озера, вода превращается в пар и поднимается к небу, а потом вновь спускается на землю, уже дождём.   Мальчик качнул ногой и уже глядел на капли с осознанием проделанного ими пути.      В одиннадцать лет, дождь пришёл с болью, когда худой и нескладный подросток вбежал в кабинет отца со словами «Я тебя ненавижу!». Матери больше нет и отец, до этого будучи всесильным и добрым, просто развёл руками на этот выплеск ярости, став тираном и пьяницей.    — Пошёл вон, щенок! — отец вскочил с кожаного кресла и жестом указал на дверь.      Роберт пытался сдержать злость и рыдания, а потому сорвался в бег по бесконечному коридору загородного отцовского дома, пока не вырвался на улицу под ледяные капли дождя, смывающие бессильную ненависть и такие позорные слёзы.      Вот теперь ему сорок два и рядом нет ни отца, ни матери. Свою семью создать так и не смог, ссылаясь на нехватку времени при владении бизнесом. Возможно, старые травмы и ошибки родителей помешали этому удивительному мужчине стать хорошим семьянином.      Роберт протянул руку к окну и прикоснулся кончиком указательного пальца к прохладной глади стекла.   — Мистер Фишер, вы считаете разумным построить совместную атомную станцию с Японией на территории Штатов? — из раздумий, голубоглазого мужчину, вывел резкий вопрос японца, которого звали Кенджи Сайто.   — Считаю, мистер Сайто, — Роберт быстро проморгался, отгоняя от себя нахлынувшие воспоминания. — Я согласен тесно работать с вашей компанией и не считаю, что конкуренция — путь к нашему общему благосостоянию.   Японец с хитрым взглядом, по-самурайски спокойно выдержал паузу, обдумывая предложение и тут же ответил:   — Хорошо. Уважаемые партнёры, — Сайто встал с кресла и обратился к акционерам. — Можете оставить нас с мистером Фишером наедине?   Седовласые олигархи- энергетики недовольно покидали места, прихватывая с собой документы и портфели. В кабинете Фишера стало тихо и спокойно. Спиной к серой стене дождя сидел Роберт, на другом конце стола, упирался кулаками в тёмную древесину столешницы, японский бизнесмен.   — Роберт, — Сайто буравил взглядом оппонента. — Нужно вложить треть твоих годовых доходов в эту постройку. Ты сможешь обеспечить финансовые гарантии?      За последние пять лет многое изменилось: империи Фишера и Сайто в единый миг начинают разваливаться, поскольку на энергетический рынок пришёл соперник с несоразмерными амбициями, который потенциально опаснее всех предыдущих.   Роберт потер кончиками пальцев виски и выдохнул:   — Кенджи, я думаю, что сейчас не время бояться. Нужно оказать сопротивление «Эмертаймз». Мы можем потерять все наши станции.   Японец многозначительно постучал рукой по столу, взглянул на часы и направился к двери.   — Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь.   Дверь за Сайто закрылась, оставляя Фишера одного. Он минуту сидел и обдумывал предложение японского коллеги, потом встал с кресла и направился за Кенджи. Акции их компаний стремительно падали, в то время как противник продолжал вести политику демпинга, занижая цены донельзя. Настало время атаки, а не обороны, поскольку если продолжать выжидать лучших моментов, то можно попросту обанкротиться.   — Добрый день, мистер Фишер, — вскочила со своего рабочего места секретарша Роберта, увидев начальника.   — Добрый день, Эмма, — вежливо и мимолётно кивнул Роберт, ища в коридоре этажа «Фишер Морроу» Сайто. Возможно он прав? Может быть им нужно объединиться против «Эмертаймз», а не вкладывать деньги в новые проекты? — Мистер Сайто уже уехал?   — Нет, мистер Сайто разговаривает с людьми в приёмной. Вас ожидают…   — Разговаривает с посетителями? — Роберт округлил глаза и направился вперёд.   Фишер вышел в приёмную и увидел разговаривающего Сайто с двумя незнакомыми людьми: парнем, с уложенными волосами, в тёмном костюме-тройке и девушкой в классическом маленьком чёрном платье.   — И что я получу взамен? — раздался приглушенный голос Кенджи, который стоял к Роберту спиной.   Как только молодые люди увидели Фишера, они прекратили разговор и, заметив заминку, Сайто обернулся.   — Роберт. Ты что-то хотел?      Японец подался вперёд, покидая собеседников и занимая внимание Фишера собой. На миг, Роберту показалось, что Сайто не желал встречи с людьми, с которыми он беседовал, а ещё больше не хотел, чтобы с ними встретился Фишер.   — Мы знакомы? — Роберт подошёл к молодым людям. Их лица казались смутно знакомыми, будто бы это старые друзья, с которыми он не виделся больше двадцати лет.   — Мистер Фишер, мы можем поговорить с вами о деловом предложении? — миловидная девушка резко перешла в наступление. — С вами и мистером Сайто? Наедине.      Роберт оглянулся на Кенджи: он растерян, хотя и не хотел этого показывать. Фишер пожал плечами и согласно кивнул. Узнать настроение Сайто было непросто: за три года крепкого сотрудничества, Роберт не узнал истинных целей политики бизнеса Кенджи, но твёрдо знал, что ещё семь лет назад его японский коллега едва не лопнул «Фишер Морроу» вместе с дядей Фишера. Это случилось как раз тогда, когда умер отец. В это сложное время все акционеры были уверены, что компания Мориса Фишера развалится, но Роберт сумел преодолеть свои страхи и даже смог укрепить бизнес-империю на азиатском континенте.   — Да, конечно.      Фишер пригласил посетителей в свой кабинет и попросил свою секретаршу принести всем кофе. Его заинтриговала эта встреча и он всеми силами пытался вспомнить, где он мог повстречать этих людей. Роберт глядел на строгое лицо молодого человека и тот внимательно смотрел на него. Ощущение дежавю висело в воздухе. А ещё запах. Фишер чувствовал яркую ноту смородины в аромате парфюма девушки, которая изучала его лицо, будто бы пытаясь выискать нужную эмоцию. Смородиновый запах бессовестно щекотал нос Роберта и будто бы помогал вспомнить лица людей.   — Мистер Фишер, — как только все присутствующие заняли свои места за столом, слово взял парень, пришедший с девушкой. — Меня зовут Артур, и я пришёл просить вас и мистера Сайто, оказать финансовую поддержку нашему близкому коллеге Доминику Коббу.      Сайто заметно помрачнел и отвёл взгляд в сторону. Роберт нахмурился: Доминик Кобб? Слишком знакомое имя, но он не помнит кто это. Будто бы забываешь текст песни и пытаешься вспомнить.   — Напомните, где мы с вами встречались? — решился спросить Фишер, не отводя глаз от японца.   — Семь лет назад, — Артур продолжал спокойно отвечать. —Мы встречались в…   — Я помню вас, — Роберт застыл на месте и его взгляд замер на лице девушки.    Подсознание Фишера возвратило его назад. Это был один из самых мрачных дней его жизни.  Самый сложный перелёт, когда личный самолёт сломался и пришлось лететь регулярным рейсом. Кажется, он тогда перебрал с виски, ведь ему снился странный сон, будто бы прилетел в Лос-Анджелес и шёл неистовый дождь. Тогда все мысли миллионера были связаны с почившим отцом и принятием в свои руки огромной бизнес-империи. Тогда в такси произошло похищение, но лиц, нападавших он не помнит. Зато помнит этот чёртов ледяной дождь и пыль от мешка на голове. И когда дядя Браунинг стал не самым близким человеком, а врагом. Похищение для бизнесмена — это всегда требование денег, но тогда киднеперы требовали код. Тогда его слишком крепко ударили по голове и ему даже приснилось, совсем фантастический сон, где был живой отец, а до этого был фешенебельный отель и крепость. Опутанный проводами и трубочками отец, лежащий на смертном одре. Боже, как оказалось это странно. Но людей он помнит в самолёте. Точно они летели до этого момента вместе в самолёте! Попутчики!   — Мы летели одним бортом, ведь так? — Роберт выдал своё предположение.   — Да, мистер Фишер, — Артур несмело улыбнулся. — Простите, я думал, что вы нас не вспомните. Вы были не в себе…    Роберт смутился: значит точно он перебрал с виски, но зато теперь он вспомнил всё. Светловолосый Доминик Кобб с его предложением выпить за почившего отца и вернувшего потерянный паспорт на борту боинга.  Они долго беседовали и напротив была эта девушка, сидящая в большом бизнес-кресле, сложив ноги по-турецки.   Это напоминало сон, а может быть это и был сон? Но всё это заставило Роберта послушать просьбу далее.   — Он находится на грани жизни и смерти. Мы должны попытаться продлить подачу препаратов, поддерживающих его и запретить отключение аппарата искусственной вентиляции лёгких.   Теперь вопрос Сайто, прозвучавший в коридоре, стал понятен.   — Взамен мы можем предложить услуги по подготовке против шпионажа через сон и возможность внедрения. Вы беседовали с мистером Коббом в самолёте, и он рассказывал вам об этом, — Артур осторожно помолчал. — За парой рюмок виски.   — Да-да, интересная у вас работа. А вы знакомы? — Фишер прерывал Артура и задал вопрос Сайто. Кенджи многозначительно поднял брови.   — Да, мистер Кобб как-то рассказывал о своих проектах, но мне не особо верится в это. Хотя, было бы неплохо, если это было бы правдой. Да, мистер Джонсон?    Сайто улыбнулся Артуру и пронзил его взглядом. Роберт внимательно следил за реакцией коллеги, но никак не мог понять, что же связывало Доминика и Кенджи? Фишер вспоминал тот день с перелётом и вдруг почувствовал дискомфорт: неужели во сне в самолёте Кобб тоже поучаствовал? Но лица людей в его сновидениях не запомнились Роберту, да и утешением служило то, что за полгода до того злополучного перелёта он проходил специальные тренинги против шпионажа в подсознании.   Фишер поднял глаза и внимательно оглядел Артура и его спутницу, понимая, что лишь острая нужда могла привести их сюда.   — Вы можете не только защищать сны и подсознание, но и атаковать, — эти слова прозвучали не вопросом, а утверждением. Роберт тяжело вздохнул и пришел к осознанию той мысли, что с большей вероятностью эти люди уже побывали в его голове. — Что вам конкретно нужно?   С кресла встала девушка, чьи бледные щеки наконец-то запылали румянцем. Молодые люди явно переживали, раз решили просить помощи у своих бывших клиентов.   — Я — Ариадна Камбер. Я видела, как пытался покончить с собой Доминик Кобб. Это было доведение до самоубийства. Нам нужно прежде всего, оказание финансовой поддержки. И возможность закрыть глаза на небольшие правонарушения.   — Вы сможете украсть идею о расширении бизнеса у нашего конкурента? — Роберт тоже сразу решил выдвинуть свои требования и почувствовал, как занервничал, сидящий по правую руку от него, Сайто.   — Мистер Фишер, вы уверены, что этим людям можно доверять? — Кенджи встал со своего места и явно был недоволен скоростью принятия решений коллеги. Он поводил скулами и требовал явного отказа от сомнительного сотрудничества. — Мне кажется, что это все может навредить нашей работе.   — Мы сможем не только украсть, а лучше внедрим в сознание главы компании идею о разрушении бизнеса? — Артур вновь взял право говорить. — Мы можем всё. Любую идею.   — Хорошо, я обеспечу вас всем, чем вы скажете, — Фишер согласился и протянул руку Артуру. Рукопожатие сделало сделку действительной. — Сайто, думаю, что ты тоже можешь принять участие.   Кенджи протянул руку Артуру для рукопожатия, с деланной улыбкой.   — Конечно, Роберт. Но мы должны проконтролировать ваши действия. Я надеюсь, вы не будете против?   Ариадна внимательно глядела, как Артур пожал руку Сайто.   — Всенепременно. Вы можете участвовать даже в самом процессе, господин Сайто, — сказал молодой человек, оценивая отношение к их предложению миллиардеров. — Нам нужно будет проводить тренировки. Вы сможете принимать в них участие?   — Конечно, — ответил японец, поправляя лацканы пиджака. Он сделал это, как бы «между прочим», подчёркивая свою непричастность к путешествиям в голове Фишера семилетней давности.