По краю пропасти.

      Гарри заботливо наложил на сестрёнку Согревающие чары, пока они устраивались на трибунах на своих местах, готовясь наблюдать за прохождениями Чемпионами второго тура Турнира. Не то чтобы Камилла не могла сделать этого сама, просто позволяла братишке такие вот мелкие проявления заботы.       — И что бы их не в январе заставить плавать? — риторически спросил парень, немного передёргиваясь от того, как представил, что это ему нужно было бы сейчас нырнуть в ледяные воды озера, по краям скованные коркой.       Чёрное озеро не замерзало никогда, но… Это слишком громко сказано. Не замерзала лишь его центральная часть, та, где начиналась «глубоководность», а вот отмели и края, вдоль берегов, могли схватиться довольно плотной и толстой коркой, что позволяло студентам использовать эти площади для банального катания на коньках в свободное время. Не только полётами на мётлах и игрой в квиддич развлекались маги: коньки, горки и снежковые баталии у магов тоже были повсеместно распространены. Опять же не то что бы Гарри очень уж страшился холодной воды — он же волшебник, что ему этот холод (?), но всё же непроизвольно, само представление этого, как он ныряет в эти ледяные глубины, заставляло передёргиваться.       — Видимо, в этом испытании, — так же философски ответила Камилла, — основной упор делается не на зрелищность сражения Чемпионов с обитателями озера…       — Тем более, что там особо опасного ничего и нет, кроме водяных чертей-гриндиллоу, — вклинился Драко, пристраиваясь рядышком и накидывая Согревающие на всю поверхность деревянной скамейки на трибуне.       — А на том, чтобы вообще суметь продержаться в ледяной воде целый час, — кивнула на ремарку Камилла. — То есть найти чары, которые им: во-первых — помогут не окоченеть, во-вторых — не утонуть. Впрочем, для семикурсников это не должно быть такой уж сильной проблемой. Даже для нас это уже давно не представляет проблемы, а мы всего лишь на четвёртом курсе. Банальные Согревающие, — кивок головы на Малфоя, который как раз заканчивал вязь чар, — и Головной Пузырь — всё это уровень СОВ. Другое дело, что эти чары нужно суметь удержать в течение целого часа, — Камилла пожала плечами, — вот тут этим умением могут похвастать не все. Ну, и черти с русалками уже как бонус.       Гарри только кивнул. Действительно, это сейчас Драко тут всё согрел, и они прекрасно устроились с комфортом. Пусть чары эти продержатся недолго, но к тому моменту они будут греть поверхность уже своими попами, не давая им остыть на ледяном ветру, да и никто не отменял возможности в любой момент подновить чары. А если это делать ещё и по очереди, так продержаться можно не только час, но и гораздо большее время.       Как ни крути, но по силе и внутреннему резерву маги всё же сильно различаются. И это факт, который на кривой кобыле не объедешь, что бы там ни вещала Великая Уравнительница всех со всеми — Грэйнджер. И оценки за СОВ — Совершенно Обычное Волшебство — явный тому пример. Ведь дело даже не в том, как усердно ты учишь учебники или читаешь дополнительную литературу. Опять же, это и было доказано на примере той же Грэйнджер, когда она уже в конце второго года обучения скатилась со своего «пьедестала» самой успевающей ученицы Хогвартса. Дело в том, как качественно и долго ты можешь удерживать своё колдовство под контролем. Ведь не просто так их на Чарах после первого курса просили заставить танцевать ананас.       Балаганный фокус, как думала та же Грэйнджер, хотя с усердием заставляла этот ананас танцевать — оценку-то получить хотелось «Превосходно», но после сдачи фырчала весь остаток времени до отъезда по домам. Глупейшее колдовство? Кому оно нужно? Зачем? Почему не проверили количество выученных ею чар? Но желающих объяснить ей, что…       А всё было очень даже просто. Учителей волновало не то, сколько чар выучили первокурсники к концу года. Если ребёнок хочет и старается, то он их выучит и самостоятельно, хоть в школе, хоть дома. Это была проверка уровня силы, контроля над ней и её «прироста» к концу первого года, которые на порядок должны отличаться от тех, с которыми дети поступили в школу.       Но Камилла прекрасно знала, что для того же Ри наложить эти чары на заданный отрезок времени — час — вовсе не проблема. Он их хоть на целый день наложить может и ни капли не устанет. Впрочем, как и многие из их компании. Но своих сил ребята не афишировали, показывая уровень середнячка, характерный для четвёртого курса обучения. Неважно, что сейчас в школе уже совсем другой директор — когда ещё его реформы образования дадут результат? Тем более что они касаются только и только Хогвартса, а не остальных школ магической Британии, которые находятся под эгидой Министерства, а там пока ещё заправляет Фадж, которому умные и образованные избиратели… Впрочем, это уже не так важно, Фадж всё равно скоро покинет свой пост, победить на следующих выборах у него нет ни малейших шансов, а будет «чудить» — присядет на скамейку подсудимых вслед за Дамблдором. Но, как ни крути, а народу во внешнем мире, воспитанного Дамблдором, ого-го! Да и в школе его последователей всё ещё достаточно. Ничего сделать не могут, но периодически начинают хулить нового директора. Ещё бы — Брисфорд не Дамблдор, по головке гладить и конфетки раздавать за явную «пакость» ближнему своему не собирается. Вот тогда-то хулиганы и вспоминали, как вольготно себя чувствовали при бывшем директоре. Так что не фиг всем и вся показывать, на что они реально способны.       — По мне, так проще простого проглотить порцию жаброслей, — фыркнул Невилл, как раз пробиравшийся на скамейку чуть повыше и услышавший последние слова Камиллы.       — Жабросли? — переспросил Гарри.       — Ну да. В Чёрном озере, кстати, они растут. Когда ты их проглатываешь, то у тебя, в зависимости от порции, отрастают жабры за ушами и перепонки между пальцами на руках и ногах. В результате ты дышишь под водой и у тебя улучшаются навыки плавучести за счёт этих своеобразных ласт. Не говоря уже о том, что Головной Пузырь даёт эффект дополнительного искажения видимости, помимо того, что этим эффектом обладает сама окружающая пловца вода.       — Частичная анимагия? — заинтересовался Гарри, большой любитель, как оказалось после двух проведённых на море летних каникул, понырять да понаблюдать за жизнью различных морских обитателей.       Камилла с Гарри под руководством Сириуса уже смогли определить свои анимагические формы. Но обращаться в животное не спешили. Во-первых, у них не было для этого такой «срочной» причины, такого «стимула», как желание составить компанию другу в прогулках под луной. Во-вторых, сами формы были весьма примечательны и моментально бросились бы в глаза, увидь их кто. А потому были в какой-то степени бесполезным навыком. Только «ради галочки», просто потому, что всё же хочется, чуть позже они эту науку усвоят полностью. Хотя уже сейчас, хоть они ещё ни разу не обращались полностью, частичную анимагию использовать могли: зрение, слух, обоняние, скорость реакции.       Гарри — снежный барс, весьма крупный экземпляр, Ками — сама удивилась — манул. Сибирский манул. В общем, животные для территорий магической Британии весьма нетривиальные и заметные, не то что собака, олень, крыса и волк.       — Примерно, но не совсем, — кивнул Невилл. — Это не ты применяешь анимагию, а тебя непроизвольно трансфигурирует из-за употребления указанных водорослей, как зелье выпил. Действие схожее. Зелья же действуют на организм, независимо от того, есть у этого организма магия или нет. То есть зельям совершенно фиолетово кого «лечить» — мага или маггла. Они используют вложенный в них запас магии — как самого зельевара, так и магию составных ингредиентов. Вот и тут так же. Это минус к расходу сил на поддержку каких бы то ни было чар. Хоть Пузырь, хоть Согревающее, хоть та же частичная анимагия. Плюс из-за частичного превращения снижается чувствительность тела к температурному окружению.       — Анимагия тоже даёт такой эффект, — пожал плечами Теодор, только что поднявшийся к Невиллу, но слышавший предыдущую реплику, пока пробирался между рядами.       — Так я же говорю! — воскликнул Невилл, закутался в шарф поплотнее и тоже наложил на себя Согревающее. — Применение частичной анимагии, как и полной, жрёт магический резерв, а жабросли избавляют от этого недостатка.       — Естественная замена аквалангического снаряжения? Прикольно, надо будет летом опробовать, — усмехнулся Гарри, уже с интересом посматривая на чуть рябившую поверхность озера.       Уж очень ему понравилось нырять к коралловым атоллам, только до сих пор они использовали для этих целей как раз Головной Пузырь, а магию это «жрало» недуром. Ведь одно дело фильтровать воздух, собственно на воздухе, где среда особо не различается, другое — отфильтровывать этот самый воздух из более плотной среды как вода, да ещё в количестве, достаточном для свободного дыхания. Вот и получается, что в зависимости от плотности окружающей среды и идёт расход магической энергии на фильтрацию воздуха посредством заклинания «Головной Пузырь».       — И почему мы узнаём об этом только сейчас? — риторически воскликнул Гарри, возведя глаза к небу.       — Жабросли не входят в школьную программу, — пожал плечами Невилл. — Они не полезны, их нигде и никак по-другому, кроме указанного способа, применить нельзя. Это я про то, что они абсолютно инертны для зельеварения. А на Гербологии, как ты сам же и заметил и объяснял мне ещё на первом курсе, мы проходим в первую голову то, что имеет хоть какое-то Практическое значение, в первую очередь в Зельеварении. А это так, баловство, ни для чего более жабросли не пригодны. Да и не все имеют желание глотать какие-то «сопли троллей», да, — утвердительно кивнул головой Невилл на немой вопросительный взгляд Камиллы, — вид у жаброслей самый неприглядный, как и вкус. А есть их нужно непременно свежими и без какой-либо предварительной обработки. Так что маги предпочитают всё тот же Головной Пузырь. Просто в данном случае, я так думаю, водоросли были бы куда выгоднее, чем перечисленные заклинания.       — Да, помимо отсутствия оттока магии на удержание заклинаний, так ещё и свобода концентрации внимания на непосредственной задаче поиска «приза», — кивнул Гарри. — Действительно, я бы и «сопли тролля» в таком случае предпочёл проглотить. Тем более что на самом деле я прекрасно знаю, что это реально водоросли, а не «сопли».       Камилла хихикнула, вспомнив, что братишка её пристрастился не только под водой плавать, но и очень полюбил блюда из морской кухни. А некоторые из них, м-да… Имеют свои специфические особенности. Даже всеядная Ками на них смотреть без приступа тошноты не может, а Гарри уплетает, только за ушами трещит. Взять хотя бы те же мидии — жирный «плевок», плавающий по прозрачной поверхности «нечто» непосредственно в раковине.       Пока на трибунах размещались и оживлённо переговаривались болельщики, на помостах, установленных прямо посреди воды, тоже продолжались кое-какие организационные моменты. Чемпионы были уже тут, старт ещё не объявляли. Гарри вернулся к обсуждению предполагаемых опасностей, поджидающих Чемпионов в Озере.       — Там кроме гриндилоу, как наиболее опасных представителей фауны, есть ещё и хищные лепнонии-водоросли. Стрекочущие актавинии и ёж-камни, которые не только могут укусить, если на них наступишь, но и выстреливают своими «иголками» с ядом на хорошие метра четыре, если им просто всего лишь покажется, что в округе места их лёжки вдруг стало опасно.       — Ой, как же я про них забыла? — картинно удивилась Кэм, сделав круглые глаза и приложив свою ладошку в митенке к губкам, раскрытым тоже в форме «О».       В последнее время девушка увлеклась вязанием и вышиванием. Впрочем, пристрастив к этому и Гарри, мол, развивает необходимую для чарования моторику, да ещё и как бонус развивает пространственное воображение и «видение» будущего «плетения», что прекрасно можно применить на практике и чароплетения. Беспалочкового, конечно же. А уж ему, как будущему артефактору, который будет создавать не только громоздкие, но и воздушные ювелирные изделия, это и вовсе необходимо. Гарри не возражал.       Софакультетники сначала пофыркали… Особенно старалась Джинни Уизли, для которой этот труд был олицетворением нищенства её семьи. Когда вместо того, чтобы купить свитер у той же мадам Малкин, мать вяжет эти свитера сама. Причём не из новой пряжи, а предварительно распустив вышедшую из «обихода» вещь из-за полной изношенности и дыр, которые не поддавались уже никакой «починке». Нитки перебирались, «сшивались» друг с другом, сматывались в «новый» клубок и из этого уже вязался «новый» свитер. И ладно бы, получалось хорошо, а так: кривые, косые, непропорциональные… А после того, как их похвалил профессор Флитвик, как-то заставший эту парочку в гостиной за сим занятием, кое-кто тоже последовал их примеру. Луна была в том числе. Теперь те «безумные» украшения, что она предпочитала носить, Луна делала и вовсе сама из подручных средств.       — А гигантский кальмар? — сверкнул взглядом Гарри, улыбаясь и поддерживая игру подруги.       — Ай, память моя девичья! Как про него-то я могла забы-ы-ыть?! — потом вдруг прекратила это паясничание и серьёзно проговорила: — Для Крама и Флёр это, несомненно, дополнительные помехи, но не столь уж и серьёзные, а у Седрика вообще должно быть преимущество, потому что он этих тварюшек должен знать как облупленных. То, что кальмар не может причинить никому из учеников вред, так же, как и живущие в озере русалки, должно у него на подкорке уже быть написано! За семь лет-то! Да и локации мест, где предпочитают селиться лепнонии и прочие обитатели, в отличие от Виктора и Флёр, не должны быть секретом. Или он бил баклуши на уроках своего собственного декана.       — Ну, им ещё и найти что-то нужно. Причём в подсказке, которую мы знаем, из золотого яйца, о предмете поиска ничего не говорится, — вздохнул Невилл.       — Это да, — тоже вздохнула Камилла. — Придётся искать фактически на ощупь, как магглы. Только тут им даже зашифрованной карты с «крестиком» не выдали. А все поисковые чары всё же имеют предметную направленность. С более широкими параметрами поиска или менее, но эти параметры нужно в чары вложить, а то они просто не сработают. А что тут вкладывать?       Секретом, в чём же состояло испытание, ни для кого уже не было. Сами же Чемпионы и разболтали всем желающим, как только разгадали загадку отобранного у драконов яйца. А там догадаться, что испытание будет как-то связано с Чёрным озером и что им в нём что-то предстоит найти… Камилла возвела благодарный взгляд в небо — никаких «заложников» на этот раз не было. Всё же Дамблдор отсутствовал по вполне понятным причинам, так что таких идиотских идей, как упихнуть под воду на час и более, учитывая ещё и время организации самого Турнира, других детей, кроме самих Чемпионов, не предложил никто из организаторов, прекрасно понимая, что за такое их и откатом приласкать может. Это Дамблдор мог замутить разум своими лимонными дольками и выдать такую идею. А остальным и в голову не пришло!       Так что то, что выступало в качестве приза и что должны были найти на дне озера Чемпионы, оставалось непонятным. Но это точно были не друзья-подруги, так как и Чанг, и кузина Крама, и маленькая Габриэль сейчас устраивались на трибунах. Но смысл остался канонным: найди то, не знаю что. Можно было бы ещё добавить классическое «пойди туда — не знаю куда», но… Хоть место указали вполне конкретное — Чёрное озеро. И время — один час.       — Не соглашусь с тобой, — хмыкнул Гарри. — Всё-таки кое-какие чары применить можно. Самые простейшие, исходящие из банальной логики. Что-то спрятано, значит во что-то упаковано. Указать в поисковых чарах «упаковка», как расширенный параметр…       Камилла фыркнула.       — И найти миллион предметов, когда-либо вообще попавших в чёрные воды озера. Мало ли кто и что там прятал на протяжении столетий существования школы, а потом забыл забрать или вовсе не забыл, а специально… Ну, ты меня понял. Вспомни, какой вид приобрела Выручай-Комната, когда мы искали в ней… — Камилла всё же поостереглась здесь на трибунах употреблять слово «крестраж», выразительно «просигналив» взглядом, всё же слишком много ушей вокруг, включая окружающих их и пока не сведущих в таких подробностях друзей. — Или не найти ничего — то, что нужно отыскать, может быть лишено этой упаковки.       — Ну-у-у… Попробовать-то никто не запрещает?       — Если только, Ри, если только…       — Смотрите! Начинается! — воскликнул Невилл, указывая куда-то на середину озера.       Пока они вели свой небольшой диалог, на середине озера на устроенной платформе начали собираться судьи, жюри и прочие организаторы Турнира, как и Чемпионы.       — Интересно, мы сможем увидеть, как они это испытание пройдут, или нам весь этот час тупо смотреть на поверхность воды? — закусила губку Камилла.       Вот — Чемпионы поскидывали свои мантии, оставшись: парни — в плавках; Флёр — в игривом купальнике, который был бы более уместен где-нибудь на пляжах Майями, а не посреди зимы, да и общества чопорных и консервативных англичан, и состоял из трех лоскутков и пары верёвочек… Ладно, отвлеклись. Приготовились на старт к «заплыву». Бэгмена и Крауча-старшего соответственно тоже не оказалось на проведении второго тура, так как они были задержаны Авроратом до выяснения некоторых обстоятельств, и их заменяли. А потому без долгих речей и восторженных воплей, которыми был знаменит Бэгмен, всем дан был старт. Людям из Министерства, что пришли им на замену, этот турнир был что кость в горле, а не красочное шоу.       Выбранные методы преодоления сложностей такого характера для Камиллы не стали неожиданностью. Всё так же Седрик применил Согревающие и Головной Пузырь, Крам наполовину трансформировался в акулу, а Флёр просто нырнула. Но что-то же она на себя применила? Кэм не помнила, что там было по канону, точнее, там упоминались только заклинания, какими воспользовались Крам и Седрик, и те Гарри увидел, только когда ждал их у привязанных пленников, а Флёр туда так и не доплыла. Но каких-либо видимых эффектов, как у Виктора и Седрика, её заклинания не вызвали.       И всё-таки организаторы подсуетились и обеспечили болельщикам и просто зрителям возможность наблюдения за тем, как Чемпионы проходят свои испытания. Над платформой, с которой только что спрыгнули Чемпионы, заискрился воздух и возникло три огромных шара. Сложно было понять, из чего они состояли на самом деле, но Камилла подозревала, что тут соединение двух стихийных заклинаний: воздуха и воды. Благо и того, и другого тут в таком достатке, что перенапрягаться тем, кто эти заклинания сейчас держит, совсем не придётся.       Особенности того же «Агуаменти». Одно из стандартных заклинаний, изучаемых ещё на первом курсе, но… Всё дело в том, что оно чистой стихийной направленности. Ничего не приходит из ничего! Просто произнося заклинание, делая нужный пас палочкой и призывая силу своего ядра, маг как бы «высасывает» испарённую воду, находящуюся вокруг себя, и концентрирует её на кончике своей палочки. Чем суше климат — тем сложнее даётся магам это заклинание. Чем больше процент влажности воздуха, тем, соответственно, наоборот — легче. А тут целое озеро под ногами — черпай, не хочу, и формируй линзу нужного тебе размера.       — К каждому из Чемпионов прикреплено передающее заклинание, которое неотрывно следует за ним на расстоянии в пяток метров! И теперь оно будет передавать всё, что «видит», на вот эти приёмники-шары. И мы с вами тоже сможем воочию увидеть, как справляются со своими испытаниями Чемпионы.       Ведущий активировал ещё какие-то плетения, и теперь в каждом из шаров можно было увидеть силуэты плывущих к своим целям Чемпионов. День для тура был выбран не совсем удачно — было пасмурно, а потому ни лучика солнышка не пронизывало свинцовые воды, да и само озеро не за красивые глазки зовётся Чёрным. Так что, что там происходит, видно было плохо, но, тем не менее, видно.       Вот Флёр запалила Люмос и на неё тот час же напала небольшая стайка гриндилоу.       Крам на какое-то время попал в «силки» невероятно разросшихся водорослей, только что обсуждаемых лепноний.       Седрик же эти самые водоросли оплывал по широкой дуге, но чуть не угодил под атаку игл ёж-камней. Увернулся.       В общем, ничего эпически интересного не происходило. Чемпионы куда-то плыли, периодически отбиваясь от стай гриндиллоу, выпутываясь из плетей водорослей, и не обращая внимания на ужимки и попытки соблазнить от страшненьких русалок. Это им как зрителям было довольно смешно смотреть, как в какой-то момент Седрик чуть не поддался на «уговоры» хищных девиц с рыбьими хвостами. Ещё из уроков ЗОТИ за третий курс все уже прекрасно знали, что там идет ментальное воздействие на «жертву». Повстречавший русалку в её родной среде обитания видит перед собой весьма грудастую красавицу. Собственно Седрик сейчас, скорее всего, прелестницу и красавицу и видел. Это на зрителей из-за того, что видели они эту русалку не лицом к лицу, а через передающую линзу, она не могла воздействовать, вот и видели её истинный облик. Но вот Седрик шарахнулся в сторону, смешно выпучил глаза, и без того смотрящиеся банками-телескопами из-за искривлений, что сквозь его Головной Пузырь, просто воду, да ещё и передающую линзу, и рванул улепётывать от русалки. Та догонять особо не рвалась. Ползали по каменистому дну в поисках чего-то, что им нужно было найти.       — Смотри, Седрик всё же применил чары поиска, — кивнул на линзу Гарри. — Интересно, что он указал в параметрах? Видишь, как целеустремлённо рванул?       Но в целом… Было чертовски скучно.       Драконы, конечно, опасны, и Кэм до сих пор содрогалась, представив там на площадке Гарри, но… Несомненно зрелищнее и динамичнее, чем вот эта стылая муть, в которой практически ничего толком не удаётся разглядеть. Она за этот час даже закемарить умудрилась, положив головку на услужливо подставленное плечо парня.       Первым из воды вынырнул Крам, сжимая в руках просто огромную жемчуженосную раковину. Ещё чуть позже Диггори. А вот Флёр пришлось выручать — гриндиллоу её одолели. Она своего «приза» найти за отпущенный час не смогла.       Из комментария судьи после присуждения баллов выяснилось значение этой раковины, а точнее — жемчужины в ней, которую ещё, оказывается, нужно будет добыть Чемпионам из раковины, как и до этого требовалось разгадать загадку Золотого яйца, отобранного у драконов, было в том, что при прохождении следующего этапа эта жемчужина послужит пропуском к одному-единственному препятствию. Препятствию, возникнувшему на пути Чемпиона при прохождении последнего тура. К любому из них, но только к одному. С остальными препятствиями им придётся справляться самим.       — Так что не спешите их применять, едва начав проходить этап! — вещал ведущий. — А вдруг следующее препятствие будет во много раз сложнее для вас?       — Ага, а ты ещё и пойми, будет или нет, справишься или нет. Так и «помогайка» прогореть может. Спрашивается — и зачем? — потёрла кулачками глаза Кэм.       — Ну… — пожал плечами Гарри. — Мало ли? Это не наши проблемы — воспользуются они этим «пропуском» или не успеют, а вот у Флёр уже заведомо такой контрамарки не предвидится, она её себе добыть не сумела.       — Это да. Вот спрашивается, и нафига они эти баллы озвучивают? Какой в них смысл? Всё равно выиграет не тот, кто наберёт больше баллов, а тот, кто первый доберётся до Кубка. Даже если это будет Флёр, как самая сейчас отстающая из всех. А то, что она отстаёт и прилично уступает парням, мы и без их балльного обозначения прекрасно видим. Пошли?       — Пошли.       Время летело быстрее ветра. Гарри не Чемпион, но занятий от этого у него меньше не становилось. Каждый день работали, как проклятые. Новая программа совсем не предполагала обилия свободного времени, да и спрашивать стали гораздо больше и строже, нежели было при Дамблдоре. Ещё и Сириус вдруг подумал, что мало ли что, а вдруг, и прочее, и прочее, и попросил Северуса организовать неугомонной компашке подростков курс боевой магии. Не дуэль — кодекс и все её заморочки парни и так знали, а именно Боевой магии. Когда не на жизнь, а на смерть. Всё же Гарри будет первой мишенью для возрождённого Демона, к чему всё медленно и шло, раз их не могли найти. Северус недовольно пожевал губу, но согласился. Лишним уж точно не будет в предстоящие лихие времена.       Так что теперь по вечерам в Выручай-Комнате был организован тренировочный полигон, по которому каждый вечер бегали, прыгали и уворачивались от заклинаний, которыми в них посылал профессор Снейп: Гарри, Драко, Невилл, Теодор, Блэйз, Ханна, Сьюзан, и, конечно же, Камилла. Все, кто более или менее был в курсе того, что на самом деле мир не столь уж пасторален, как его малюют СМИ и Фадж. Директор Брисфорд дал на это безобразие своё «добро», так как не только понимал ситуацию, сложившуюся вокруг пока ещё недовоскресшего Волдеморта, но и сам вскоре планировал ввести предмет Боевая магия в программу. Просто всё требовалось делать постепенно. Так оболваненный народ, что учился при Дамблдоре, спокойнее воспринимает перемены.       А Боевая магия — это вам не чинная дуэль, где всё расписано чуть ли не пунктам. Тут поклонись, тут увернись, а тут ты палочку неправильным хватом взял — и это признаётся за поражение. В бою кто не успел первым — тот и проиграл. Это и стратегия и тактика, и использование различных заклинаний от трансфигурации банальной помехи для чар из валяющихся щепок — до использования кулинарных чар разделывания тушек кур. Когда тушка отдельно, а ливер отдельно. На людей они не действуют, но несварение как минимум вызвать можно, а это отвлечёт внимание противника. Впрочем, смотря сколько силы в заклинание маг вложит. У Гарри вот вполне может и на людях получиться, если пальнёт со всей молодецкой дури.       За всем этим «безобразием», через пару недель с начала тренировок, у Камиллы вдруг забрезжили в мозгу пара идей, да такие, что она от досады на себя чуть не взвыла. Какая же она… тупая! Естественно, она тут же поделилась этими идеями с Гарри.       — Гарри! Мы идиоты!       Парень закатил глаза к потолку. Сестрёнку осенила очередная идея, и она опять винит себя в том, что не додумалась до этого раньше.       — Что ещё?       — Пистолеты, винтовки, гранаты… — начала перечислять Камилла и, припечатав, закончила: — Ловец душ!