По краю пропасти.

      Волдеморт-демон отвел взгляд от Гарри и принялся осматривать собственное тело. Его кисти напоминали больших белых пауков; его длинные бледные пальцы ощупывали грудь, руки, лицо. Красные глаза, зрачки которых, подобно кошачьим, превратились в щелочки, горели в темноте еще пронзительнее. Охваченный восторгом, он вытянул вперед руки и начал сгибать и разгибать пальцы, не обращая ни малейшего внимания ни на лежащего на земле без сознания Барти, ни на огромную змею, которая приползла и обвилась вокруг памятника с привязанным к нему Гарри.       Демон запустил одну из своих неестественно длинных рук в карман мантии и вытащил оттуда волшебную палочку. Он нежно погладил ее, а потом поднял и направил на Барти. Тот в мгновение ока взлетел в воздух и рухнул к подножию памятника, к которому был привязан Гарри. От чувствительного, надо полагать, удара тот очнулся и застонал. Демон поднял свои багровые глаза на Гарри и засмеялся пронзительным, ледяным смехом.       — Протяни руку, — процедил небрежно Демон Краучу и снова захохотал.       Тот попытался это сделать, но был слишком слаб, чтобы выполнить приказание. Демон наклонился над своим слугой, дернул вперед его левую руку и одним движением задрал рукав мантии выше локтя.       Камилла увидела на коже хорошо знакомый знак. Демон внимательно осмотрел Метку, не замечая сдавленных стонов Крауча.       — Она снова здесь, — тихо произнес он, — они снова ее заметят… теперь мы посмотрим… теперь мы узнаем…       И он прижал свой длинный указательный палец к Метке на руке Крауча. Демон убрал палец, и они увидели, что Метка стала угольно-черной. С выражением злобного удовлетворения на лице Демон выпрямился и огляделся вокруг.       — Сколько же их соберется с силами и явится сюда, когда они почувствуют это? — прошептал он, запрокидывая голову и всматриваясь в звезды. — И сколько окажется глупцов, которые решат держаться подальше отсюда?       Он стал расхаживать взад-вперед перед связанными детьми и снова впавшим в бессознательное состояние Краучем, то и дело окидывая взглядом кладбище. Через минуту-другую он снова посмотрел на Гарри, остановился, и жестокая улыбка исказила его змееподобное лицо.       — Ты, Гарри Поттер, стоишь на останках моего покойного отца, — тихо прошипел он. — Он был магглом и дураком… как и твоя дорогая мамочка. Но они оба пригодились нам, не правда ли? Твоя мать погибла, защищая тебя… а я сам убил своего отца, и посмотри, как он мне помог, уже будучи покойником…       Камилла, всё это время пытающаяся скинуть с себя путы, как и парни, в этот момент не удержалась и удивлённо переглянулась с Гарри. Демон ассоциирует себя всё-таки с Волдемортом? Точнее с Томом Риддлом? Или это репетиция игры на публику? А, может, и есть игра на публику? Ведь по идее никто не должен знать, что Тома Риддла уже десятки лет как нет в живых, а его место занимает Демон. Гарри в ответ едва пожал плечами насколько позволяли верёвки и ещё яростнее стал пыхтеть, пытаясь освободиться от уз. Камилла тоже снова принялась за нелёгкое дело. Какая, впрочем, разница: кем и чем себя представляет Это — они знают правду, а всё остальное ерунда.       Тем временем Демон снова расхохотался и принялся мерить шагами кладбище, а змея скользила за ним в траве.       — Видишь этот дом на склоне холма, Поттер? — словно не замечая того, что Гарри тут не один. — Там жил мой отец. Моя мать, колдунья, жила в этой деревне и влюбилась в него. Но он бросил ее, когда она рассказала ему, кто она такая… Он не любил магию, мой папаша… Он бросил ее и вернулся к своим магглам-родителям еще до моего рождения, Поттер, а она умерла, родив меня, и я вырос в маггловском приюте… Но я поклялся найти его… я отомстил ему, этому дураку, который дал мне свое имя… Том Риддл…       Он не останавливался ни на минуту, переводя взгляд с одной могилы на другую.       — Послушать только, как я тут рассказываю историю моей семьи… — тихо заметил он. — Похоже, я становлюсь сентиментальным… Смотри, Гарри! Вот возвращается моя настоящая семья…       Внезапно ночную тишину нарушил шорох развевающихся мантий. Среди могил, под огромным тисом, везде, где была тень, возникали фигуры волшебников. Все они были в масках, на головах у них были капюшоны. Один за другим они двигались к ним… медленно, осторожно, как будто не веря своим глазам. Демон молча стоял посреди кладбища и глядел на них. Наконец один из Пожирателей Смерти упал на колени, подполз к Этому и поцеловал подол его черной мантии.       — Хозяин… хозяин… — пробормотал он.       Остальные Пожиратели Смерти сделали то же самое. Один за другим они подползали на коленях к Волдеморту… Да, не к Демону, а именно к Волдеморту, ибо о том, что это Демон, знали единицы, а если считать Пожирателей Смерти, так и вовсе пяток — те, кого об этом просветили лорд Малфой и профессор Снейп. И целовали его мантию, прежде чем подняться и отойти в сторону. Мало-помалу они образовали круг, внутри которого находились могила Тома Реддла, Гарри, Камилла, Драко, Волдеморт-Демон и бессознательный Крауч. Ритуал возрождения Демона выпил его почти досуха, а по другому и не могло быть. В этом кругу были прогалины, как будто они оставили место для кого-то еще. Но сам Демон, похоже, никого больше не ожидал. Он внимательно оглядел скрытые капюшонами лица и, хотя никакого ветра не было, по кругу пробежал тихий шорох, как будто все стоящие в нем вздрогнули.       — Добро пожаловать, Пожиратели Смерти, — тихо сказал Демон. — Тринадцать лет… прошло тринадцать лет со дня нашей последней встречи. И все же вы ответили на мой зов, будто это было вчера… значит, нас всех по-прежнему объединяет Черная Метка? Или нет?       Он снова запрокинул к небу свое ужасное лицо и с шумом втянул воздух. Его щелочки-ноздри раздулись.       — Я чую вину, — произнес он. — Воздух насквозь провонял виной.       Стоящие в кругу снова вздрогнули: каждый как будто пытался и не смел сделать шаг назад.       — Я вижу, вы живы и здоровы, силы ваши не иссякли — вы так быстро прибыли! И я спрашиваю себя… а почему этот отряд волшебников так и не пришел на помощь своему хозяину, которому они клялись в вечной верности?       Никто не произнес ни слова. Никто не шевельнулся.       — И я отвечаю, — продолжил Демон свистящим шепотом, — они, должно быть, поверили, что я повержен, что я погиб. Они снова вернулись в стан моих врагов, и клялись в своей невиновности, в том, что они ничего не знали, что были околдованы… И я спрашиваю себя: как они могли поверить, что я не восстану вновь? Те, кто знал, как я защитил себя от смерти? Те, кто своими глазами видели доказательства моей безмерной силы…       Камилла дёрнулась в путах и пристально посмотрела на Пожирателей Смерти, без труда вычислив лорда Малфоя, который то и дело дергал капюшоном в их сторону, но пока ничего не предпринимал. Как понимать слова Демона о том, что некоторые из этих Пожирателей знали, КАК Демон защитил себя от смерти? Хотя по тому, что помогал Демону возродиться Крауч и Хвост, можно было предположить, что свидетелями создания крестражей могли быть не только эти двое. Крестражей-то не один-два, а целых шесть, не считая Гарри. Гарри-крестраж был случайностью, это точно не планировалось Демоном, да и не крестраж он уже. Но…       — …когда я был самым могущественным из всех теперешних волшебников? И я отвечаю: может, они поверили, что существует еще более могучая сила, которая может уничтожить даже лорда Волдеморта? Может, они теперь клянутся в верности другому? Может, этому защитнику грязнокровок и простецов Альбусу Дамблдору?       При упоминании имени Дамблдора стоящие в кругу зашевелились, послышалось бормотание, кое-кто покачал головой. Демон не обратил на них внимания. У Камиллы появилась крамольная мыслишка, что после «побега» Крауча и Петтигрю с гомункулом из-под плотной опеки этого самого Дамблдора, они всё же придерживали некоторые сведения, не разглашая их Хозяину о том, что происходит в мире. Не знать, что Дамблдор уже давно в тюрьме? Да ещё и тон, каким это было сказано… Возможно ли, что Демона в гомункуле, пока все они были у Дамблдора, так же умышленно держали под какими-либо чарами, чтобы Демон не видел, кто им помогает на самом деле? Но как тогда объяснить то, как Демон расправился почти со всеми теми, кто вольно или невольно помогал ему возродиться?       — Я разочарован… Признаюсь, я весьма разочарован…       Один из Пожирателей Смерти неожиданно бросился вперед и рухнул к ногам Демона. Тело его сотрясала дрожь.        — Хозяин! — крикнул он. — Хозяин, прости меня! Прости нас всех!       Демон с хохотом поднял палочку и произнес:       — Круцио!       Пожиратель Смерти начал извиваться и кричать от боли. Камилла была уверена, что криков этих, как бы громки они ни были и не разносились эхом по кладбищу, никто не услышит. Заглушающие чары никто не отменял, а Крауч их, видимо, наложил ещё до начала ритуала возрождения. Да и зациклил на поддерживающий артефакт, что сейчас мешал им сбросить путы. Понимал, что ритуал потянет из него силы, и он не сможет удержать заклятье Оглушения. Правильно, зачем ему неожиданная помеха при проведении этого ритуала? А то, что шум и крики могут привлечь кого-то, пусть даже и маггловскую полицию, догадаться не трудно. Магглы, конечно, ему на один зуб, так сказать, но неожиданное их появление во время самого ритуала могут сбить настрой, повлиять на лей-линии…       Тем временем Демон снова поднял палочку. Измученный Пожиратель Смерти перестал корчиться и лежал на спине, тяжело дыша.       — Встань, Эйвери, — тихо сказал Демон. — Встань. Ты просил прощения? Я не прощаю. И я ничего не забываю. Тринадцать долгих лет… Тринадцать лет верной службы — и тогда, может быть, я вас прощу… А вот Барти уже оплатил часть своего долга, правда, Барти?       Он бросил взгляд на тело Крауча, и по его лицу зазмеилась демоническая «улыбка».       —Ты вернулся ко мне не доказать свою верность. Ты помог мне снова обрести тело, — холодно продолжал Демон. — Что бы ни происходило с тобой за эти тринадцать лет, именно ты все же помог мне… а лорд Волдеморт награждает тех, кто ему помогает… Я Освобождаю тебя!       Демон снова поднял палочку и взмахнул ею.       — Авада Кедавра! Ты заслужил безболезненной смерти.       И снова безумный холодный, пронзительный смех, зелёный луч — и Крауч, начавший было приходить в себя под ногами Гарри, навсегда застыл, глядя в звёздное небо уже безжизненными зрачками.       — Освобождаю от поводка старого манипулятора, по слову которого ты и нашёл меня. По слову которого ты возродил меня, — сказал Демон. — Не сам! По указке! И кого?!       Всё же знал. Демон пнул тело и снова обратил внимание на остальных своих слуг. Подошел к стоящему справа от него Пожирателю.       — Люциус, мой скользкий друг, — прошептал он, остановившись перед ним. — Мне говорили, что ты не отрекся от прежней жизни, хотя и был вынужден надеть личину приличного человека. И все же ты не попытался найти меня, Люциус… И на Чемпионате мира по Квиддичу ты не участвовал в милом розыгрыше, организованном Барти и Петтигрю…       Всё. Камилла мученически прикрыла глаза. Даже если бы не этот «розыгрыш» и отсутствие там лорда Малфоя, то присутствие тут рядом с ней и Гарри, Драко… Не пощадит. Это она уже поняла. Демон безжалостно избавлялся от ненадёжных последователей. Но, как они и предполагали, в «розыгрыше» участвовали не только наёмники из Лютного, которые попались аврорам. Здесь и сейчас среди этих «лиц», что стоят и дрожат под взором Демона, есть ещё те, кто предан Ему.       — Милорд, я всегда был настороже, — тут же послышался из-под капюшона голос Люциуса Малфоя. — Если бы я заметил хоть какой-то знак, любой намек на ваше присутствие, я бы тут же, немедленно явился к вам, ничто не могло бы помешать мне…       — Более того, — отмахнулся от слов Демон, — личности, с которыми ты этот Турнир почтил своим присутствием… Грязнокровки! Да, мне все известно, Люциус… ты меня разочаровал… я ожидал от тебя более верной службы. А ещё… Тот факт: с кем в компании ко мне доставили Поттера! Или скажешь, что это не твой сын? Люциус-с-с? Круцио!       Пытка продолжалась долго. Очень долго, дольше, чем Демон пытал Эйвери. Камилла скосила взгляд на Драко. Тот тоже позабыл о попытках вырваться и теперь стоял бледный до синевы, с закушенной до крови губой и смотрел не мигающим взглядом за тем, как пытают его отца. Но не кричал. Только пара блестящих в свете луны и звёзд дорожек на его лице. Наконец Демон поднял палочку, обрывая заклятие.       — Мы к этому ещё вернёмся. Мой скользкий друг…       Демон снова двинулся вдоль круга и остановился у большого промежутка между Малфоем и следующим Пожирателем Смерти: здесь, похоже, не хватало двоих.       — Здесь должны стоять супруги Лестрейндж. Но они замурованы в Азкабане. Они были преданы мне. Они предпочли отправиться в Азкабан, нежели отречься от меня… Когда стены Азкабана рухнут, они будут вознаграждены так, как и мечтать не могли. Дементоры присоединятся к нам… Они наши естественные союзники… Мы снова призовем великанов… Все мои верные слуги вернутся ко мне, и целая армия существ, сеющих страх…       Он снова пошел по кругу. Мимо некоторых Пожирателей Смерти он проходил молча, перед другими останавливался и говорил с ними.       — Макнейр… Хвост говорил, ты сейчас уничтожаешь опасных животных по заданию Министерства Магии? Скоро у тебя появятся жертвы поинтереснее, Макнейр. Лорд Волдеморт позаботится об этом…       — Спасибо, хозяин… спасибо, — пробормотал Макнейр.       — А здесь, — он подошел к двоим самым высоким Пожирателям смерти, — здесь у нас Крэбб… Ты сработаешь лучше на этот раз, правда, Крэбб? И ты, Гойл?       Оба неуклюже поклонились, глухо бормоча:       — Да, хозяин…       — Конечно, хозяин…       — Достаточно, — произнес Демон. — Вернёмся к тому, зачем я вас сюда любезно пригласил. Да, — безгубый рот искривился в усмешке, и все стоящие в кругу перевели взгляд на Гарри, вслед за своим хозяином. — Гарри Поттер любезно присоединился к нам, чтобы отпраздновать мое возрождение. Осмелюсь даже назвать его моим почетным гостем.       Повисла тишина. Пожиратель, Гойл, насколько поняла Камилла, ведь Демон «любезно» представил им некоторых своих последователей, но которые не входили в круг их «интересов» ранее, во время своеобразного строевого смотра, сделал шаг вперед и из-под маски донесся голос:       —Хозяин, мы жаждем узнать… умоляем вас рассказать нам… как вы добились этого… этого чуда… как вам удалось вернуться к нам…       — Это удивительная история, — произнес Демон. — И она начинается… и заканчивается… моим юным присутствующим здесь другом.       Он неспешно подошел к Гарри и встал рядом с ним. Теперь взгляды всех были направлены на них обоих. Змея продолжала описывать круги в траве.       — Вы, конечно, знаете, что этого мальчика называли причиной моего падения? — тихо произнес Демон. — Вам известно, что в ночь, когда я потерял свою силу и свое тело, я хотел убить его. Его мать погибла, пытаясь спасти его… и невольно дала ему защиту, которой, признаюсь, я не предусмотрел… Я не мог дотронуться до него.       Демон поднял длинный белый палец и поднес его к щеке Гарри. Камилла невольно фыркнула презрительно, но очень-очень тихо. Никто не обратил на это внимания. Интересно, он сам в это верит? Половине здесь присутствующих известно, что Лили Поттер не имеет к выживанию Гарри никакого отношения! Какая к Мордреду защита от матери-магглорожденной?! Впрочем, сейчас надо думать не о странностях происходящего и бреда, излагаемого Демоном, а о собственном освобождении!       Тем временем демон продолжил:       — Его мать оставила на нем след своей жертвы… Это очень древняя магия, и я должен был вспомнить… глупо было не подумать об этом… но это неважно, теперь я могу прикоснуться к нему.       Гарри как-то странно дёрнулся, чем привлёк внимание девушки. Она глянула на братца и увидела, что тот с каким-то болезненным интересом слушает эти разглагольствования безумца. Слишком внимательно. Даже прекратил попытки освободить от верёвок. Демон тихо рассмеялся ему прямо в ухо, а потом убрал палец и продолжил свой рассказ.       — Должен признаться, друзья мои, я просчитался. Мое заклятие было отражено глупой жертвой этой женщины и обратилось против меня самого. О-о… это запредельная боль, друзья мои, и я к ней был совершенно не готов. Я был вырван из тела, я стал меньше, чем дух, чем самое захудалое привидение… но все-таки я был жив. Чем я был, не знаю даже я… Я, который дальше кого-либо прошел по тропе, ведущей к бессмертию. Вы знаете мою цель — победить смерть. И похоже, какой-то из моих экспериментов сработал… потому что я не погиб, а ведь это заклятие должно было меня убить. Но я стал слабее любого живого существа, и я не мог себе помочь… потому что у меня не было тела, а для необходимого заклятия требовалась волшебная палочка… Помню только, что секунду за секундой, бесконечно, я заставлял себя существовать… Я обосновался в далекой глуши, в лесу, и я ждал… я был уверен, что кто-нибудь из моих верных Пожирателей Смерти попытается разыскать меня… кто-нибудь придет и осуществит волшебство, которое я сам не могу осуществить, и поможет мне вернуться в мое тело… но я ждал напрасно…       По безмолвному кругу Пожирателей Смерти снова пробежала дрожь. Демон замолчал, обводя тяжёлым взглядом круг своих слуг и вперясь неподвижным взглядом, полыхающим адовым пламенем, в неподвижно лежащего Малфоя, который хрипло дышал, но был не в состоянии пошевелиться. Напряжение нарастало.       — У меня осталась лишь одна способность, — продолжил Демон через некоторое время, — я мог овладевать другими телами. Но я не отваживался приближаться к местам, где было много людей, потому что знал, что мракоборцы не прекратили свои поиски. Иногда я вселялся в животных — чаще всего, конечно, в змей — но это было лишь немногим лучше, чем оставаться просто духом, потому что тела животных очень плохо приспособлены к занятиям волшебством… а когда я в них вселялся, жизнь их становилась на удивление короткой; ни одно из животных долго не протянуло… Потом… четыре года назад… казалось, появилось верное средство вернуться. Молодой, глупый и доверчивый волшебник забрался в лесную глушь, где обитал я. О, он показался мне тем самым шансом, о котором я так долго мечтал… Он был учителем в Хогвартсе… Его было легко подчинить себе… Он привез меня сюда, в эту страну, и через некоторое время я вселился в его тело, чтобы тщательно следить за тем, как он выполняет мои приказы. Но мой друг подвел меня. Мне не удалось завладеть философским камнем. Мне не удалось обеспечить себе бессмертие. Мне снова помешали…       Повисла тишина. Никто не шевелился, замерли даже листья на тисе. Пожиратели Смерти были неподвижны, и лишь глаза блестели сквозь прорези масок, направленные на Демона и на Гарри.       «Болтай, болтай, выродок! — думала тем временем Камилла, с новыми силами и энтузиазмом принимаясь за нелёгкое дело освобождения, но перебороть артефакт, удерживающий верёвки, было тяжело. — Давай нам время, Мордредов ублюдок!»       — Мой слуга умер, когда я покинул его тело, и я снова стал таким же слабым, как раньше, — продолжил Демон.       «Ну-ну, — мысленно комментировала это Камилла, — умер. Да он умер задолго до того, как тебя, сука, разоблачили на том ужине!»       — Я вернулся в глушь, туда, где прятался, и, по правде говоря, я засомневался тогда, удастся ли мне вообще вернуть свои силы… да, это, пожалуй, было самое тяжелое для меня время… я не мог рассчитывать заполучить еще одного волшебника… и я уже отбросил всякую надежду на помощь от кого-нибудь из Пожирателей Смерти…       Кое-кто из волшебников в кругу пошевелился, но Демон не обратил на них ни малейшего внимания. Он говорил и говорил, изливая какой-то несусветный бред про Хвоста, который его нашёл, Берту Джоркинс, Турнир Трёх Волшебников и какой-то свой гениальный план… Хвоста, которого он уже тут пустил в расход для собственного возрождения. Правда, об этом Демон умолчал. Не хотел ещё больше пугать своих сторонников? Они и так уже запуганы вусмерть: и смертью самого преданного слуги Барти, которого сейчас так восхвалял Демон, но которого убил на их глазах, и отсутствием тут самого Петтигрю, о котором тут то и дело упоминалось, но… Многозначительном отсутствии, особенно вкупе со словами о «плоти слуги» для ритуала.       — …Но я знал, чья кровь мне нужна. Если я хочу возродиться еще более могущественным — мне нужна кровь Гарри Поттера. Мне нужна была кровь того, кто лишил меня силы тринадцать лет назад. Тогда защита его матери будет всегда со мной, будет течь и в моих венах…       На этой «исповеди» всплыло и то, кто и как доставил сюда Гарри, Камиллу и Драко. Взбешённый тем, что Его — а Его ли (?) — план по втравливанию Гарри в участники Турнира провалился на самой начальной стадии, он отправил Барти искать Рона Уизли. Того, в чьей семье очень долго жил и скрывался Петтигрю. Да и сам он много слышал от того же Петтигрю, что Рон разочарован в Поттере, который напрочь отказался с ним дружить, что из-за Поттера у Уизли были постоянные неприятности… И Рон с радостью присоединился к Пожирателям. В надежде отомстить, да и обещание снять Печать Предателей Крови сделало своё дело. Из этого хвастливого рассказа выходило так, что Кубок перезачаровывал в портал Хвост.       Требовалось отвлечь внимание организаторов турнира и нового директора школы на происшествие. А поскольку щиты Хогвартса на время проведения тура, как и ожидалось, были опущены, то директор и не заметил, как со множеством гостей-зрителей к лабиринту проникли и крыса с младшим Уизли. Хвост рванул в лабиринт. Ему, как крысе, в своей анимагической форме это было очень просто сделать. Добежал до Кубка-приза в его центре, там же и перезачаровал Кубок из порт-ключа к трибунам на порт-ключ к кладбищу, и там ждал, пока кто-то из Чемпионов придёт первым.       Камилла же поразилась простоте плана. Сразу видно разный почерк организаторов. Что бы там сейчас не вещал Этот про то, что это был его план «втравить Гарри в Участники», но это была задумка и разработка любителя многоходовок Дамблдора — это уже доказано и оспариванию не подлежит. А тут просто и безыскусно. Просто, потому что аппарация, как и создание порт-ключей, доступно большинству волшебников. На это не требуются какие-то великие силы. Отвлечение внимания от основного действия, то есть их с Гарри похищения — нормальное явление для таких планов. В центре лабиринта Кубок уже был «беззащитен», его никто не охранял, если не считать препятствий самого лабиринта, и в сейфе не держал. Но сам Кубок, стоящий в центре, уже был «бери-не-хочу», как того и требовали правила. Так что крыса-Петтигрю вполне мог в своей анимагической форме спокойно «обойти» все расставленные на Чемпионов ловушки, а то и вовсе пробежать насквозь все эти Стены, состоящие из кустарника, и добраться до Кубка первым. А для перезачаровывания кубка притрагиваться к нему, тем самым активируя, не нужно.       Им было не важно, кто из троих это будет — всё равно была нужна жертва для возрождения. И даже не одна. А когда в Хогвартсе поднимется паника в связи с пропажей Чемпиона, именно Рону было поручено похитить и привести сюда Поттера. С чем он блестяще и справился. Вопрос только в том: почему и Седрик, Рон и Хвост, образно выражаясь, отправились в котёл, Хвост так и не образно, а у Гарри взяли только пробирку крови? Камилла снова посмотрела на названого брата. Гарри уже даже попыток освободиться не делал, а только внимательно слушал разглагольствования Демона и выражение лица у него при этом было… Странное. Камилла бы даже сказала Зловещее. А уж учитывая, что лицо всё было разбито в кровь… Что же он такого услышал во всём этом бреде, что стал таким спокойным и… невозмутимым?       Гарри вдруг повернулся к девушке и… Подмигнул?       — И вот он здесь… Мальчишка, которого вы все считали моим победителем…       Демон медленно шагнул вперед и повернулся лицом к Гарри Поттеру.       — Сами видите, глупо было считать, что этот мальчишка мог когда-либо быть сильнее меня, — произнес Демон. — Он даже против Предателя Крови оказался слаб. Но я хочу, чтобы никто больше не заблуждался по этому поводу. Гарри Поттер избежал смерти по счастливой случайности. И сейчас я докажу это, убив его прямо здесь, у вас на глазах, здесь, где нет матери, чтобы снова умереть за него. Я дам ему шанс. Он сможет сражаться, и у вас не останется ни малейшего сомнения, кто из нас двоих сильнее. Отвяжи его, Гойл!       Камилла с тревогой проводила взглядом освобождённого от верёвок и рухнувшего на землю — мышцы наверняка затекли — брата. Что сейчас будет? Относительно понятно, конечно: Демон, издеваясь, вызвал её названного братца на дуэль. По канону. Но так ли уж всё по канону? Седрик мёртв, и убила его не Авада, Хвост мёртв, Рон Уизли тут вообще не должен был мелькать, и да, он тоже мёртв. Барти… Плакал канон горькими слезами. Да и у Гарри не та палочка, что положена ему по канону. Не будет эффекта «Приори Инкантантем», который по большей части и спас тогда жизнь гриффиндорца. Не будет обратного порт-ключа из Кубка, который, вон, тоже валяется недалеко от тела Седрика.       — Тебя учили сражаться на дуэли, Гарри Поттер? — тихо спросил Демон. — Мы должны поклониться друг другу, Гарри, — сказал Этот, слегка склонившись. При этом лицо его все равно было обращено к Гарри. — Ну же, приличия надо соблюдать… Дамблдор был бы рад увидеть твои хорошие манеры… поклонись смерти, Гарри…       В этот момент произошло сразу несколько событий. Гарри скривил губы в усмешке и склонился — не глубоко, а даже как-то пренебрежительно. Вокруг «дуэлянтов» возник Купол, отчего теснившиеся вокруг Пожиратели разлетелись по сторонам, а Демон вскинулся от неожиданности. А с Камиллы и Драко спали верёвки. Они упали на камни. Мышцы действительно сильно затекли и не держали. В следующий момент они почти безвольными тушками оказались уже за каменными надгробиями, к которым ранее были привязаны, и вокруг них, а так же лорда Нотта — вот кто их освободил, и лорда Малфоя, утащенного к ним, возник ещё один Купол.       Получилась этакая матрёшка из Куполов. Один большой, который накрывал полянку, в центре которого стояли два «дуэлянта», а второй поменьше укрывал их четверых, но находился внутри Большого Купола.       — Что он задумал, Кэм? — хрипло прошептал Драко, кидаясь к отцу и проверяя его на относительную целостность.       — Не понимаю, Драко. Я вообще не понимаю, что сейчас происходит.       Она действительно не понимала. Канонные знания не помогали в этом. Там Купол возник, только когда заклинания, выпущенные из палочек Волдеморта и Гарри, соприкоснулись и возник эффект «Приори Инкантатем», но к тому моменту они уже успели «хорошо побегать», то есть Гарри получил пару Круцио и начал уклоняться от заклинаний, а тут…       — Гарри принял вызов! Иначе бы Дуэльный Купол не возник! — прошелестел тоже хриплый и сорванный голос лорда Малфоя.       Тем временем двое в центре теперь уже дуэльной площадки пристально рассматривали друг друга. Гарри как-то странно съёжился и запихнул кисти рук подмышки, скрестив эти самые руки на груди. Но сама дуэль пока не началась. Как это ни странно, но Демон оказался растерян таким поворотом дел.       — Зачем? — почти со слезами на глазах прошептала Камилла. — Теперь он вынужден будет драться с Ним, но…       И тут же они услышали голос Гарри. Несмотря на его позу, в голосе послышалась издевательская усмешка.       — Ты кое о чём забыл, лорд Волдемо-о-орт!       — Щенок! Круцио!       Гарри отпрыгнул с траектории луча, но всё так же удерживая руки спрятанными.       — Принявший вызов выбирает и оружие дуэли.       — Авада Кедавра! — не слушая парня, распылялся Демон. Гарри опять увернулся.       Далее заклинания в Гарри полетели одно за другим, а тот носился по пространству под куполом, уклоняясь и увёртываясь, как заведённый, но пока даже не пытался контратаковать.       — У нас тут не прятки, Поттер! Сражайся! — закричал Демон, на мгновение приостановившись.       — Зачем? Ты уже проиграл!       — О чём это он? — попросила пояснений Камилла у Драко.       Традиции традициями, быт бытом, но как-то дуэльным кодексом девушка не интересовалась. Не мальчик, чтобы о дуэльных подвигах мечтать! А тут явно всё было завязано именно на этом. Да и эпизода с дурацким дуэльным клубом на их втором курсе у них не случилось. Что и подтвердил лорд Нотт, тихо ответив ей на вопрос:       — Лорд вызвал Поттера на дуэль и сам же первым нарушил все возможные правила. Магия этого не любит. Это же не просто бой в битве, а Дуэль! Дуэльный же Кодекс писали с привлечением Магии…       Что ещё хотел сказать лорд Нотт, осталось неизвестным, потому что именно в этот момент Гарри вдруг остановился, моментально вскинул руку с… Глоком? Камилла протёрла глаза кулачками — когда он успел?! Они же только… Выстрел — и во лбу Волдеморта-демона появилась аккуратная дырка, засочилась странной жижей чёрная субстанция. Это было что угодно, но не кровь. Демон рухнул навзничь. Но… Вопреки ожиданиям, не умер, просто оказался обездвижен.       Снаружи, за Куполом, который тоже вопреки всем законам продолжал стоять — дуэль-то уже вроде как закончена, послышались приглушённые хлопки аппараций — Пожиратели Смерти трусливо покидали место схватки. Камилла обратила взгляд туда. Все, да не все, кое-кого успели скрутить «свои» же — Руквуд, если Камилла правильно опознала мага под маской, Эйвери и Мальсибьер! А ещё там суетились профессор Снейп, лорд Блэк, директор Брисфорд, лорд Давенпорт и мистер Скримджер с несколькими аврорами. А на Купол то и дело кидалась змея, пытаясь его пробить и прийти на помощь своему Хозяину.       Гарри взмахнул рукой, больший купол развеялся и тут же послышался ещё один выстрел. Голову змеюки размозжило вхлам. Послышался визг, и из обезображенного трупа змеи вырвалось тёмное облачко, тут же рассеявшееся. Камилла уже как-то отстранёно отметила это маленькое несоответствие: у демона только дырка, причём аккуратная, а голову змеи разнесло в кровавые ошмётки. Лорд Нотт снял их малый купол, и она заторможено поднялась с колен.       Всё было кончено. Почти.       Авроры паковали не успевших смыться Пожирателей, но не трогали «заговорщиков». Гарри с самым задумчивым видом стоял над телом Волдеморды и рассматривал то его, то пистолет в своей руке. Камилла направилась к нему. Подойдя, она чуть вздрогнула, по телу прошлась волна жуткого ужаса, когда она посмотрела на тело Этого-Который. Ей не показалось — он был всё ещё жив! Хотя и абсолютно неподвижен. Ещё раз вздрогнув, она на всякий случай пнула палочку Волдеморта, чтобы та улетела подальше от его руки. От греха подальше.       — Не сработало, — выдохнул Гарри, мельком взглянув на сестру.       — Что? — немного заторможено спросила Камилла, не понимая, что имеет в виду её брат.       — Выстрел в голову, а он всё же ещё жив… — так же отстранёно пробормотал Гарри, продолжая рассматривать пистолет.       — Нежить, — вдруг прошипела Камилла. — Ему уже ничего не страшно. Пули его не возьмут. Я не подумала об этом… Но… — она снова посмотрела на дырку во лбу демона, — выстрел в голову всё же разрушил управляющие контуры воссозданной ритуалом возрождения нервной системы и теперь тело не отзывается на команды, поступающие с «главного пульта».       — Гарри! — к ним подлетел профессор Снейп, они уже закончили «зачищать» местность. — Кэм! Вы в порядке?       И столько обеспокоенности в голосе! За профессором к ним подошёл и мистер Скримджер. Но Камилле было не до этого.       — Нужно отрубить голову. В книжках это всегда помогало.       Гарри вздрогнул и с ужасом посмотрел на «труп» Волдеморта. Камилла его понимала: одно дело в запале драки уничтожить врага, другое — вот сейчас взять и хладнокровно отрубить голову. Пусть это даже и Демон. Ни он, ни она к такому ещё совсем не готовы. Аврор словно почувствовал их неуверенность и взял эту миссию на себя. Трансфигурировав из какой-то ветки острый меч, он, хекнув, опустил лезвие на шею Волдеморта. Голова отделилась от тела и… Да, на этот раз всё получилось — тело рассыпалось прахом, а в небо, завывая как тысяча иерихонских труб, рванулась тёмная бесплотная субстанция.       — А артефакта нет… Не успел… — как-то отстранёно провожая этот полёт взглядом, прошептал Гарри.       Камилла нервно хихикнула.       — А это уже не важно. Змею ты тоже пристрелил, теперь ничто не мешает уничтожить и остальные крестражи. Больше ничто не будет удерживать его в этом мире и он отправится восвояси. В свой мир.       — Пойдёмте отсюда. Всё закончилось!       Кто это сказал? Камилла уже не запомнила, она от пережитого потрясения и нервного напряжения, как малахольная девица, свалилась в спасительный обморок.