P.S.S: Преследуя синдром Стокгольма

Ближе к девяти часам утра Чимин проснулся в своей комнате, на своей кровати от очередного кошмара. Открыв глаза, парень одновременно оторвал верхнюю часть тела с мягкой поверхности и встретился с темнотой в глазах. Пак долго не мог понять, почему свет так сильно притуплён. Парень решил поднять одну руку и нащупать преграду, но ничего не вышло, а все из-за холодной стали, обвившей бледные кисти. После нее останутся следы, которые будут напоминать Чимину об утре, которое полностью перевернуло его жизнь... Черная повязка на глазах заставила парня крутить головой от неизвестности. Ноги, перетянутые прочной веревкой, плохо снабжались кровью и уже превратились в синий лед. Руки покрылись красными линиями на кистях и стали сильно жечь. Парень старался избавиться от неприятных ощущений. После двух минут отчаянной борьбы, он остановился и откинулся обратно на кровать, тяжело выдыхая через рот. — Ты закончил? - спросил кто-то со стороны двери и начал ерзать на стуле. Чимин вздрогнул от незнакомого тембра и нервно сглотнул. — Кто ты? - дрожащим голосом спросил Пак и повернул голову к источнику, слыша в ответ громкую ухмылку с той стороны. — А как ты думаешь? - мужчина развалился на стуле, засовывая руки в карман от холода и смотря на сжавшегося парня на кровати. — Ты сделаешь со мной тоже, что и с ней? - Чимин сжал губы в тонкую линию и почувствовал покатившуюся по щеке слезу. — А что я сделал с ней? - улыбнулся незнакомец, невидимой для парня улыбкой. Пак не мог произнести это слово из-за подступившего к горлу комка. Чим повернулся в другую сторону и начал плакать, шмыгая носом. Улыбка с лица мужчины пропала, он вздохнул, совершенно не понимая реакции парня на его вопрос. - Ты обиделся что ли? Я же ничего такого страшного не сказал. Почему ты плачешь? Что с тобой? Чимин уткнулся лицом в подушку и стал что-то в нее говорить, пугая мужчину таким поведением. Это первый раз, когда брюнету попалась такая сентиментальная жертва. Даже маленькие дети, бегающие по деревне весь день, не такие ранимые, как этот, вроде бы уже взрослый парень. Мужчине ничего не осталось, кроме как подойти с другой стороны и сесть на корточки рядом с кроватью. Чимин услышал эти шаги и сильней стал прижимать подушку к лицу, напрягая все тело. Ему было страшно и больно от сковывающих предметов. Снять их, наверно, самое сокровенное желание в данный момент. Мужчина потянул руку к рыжим волосам и немного взъерошил парню прическу. — У меня есть к тебе одно предложение. — Какое? - спросил Пак, после долгой паузы, опираясь на локти и смотря в подушку через черную ткань. — Я сохраняю тебе жизнь... - начал брюнет, доставая из кармана нож. - А ты разрешаешь мне пожить в этом доме неделю. - лезвие соприкоснулось с белоснежной кожей под коленом и поднялось выше, проскальзывая под шорты. - Как тебе? Чимин начал ерзать по простыни, уворачиваясь от острого предмета. Мужчина перенес нож к шее, обхватывая ее другой рукой и приставляя острый конец к сонной артерии. — Нет гарантии, что ты меня не убьешь. - проскулил парень, доставляя преступнику еще больше удовольствия. В глазах брюнета, Чимин просто произведение искусства. Еще никто не возбуждал его так сильно. Из глаз Пака внезапно полились слезы, образовывая мокрые пятна на черной повязке. Пухлые губы дрожали от холодного предмета, дотронувшегося до них, а маленькие пальчики, обхватившие руку мужчины, впивались в ткань его куртки и сжимали ее в кулачках. Чимин сходил с ума от таких непривычных прикосновений. Через ощущения все казалось совсем другим. Теплые руки на шее стали двигаться, согревать холодную кожу трением и параллельно охлаждать лезвием ножа. Губы дрожали от таких же чередований, сначала острый предмет, испачканный в слезинках, потом теплый палец, нажимающий на нижнюю часть уст. Пак немного приоткрыл рот, стараясь схватить его в горячий плен, но разум вернул неожиданный хлопок входной двери и голос Чиен, которая пришла проведать своего друга. — Чимин! - услышали парни и начали, как можно тише и быстрей собираться. Брюнет быстро достал из заднего кармана ключ от наручников и открыл их. — Если ты ей что-то про меня скажешь, я тебя пристрелю, ты понял? - прорычал мужчина, разрезая веревку на чужих ногах. — Понял. - проговорил Чим, слезая с кровати и снимая повязку с глаз. Подойдя к двери, он посмотрел назад, где никто уже не стоял. Мужчина залез под кровать и просидел там больше двух часов, успев немного поспать после бессонной ночи, а Пак на кухне встретил девушку и попросил ее научить готовить какие-нибудь вкусные блюда. Теперь придется помимо себя, кормить еще своего нового соседа с нестандартными вкусами. Из-за его хобби, Чимин вчера упал в обморок прямо на лестнице. Слава богу, его вовремя подхватили, и он не разбил себе голову об ступеньки. В такое состояние его привело окровавленное тело какой-то девушки, лежащее в подвале до сих пор. — Нужно будет попросить его убрать. - пробубнил парень, отвлекая девушку от мытья овощей. — Ты про что? — Да, так. Как дела у твоих родителей? У вас все нормально? - перевел разговор Пак. — Нууу, все хорошо, если не считать уход моего старшего брата из дома. - девушка взяла дощечку и стала резать морковь. — У тебя есть брат? - удивленно спросил Чим с зависшей в воздухе рукой. — Да, Чон Хосок. Ты его, наверно, не знаешь. Родители усыновили его после твоего уезда, где-то лет десять назад. Мы растили его, как родного, а он взял и убежал. - Чимин перевел глаза на лежащую рядом черную повязку. — А какой он? — Высокий брюнет с серыми глазами. Надо будет вас познакомить, когда он вернется. Я думаю, вы поладите. - Чиен улыбнулась и перевела взгляд на часы. - Чимин, мне уже нужно идти домой, мы все сделали, осталось только подождать, пока сварится. Через тридцать минут можешь уже выключать. Думаю, тебе на пару дней этого хватит, я пошла. - девушка помахала рукой и вышла из дома, спеша к своему мужу. Пак встал рядом с плитой и начал помешивать овощное рагу, делая газ немного тише. Чим не заметил, как к нему подобрались сзади и обхватили руками талию. Мужчина положил подбородок на чужое плечо и продолжил разговор: — Так ты тот самый Чимин? Мне много о тебе рассказывали. - прошептал мужчина на ушко. — А ты, значит, сбежавший Хосок? - спросил Пак, чувствуя горячее дыхание на шее. — Я не люблю, когда ко мне обращаются по имени, поэтому тебе придется найти альтернативу. - Чон отстранился от чужого тела и взял повязку со стола. - И еще, тебе придется носить ее, пока я здесь. - Чимин почувствовал, как черная ткань опускается на его полуоткрытые глаза и завязывается на затылке тугим узлом. - Ты по-прежнему мой заложник, не забывай об этом. Хосок ушел после завтрака, оставляя Чимина одного. Парень лежал на диване в зале и сжимал в кулаке черную повязку, которую ему разрешалось снять только при отсутствии мужчины. Когда он вернется, придется спрятать глаза за ней снова. Такого было условие Чона. Чимин согласился со всем и, в свою очередь, попросил только одного, чтобы его не трогали и не наносили увечий разными видами оружия. Хосок на это только цокнул и сказал тихое "хорошо". Пак само собой не поверил и решил, пока нет надзирателя, написать на листе свои требования. Как только тот вернется, Чимин заставит его подписать этот список, обязательный к выполнению. Так парню хоть немного станет спокойней и он не будет волноваться за свою жизнь. Вечером мужчина вернулся в свое убежище. На кухне за столом его встретил Чимин с повязкой на глазах и листочком в руках, который он протянул пришедшему. Чон взял в руки список и начал читать про себя. — Я разрешу тебе остаться, если не будешь нарушать эти правила. - Хосок отодвинул стул и сел напротив. Особых претензий у него не было. С первым пунктом ему действительно придется смириться "Не убивать людей". Сейчас в деревне напряженная обстановка, придется залечь на дно и утихомирить свою жажду крови. Хосок похитил сестру своей невесты, а потом пришлось ее убить, так как она сильно кричала и брыкалась в лесу. Чон ударил ее по голове, что привело к летальному исходу. Она была дочкой управляющего деревни, поэтому закрыть глаза на ее исчезновение не могут. Будут искать везде, но только не у Чимина. Многие забыли про этот самый дальний дом, здесь самое безопасное место для преступника. Пункт второй был связан с личной неприкосновенностью. Хосок завис на этих строках "не прикасаться ко мне без разрешения". То есть перед тем, как завалить парня, нужно спросить его об этом? Ну, хорошо. Далее пошли обязанности "ходить в магазин". Ну, с этим нужно быть поосторожней, Чон же не хочет попадаться на глаза родителям, а ушей и глаз знакомых хватает. Сразу сдадут. Чимин нервно перебирал в руках ручку и прислушивался к реакции мужчины. - У тебя ведь тоже есть требования, которые я должен соблюдать, можешь написать их на другой стороне, я прочитаю и буду иметь ввиду. Хосок перевел глаза на мальчика и потянулся к его пальцам, вырывая из них ручку. За пять минут, Чон написал все, что нужно и поставил подпись с двух сторон. — Готово. - лист оказался перед Паком, а ручка сбоку. - Я пойду спать. Где мое место? — На диване, в зале. - проговорил Чим, развязывая повязку, после скрипа двери. Пак взял в руки договор и начал читать. Самый первый пункт "не задавать лишних вопросов". Это касалось больше жизни самого Хосока. Он не будет отвечать на расспросы о семье, прошлом, настоящем и будущем. Бытовую часть он может и будет обсуждать с парнем, но не больше. "Не снимать повязку, пока я дома" Пак уже уяснил. Остальное было перечисление обязанностей прислуги. Чимин тяжело вздохнул и поставил подпись рядом. Смертный приговор придет в исполнение с завтрашнего дня. Пак с нетерпением ждет окончания своего отпуска. Первая ночь в доме с серийным убийцей проходила почти так же, как первая без него, отличия были, но не существенные. Чимин долго не мог найти удобную позу для сна. Пока он считал в слух до тысячи, в горле пересохло и парню пришлось идти на кухню. Пак вообще был против этой затеи, так как ему придется пробираться через Хосока, но заклятые враги-ноги повели его сами. И вот он стоит в дверном проеме, переходящем в зал и слушает ровное вздохи и выдохи мужчины. Чимин закусывает губу изнутри и вбирает ее в себя, повторяя эти действия. Он нервничает и боится пошевелиться, мало того, что дверь он открыл с длительным скрипом, так еще и старый дом оснащён встроенными скрипучими местами в полу. Парень вообще удивляется, как Чон может продолжать спать после такого страшного звука от двери. Дом вообще как будто из фильма ужасов, в котором Чимин жертву изображает. Да за такие испытания и совершенно естественную игру, парню Оскар нужно дать прямо сейчас. Но, к сожалению, все это не фильм, а реальность. Пак был бы безгранично счастлив услышать через секунду коронную фразу всех режиссеров "Стоп, снято" и пойти спать к себе в двухкомнатную квартиру на центральной улице мегаполиса. Но этого не будет, поэтому Чимину придется играть уже новую роль шпиона, как-то пробираясь через половые мины и невидимые лазеры. Воображение у Пака было хорошим с самого детства. В какой-то части это его сейчас спасает. Он забыл про Чона и просто пошел босыми ножками по скрипучей поверхности. Честно, от этого решения стало плохо не только Чимину. Хосок проснулся после трех последовательных скрипов, открыл глаза, прислушиваясь к еще пяти таким же. Пак не стал тянуть и решил закруглиться, ускоряясь рядом с диваном. Бегом он промчался мимо и близился к завершению миссии "Не разбудить Цербера". Не важно, как он с ней справился, главное добрался до своей цели. И вот, после аккуратного закрытия двери на кухню, которая почему то громко хлопнула, Чимин выпрямился и подошел к кувшину с жидкостью. Достав кружку, Пак бросил в нее таблетку и залил водой. Это было другое снотворное, которое ему принесла Чиен, уверяя, что лучше лекарства нет. Проверять парню пришлось на себе. После употребления в организм никаких изменений не наблюдалось. Чимин помыл кружку и поставил на место. Дубль два. Камеры. Мотор. Хосок улыбнулся, когда услышал очередной скрип двери и шлепки по полу. Чимин шел наощупь, предварительно выставляя руку вперед, чтобы не наткнуться на диван или еще какую мебель, вот только правая рука не спасла его от столкновения головы с деревянным шкафом, стоящим слева. Чон услышал глухой стук и последующее за ним "ай". Столько опасностей вокруг таится, но они как-то обходят других людей стороной, а Чимина наоборот любят и «целуют». Хосок не смог сдержать внезапно накрывшего его чувства смеха и стал затыкать себе рот подушкой. Пак опустился на пол, держась за голову и живот. Таблетка либо промахнулась со своим пунктом прибытия, либо не может быть принята слабым организмом парня. Лечит одно, одновременно калечится другое. У Хосока тоже заболел живот, только не от лекарств. Смех - самое лучшее средство от жизненных переживаний. Чимину было бы легче, если бы он попробовал и это лекарство... Вторую часть ночи, Пак ходил в другое место. Радовало, что путь не проходил через зал и Чон мог спокойно выспаться после прошлой бессонной ночи. Чимин заснул ближе к шести часам утра. Хосок не стал предупреждать его о своем уходе. Мужчине нужно было замести кое какие следы и съездить в ближайший город за новым оружием, которое ему поставляет лучший друг один раз в месяц. Пака разбудила Чиен в девять часов и стала о чем-то спрашивать за столом на кухне. Чимин пропустил все мимо ушей и лег на стол, погружаясь в сон. — Чимин, ты не правильно используешь действие таблетки. Тебе нужно протянуть эту сонливость до вечера и только потом разрешить организму отдохнуть. Стемнеет, вырубишься моментально и режим подправишь. Я же говорила, что это лучшее средство. - девушка положила руки на маленькие плечи и стала трусить парня. Чимин неосознанно сполз со стула на пол и свернулся там калачиком. Холодная поверхность помогала уснуть еще быстрей, Пак не стал с этим медлить... Чиен была не в состоянии поднять соню, поэтому принесла ему одеяло и подушку прямо на кухню. Покинув дом, она хлопнула входной дверью, заставляя парня во сне вздрогнуть и приобнять ноги. В светлое время суток многие видят яркие и красочные картинки во время сна, но не Чимин. Кусочек из трех цветов, промелькнувший за пару минут произвел сильное впечатление, заставляя Пака очнуться в своей комнате ближе к вечеру... Поднявшись с кровати, парень поплелся на кухню. По дороге он обратил внимание на задвинутый диван и его нетронутые чемоданы. Чим потер шею вспоминая, что их он разобрал, когда Хосок ушел первый раз. Нельзя исключать тот факт, что Пак как раз их сюда и переставил, а потом забыл. Ну, ладно. На это нет времени, нужно поскорей убрать сухость в горле и лечь обратно. На стенных часах было без десяти два. — День уже прошел. - подумал парень, наливая в стакан воду. Достав из шкафа таблетку, он положил ее на язык и запил, шумно сглатывая. На мгновения в доме повисла глухая тишина, создающая звон в ушах и головокружение. Через десять секунд с улицы донеслись звуки открывающегося замка, отчётливо поворачивающегося ключа и скрип двери от подвала. Чимин никак не отреагировал на это и сделал еще один глоток, ставя кружку на стол. Подойдя к окну, парень увидел горящий свет и смело открыл входную дверь, заполняя уши стрекотом ночных насекомых. Подходя к подвалу, Чимин услышал хруст ветки сзади, обернувшись, его встретила черная пустота и исчезающие звуки природы. Лестница, окутанная светом, была единственным четким местом вокруг. Пак не мешкаясь начал спускаться по ней, цепляясь за стены и царапая ногтями бетон. Маленькие босые ножки иногда соскальзывали со ступенек, заставляя терять равновесие. После десятой по счету ступеньки, Чимин решил передохнуть и перевести дух. Его путь был пройден только наполовину, комната так же оставалась тайной и невидимой. Никаких посторонних звуков не было. Пака успокаивала тихая атмосфера, но заставлял нервничать ужасный запах чего-то сырого. У парня скрутило живот и заболела голова. Но останавливаться он не собирался. Прикосновение ножек к холодной поверхности пускало по телу волну мурашек, а сильный пульс бил в висок. На предпоследней ступеньке, парень поднял голову, отрывая внимание с ног и переводя его на угнетающую обстановку этой красной комнаты. Все стены, покрытые кровью и царапинами, врезались Чимину в глаза. Ножи, веревки, пистолеты, лежащие по кругу, показывали на стоящий в центре стул с до боли знакомым Паку телом. Чимин не выдержал и сильно закричал, выпуская из глаз слезы обиды. Из обездвиженного тела начали стекать капельки крови, ударяясь об пол звуком дождя. Парень попятился назад, теряя равновесие, и ударился головой об ступеньки, погружаясь в темноту... Вернувшись домой, на кухне Хосок обнаружил те самые таблетки, которые Чимину посоветовала Чиен. Чон совсем забыл их выбросить. На самом деле в них было не снотворное. Когда-то давно, мужчину тревожили галлюцинации и ему приходилось принимать специальные препараты, дабы не привлекать внимание он заменил упаковку, пересыпал их в маленькую белую бутылочку и спрятал. После совершеннолетия, галлюцинации с паранойей прекратились, и он перестал употреблять эти таблетки. Хосок поставил их на самую высокую полку, чтобы Чимин не смог достать. На здорового человека, они оказывают противоположное действие. Хорошо, что Пак отделался только плохим сном... — Зачем ты убил ее? - услышал со стороны двери ужинающий Хосок. Чимин не одел повязку и сразу после пробуждения пошел к мужчине, выяснить кое-что очень важное. Чон проигнорировал вопрос и продолжил есть, думая о своем. Пак переступил порог и закрыл за собой дверь, защелкивая замок на ней. Он встал рядом со стеной и начал наблюдать, дожидаясь ответа. Простоял он так пятнадцать минут, Хосок не поворачивался к нему лицом и занимался своими делами, парня как будто для него не существовало. Чимин не шевелился, бледное лицо не отражало никаких живых эмоций, а пересохшие губы стали увлажняться языком. Наконец, через двадцать минут, мужчина решил покинуть кухню и повернулся лицом, сталкиваясь серыми глазами с опущенной в пол головой мальчика. Подходя к двери, Чимин встал на ее защиту и не позволил дотронуться до ручки с замком. — Пока не ответишь, я не отойду. - не поднимая взгляда, произнес Пак. — Про кого ты спрашивал? По конкретней сформулируй вопрос. — Зачем ты убил мою бабушку? - сквозь слезы спросил Чимин, поднимая глаза на убийцу... Говорят, глаза - зеркало души. Хосок впервые встречает такое неземной красоты отражение. Темно-карий оттенок полностью сливается и незаметно переходит в узкий зрачок, медленно расширившийся от неловкой близости. Чимин задержал дыхание на какое-то время, боясь разорвать зрительный контакт с обладателем очень красивого голоса и не менее красивой внешности. Серый цвет глаз высасывал из парня всю энергию. Он совершенно забыл о вопросе, который задал, только слезы напоминали о причине такой неловкой ситуации. Пак моргнул после двух минут неразрывного контакта с чужими зеркалами, опуская голову. Чимин обещал не смотреть на мужчину и одевать повязку, когда он дома, получается это нарушение установленных правил. Пак сам стал инициатором составления договора и самый первый его нарушил. Хосок стоял очень близко, заставляя парня нервничать, и думал о наказании, которое Чимин понесет сегодня ночью. На самом деле, прятать за повязкой эти восхитительные глаза было плохой идеей, Чон вообще изначально так поступил, чтобы парень никому не описал его внешность и, таким образом, не раскрыл. Недоверие присутствует и сейчас. Хосок приблизился ртом к маленькому ушку и шепнул, возвращая Чимина из рассуждений в реальность: — Мы договорились, что ты носишь повязку и не задаешь вопросов. — Я помню. Но мы же можем один раз сделать исключение. Меня сильно волнует твой ответ. Пожалуйста, скажи правду. Это очень важно для меня. - Чимин повернул голову немного левее и почувствовал теплые волосы на щеке. Хосок открыл рот для ответа и слабо выдохнул, пуская по Чимину волну мурашек. — Я не убивал твою бабушку, не знаю, что заставило тебя сделать такой вывод. - Чон отстранился и сновал посмотрел в глаза собеседнику. — Откуда у тебя ключи от дома? Она не могла тебе их сама отдать. - Пак сделал так же, сильнее прижимаясь спиной к двери. — Ты, наверно, удивишься, но так и было. Я часто навещал ее в течении пяти лет. Она относилась ко мне очень хорошо и доверяла, как своему родственнику. Отдала ключи, потому что не могла последнюю неделю перед смертью ходить и открывать дверь, разрешала приходить в любой момент и пользоваться всем, что мне нужно. Она часто о тебе говорила и с нетерпением ждала твоего приезда. Вскоре твоя бабушка умерла. Если бы у меня не было ключей, никто бы об этом не узнал. Чимин вобрал в себя нижнюю губу и поднес руки к глазам, из которых полилась соленая жидкость. Всхлипы заполнили повисшую на кухне тишину не проходя мимо Хосока. На Пака было больно смотреть, Чону ничего не оставалось, кроме как подойти ближе и обнять мальчика за талию. Пак сразу перестал плакать. Его трагедию уже какой раз перекрывает какое-то другое чувство, постоянно возникающее в животе при соприкосновении с чужим телом. Чимин обхватил руками шею, подтягиваясь ближе и кладя голову на плечо мужчины, закрывшего глаза от такого нежного касания маленьких мокрых пальчиков к спине. Пак все так же шморгал носом и обтирался ушком о черные пряди волос. В этих объятиях было уютно и тепло. Чимин давно не испытывал умиротворения и спокойствия. Ему стало легче после признания мужчины о не совершении убийства. Пак верил и даже не смел усомниться в этих словах. Это ведь была правда... — А теперь... - прошептал Чон, вырывая Чимина из спокойствия. - Пора тебя наказать за несоблюдение правил. Ты ведь не думал, что я прощу такое. - Хосок забросил ничего не понимающего парня на плечо и открыл дверь, неся его в комнату. — Что ты делаешь? Поставь меня. - начал брыкаться Чимин. - А как же мое правило о личной неприкосновенности? - Пак упал на свою кровать и схватился за руку мужчины, останавливая его поглаживания по талии мальчика. — Ты нарушил мои, я твои. Все честно. - Хосок достал из заднего кармана наручники, надел их на отбивающегося Чимина и зафиксировал на краю кровати, цепляя цепь за торчащую трубу и обездвиживая руки жертвы полностью. - На чем мы с тобой остановились вчера? Ах, да. - Чон довольно достал новый нож и начал водить по роскошному телу острой частью, заставляя Пака покрываться мурашками. Холодный предмет блуждал так же заинтересованно, как и глаза мужчины. Чимин закинул голову, вдавливая ее в подушку и смотря на потолок. Теплые руки, задравшие майку и потирающие талию доставляли огромное удовольствие. Парню было сложно контролировать сбившееся дыхание и быстрые толчки сердца. Хосок сходил с ума от этого тела, извивающегося под его руками, как змея. Бедра завораживали плавными движениями по простыни. Чон неосознанно оттянул вниз на два сантиметра резинку домашних штанов Пака, обнажая новый небольшой участок кожи, и провел пальцем по выпирающей косточке бедра. Ножом он сделал там небольшой порез, начинающий кровоточить больше с каждым изгибом позвоночника парня. Чимин заскулил, когда почувствовал на месте раны горячее дыхание и слизывающий кровь язык. Хосок вбирал в себя кожу и покусывал ее, слыша всхлипы мальчика. Раздвинув чужие ноги, Чон провел по всей длине до коленок и потянул на себя. Чимин закрыл глаза, возбуждаясь еще больше от прикосновения самого чувствительного органа к животу мужчины. Хосок задел его рукой и услышал протяжный стон, заполнивший полу темную комнату. Солнце уже закатилось за горизонт и оставило на небе темно-синие размытые узоры. Таким же цветом наполнялась комната в самый первый полноценный раз взаимодействия преступника и жертвы...