P.S.S: Преследуя синдром Стокгольма

Чимин медленно убрал руку с лица и посмотрел на вечерний город, постепенно покрывающийся белоснежными хлопьями. До края оставался целый метр. Пак нервно выпустил из рта горячий воздух и посмотрел на маленький слой снега под ногами. Его было немного, но всеми любимый звук уже слышался отчетливо. Чимин мерзнул недолго. После второй неудачной попытки, парень извлек несколько уроков. Первый. В следующий раз нужно брать пятнадцать шагов, а то и двадцать, чтоб уж наверняка. Второй. Совершать самоубийство только после ухода надоедливого Ким Сокхена. Так будет намного лучше. Мужчина пришел за Чимином через несколько минут прямо на крышу и обнял опять со спины, стараясь согреть худенького блондина. Пак не стал вырываться, ему было интересно еще раз пронаблюдать, прочувствовать реакцию собственного тела на этого человека. Чим закрыл глаза, чувствуя оседающие на лицо снежинки, путающихся в густых ресницах и бровях невероятно красивого юноши. Сокхен ровно дышал на ушко и проводил глазами по роскошной шее, откинутая голова открыла вид на острые ключицы и подтянутую грудь. Пак опирался телом на своего друга и ждал чего-то необычного, хотел почувствовать одно очень волнительное чувство, которое испытывал всю неделю отпуска рядом с одним очень странным человеком. Чимин искал его почти во всем: в прохожих, недавно появившихся друзьях, коллегах... Но ничего подобного не находил. Подпустил к себе надоедливого Сокхена только потому, что хотел почувствовать тепло, заботу, может даже любовь. Но ничего подобного не было. Прибавились ко всем такие чувства: отвращение, раздраженность, злость, ненависть. В общем все самое плохое, чего раньше не наблюдалось в солнечном Чимине. Он превратился в другого человека, каким не был прежде. Способствовало этому недавно дошедшая до Пака новость из деревни от Чиен. Две недели назад они созванивались и обсуждали новости. Чимин сейчас, наверно, был бы в другом состоянии, если бы не услышал о скорой свадьбе Хосока, на которую девушка приглашала своего старого друга. Пак, конечно, отказался. Это было бы уже слишком, заявиться в деревню, к Чону, после того, что произошло с ними. Хосок совсем закрылся в себе и особо не контролировал происходящее вокруг. На свадьбу он вообще не соглашался, но родители, пользуясь слабостью и плохим настроение сына, договорись о всем с семьей невесты и даже назначили день. Чиен назвала дату и положила трубку, так как никто на той стороне долго не отвечал. Чимин потерял сознание в своей квартире и очнулся только к вечеру. Завтра тот самый день. Чимин пришел сегодня на крышу в надежде не дожить до него. Но что-то пошло не так, расчеты опять подвели, а просто спрыгнуть Пак не решался. Предоставил этот выбор высшим силам, которые, наверно, специально прибавили метрик в площади крыши (как бы смешно это не звучало). Не получилось сегодня, завтра точно получится. Бог ведь любит троицу. Чимин больше любит цифру девятнадцать... — Я провожу тебя до дома. - прошептал Сокхен и поцеловал Чимина в шею. Хосок тоже часто так делал. Пак помнит, как дрожал от каждого прикосновения, мечтал о них и днем, и ночью, долго не мог насладиться теплыми руками на талии и холодным острием ножа. А сейчас, сравнивая такие вроде бы одинаковые действия, в сотый раз убеждается в их абсолютном различии. Чимин ничего не чувствовал, волнения не было, коленки не дрожали, разве что только от холода, сердце не заходилось в бешенном ритме. Все было обычным, неинтересным, скучным и бесчувственным. Эмоции на лице Пака не проскальзывали никакие. Единственное, чего он хотел, так это домой. В свою уютную комнату, так полюбившуюся. Это единственное место, где Чимин мог спокойно выдохнуть и забыть о реальности, утопившей все человеческие чувства в этом маленьком светлом комочке. — Не нужно, я сам могу. - Пак грубо отпихнул окутавшие его руки и просто пошел к лестнице. Сокхен иногда совсем не понимал таких быстрых перемен в настроении любимого. Раньше парень таким не был. После того отпуска, он сильно поменялся. Ким Сокхен старался выяснить причину, но Пак закрылся в себе еще больше... Чимина сильно раздражала эта настойчивость коллеги по работе. Сокхен не оставил его в покое и пошел по пятам. Пак старался не обращать на него внимание, но выходило совсем не так, как хотелось. Помимо раздражения, парень чувствовал какую-то слабость и волнение, усилившееся на тропинке, идущей через парк. Чимин часто осматривался вокруг и прислушивался к посторонним звукам. Шаги Кима мешали и перебивали все мысли и предчувствия. Поэтому Паку нужно было избавиться от Сокхена. — Слушай, может ты домой пойдешь, а то уже стемнело, да и мне совсем чуть-чуть осталось дойти. - Чимин повернулся к другу и немного улыбнулся. — А тебе одному не страшно ходить по таким темным местам? Посмотри, фонарей здесь очень мало, ничего не видно, людей нет. Давай я лучше тебя провожу... — Я же сказал, что в этом нет необходимости. Мне не страшно, если ты боишься, можешь идти домой по светлой дороге. А я по этой. - Пак вздрогнул от звука хрустнувшей ветки и полетевшей где-то в глубине деревьев черной птицы. Сокхен в это время был занят поисками телефона и похоже ничего не услышал. Посмотрев на устройство, он увидел входящий звонок от мамы. Перезвонив и поговорив с ней, Сокхену пришлось попрощаться с Чимином, так как возникли срочные дела. Счастливый Чимин пару минут махал удаляющемуся другу, пока тот не исчез в снегопаде... Пак стоял по середине огромной аллеи совсем один. С двух сторон был густой лес с хвойными деревьями, через каждые 50 метров стояли плохо освещающие дорожку фонари, бесконечно падающие снежинки, заслоняющие своим количеством пейзажи вдали, создавали предновогоднюю атмосферу. На своем месте Чимин несколько раз осматривался по сторонам. Задержался он больше на том дереве, из которого предположительно доносился хруст ветки пять минут назад. Парень сдвинулся с места, внимательно рассматривая левую сторону леса, и прислушиваясь ко всем звукам. Отсутствие посторонних шагов в разы упрощало жизнь. Пак когда-то так уже делал. Вот только вспомнить не мог где и когда. Сейчас он напуган чуть меньше, чем в первый раз. Ускорив шаг, Чимин услышал тихие шаги среди деревьев. Они полностью повторялись так же, как и парня, который в разные моменты времени останавливался, шел, опять останавливался и потом быстро бежал. Пак был удивлен такому точному соответствию и решил, что это и есть его шаги, просто они повторяются эхом с левой стороны. Через какое-то время они исчезли. Чимин добрался сначала до своего двора, потом подъезда, где пару минут обтряхивался от снега, а потом зашел, в последний раз взглянув на снегопад вперемешку с темнотой... На следующий день, рабочее место не выспавшегося парня было полностью забито различными стопками бумаг, папок, договоров, дел. Чимин по-такому состоянию его стола понял, что сегодня четверг - самый ужасный день недели. А ведь Пак запланировал кое-что очень важное, но похоже придется отложить свои дела и заняться работой. Разобрать это за рабочие часы не получится, поэтому придется остаться до самой ночи. Чимину показалось это прекрасным вариантом. Выполнить всю работу на неделю вперед и спокойно покинуть этот мир. Как раз в восемь часов в офисе никого не останется, крыша будет пустовать, а ответственный Пак сможет вновь испытать судьбу. Снег шел без остановки целые сутки. Чимин много раз переводил глаза на панорамное окно, расположенное рядом с его рабочим местом. Вечная суета в помещении никак не соответствовала тем плавно спускающимся снежинкам, парящим в холодном воздухе. Когда не было ветра, они спускались плавно, равномерно оседали на землю. Пак наблюдал за ними весь день, до самого вечера. В 20:15 парень первый раз поднял голову на часы и сильно удивился. — Уже поздно. - сказал стоящий над душой Сокхен. - Пойдем домой. — Я не могу, еще много работы осталось, иди без меня. — Завтра доделаешь, никуда не денется. - Ким поставил кружку с чаем перед другом. —(Я денусь.) Не хочу оставлять на потом. Иди, твоя мама, наверно, волнуется. - Чимин потер рукой переносицу и продолжил писать. — Не волнуется. Смотри, здесь совсем немного осталось. Думаю за десять минут ты справишься. Время пошло. - Сокхен подошел к окну и стал смотреть на парящие в темноте снежинки. Пак промолчал на эту очередную настойчивую речь, потому что знает бесполезность сопротивления. Уже много лет они дружат, Ким еще ни разу не делал так, как скажет его наставник. Раздражённый Чимин с силой сжимал ручку, продолжал писать и думать о суициде. "Может на улице? Нет. Лучше попробую еще раз дома." Через двадцать минут, парень закончил работу и не хотел говорить об этом своему другу, который уже сидел на кресле и сладко спал. Белая макушка тихонько встала с места, взяла свои вещи и пошла к двери. Прошмыгнув в коридор, Чимин тихонько закрыл дверь и побежал вниз по лестнице. На улице он услышал голос Сокхена, который побежал за ним после пробуждения. Пак проклинал снег, так как оставленные следы выдавали направление сбежавшего. Ким какое-то время следовал и ориентировался именно по ним, но после увиденной картины, ему стало не до этого... Чимин много раз оборачивался, бежал, как можно быстрей и совсем не заметил на пешеходном переходе резко завернувшую машину. Пак остановился на дороге и ждал столкновения, которое произошло через три секунды. Он не успел понять случившегося, когда упал на холодную поверхность, потерял сознание вместе с первой слезой за этот тяжелый день... Пак уже давно не чувствовал себя так спокойно. Знакомое тепло окутывало его худенькие плечи и ножки под коленками. Дыхание попадало на лицо и оставляло приятный след, пропавший через секунду. Чимин сквозь закрытые веки чувствовал до боли знакомые прикосновения горячих пальцев к щеке, губам, лбу, но обездвиженное замерзшее тело не могло пошевелиться: открыть веки совсем не получалось, поднять руку и нащупать источник такого приятного состояния было невозможно. Пак в темноте своего разума строил разные предположения и пришел к одному, не сильно расстраивающему факту. "Может это рай?" — А вы точно знаете, что делать? - спросил Сокхен у несшего Чимина мужчины, который представился, как врач центральной больницы. — Почему он так легко одет? - незнакомец на секунду остановился и подбросил маленького мальчика для удобства. На руках он выглядел совсем миниатюрным. Красивое лицо было сильно заброшено назад, а синие губы в полуоткрытом состоянии манили к себе еще больше, чем если бы были красными. Острые скулы делали лицо выразительней. Чимин сильно похудел за три месяца, а мужчина сильно соскучился за этими неподражаемыми чертами... Кима раздражало, что все его вопросы игнорируют и пропускаю мимо, переводят тему. Чимину такое он прощает, но совершенно постороннему человеку следовало бы хоть немного проявлять дружелюбие, сотрудничество. Сокхен винит себя за слабость. Если бы он бежал к Паку быстрее, то этого бы не произошло. Слава богу, мальчика от машины спас добрый прохожий, который среагировал быстрей, чем Ким. Незнакомец сразу же проверил состояние Чимина и сообщил зависшему другу неподалеку, что с парнем все нормально, только вот потерял сознание. — Нужно отнести его домой. Сокхен вызвался отвести незнакомца в дом Пака, так как сам он поднять тушку худенького мальчика не смог. А прохожий человек почему-то с легкостью с этим справился. Так они и пошли в дом Чимина с маленькой неприязнью друг к другу с самого начала. Но это было не так важно, как здоровье пострадавшего. Ради него, заметно раздраженному незнакомцу пришлось общаться с надоедливым Сокхеном, который показывал свое недоверие и сомнение. Ким знал, что приводить постороннего в дом друга - нехорошо. Вдруг он маньяк или вор какой-нибудь, Сокхен даже не подозревает, что есть еще одна категория, намного ужасней перечисленных. Незнакомец больше психопат, нежели простой маньяк или вор. Чимин в какой то части тоже стал таким, стараться убить себя - это же не совсем нормально... — Пришли. - сказал Ким рядом с дверью Чимина. - Нужно найти ключ. Мужчина опустился на корточки, положил мальчика на коленки, придерживая рукой и стал водить по стройным бедрам. Сердце Сокхена застыло, как только чужие руки начали ощупывать беззащитного Чимина, который немного ворочался. Незнакомец быстро нашел ключ и протянул его непонимающему Киму. Через минуту дверь открылась и незваные гости зашли в уютную темную квартирку. — Положите Чимина на кровать и уходите. - скомандовал Сокхен и стал снимать верхнюю одежду вместе с обувью. Полностью проигнорировав, незнакомец без приглашения зашел в темноту, не включая свет, положил мальчика на диван. Потом вернулся, сделал так же, как Ким (разделся с серьезным лицом хозяина квартиры), вернулся к пострадавшему. — Спасибо, но больше мы не нуждаемся в вашей помощи. - громко произнёс Сокхен, включил свет в зале и увидел покоящуюся на бедре Чимина чужую руку. - Не трогайте его. Мужчина не послушал и стал дальше осматривать бледного человечка. Внезапно завибрирующий телефон, остановил движения злого Кима в сторону незнакомца. Сокхен вышел из комнаты и начал разговаривать. Брюнет приподнял голову мальчика за подбородок и увидел на шее с другой стороны небольшие ранки вроде бы от тонкой веревки. Они почти исчезли, но коричневый след остался. Развязав шарф и сняв легкую куртку с холодного тела, мужчина стал нащупывать пульс. С этим было все в норме, с дыханием тоже. Вернувшийся Сокхен раздражённо посмотрел на "врача" и произнес: — У меня появились срочные дела, поэтому прошу вас присмотреть за Чимином, пока я не вернусь. — Где здесь аптечка? - этот неожиданный вопрос заставил на минуту забыть о неприязни. Ким стал искать глазами черную коробку, в которой предположительно должно было все находиться. Она была на столе. Сокхен подал ее сидящему на диване брюнету. — Я буду звонить каждые пятнадцать минут. Только попробуйте не взять трубку. - телефон Чимина опустился в протянутую мужчиной руку. - И если вы что-то сделаете с моим парнем, я вас убью. Мужчина не смог сдержать улыбки, а после хлопка двери и звонкого смеха. — Забавно. В черной коробочке Хосок капался очень долго. Нашел много снотворного, бинтов, пластырей, кучу просроченных таблеток и нашатырный спирт. Будить спящую красавицу он не спешил. Чон какое-то время любовался таким слабым видом парня и старался получить как можно больше удовольствия. Мужчину останавливали сомнения. Стоит ли ему вообще показываться Чимину!? Сейчас жизнь мальчика вроде наладилась. Даже парень появился. Хосок соврет, если скажет, что его это не интересует и не задевает. Наоборот, он сильно ревнует и, наверно, завидует. Пак заслуживает счастья, но его следы на шеи и попытка броситься под машину, заставили Чона задуматься. Он только второй день следит за Чимином, а увидел уже много противоречий, вызывающих сомнение в счастливой жизни мальчика. Если бы Пак был счастлив, этой ситуации не возникло… Хосок сам хотел увидеть это солнышко, поэтому сбежал из деревни за неделю до свадьбы, обманул всех родственников и испарился. Чону не хватало той заботы и нежности, Чимин дарил их каждый день и требовал того же. Мужчина не смог его удержать в первый раз, так стоит ли вообще пытаться во второй!? Хосок нашел на стуле черную длинную ткань и накрыл ею глаза спящего Пака, завязывая тугой узел на затылке. Открыв стеклянную бутылочку, мужчина вылил немного на вату и поднес к носу мальчика. Первое, что услышал Чимин – сильную вибрацию телефона, который оказался рядом с ухом через три секунды. Голос Сокхена звучал так отдаленно, Пак чувствовал на глазах черную ткань и старался унять сильное сердцебиение. Посторонние звуки последовали после закрывшейся коробки: шаги, звук открывающейся двери и, в конце, ее же хлопок. Чимин почувствовал сильное головокружение вместе с каким-то покалыванием в области груди. Он что-то проговорил Сокхену и отбросил телефон, пытаясь встать. Развязать повязку у него вышло только в подъезде. Он выбежал на лестницу и посмотрел вниз, кто-то быстро спускался, пытаясь уйти. Чимин босыми ножками побежал по холодному бетону, поддерживаясь за перила от потери равновесия и заслонивших все вокруг слез. Он кричал, просил остановиться, умолял вернуться и, в итоге, оказался на улице, в окружении темноты и до сих пор идущего снега, заслонившего силуэт незнакомого мужчины...