Stay alive

Я шла по длинному темному коридору. На стенах висели жуткие портреты, очевидно, прошлых владельцев замка. Художник, рисуя их, явно перестарался, потому что они получились настолько правдоподобными, что казалось, будто портреты следят за каждым моим движением. Изредка попадались белоснежные сети, толково расставленные хозяевами замка – пауками, в напрасной надежде поймать себе кого-нибудь на ужин. Коридору, казалось, не было конца. Я шла по нему уже минут тридцать, а он даже не собирался заканчиваться безнадежным тупиком или обнадеживающей дверью. Мне было очень неуютно в компании слишком живых портретов и пауков. Я уже начала бояться, что останусь навеки в этом полном страхов замке. Внезапно с потолка свесился паучище размером с хорошую собаку. Он повис прямо перед замершей мной, очевидно, увидев во мне долгожданное лакомство. Ну конечно! Такому здоровяку ничего не стоит поглотить меня с первого раза! Увидев, как он открыл свои жвала и как с них на пол капнула какая-то противно-тягучая жидкость, я с визгом, отбросив резким движением руки это чудовище, бросилась бежать. Остановилась я только тогда, когда заметила на одной из стен зеркало. Отдышавшись, я вернулась к нему и с удивлением обнаружила, что это не стекло, а холст. Это был портрет женщины, одетой в средневековое платье и сидевшей в типичной позе дам того времени - в полоборота, сложив вместе кисти рук и смотря на зрителя. Но меня кое-что в образе этой леди поразило, и я застыла, всматриваясь в черты ее лица. - Это невероятно, - прошептала я, доставая из кармана зеркальце. Я поочередно смотрела то на свое отражение, то на портрет, пока не убедилась, что она была моей копией. Или я ее? Не знаю. Но факт остается фактом: мы были похожи друг на друга как две капли воды! Перекрестившись, я медленно пошла дальше по коридору, внимательно рассматривая картины в надежде найти еще что-нибудь эдакое. Удача не заставила себя долго ждать: всего через пару картин я нашла портрет прошлых хранителей в полном вооружении. Остановившись, я стала рассматривать их. И опять! Рядом с хранителем с коником стояла я с ножом! Точнее это была та женщина, которую я увидела несколькими портретами ранее. Но не только она напоминала нынешнего хранителя. Остальные тоже были как две капли похожи на новых избранников Страны Чудес: парень с игрушечным коником удивительно походил на Джейкоба, мужчина с перечницей – Деймона, девушка с пушкой-чайником была похожа на Сэм… Только вот последний, пятый хранитель-маг, совсем ничем не напоминал Яру. Это был высоченный, волосатый мужик, как говорится, в теле. Он больше походил на добротного борова, чем на хранителя! У нас в компании есть такой. И он тоже маг! Полная нехороших предчувствий я прошла дальше. Поочередно останавливаясь на портретах наших предшественников, я добралась еще до одной картины, изображающей всю «команду». И опять же, все копии нас и такой же боров! Чем дальше я шла, тем больше убеждалась, что история Страны Чудес чрезвычайно похожа на одну из музыкальных форм. Рондо. Судьба каждого поколения хранителей никогда не повторялась. Об этом свидетельствовали картины, изображающие сцены из жизни этих людей. На одной они были на балу, на другой они сражались с отвратительным драконом, на третьей они умерли от ожирения и ничего неделанья… Но вот каждый новый хранитель был ужасно похож на своего предшественника! Так, я была одной внешности с мисс Симидзу из Японии, чье имя я узнала по подписи рисовавшего картину художника, как, в прочем, и имена других, а также даты рождения и смерти. Джейкоб был один в один с мистером Ваном из Китая. Деймон как будто был братом-близнецом с мистером Гарсиа из Мексики. Сэм как будто копировали с мисс Хилдебрант из Голландии. Ну, а последний хранитель – маг – был мистером Юганским из России. Хотя больше походил либо на любящего свежее сало украинского казака или на прописавшегося в «Макдоналдсе» заплесневелого американца. То есть, это значит, что хранителем, в конце концов, окажется совсем не талантливая в этой области Ярослава, а какой-то жирный, еле передвигающийся боров??? Справедливость, ау?! Почему вообще на такую важную роль, требующую физической подготовки и крепких нервов, Страна Чудес выбирала на протяжении веков совсем не подходящих по качествам людей? Не понимаю… Значит, если конец – это смерть, то Яра умрет??? А эта ошибка природы будет жить, как ни в чем не бывало? Или хранители при таком исходе тоже погибнут? Я уже совсем запуталась… Я не знаю, как быть. Я не могу допустить смерть лучшей подруги. Но и перечить воле чего-то более важного я тоже вряд ли смогу. Схватившись за голову, я сползла по стене на пол. Как же так? Может быть, это просто подлость Страны Чудес? Может, она специально выбирает четыре сильных, достойных своего звания хранителя, а пятым берет толстяка, чтобы он был обузой и вечно мешался под ногами, будучи не в состоянии ничем помочь? Тогда вообще ерунда. Как я поняла, хранители защищают это место от всякого рода опасностей, неприятностей и тому подобного. Так зачем ей выбирать на место своего героя существо, совсем не способное помочь даже самому себе? Вдруг до меня донесся какой-то странный звук. Как будто смесь музыки с приглушенными воплями. Я поднялась и опрометью бросилась на звук. И вскоре добежала до долгожданной двери в конце коридора. Именно за ней слышался этот усилившийся звук. Я осторожно приоткрыла дверцу и заглянула в помещение. На шикарном персидском ковре спиной ко мне на коленях, зажав руками уши и крича совсем не человеческим голосом, сидел мужчина лет сорока-сорока пяти. Перед ним, смотря в окно так, что мне были видны только ее шикарные иссиня-черные кудри до пояса и ножки, скрытые под невесомой тканью платья, стояла женщина, играющая на каком-то музыкальном инструменте. Присмотревшись, я узнала в этой дудочке японскую флейту – сякухачи. Яра никогда не любила этот инструмент. Ее отец как-то рассказал нам легенду о том, что этот музыкальный инструмент в руках мастера способен причинить человеку адские страдания. Это факт подействовал на маленькую Ярославу кардинально: она разломала и сожгла сякухачи, хранящуюся в отцовской библиотеке, на что ее папа только покачал головой и сказал: «Из тебя выйдет прекрасная защитница. В тебе живет дух твоей прабабки. А она, поверь, весьма отличилась в свое время… Пока не пропала…». Еще раз окинув взглядом этих двух весьма странных людей, я, наконец, получила озарение. Эта женщина пытала этого мужчину адским инструментом!!! Вот только зачем? Что ей надо от него? Он, бедный, уже чуть ли не падал! Да и сама я потихоньку начала сползать на пол от этих звуков, как вдруг… - Эй, соня, пора просыпаться! – я почувствовала, как меня довольно чувствительно пнули в бок в, самой что ни на есть «яровской» манере. Я вскочила со своего нехитрого ложа. Капельки пота выступили у меня на лице, я дрожала… - Что случилось? – Яра присела рядом со мной, всматриваясь в мое лицо. Я видела в ее обеспокоенных фиолетовых глазах отражение напуганных коричневых своих. - Ничего, - прошептала я заикаясь, – просто кошмарный сон… - Ну, смотри, - не скрывая беспокойства, она поднялась и заявила на весь лагерь. – Поднимайте свои ленивые жопы! Пора идти! - Куда мы? – спросила я уже окрепшим голосом, поднимаясь с травы. - На чашечку чая, - загадочно сверкнула глазами Яра и, развернувшись, с разбегу вписалась в схватившего ее за татуированные плечи Джейкоба. - Какого чая? – спросил он, не поддаваясь ее слабому сопротивлению и не отпуская ее. – С перчиком? - И с огоньком, - рассмеялась Яра, снова выскользнув из его железной хватки. Эпически взмахнув копной черно-голубых, длинных-длинных волос, она завиляла попой по направлению к горам. Ну что за человек? Никогда ни о чем долго не беспокоится, для нее нет ничего страшного, у нее всегда все хорошо! Как только она умудрилась дожить до двадцати двух лет и не нажить целую свору врагов?.. Нет, конечно, враги у нее были, но не так уж их и много по сравнению, например, с Эндрю… Господи, надеюсь, ему хорошо там, на небесах…