Stay alive

Вокруг разруха. Уже не такая страшная, как час назад, но все равно жуткая. Деревья пожелтели и начали преждевременно сбрасывать листву. Даже небо приняло отталкивающий коричневатый оттенок. В воздухе ощущалась опасность. Она казалась материальной, живой, будто можно протянуть руку и почувствовать ее. Раньше этого не было. Быть может, дело в том, что мы зашли слишком далеко? Возможно, «она» не хотела дать нам пройти вглубь своих владений? Вполне вероятно, что она хотела избавиться от нас еще в самом начале, но что-то ей помешало. Что? Или это какая-то уловка, может, мы нужны ей зачем-то? Зачем? Как главное блюдо на празднике у монстров? Пока что эта роль у нас получается прекрасно. Мы стояли на огромной шестеренке. Вокруг нас преспокойненько плавали какие-то странные черные-черные маслянистые облачка. Ввысь улетали клубы дыма. Пахло чем-то не очень приятным. Паровые установки парили над бездной тут и там, давая нам возможность перебраться на более устойчивую поверхность, чем мы не преминули воспользоваться. Не произнеся ни слова, мы по очереди прыгали через бездну в спасительную струю ароматного дыма. Амбре доносилось не от него… Тогда от чего же? Колени мои тряслись. Я жутко боялась, что мне тоже придется прыгать. Я прекрасно знала, что долететь до твердой поверхности не смогу. Страх пудовым грузом потянет меня в пропасть. Никто не поможет. Никто не спасет. Никому я больше не буду нужна. Все потонет в ярком свете и никогда не возродится. Для меня игра закончится. Может, так даже и лучше. По крайней мере, на «том» свете сует будет поменьше. Я так надеюсь. Я отступила назад, уступая очередь однокласснику Джейкоба – Гарольду. Паренек выглядел глуповатым и рвался к краю твердой поверхности. Шило в попе, видать. Край все приближался и приближался, а я все отступала и отступала, боясь неминуемого. Под натиском страха я напрочь забыла, что позади меня тоже обрыв, и чуть было не полетела к родителям во тьму. Мне помогла Сэм, схватившая меня за руку и помогшая встать на надежную поверхность. - Опять трусишь? – рассмеялась она. Джейн мигом подбежала к подруге. Мне всегда казалось, что она похожа на преданную собачку. Бегает по следам Гейтс и потакает всем ее сумасшедшим задумкам. - А сама?! – буркнула я, чем вызвала резкую перемену настроения у девушки. Из небрежно-веселого ее лицо переменилось в злобно-обиженное. Только истерики мне сейчас для полноты картины не хватало! - А мы тебя ждем! – встряла Джейн, будто не могла не влезть в наш с Сэм разговор. – Ты ведь все равно последняя прыгнешь! Надо же кому-то тебя подтолкнуть! - Я справлюсь сама! Не лезь!.. те! – хотелось посильнее задеть чувства Коган, но у меня опять ничего не получилось. Она будто не слышала нескрываемой агрессии в моем голосе. Странное существо она. Очень странное. - Ты видела Сэма? О Боже, он такой!... – защебетала Сэм, а я от удивления потеряла дар речи. Лишь через несколько минут беспрерывного щебета о достоинствах Нила, я снова научилась говорить и перебила старую знакомую вполне естественным замечанием: - Ты же только недавно мужа похоронила! Как так можно?! Она посмотрела на меня, как на дуру. Я не понимала. Она же любила Шона! И так быстро забыла о нем… Это просто не укладывается в голове! Сумасшествие! Любящая жена, по идее, долго-долго будет носить траур, а не заигрывать с другими мужчинами уже через несколько дней! И как только не стыдно?! - Надо найти достойную замену ему, - вздохнула Сэм и прикоснулась к своему животу. В моей голове начали шевелиться смутные сомнения. Уж не натворила ли чего она? - Сэм?! – я удивленно выпучила глаза, наблюдая, как девушка с нежностью поглаживает свой живот. Жаль, что Яры нет рядом. Она бы уж точно догадалась, в чем дело. Но, скорее всего, Гейтс просто о чем-то вспоминает. - Рей, а я беременна, - нет, не вспоминает! Твою же мать, как же так?! У них же с Шоном не могло быть детей! Я ничего не понимаю… Она, получается, изменила любимому мужу? А любимому ли? Мне стало жаль мужчину. Он был таким хорошим, добрым, так любил ее, когда она совсем этого не заслуживала. На фоне измены ее наглость, эгоизм и упрямство показались мне пылинкой в стоге сена. Ну, Сэм!.. Яры на тебя поблизости нет! Хоть они с Шоном никогда не были друзьями, отношения между этими двумя людьми были довольно хорошие. Она бы уж точно расставила бы все точки над «i». Хотя бы ради Гейтса – да упокоит Господь его душу! - Вы же!.. У вас же!.. бля… - только и смогла выдавить я. От шока нужные слова не шли на язык. Но Сэм с Джейн прекрасно поняли, что я хотела понять. - Он хотел ребенка, но не мог его сделать, - рассмеялась будущая мамаша. – Вот я и решила сделать ему приятное! - Сомневаюсь, что ему бы было приятно, если бы он узнал правду, - буркнула я, девчонки удивленно переглянулись. Они что, совсем не думали о таком исходе?! - Но ведь он уже ничего не узнает, не так ли? – с серьезным лицом спросила Джейн. Опять она лезет туда, куда не стоит! - Кто? – только и выдавила я, смотря в спину улетающего Майкла. Мы остались втроем на шестеренке. - Ну… Он вернулся за месяц до встречи выпускников и позвонил мне. Шон как раз был в командировке, и мы… - Сэм запнулась. Дальше, очевидно, шли пикантные подробности самого процесса, а мне об этом слушать ой как не хотелось! - Начали встречаться, - встряла Джейн, и я смирила ее полным возмущения взглядом. - Кто – он? – они замолчали. Тишина продлилась недолго, всего через пару минут Сэм тихо-тихо прошептала его имя: - Гэрри… Я вздрогнула. Мозг услужливо подсунул мне образ противного дистрофика, которого ни я, ни Яра паталогически не переваривали. Наглый, самоуверенный, самовлюбленный эгоист. Хотя, по сравнению с Зейном, он был просто ангелом небесным. Но, тем не менее, его сросшиеся брови, кривые зубы и волосатые худющие конечности меня очень сильно раздражали. Все бы отдала, чтобы избавиться от этого персонажа в прошлом, но теперь уже поздно о чем-то жалеть. Жизнь раскидала нас по разным уголкам земного шара. И вот теперь оказалось, что он отец ребенка Сэм. Сэм, которой он всегда нравился, но которая всеми возможными способами отрицала это. Сэм, которая ссорилась с Джейн из-за ревности к дистрофику. Сэм, которая очень сильно изменилась. Отчасти - благодаря ему. - Ну и что ты мне скажешь? – спустя минут семь, осторожно спросила Гейтс. - Блядь! – слово вылетело прежде, чем я успела осознать. Впервые я сказала то, что думала, не волнуясь о последствиях. Пусть это и получилось случайно. - Да нет же!.. – я уже не слушала. Я с остервенелой уверенностью быстро шагала к краю платформы. Прыжок занял у меня меньше минуты, а затем я принялась разыскивать в толпе родные ярко-фиолетовые глаза. Яра, милая, ты где? Было больно и обидно, что некогда приятная собеседница и хороший человек вдруг превратилась в какую-то несчастную подстилку. Она изменила любящему ее Шону! И с кем же! Ладно бы – с Джеймсом Бондом или с Джонни Деппом, я бы еще поняла! Но с Гэрри!.. Ей нет прощения. Надо было разыскать подругу прежде, как эта парочка доберется до нее и что-нибудь наврет. Впереди мелькнула голубая шевелюра, и я со скоростью пули ринулась к ней. Ярослава стояла около огромной скалы, на сотни метров поднимающейся ввысь, и тихо-мирно разговаривала с Деймоном. Без разницы, что я нарушу их воркование. Есть вещи намного важнее любовных разговорчиков. Да и потом, я имею право поговорить с лучшей подругой, или меня уже отправили в ссылку?! - Что случилось? – она заметила меня раньше, чем я успела заявить о своем присутствии. Я увидела свое отражение в ее взволнованных глазах и пригладила выбившиеся из хвоста волосы. Видно, когда прыгала, порывы ветра растрепали мне прическу. - Сэм… Гэрри… - задыхаясь от возмущения, процедила я. Зрачки Яры расширились, она все поняла. А Дей все так же стоял с выражением лица, будто его только что разморозили после столетнего сна. Типа, что случилось, что происходит, почему я ничего не понимаю??? - Не может быть… - прошептала Яра. - Мне кто-нибудь пояснит, что здесь происходит?! – раздраженно поинтересовался Бакер. Нашел время выступать! Я почувствовала сильные, но нежные руки на своей талии. Нервно вздрогнув, я прижалась к его обнаженному торсу и сразу же почувствовала горячее дыхание на своей шее. Его присутствие успокаивало, тревога практически исчезла… Так нельзя! Такие обнимания должны быть запрещены законом! Они отрывают меня от реальности и уносят в немыслимые дали! Но возмутиться этому я не могла. Уж больно хотелось оказаться в его объятиях. - Из-за чего переполох? – горячее дыхание обожгло ухо, а сердце на секунду замерло. Ноги стали будто ватными, я покачнулась, но меня тут же обхватили покрепче, не позволяя упасть. - Сэм беременна, - Ярослава сказала это гораздо громче, чем следовало. Взгляды людей обратились к нам, задавая немой вопрос: «Что?!». Где-то позади раздался крик Сэм: «Не надо!». Я ухмыльнулась. Неужели она реально думала, что я промолчу о таком событии? Если так, то она совсем меня забыла. Прежняя Гейтс прекрасно знает, что я обо всем рассказываю Яре, а она уж решает, распространяться о том или ином событии, или нет. - Шон был бы рад… - тихо заметил Дей, а я покраснела от возмущения. Джейкоб же, поняв, что я сейчас взорвусь, сильнее сжал меня. Мол, не перестарайся. Вселенского хаоса нам только не хватало для полноты картины. - Ребенок-то не от Шона, - Яра выглядывала кого-то в толпе. Сверкнув глазами, она схватила кого-то и вытащила из кучи народа волосатого ужасно худющего парня. Меня передернуло. Гэрри. Буквально через полминуты к нам протиснулись и виновницы всего этого переполоха, застыв в паре метров от Яры. У нее в глазах бушевала буря. Я оказалась права. Даже после смерти Шона Ярослава будет за него. Не будет над ним издеваться и пускать слухов за спиной. У них слишком хорошие были отношения. Почти что дружеские. - Что? – выдохнул изумленный Дей, смотря огромными глазами на залившегося краской Гэрри. Правду он понял быстрее, чем я, что меня слегка задело. Но не это важно. Назревал нешуточный конфликт, и надо было что-то с этим делать. Только вот что? Тупик. Яра не остановился ни перед чем, чтобы достичь своей цели, Сэм не уступает ей в упрямстве и тоже будет стоять на своем до конца. Гэрри – как всегда – прикинется дурачком и постарается улизнуть еще до начала потасовки. Джейкоб и Дей?.. Они здесь ни при делах. Не их одноклассники – не их проблемы. Не стоит их сюда вмешивать. Джейн же будет всегда на стороне подруги, а мнение остальных для нее – лишь пустой звук. - Ты ничего не хочешь нам рассказать? – наш одноклассник – Брендон – вопросительно посмотрел на Сэм, поправив черные очки. Он всегда был в курсе всего, руководил всякими поездками и мероприятиями. Да и человек он неплохой. Он не мог просто так не обратить внимания на такое событие. - Эмм… Например? – девушка сделала непонимающие глаза, все также поглаживая руками живот. Я посмотрела на рожу Гэрри, на которой отражалось плохо скрываемое удовольствие. Ах ты, сволочь! Еще и лыбиться смеет в такой момент! Я попыталась вырваться из рук Джейка, чтобы сделать бывшему однокласснику бесплатную стрижку, но меня, как и следовало ожидать, не пустили. Сжали еще крепче и прижали к себе. Дышать стало невероятно трудно. Еще чуть-чуть, и меня придется оживлять. Умру. От нехватки воздуха. Я постаралась хоть немного разжать его пальцы, но куда там! Он даже, казалось, не обратил внимания на мои жалкие попытки освободиться. Я извернулась и взглянула на него. От удивления я разучилась говорить: на его лице отражался гнев, в глазах виднелась неприкрытая ненависть. Как будто надавили на старую, любимую, больную мозоль. Я вздрогнула. Он держал меня только для того, чтобы не начать драку! Ему нужно было куда-то выплеснуть свою энергию, а я как раз оказалась рядом. Не думаю, что он специально, но в таком состоянии очень трудно оценивать свою силу и очень легко причинить боль другому человеку. Лично у меня органы уже собирались пробивать себе путь наружу, подальше от грубого отношения. Но я попыталась взять себя в руки. Мне не хотелось, чтобы он причинил кому-нибудь боль. Уж лучше пострадаю я, чем противная Джейн, туповатый Гэрри, безответственная Сэм, Яра… Хотя нет. Яре-то как раз ничего и не грозило. Судя по выражению ее лица и злобному огоньку в глазах, это ее стоило бояться. - Например, как так получилось, что ты изменила живому мужу, которого якобы любила? – голос моей подруги был на удивление спокойным. Ни ледяным, ни бесчувственным. Голос безмятежного человека, хотя ее лицо и тело говорили совершенно об обратном. Она вся напряглась в ожидании драки. - Ой, Яр, не утрируй! Ничего же страшного не произошло? Подумаешь, забеременела не от мужа! Бывает! Никто же не пострадал!.. – начала было Сэм, но Джейн ее перебила, добавив: - Да и потом, какое тебе дело до Шона? Вы с ним не то враги, не то друзья! Никто! Может быть, меня сочтут сумасшедшей, но мой нож будто завибрировал. Щелчок в мозгах – и я уже нависла над распластавшейся на камне Джейн, занеся кулак для удара. Откинутого мною Джейкоба поддержал стоящий позади Гарольд, и теперь он смотрел на меня офигевшими глазами. Если честно, я сама от себя такого не ожидала. Но раз сделала, то пути назад уже нет. - Рей! – Сэм хотела броситься Джейн на помощь, но разъяренная Яра прижала ее спиной к скале, не позволяя вырваться. - Больше, чем товарищи, меньше, чем друзья, - прошипела Буш Гейтс на ухо. – Тебе всегда были недоступны такие тонкие грани отношений между людьми. Ты видишь только то, что предстает пред тобой во всей полноте. Ты слепа. А Джейн глуха. Вы обе калеки. А ты еще в довесок ко всему и проститутка. Самой-то не стыдно? Сэм молча смотрела на злое, но красивое лицо одноклассницы, не вяжущееся с ее ледяным голосом. Инстинктивный страх овладел девушкой. Да и как тут не испугаться, если жестокий человек с невероятно злым лицом вдруг говорит со сталью в голосе? Я услышала мягкий хлопок, и в тот же момент кто-то заорал трехэтажным матом приятные пожелания долголетия. Обернувшись, я заметила Джейкоба, лежащего на спине упавшего Гэрри. Мимолетная мысль, что Кэрри легко может раздавить дрыща, мгновенно сменилась злорадным удовлетворением. Я опять повернулась к пытающейся поцарапать меня Джейн. - Сначала надо ногти отрастить, а уж потом пытаться кого-то ими покалечить, - прошептала я, кивая на жалкие огрызки ноготков на пальцах моей «подопечной». - Ты злая! – прошипела Джейн. Мои губы изогнулись в кривой ухмылке: иногда она бывает такая милая! Особенно, когда злится. - А ты глупая. Раздался визг, и я мгновенно повернула голову, чтобы увидеть его источник. Визжал Гэрри, которому, наверное, надавили на больное место. Джейк слегка приподнялся, чтобы уменьшить давление на истеричного парня. От Яры и Сэм донеслось хныканье: вдове надоело стоять в таком положении. - Ну что вам от нас надо? – простонала она, не отводя взгляда от горящих глаз Буш. - Зачем? – сталь в голосе моей подруги дрогнула. - Зачем, зачем! – передразнила Яру Сэм. – Да затем, что член у Гэрри больше, чем у Шона!!! Тишина. В воздухе прямо ощущалось электричество, скользившее между Буш и Гейтс. Я понимала, что просто так все это не закончится. Яра не потерпит такого по отношению к Шону. Между ними когда-то случилось то, из-за чего она ради Гейтса в раскаленную лаву полезет. Он спас ее. После смерти родителей мы были сами не свои. В мою голову то и дело закрадывались мысли о суициде. Но если у меня это было лишь иногда, то у Ярославы постоянно. Она тогда стояла на крыше двадцатиэтажного дома и всерьез намеревалась прыгнуть вниз. Он нашел ее. И помог совладать с собой. Уговорил не заканчивать жизнь на такой глупой ноте. Она его послушала. Уж не знаю, какими аргументами он пользовался, но она вернулась. Не к жизни. К существованию. Никаких радостей. Никакого счастья. Вообще никаких эмоций. Школа – дом – я – дом – и снова школа. Никакого разнообразия. Только через несколько лет Тайлер смог оживить ее. - Молчать! – голос Яры в сгустившемся молчании показался мне каким-то неестественным. Я закрыла рот, раскрывшийся в немом вопросе, а рукой заставила замолчать Джейн. Ярослава просто так не станет приказывать. Что-то случилось. Что-то не очень приятное, надо полагать. Я заметила, что Джейкобу даже не пришлось прилагать усилий для того, чтобы заткнуть Гэрри. Тот и так онемел от страха, прекрасно понимая, что его - в случае непослушания - запросто могут убить и списать это «досадное недоразумение» на какое-нибудь чудовище. - Да как ты!.. – Сэм облизнула приложенную к ее рту руку, из-за чего Яра брезгливо ее отдернула. Гейтс начала орать, как резаная, а Буш не увидела другого способа заставить ее замолчать, не убивая, естественно, кроме как поцеловать. У народа глаза аж на лоб вылезли от данного зрелища. Они наверняка подумали, что девочки – лесбиянки, но только это не так. А вообще - плевать! Главное – цель, а не те пути, которыми она достигается. Сначала я видела недовольство в широко распахнутых глазах Гейтс, а потом она закрыла веки. Правая нога недвусмысленно обхватила бедро Ярославы, а руки покорно расслабились в железной хватке моей подруги. На лице Яры я не видела абсолютно никаких эмоций. Лишь стремление выхватить из окружающей среды тот звук, который известит нас об опасности. Не знаю, как она, а я ничего не слышала, кроме учащенного сердцебиения Джейн, которая, сопя, возмущенно наблюдала за ними. Сразу же вспомнился одиннадцатый класс, когда Ярослава была «геем» и при любом удобном случае лезла к девочкам целоваться или намекала на некоторые отвратительные, по-моему, стороны человеческой жизни. Вдруг до моего слуха донесся странный, урчащий звук, от которого мурашки побежали по телу. Это было не урчание скелетообразных акул и не рев Глазочайника. Что-то новое, возможно, еще более опасное притаилось за вроде бы мирной обстановкой. Я почувствовала, как Джейн задрожала. Мне показалось, что мы думаем об одном и том же: « А что, если ЭТО уничтожит нас всех?!». Только вот Коган не видела того, что видела я. Ни реального мира, где все умерли, ни замка, на стенах которого висят портреты наших предшественников, а в комнате в конце коридора – какая-то женщина мучает с помощью сякухачи смутно знакомого мне мужчину. Внезапно все встало на свои места. Я поняла, кого видела, но здравый смысл отказывался в это верить. Не возможно. Невероятно. Быть не может. Они живы! Только мы их не увидим. Я слегка повернула голову, уловив урчание прямо у моего уха. Сердце сжалось в ужасе. Такого мы еще точно не видели. Ни одно, ни два, ни десять… Шансов нет. Это конец. Я будто через туман услышала полный решимости крик, но это уже не имело никакого значения. Я смотрела в пустые черные зеницы нового монстра и чувствовала, как жизнь уходит из меня. Обессиленная, я под раздававшиеся, словно в километрах от меня, крики провалилась в небытие.