Пустошь

Тяжесть тела Генри сдавила его легкие и сейчас, почти задыхаясь, он чувствовал себя Эдди, у которого случился приступ астмы. Бауэрс хищно оскалился, сильнее сжал запястья младшего парня в своих руках, поддался вперед и едва ли не в самые губы подростка прорычал: — Я хочу тебя. Билл мотнул головой, желая сократить расстояние между их лицами. Он все никак не мог собраться: набрать в легкие как можно больше воздуха и закричать так громко, как только возможно. Он боялся, что под весом Генри он просто задохнется. От этой мысли откуда-то брались силы, и он упорно бил ногами о землю, руками упирался в грудь старшеклассника и трепыхался под ним, но Бауэрс все равно был куда сильнее щуплого подростка. Генри раззадоривали эти попытки вырваться. Лежа на этом беспомощном мальчишке, он чувствовал собственное превосходство и силу, а еще безграничную власть над этим человечишкой. Он уже забыл о своем желании на ком-то отыграться: теперь им управлял лишь азарт, желание упиваться этой властью. Он был как хищник, поймавший свою добычу, но не спешивший ее убивать: Генри просто наблюдал за отчаянными, но безуспешными попытками жертвы сбежать, и его губы непроизвольно растянулись в самодовольной зловещей улыбке. Наконец Биллу удалось закричать. Он собрал все свои силы, вдохнул так глубоко, как только мог и закричал на пределе возможности своих легких. Генри это не понравилось. Хоть он и знал, что за деревьями их никто не смог бы увидеть, но он все же должен был держаться начеку, зная, что обычно Денбро ходит со своими лузерами, а не в одиночку. Недолго думая, он сильно поддался вперед, вынуждая младшего согнуть руки под таким напором и, обхватив его лицо своими руками, вжался своими губами в его в неком подобии поцелуя. Билл задергался сильнее, но давление чужого тела, боль в запястьях и почти полная обездвиженность не очень-то позволяли ему это сделать. Он беспомощно мычал в губы Бауэрса и чувствовал, как стремительно покидают его силы, затраченные на безрезультатные телодвижения. — Не так-то легко без своих бой-скаутов, правда, Денбро? — Прошипел Генри, издевательски улыбаясь, отстраняясь от Билла. — З-з-зачем ты эт-то делаешь? — С трудом выговорил подросток, тяжело дыша. — Потому что могу, — рыкнул старшеклассник, поддался вперед и укусил младшего за шею. Генри решил сменить позицию на более удобную: он сел на бедра Денбро и пригвоздил его запястья к земле. Так удерживать подростка было легче, а еще его лицо было намного лучше видно. Билл поморщился. Хоть теперь он и мог не бояться удушья под тяжестью Генри, но в то же время он совершенно не мог двигать ни ногами, ни руками. Заполучив возможность спокойно дышать, Денбро вновь закричал. Генри подумал о том, что если неудачники вдруг окажутся здесь и услышат эти крики, они непременно спасут своего дорогого приятеля, а вследствие оставят Бауэрса без мести. Эта мысль породила вспышку ярости в мозгу старшеклассника. Генри завел руку за спину и вытащил из кармана небольшой нож, по виду напоминавший кухонный — временная замена утерянного ножа-бабочки. Увидев в руках парня нож, Билл вновь начал вырываться, сел, насколько позволяло его положение, и даже попытался спихнуть с себя освободившимися руками Генри, но последний сильно толкнул его в грудь, заставляя упасть спиной на какой-то корень и болезненно застонать. Не дав Денбро прийти в себя, старшеклассник приставил острие ножа к его шее. Оба парня замерли. — Если ты еще раз так сделаешь, — угрожающе зашипел Генри, наклоняясь к лицу подростка, — я сделаю так, что ты замолчишь, — после короткой паузы продолжил Бауэрс. — Ты меня понял? — Уже громче спросил он, почти прокричал, и дернул рукой, слегка оцарапав нежную кожу. Билл закусил губу и кивнул. Тогда довольный хулиган отстранился от его лица, но затем опять наклонился. Он чуть приподнял ворот футболки парня, приставил к нему острие, вынуждая шатена запрокинуть голову, и резко рванул руку вниз. Раздался треск ткани. Билл вздрогнул всем телом и рвано вдохнул, глядя как довольный собой Бауэрс дорвал низ неповинной вещи уже своими руками. По груди младшего пробежался теплый ветер, который казался таким безмятежным и легким. Вот бы я был ветром, подумал вдруг Билл, когда Генри разорвал его футболку еще в нескольких местах, а после откинул лоскутки куда-то в сторону, смог бы убежать, и никто бы меня не догнал. Бауэрс водил по еще совсем детской, безволосой груди парня, по его животу, гадко хихикая. Он видел, как вздрагивает Денбро от каждого его прикосновения. Ему казалось, что подросток выглядит сейчас как какая-то девчонка. Подумав об этом, он заигрывающе присвистнул и зашелся в гадком хохоте. Биллу оставалось лишь с тоской поглядывать на нож Бауэрса, лежащий у его ног, до которого подросток бы никогда не дотянулся. Наигравшись с грудью младшего, Генри потянулся к его шортам. — Н-нет, Г-генри, нет, — Билл слабо заметался, когда старшеклассник расстегнул пуговицу и замок на его шортах и потянул их вниз вместе с нижним бельем. Бауэрс потянулся за ножом, покоящемся в сухой траве. — Давай без глупостей, — строго сказал он, вновь приставляя лезвие к шее шатена и привставая с него, чтобы в следующую секунду полностью раздеть. Билл лежал смирно, но его коленки тряслись от напряжения и страха. Когда Генри откинул всю его одежду в сторону, лицо мальчика залилось краской, он инстинктивно сжался в комок под взором старшего. Бауэрс хищно ухмыльнулся. Билл чувствовал страх и неподдельную ненависть к Генри одновременно. Он не понимал, почему тот так поступает, почему так издевается, почему он такой мудак. Было невыносимо понимать, что он тут совершенно один и никто не придёт ему на помощь. Прямо как Джорджи. Леденящий душу холод вдруг пробежал по телу и задержался где-то в кистях рук. Билл представил, как кричал и плакал его младший брат, как звал на помощь, но никто не пришёл. Он не пришёл. На глаза мгновенно навернулись слезы. Должен выжить, крутилось в голове Денбро единственное предложение, должен вытерпеть все это, чтобы найти Джорджи. Билл моргнул — и по его лицу заскользили слезы, исчезающие где-то в начале линии роста волос. Он не собирался их сдерживать. Генри, увидев это, победно ухмыльнулся. Он привык думать, что слезы — это предел, большее, на что обычно хватало его жертв вместе с мольбами о пощаде. Для него это был своеобразный рубеж, что-то вроде воображаемой черты, при пересечении которой ты мог считать себя победителем. Так было и в этот раз. Потеря его ножа была уже вполне компенсирована этими слезами, но чего уже на полпути останавливаться? Тем более, что эта ситуация вкупе с чужими страданиями немало возбудила Бауэрса. Он расстегнул ремень на своих джинсах, следом пошли пуговица и ширинка. Генри решил не снимать их полностью, а лишь приспустить; возможно, сделал он это на случай, если понадобится быстро удирать. Старшеклассник вновь улёгся на Билла, не забыв при этом отложить нож на безопасное расстояние. Младший уже не мог сдерживать рыданий, рвущихся из горла. Ему хотелось бить ногами и руками изо всех сил, кричать, что есть мочи, но тяжёлое тело на его собственном и страх не позволяли ему этого сделать. Если я закричу, он точно меня прикончит, думал Билл, и тогда точно никто не найдёт Джорджи. В следующую секунду все его мысли оборвались, а сам он словно полетел в глубокую бездну невыносимой боли. Громкий крик застрял где-то в глотке, когда мощная рука Генри Бауэрса с силой заткнула ему рот. Билл судорожно задергался, желая отползти от источника боли, ему даже казалось, что он смог слегка отодвинуться, но на деле это были лишь жалкие миллиметры, которые Бауэрс стёр следующим глубоким толчком. Старшеклассник чувствовал сильное давление, находящееся на границе с болью, и ему безумно нравилась эта гремучая смесь. Одной рукой он придавил руки младшего над его головой, а другой с силой сжал его талию, толкая его тело на свой член. Ему нравилось то, как судорожно вздымалась грудь шатена, как его руки слабели с каждой секундой, как охрип его голос, превратив крики в жалобные сиплые стоны. Билл чувствовал, как горит его тело. Голова гудела, в ушах раздавался непонятный шелест и шуршание, ничуть не напоминавшие шуршание листвы. Он не знал, сколько времени прошло, но ему хотелось, чтобы это скорее закончилось. Одним особенно резким толчком Генри так налег на Денбро, что тот проехался пару сантиметров по земле, царапая лопатки и локти, и оказался лежачим на чём-то вроде небольшого камня или очень твёрдого корня. Это что-то впилось в спину подростка аккурат между двумя его позвонками, и ему в голову вдруг пришло, что если Бауэрс сделает особенно сильный толчок, оно войдёт ему в позвоночник. Если бы обстоятельства были иными, Билл бы ни за что не подумал о таком, но сейчас его разум был охвачен паникой. Ему казалось, что этот камень встанет меж его позвонков, разорвёт всевозможные нервы и сосуды, и Билл умрет. Так глупо и нелепо: лёжа под пыхтящим Генри Бауэрсом, так и не найдя своего брата. Неожиданный прилив страха открыл второе дыхание у парня: на пару секунд мышцы налились силой — он упёрся ногами в землю и изо всех сил толкнулся вперёд, отползая от злосчастного булыжника. Генри счёл это как попытку к бегству. Не думая ни о чем, он вскочил с едва живого парня и потянулся за ножом. — Я тебе говорил лежать смирно! — Рычал Бауэрс, придавливая ноги младшего своим весом. В глазах Билла крутилась чёрная дымка, поэтому он не видел, что собирается сделать Генри. Тот приставил лезвие к животу Денбро, слегка надавил и стал вырезать на тонкой коже своё имя. Билл не особо сопротивлялся: сил не было больше ни на что. Он мог лишь едва слышно хрипеть и глотать соленые дорожки слез. Когда первая буква почти была готова, Бауэрс резко остановился и вдруг закричал. Судя по звукам, он вскочил на ноги, а после послышалась какая-то возня. Билл повернул голову в ту сторону, откуда доносился этот шум, но чернота в глазах не позволяла ничего разглядеть. Плюнув на это дело, подросток откинул голову на землю, глядя в бездонное небо, которое тоже едва видел, и закрыл глаза. Последним, что он услышал, прежде чем провалиться во тьму, был отдаленный крик ужаса Генри Бауэрса.

***

Билл выплыл из чёрного омута спустя какое-то время. Веки были слишком тяжелы, чтобы их открывать. Мальчик чувствовал, что его кто-то несёт на руках. От этого человека исходило тепло и уют. Билл почувствовал себя в безопасности. Подросток уткнулся носом в грудь незнакомца, про себя отмечая, что пахнет он попкорном, сладкой ватой и сеном. Совсем как цирк. Денбро вспомнил, как они с родителями и Джорджи ходили в цирк, и на душе его стало так тепло и легко, что он вновь погрузился в безмятежное забытьё.

***

— Билл, — словно сквозь толщу воды шатен слышал, как кто-то зовет его, попутно тряся за плечи, — Билл! — Что с ним? — Голоса становились все четче, Билл уже мог распознать взволнованную интонацию говорящего. — Может, увидел мамашу Эдди, — этот голос был куда более спокойным, даже расслабленным, — Ай! — Это не смешно, придурок! Стоп, Эдди? Билл открыл глаза. На него смотрело шесть пар взволнованных глаз. Стэнли и Беверли продолжали инстинктивно трясти его, но вскоре перестали. — Господи, Билл, — выдохнула Бев, убирая руки с его плеч, — ты так напугал нас. — Ч-что п-происходит? — Непонимающе прохрипел Денбро, приподнимаясь на локтях и осматриваясь. Он лежал на противоположном от канализационной трубы берегу, на небольшом пригорке. К своему удивлению, шатен обнаружил, что на нем была вся одежда помимо разодранной Бауэрсом футболки. Может, это лишь сон, подумал Билл, но в следующую секунду опустил взгляд и обнаружил незаконченную букву «Н» у себя на животе. Кожа вокруг нее покраснела и саднила, но запекшейся крови на удивление не было. — Ох и достанется тебе от родителей, — констатировал Эдди, оглядывая друга с ног до головы, — они весь город на уши подняли. — Давай, мы отведем тебя домой, — Стэн подал Биллу руку, а Бен и Майк помогли ему подняться. Ребята увели кое-как ковыляющего Денбро с пустыря под пристальным взглядом лазурно-голубых глаз из канализационной трубы. А на следующий день весь город был обвешан объявлениями об исчезновении еще одного ребенка в Дерри:

Генри Бауэрс, 17 лет.

Рост: 179см, вес: 76 кг.

Серые глаза, коричневые волосы, кольцо в левом ухе.

Был одет в синие джинсы, желтую футболку и армейские ботинки.

Лиц, располагающих какой-либо информацией, просят позвонить.