Ошибка судьбы.

      Столица Оське не понравилась: шумная, народу тьма, все куда-то бегут, кричат, суетятся; кругом камень, живой земли почти что и не видать; домищи огроменные в два, а где и в три этажа. Но больше всех, конечно, дворец королевский и здание академии, чьи многочисленные башенки величественно и грозно возвышались над городом, цепляясь острыми шпилями за серую рвань облаков.       До места Оська с отцом добирались не меньше часа. Пока их бричка, громыхая колёсами по булыжной мостовой, не торопясь пробиралась по извилистым пыльным улицам Алькорна, окончательно рассвело. Вроде бы и рань несусветная, а перед коваными воротами временного пристанища будущих магов собралась уже довольно приличная толпа. Оська с батей уж два раза перекусить успели, пока до них очередь дошла. Сухонький старичок в синем, расшитом золотыми звёздами балахоне похмыкал, пристально разглядывая Оську поверх круглых стёкол очков. - Увы, молодой человек, дара нет, - выдал он, наконец. - Как это нет? - насупился отец, выкладывая на дубовую столешницу небольшой, глухо звякнувший золотым нутром холщовый мешочек. - Да вы получше посмотрите. - Хм, капля магии, пожалуй, найдётся, - неуверенно протянул магистр, бросив мимолётный взгляд на подношение. - Но для обучения всё же не достаточно.       Крякнув досадливо, батя бросил на стол второй мешочек. - А ежели попристальней поискать? - О, вот теперь вижу, - довольно погладив жидкую бородку, заверил его маг, ловко сгребая монеты в карман.       Отец, вежливо раскланявшись, поспешил удалиться, довольный собой и состоявшейся сделкой. Она, конечно, не дёшево обошлась, но зато от обузы навсегда избавился. Оська подозревал, что тот забыл о сыне сразу же, как из двери вышел. Но сей факт юношу ничуть не расстроил. В его жизни начинался новый период. Быть может теперь судьба и к нему лицом повернется? Оська вопросительно глянул на старичка магистра. - И куда ж тебя пристроить? - задумался тот, потирая подбородок. - На кухню али двор мести? - А сад у вас есть? Или парк? - с робкой надеждой поинтересовался Оська. - Наше новое приобретение не лишено талантов? - удивился маг. - Это радует. Как звать величать-то тебя, юное дарование? - Ось... Освальд.       Так Оська обзавелся новым жильем - каморкой под лестницей, и заработком - с пяток медяков в месяц обещали исправно платить. Не то чтобы он тут себя сильно счастливым чувствовал, но и печалиться особо вроде было не о чем. По большому счёту тут никто к нему не цеплялся, за странности не высмеивал, не лез с душеспасительными беседами. А больше всего теплолюбивого Оську радовало, что вся внутренняя территория академии, и парк в том числе, находилась под чарами вечного лета.       Хотя конечно, сад это не дикий лес. Деревья там, как пленники в неволе стоят, людской прихотью покалеченные - в диковинные формы постриженные. Оська совершенно не понимал, как можно природой дареную красоту так портить и наотрез отказывался хоть одну веточку срезать. Глава академии, тот самый жадный до золотишка старичок, на это своеволие свозь пальцы смотрел. Найти рабочий персонал для его учебного заведения всегда было большой проблемой. Студенты народ озорной да шаловливый. Всё бы им над простым людом подшучивать. А у тех с юмором видать не густо – пугались до икоты да сбегали, иные и пары дней не проработав.       Оська же на эти фокусы внимания почти и не обращал. Правда, юных магов это лишь только раззадорило. Оська не раз слышал разговоры о пари, заключённом на тысячу золотых, кто нагонит ужаса или хоть вздрогнуть заставит тихого садовника. Даже кто-то из старшекурсников изъявил желание принять участие, куш-то немалый. Оська на все их потуги лишь посмеивался незаметно. Жучки, паучки и прочая мелкая и не очень живность, что из всех щелей лезли, не впечатлили, с лесными тварями он всегда договариваться умел. А вот вурдалаки, упыри да нечисть всякая поначалу поинтереснее казались. Оська из любопытства у одного демона даже рога потрогать попытался, да только безрезультатно - рука сквозь адского выходца насквозь прошла. Оно и понятно, иллюзия же.       Юные недомаги впали в печаль великую, аж на целую неделю, и не придумали ничего лучше, чем призвать настоящего упыря с ближайшего проклятого кладбища. Оська как раз в это время в цветнике землю рыхлил. Дело оно ответственное, особой аккуратности требует. Садовые-то цветы они нежные да капризные. Ежели корешок иль стебелёк поранишь, то и увянуть могут. Так что Оська, что вокруг делается и не замечал, пока мертвяк, жутко завывая, к нему через клумбу не полез. Жалобно хрустнул под гнилой ногой куст Аналузской розы, словно слёзы, роняя белые ароматные лепестки.       Оська взвыл дурным голосом, что тот упырь, и в обход клумбы бросился. Начинающие некроманты со смеху покатились, думая, что таки пари выиграли. Только недолго они веселились. Огребли все: и обиженно мычащий упырь, и умники те. Оська до крайности разгневанный около часа эту развесёлую компанию по парку мотыгой гонял. Магистр, про ту историю прознав, долго смеялся и велел приз за пари Оське отдать, заслужил. Уж больно те юные маги испуганными выглядели. С тех пор над Оськой никто подшучивать больше не пытался.