Ошибка судьбы.

      Бельгар со своим спутником вот уже как пару минут скрылись за углом. И только тогда Оська, чуть придя в себя, обнаружил, что сидит на траве, крепко обнимая наполненную до краёв бадейку. Нервный смешок, вырвавшийся против воли, быстро перерос в истеричный смех. - Круг перерождения, надо же, - приговаривал он в перерывах между приступами неудержимого хохота. - Кривой видать кружок-то получился.       Работники, вышедшие по своим делам на задний двор, с опаской косились на явно свихнувшегося садовника. Тому же на мнение недалёких людишек было глубоко наплевать. Поплескав на лицо ледяной колодезной водой, что хоть немного помогло успокоиться, он, кряхтя, как старый дед, поднялся на ноги.        Первой мыслью было - бежать. Чтобы Бельгару не пришлось испытать боль разочарования, увидев его таким. Но всё бросить тоже нельзя - цветник требовал поливки. И, подхватив бадейки, Оська поплёлся в парк выполнять свои прямые обязанности. Пока руки занимались привычным делом, в голову начали закрадываться сомнения. А правильно ли он всё истолковал? Может и сны те ничего не значат. И вовсе это не воспоминания о прошлой жизни, а всего лишь бессвязный ничего не значащий бред. Опять же, откуда бы Оське эльфийский знать? А кто сказал, что Бельгар с другом на родном языке изъяснялись? Может тот человек просто зло подшутил над доверчивым юношей. - А был ли вообще тот Асвадель? Ну и дурак же ты, Оська,- ругал он сам себя.- Да даже если и был, с чего ты взял, что Бельгар по тебе так убивается? Имя-то тот не упоминал, а про Асваделя наверняка и думать забыл давно.       Пребывая в тяжких раздумьях и сомнениях, Оська и не заметил, как день к концу подошёл. А ночью во сне он получил подтверждение своим кое-каким подозрениям. Перед Оськиными глазами с головокружительной скоростью мелькали кадры чужой теперь жизни.        Летели месяцы, осень сменяла зиму. Бельгара с каждым днём всё больше тяготила их связь, разорвать которую он пока не решался. Видимо не знал, как это сделать, чтобы не сильно ранить бывшую любовь. Асвадель понимал – так дальше продолжаться не может. Расставание для него было равносильно гибели. Но ожидание смерти, как известно, хуже самой смерти. Прежние чувства не вернуть, как ни старайся. И в их отношениях пришла пора поставить точку, чтобы не мучить дальше ни себя, ни партнёра. Оставалось самое сложное - решиться и выбрать момент для непростого разговора.       Их сторожевой пост на окраине Леса не затихал ни днём, ни ночью. Уединиться там всегда являлось большой проблемой. Раньше это совершенно не волновало Асваля, он готов был хоть с целым миром делиться своим счастьем. В окружении друзей им нечего и некого было стесняться. Выяснять же отношения на глазах у всех - это совсем другое дело. Сочувствующие взгляды Асвадель не смог бы выдержать. Патрулировать приграничную территорию они по-прежнему ходили вдвоём. Удобнее времени, когда рядом не будет посторонних ушей и глаз, и не придумаешь.       В этот день, как и всегда, они вышли с восходом солнца. Незаметная постороннему глазу тропка в одном месте вилась вдоль небольшого лесного озерца, располагавшегося на самой границе эльфийских владений. Противоположный его край, сплошь заросший колючей сухой осокой, считался уже ничейной землёй.       Бельгар, шедший чуть впереди, остановился на берегу, вперив хмурый задумчивый взгляд в тёмную гладь мутной озёрной воды. Асвадель почувствовал - настал момент истины. Бельгар наконец-то решился. Сердце пропустило удар и болезненно сжалось при мысли о неизбежном расставании. Но тот всё тянул время, тягостное молчание затягивалось. Асвадель понял – ещё немного и он, забыв о гордости, начнёт умолять партнёра дать ему хоть крошечный шанс. Вместо этого он, ничем не выдавая волнения, произнёс: - Я хочу уехать. - Куда? - без особого интереса полюбопытствовал Бельгар. - Не знаю. Не решил ещё. Куда-нибудь подальше. - Асвадель,- со смесью облегчения и стыда в голосе воскликнул Бельгар, оборачиваясь. - Не надо. Не говори ничего. Я с самого начала знал, что так будет,- сказал тот тихо, вперив взгляд вдаль - сил смотреть в любимое лицо не было.        И только поэтому краем глаза он углядел, как почти незаметно шевельнулись кусты на противоположном берегу. Бельгар стоял в ту сторону спиной и не подозревал об опасности. Тихо тренькнула тетива, отправляя в смертельный полёт вражескую стрелу. Асвадель, убирая с её пути самое дорогое, с силой толкнул того на траву. Он и сам успевал отскочить, но не сдвинулся с места, подумав - так будет лучше. Грудь обожгло калёным железом. И земля, накреняясь под странным углом, качнулась навстречу. Бельгар что-то кричал, встряхивая за плечи, но угасающее сознание уже не улавливало звуков. Закрывая глаза, Асвадель хотел прошептать «Я не вернусь», но немеющие губы плохо слушались и получилось: - Я вернусь.