Ошибка судьбы.

      Уже давно перевалило за полдень. Оська поднял голову к небу - до заката оставалось всего каких-то пара часов. Времени на то, чтобы лично предупредить кого-то из эльфов совершенно не оставалось. Дикий голубь унёс на ближайшую заставу послание, второпях накарябанное Оськой на тонком кусочке коры. Сам же юноша, боясь опоздать, подозвал Дымка и поспешил туда, где решалась судьба дорогого ему эльфа.       Попавшие в западню уже довольно долгое время держали оборону, когда Оська, сильно опередив спасательный отряд, наконец, смог до них добраться. Вплотную подъезжать к месту сражения он посчитал делом неразумным. Оставив жеребца в близлежащей рощице отдыхать после бешеной скачки, Оська занял наблюдательный пост за широким стволом разлапистой ели. Утекали минуты, защита угодившего в ловушку отряда слабела на глазах, похоже, помощи им было не дождаться.       У Оськи с собой из оружия имелся только охотничий нож. Но ему и не требовалось воевать с целой шайкой разбойников. Чтобы спасти отряд принца - достаточно обезвредить артефакт. Хотя и эту задачу простой не назовёшь. Оська знал, что эта миссия может закончиться для всех плачевно, но верил, что удача и боги на его стороне.       Бандиты, воодушевлённые скорой победой, радостно перешучивались и, судя по всему, совершенно не опасались нападения с тыла. Это вместе с элементом неожиданности давало хоть какой-то шанс осуществить задуманное. Понимая, что попытка у него только одна, Оська, удобнее перехватив нож и крепко сжимая в руке прозрачную каплю, прыгнул вперёд. Артефакт, к счастью, оказавшийся довольно хрупким, разлетелся на куски, лишая бандитов единственного преимущества. И вслед за тем чудовищной силы магический взрыв потряс окрестности. Оську отшвырнуло в лес, ощутимо приложив спиной об дерево. И мир погас.       Подоспевший отряд подкрепления вместе с охраной принца быстро добили оставшихся в живых разбойников. Бельгар, мучимый плохим предчувствием, бросился к кустам, где в последний раз видел свою непутёвую половину. Тот был ещё жив, сжимая в окровавленном кулаке мелкие осколки хрустальной слезы. - Вечно тебя на подвиги тянет,- прошептал Бельгар с горечью, осторожно снимая тело с обломка ветки.       С дозволения принца Оську погрузили на носилки и с почестями доставили к храму Дивин в центре столицы. Там, чтобы душа его опять не заблудилась по пути к великой богине, положили на возвышение возле алтаря и, соблюдая эльфийские традиции, оставили до рассвета одного. И никто не видел, как засияли мягким лунным светом осколки слезы. С первыми лучами солнца Бельгар, всю ночь просидевший на ступенях храма, зашёл внутрь и замер в удивлении. Тела на алтаре не было видно из-за опутавших его тонких зелёных веточек. От прикосновения кокон распался. - Асвадель!- поражённо выдохнул Бельгар, обшаривая взглядом расслабленно раскинувшуюся во сне фигуру и не находя никаких повреждений. Любуясь на уже почти забытые любимые черты, он присел рядом. Асвадель, не открывая глаз, потеребил себя, словно не веря, за острое ухо. - Я вернулся.       Дивин с улыбкой отвернулась. Может целоваться в храме это и кощунство, но когда двое так счастливы, что забыли обо всём на свете - она простит.