Знамение

      На утро тело Сансы болело так сильно, что она никак не могла заставить себя подняться с кровати. Служанки во всю хлопотали, прибирая покои, и предлагали свою помощь, но дива отмахивалась от них. Поняв, что лежать целый день в кровати невозможно, ибо начинает затекать спина, юная королева кое-как встала и попросила подготовить ей ванну. Всё было исполнено.       В горячей воде боль постепенно начала отступать, и девушка осознала, что когда она проснулась рядом не было Джоффри.       - Где король? - спросила Санса. Конечно, было предположение, что парень у своей матери, но юница совсем не хотела, чтобы догадка подтвердилась. Пташка прекрасно знала, что Серсея может с лёгкостью наговорить всяких разных гадостей, за которые расплатиться придётся именно жене Баратеона.       - У Серсеи Ланнистер, моя королева, - увы, опасения оказались правдой. Девушка тяжело вздохнула, закрыла глаза и полностью погрузилась в воду, оставив на поверхности лишь часть лица, чтобы было чем дышать.       - Когда я смогу увидеть его? - внезапно послышался голос дочери Эддарда и Кейтилин Старк откуда-то из под-воды.       - Король просил не беспокоить его, однако мы можем сообщить, когда Его Величество освободится.       В помещении повисла тишина. Санса впала в свои раздумья (большая часть мыслей была именно о том, как над ней будут издеваться сегодня, или, быть может, у Джоффри хорошее настроение?). На теле миледи ещё остались синяки после того позорного избиения перед большим количеством людей. Вспомнив об этом, королева вспомнила ещё и о том, что теперь, будучи правительницей Семи Королевств, просто обязана поблагодарить Тириона Ланнистера за то, что тогда оказал помощь представительнице дома Старков.       «Я верна Джоффри. Он единственная моя любовь!». Эти слова произнесла Санса, когда покидала тронный зал. Думает ли она так на самом деле? Вопрос, который девушка задаёт себе каждый вечер и не находит ответа. В плане верности сомнений нет — если однажды северянка вздумает предать короля, то жестоко за это поплатиться, и Серсея лично проконтролирует процесс, как с молодой красавицы сдерут кожу живьём, а что касается любви? Здесь на равных боролись две очевидные стороны: «люблю» и «нет».       Час, может, полтора Санса провела в уединении. Она надела на своё стройное тело лёгкое платье, какое не могла позволить, живя на Севере, и такой же непринуждённой походкой направилась в покои младшего брата бывшей королевы, а ныне защитницы державы (по крайней мере до тех пор, пока Джоффри не достигнет совершеннолетия).       Стук в дверь. Карлик неспешно подошёл ко входу и открыл путь в свою обитель.       - Королева Санса, - проговорил он, немного склоняя голову в знак почтения. Своему племяннику Бес никогда не кланялся — не заслужил. Его жена — совсем иное дело. Пташке, не смотря на титул, всё ещё нужна защита от двух самых главных тиранов этого дворца. - Прошу, проходите. - Ланнистер протянул руку в сторону комнаты, приглашая тем самым девушку. - Что привело Вас ко мне? Джоффри снова вытворил что-то неподобающее королю?       - Здравствуйте, - кивнула северянка и приподняла кончики губ. - Благодарю за приём. Я пришла совсем не для того, чтобы жаловаться на Джоффри, в конце концов, это было бы не этично, ведь я стала его женой. - диво прошла в покои и огляделась. Покои десницы мало чем отличались от королевских, разве что чуть поменьше предметов роскоши. - С Вашего позволения, милорд... - пролепетала Пташка, садясь на край кровати. Тирион сел в кресло напротив. - Я лишь хотела поблагодарить Вас за то, что защитили меня, когда Джоффри хотел убить меня, но после публично приказал разодрать мою одежду.       Смущение промелькнуло в глазах Сансы. Девушка залилась румянцем и опустила взгляд.       - Не стоит, миледи. Джоффри перегнул палку, он не имел права так унижать будущую королеву Семи Королевств...       - Конечно, стоит, милорд! - Баратеон перебила собеседника, ничего не желая слушать более. - Вы спасли мою честь, моё достоинство. Я обязана каким-то образом поблагодарить Вас, только скажите каким.       - Лучшей наградой для меня будет Ваше благополучие и спокойствие в Семи Королевствах. Джоффри характером пошёл в мать, но если с Серсеей есть шанс договориться, то с королём практически невозможно. Он сполна захочет отыграться на Вас, будьте сильны и терпеливы. Если Его Величество снова посмеет поднять на Вас руку, то можете обратиться ко мне, я поговорю с племянником. В конце концов, королеве положено продолжить род, нельзя портить тело будущей матери.       - Вы не понимаете, милорд... Вы последний в этом дворце, кто добр ко мне. В прошлый раз, Вы уже попали в немилость Джоффри. Я не могу допустить этого снова.       - Не переживайте обо мне, Санса. - Бес натянул на лицо неуклюжую улыбку. - Король не посмеет тронуть меня. Я найду как приструнить отпрыска сестры.       Разговор перебила служанка, которая постучалась и вошла в покои Ланнистера. Она поклонилась.       - Королева, Серсея Ланнистер просила, чтобы Вы удостоили её чести и заглянули в её покои. Сейчас.       «Просьба» Серсеи только формально была просьбой. Слово «сейчас» явно намекало на приказной характер сообщения. Санса поняла это, и кротко кивнула.       - Извините, милорд, как видите, я должна идти. Если я всё же смогу помочь Вам хоть чем-то, то обязательно скажите, иначе я так и буду чувствовать себя должницей. - дива улыбнулась. Баратеон встала с кровати. Она стояла у порога в то время, как сзади услышала голос Тириона.       - Будьте аккуратны с ней, королева Санса. Вы даже не представляете на что ещё способна моя сестра.       Северянка ушла, не оглянувшись. Десница был прав: несмотря на то, что бывшая представительница дома Старков длительный период времени жила в Королевской гавани, она не так хорошо знает Серсею, как Тирион или, к примеру, Джейме. Другое дело, что близнец регентши всегда будет на её стороне и не станет помогать новой королеве, какое бы зло не творила старая.       Это угнетало. Осознание беспомощности перед матерью короля сводило Сансу с ума. Да и что снова могло понадобиться этой женщине? Разве остались ещё детали, о которых Ланнистер не предупредила рыжеволосую волчицу? Вряд ли... Скорее всего вдова Роберта Баратеона хочет в очередной раз напомнить, кто главный во дворце и во всём королевстве. Такая гордая и неуязвимая, Серсея не захочет оставаться в тени гораздо более молодой и привлекательной правительницы.       Но в плане красоты стоит отметить, что светловолосая южанка, пусть и была уже сорока лет отроду, но по прежнему оставалась несбыточной мечтой многих мужчин в Вестеросе. Только ленивый не мечтал бы поиметь неукротимую львицу. Недоступная и желанная. И верно говорят, что запретный плод сладок.       Поведение представительницы Ланнистеров тоже дорогого стоило. Она никогда не склонит ни перед кем голову, никогда не откажется от собственной правды, горой встанет за счастье своих детей — Джоффри, Томмена и Мирцеллы — это видно. В чём-то, может быть, Санса и хотела подражать матери короля (хотя бы в том, как ловко Серсея ставит соперников на место, не даёт себя в обиду), но на подобные агрессивные черты характера, а точнее на их внедрение в характер, королева готова не была.       С другой стороны, Санса и Серсея жили в абсолютно разных условиях. Старк любила свою семью: у неё была мать, был отец, трое братьев и очаровательная сестра (пусть даже Арья никогда и не считала себя леди). Они часто проводили время вместе, а как-то Эддард подарил детям щенков лютоволков, и стало совсем интересно жить на Севере. Животные мало помалу разбавляли скучную жизнь леди и милордов. А Ланнистер? У неё не было счастливого детства: отец не обращал внимания на детей, мать умерла при родах Тириона, оттуда же пошла и жестокая ненависть к брату-карлику. Единственный человек, который по-настоящему любил Серсею — Джейме. Как следствие и кардинально разные характеры между бывшей и настоящей королевами.       Стук каблучков эхом отражался от стен коридоров. Очень скоро северянка оказалась в покоях регентши:       - Вы желали меня видеть?       Южанка обернулась. На лице сияла неестественная улыбка, от которой так и несло корыстью.       - Санса... Проходи, милая. Я рада, что ты зашла. Как прошла ваша с Джоффри первая брачная ночь? Тебе было больно?       Баратеон поморщилась.       - Мне бы не хотелось обсуждать это с Вами, госпожа. - Молвила юница. Девушка сложила ручки в замочек, стараясь не контактировать взглядом с женщиной — таков способ самозащиты выбрала Пташка.       - А с кем тебе это ещё обсуждать? Не переживай, когда-то и я была в твоём положении. Джоффри не бывает слишком ласковым в жизни, наверное, в постели это имеет своё отражение, но и Роберт не был идеальным любовником. Со временем ты привыкнешь. - волчица молчала. - Теперь ты стала его женой, придётся терпеть моего сына, но, я предлагаю тебе иной вариант: научись понимать Джоффри, узнай его от начала и до конца, и будешь понимать как лучше надавить на короля, чтобы смягчить его и подарить удовлетворение... Во всех смыслах слова.       - Для этого Вы меня позвали?       - Конечно... Я хотела дать тебе несколько советов, чтобы упростить жизнь молодой королевы. На твоих плечах лежит будущее. Мужчины очень предсказуемые и недальновидные существа, - женщина усмехнулась. Серсея подошла к окну, всматриваясь в даль.       - О чём Вы говорите? Считаете, что Джоффри предсказуем и недальновиден? - неуверенно переспросила Санса. Регентша снова издала смешок, который показывал насколько наивна бывшая Старк.       - Когда-нибудь ты поймёшь о чём я, милая. Если сейчас не получается осознать, то будь озадачена малым: продолжением рода Баратеонов. - Королева была ещё слишком наивна, чтобы распознать в последней реплике намёк на оскорбление. Пташка промолчала. Начало семейной жизни не казалось простым. - Думаю, что в таком случае нам пока не стоит затрагивать более серьёзные темы. Ступай, Санса, и ещё... Быть может, ты стала королевой по титулу, но не забывай, кто из нас настоящая правительница Семи Королевств. - строгое выражение лица Серсеи внезапно сменилось лучезарной улыбкой. - Иди скорее, Джоффри, должно быть, потерял тебя.       Как и предполагалось, Санса сразу же начала испытывать давление со стороны, но, кажется, жители дворца забыли, что недаром рождённых на севере называют волками.