Знамение

      Сразу после разговора с Серсеей, Санса направилась в тронный зал, где, должно быть, сейчас заседал Джоффри. Разумеется, принимать «гостей» регентша не позволила бы — по её мнению, Баратеон ещё слишком мал и неопытен, однако парень всё равно любил сидеть на Железном троне, представляя, как через считанные годы самостоятельно будет заправлять огромным государством, всеми Семью Королевствами.       Стража открыла двери с жутким скрипом. В центре «картины» показался образ Сансы. Её взгляд, как и обычно, был неуверенным и опущенным вниз, что совсем не понравилось юному садисту. Он нахмурился и встал с хорошо прогретого места, гордо вскинув подбородок. Молоденькая королева присела в поклоне.       - Мой король, - пролепетала она, подобно крошечной пташке. Ладони её были сложены спереди в маленький замочек, а спина немного сутулилась, несмотря на то, что девушку воспитывали как истинную Леди Винтерфелла.       - Очень хорошо, что ты пришла, Санса, однако, когда говоришь со мной, смотри прямо. Я желаю видеть твои очаровательные глаза. К тому же, ты больше не дикарка, а королева Вестероса, так не позорь же дом Баратеонов. Выпрямись немедленно.       Рыжеволосой бестии ничего не оставалось, кроме как повиноваться. К тому же, это меньший из приказов, который мог изложить Джоффри. Более-менее довольный король, чуть смягчил жёсткие черты лица.       - Подойди ко мне, - скомандовал он, по обыкновению, не объясняя причин своих просьб.       Санса, быстро перебирая ногами, словно мышонок, встала подле супруга, впадая в забвение. Ей всё больше казалась абсурдной жизнь рядом с этим молодым человеком, но дело сделано — Старк теперь Баратеон. Тем временем парнишка похабно оглядывал жену. Очевидно, что он вновь желал уединиться с привлекательной особой, однако не позволял себе этого в «рабочее время», поэтому придумал новое развлечение. - Я хочу, чтобы теперь, каждый раз, когда начинается заседание в тронном зале, ты присутствовала прямо рядом со мной. Вот здесь, - парень указал на большую красную подушку, которая лежала подле его ног.       Девушка с отвращением посмотрела на своё место. «Ручная собачка... Вот, что он хочет со мной сделать. Приручить волчицу Севера», - промелькнуло в голове королевы, однако вслух подобных догадок Санса произнести не рискнула. «Как унизительно!..»       - Ну! Давай же!       Бывшая Старк подобрала подолы своего платья и опустилась на ткань, набитую мягким материалом, а после посмотрела на Баратеона. Тот одобрительно кивнул.       - А теперь, целуй мои сапоги, - приказал он.       На подобное заявление юница среагировала резко. Она нахмурилась, не убирая своего взгляда со взора мужа, и, надеясь, что это всего лишь шутка, однако грубое: «Целуй немедленно!», тут же дало понять: всё происходит всерьёз. К великому счастью Сансы, в зале кроме неё, Джоффри и пары стражников больше никого не было, и не так многим доведётся лицезреть позор северянки. Она забрала распущенную часть волос на левую сторону и нагнулась, касаясь губами до блеска начищенных сапог, но не рискуя принять первоначальное положение.       - Хорошо. И я надеюсь, что ты будешь всегда с первого раза выполнять мои прика... просьбы. - с ухмылкой проговорил парень.       В голову миледи невольно залезла мысль: а что если то же самое король заставит сделать свою королеву на глазах у всех? Девушка, пожалуй, сойдёт с ума от нахлынувшей волны стыда, с которой сложно будет совладать. А ещё же эта Серсея... Она непременно поддержит сына. Скажет, что так народ узрит истинную силу власти короля. Это так глупо...       Иногда Санса задумывалась о том, каким правителем был бы её отец — Эддард, или же любой из братьев: Робб, Бран или Рикон, и приходила к одному и тому же мнению: они были бы в разы мудрее того, любовь к которому ослепила девушку с год тому назад. В то же мгновение от стен эхом отразился голос Джоффри.       - А теперь встань и отправляйся в покои. Сегодня вечером ты будешь меня развлекать, рассказывая сказку. У тебя есть время, чтобы придумать интересную историю, и не вздумай оплошать.       Теперь девушка совсем поникла. Какую ещё сказку? Разве парень ещё не вырос из них? Но кто будет спорить с безумцем? Королева встала.       - Быть может, - неуверенно молвила она, - Мой король пожелает, чтобы я отдала приказ приготовить особенный ужин к сегодняшнему вечеру? - поинтересовалась Старк. Она не знала как подступиться к мужу, поэтому решила начать с малого.       - Это первая твоя хорошая идея, Санса, - согласился тот. - Я бы с удовольствием отведал блюда других земель. Хотя знаешь... Приготовь мне ужин лично. По-своему, по-северянски. - отчеканил Баратеон. Не сказать, что королева была в восторге от этого (помимо сказки, теперь и с ужином запариться придётся), однако, если супруг будет, если не в отличном, то хотя бы в неплохом настроении, то до утра есть вероятность дожить спокойно, без лишний издевательств.       - Как скажете, - кивнула Санса. Она снова поклонилась и направилась на кухню, чтобы начать приготовления.       День прошёл даже слишком быстро. Всё время северянке казалось, что она не успевает, что сейчас получит новую порцию унижений или насилия. Но нет, когда ужин был готов и стол накрыт, король всё ещё не возвращался. Тогда Старк позвала девушку, что взяла к себе на услужение, хотя, реальнее говоря, как помощницу в поручениях мужа.       - Эллен, куда подевался король?       - Он у Серсеи Ланнистер, миледи.       Санса тихо вздохнула.       - Снова... Что же она там ему наговаривает?       Сей вопрос остался без ответа, да и был он скорее риторическим, чем требовавшим реального ответа. Ей стало страшно не по себе. Баратеон поднялась с кровати и поправила одеяния, изящно выпрямив спинку, начиная нервно ходить по покоям в раздумьях. Конечно, пока Джоффри не трогает жену, так даже спокойнее, но всё-таки влияние его матери слишком велико. Но что может Санса? Она всего лишь пешка. Бесполезная игрушка.       А время всё шло и было давно за полночь. Юница так и заснула, не дождавшись господина и не желая думать о следующем дне.       Утром Пташка услышала непонятный вой. Откуда во дворце взялись собаки? Санса накинула на себя халат и вышла в коридор. Там, на другом его конце, виднелся силуэт (не может быть!) лютоволка.       - Нимерия! - чей-то спокойных холодный голос эхом отразился от стен. Баратеон так и замерла. Её сердце бешено стучало в груди, желая вырваться на свободу. Санса хотела что-то сказать, но не могла, потому что не было сил. Всё же взяв себя в руки, миледи тихо спросила:       - Арья? Арья! - уже громче сказала она и помчалась навстречу сестре. - Я думала, ты умерла. Как же ты тут оказалась и провела Намирею! О Боги! Не могу поверить. - Санса обвила шею Старк, обнимая её. - Как же я рада тебя видеть.       - Тише, Санса... - шёпотом ответила Арья, возмущённо изгибая бровь. - Не сейчас! Идём быстрее! Нас ждёт Джон. Или ты не хочешь сбежать отсюда? Всё ещё ослеплена любовью к Джоффри?       - Хочу! Конечно хочу, - кивнула Пташка. Вместе с сестрой и волчицей они преодолели охрану и вышли во внутренний двор.       - Джон! - Санса кинулась в его объятья. Парень крепко сжал сестру. Он был бастардом, но всегда любил этих девушек, он был их опорой, а они его. Сноу никогда не бросил бы в беде ни одного из Старков. Так случилось и сейчас.       Прохладный ветер почему-то обжигал лицо. Свобода... Она так близка. Оставалось совсем чуть-чуть и можно было бы возвращаться в Винтерфелл. Родовой замок Старков снова мог стать защитой для Сансы от гнёта Серсеи и её отпрыска. А ведь новоиспечённая представительница дома Баратеонов была уверена, что навсегда потеряла семью и связь с внешним миром. У неё оставалось ещё много вопросов, например, как Арья и Джон проникли во дворец? И как они будут добираться до дома? Как Сноу покинул Ночной Дозор? И как Нимерия снова оказалась около своей хозяйки? Хотелось узнать как там Бран и Рикон? Что случилось с матерью после смерти отца? Но всё это могло подождать до тех пор, пока троица не окажется в безопасности. Увы, она не окажется там никогда...       Королева проснулась в холодном поту. Вокруг всё та же обстановка: большие окна, мятая постель и накрытый стол. Видимо, Джоффри так и не появился ночью, а все события были не чем иным, как сном до дрожи приятным. На глазах Сансы появились слёзы. Этот дворец станет для северянки её кончиной. Она уткнулась в подушку, в надежде снова заснуть, снова погрузится в тот мир, где она оказывалась на свободе, рядом с близкими людьми. Хотела погрузится в тот мир, где есть будущее, где есть вероятность изменить всё в лучшую сторону. Но нет... Пожалуй, боги сыграли с Сансой злую шутку.       Сколько уж лежала юница в постели — неизвестно. Её то и дело пытались заставить встать, принять душ и хотя бы позавтракать, но на любые убеждения Баратеон отвечала, что плохо себя чувствует и что ей не до чего. Вызвали даже нескольких лекарей, чтобы опровергнуть вероятность болезни госпожи. А кто-то и вовсе начал уверять, что королева беременна. Всё это чушь... Санса не испытывала физической боли, её душила моральная.       Подложив руку под голову, девушка подозвала служанку.       - Эллен, убери всё со стола.       Голос Сансы был пустым, охрипшим от слёз. Эллен молча выполнила указания и оставила Баратеон одну на некоторое время. Сейчас королеве казалось, что идеальным вариантов было бы умереть. Умереть и избавится от мучений, от недомолвок, от унижений. Всем было бы лучше: Джоффри нашёл бы себе жену более смышлёную, у Серсеи появилась бы новая марионетка, а Санса наконец-то получила бы покой.       Где же дива так оплошала? За что она расплачивается? Ах, если бы юная королева знала, что это не конец, а ещё только начало. Никому не бывает легко на пути к счастью, не будет легко и Сансе. Или же она так и не заслужит жить в гармонии и спокойствии хотя бы с самой собой?