Святоша для демона

Утро застало её врасплох. А именно надоедливым писком будильника… Поморщившись от утреннего солнца, которое пробивалось своими солнечными лучами к ней в комнату через плотные шторы, Джиневра выключила будильник, оторвав голову от мягкой подушки. Всё, как и всегда. Ничего не обычного. Она, как и все школьники, должна была поторопиться, чтоб не опоздать на первый урок… Взгляд Джинни спонтанно упал на письменный стол, рядом с которым вчера сидел он. Просыпаясь каждое утро, ей постоянно казалось то, что было вчера — был всего лишь дурной сон, на фоне бесконечных проблем с родителями и сверстниками. По крайней мере, ей хотелось, чтоб так было на самом деле. Однако несколько длинных царапин, оставленных на деревянной поверхности письменного стола доказывали обратное. Демон существует. И он вполне реальный… И что самое смешное, её отец (добропорядочный священник, между прочим!) вторил своей дорогой дочурке о том, что демоны это что-то эфемерное, невидимое нашим зрением. Они живут внутри нас на протяжении всей нашей жизни и просыпаются лишь тогда, когда перед обычным смертным появляется искушение. И не важно, в виде чего: будь то обычная конфета, которую так сильно жаждет съесть неразумный ребёнок наперекор матери или сделать кому-то «падлу» в отместку за что-либо, или ещё чего похлеще… Но это же смешно, когда подросток начинает спорить со священником, доказывая божьему земному посланнику, что, нет, вы не правы, святой отец! Демоны вполне реальны, и один из этих упырей может просто так, от нечего делать, наведаться к тебе в дом, просто так, от нечего, делать ломать тебе психику и просто так, от нечего делать, играть на твоих слабостях, подмывая собственноручно подписать контракт. Причём, это на добровольной основе!.. Митчелл вздрогнула от внезапного шума, что вывел её из состояния транса. Как оказалось, это была мама, что настойчиво стучалась в комнату дочери, напоминая, что время поджимает и она, как послушная девочка, должна отправиться в школу. Отсюда, Джинни, словно включила сама себе режим «перемотки»: быстро надев на себя выглаженную форму местной, но вполне приличной, старшей приходской школы для девочек, Митчелл зажала губами резинку для волос, тем временем, пока проводила расчёской по волосам. Бросив напоследок свой взор в сторону стола, Джиневра поспешила убраться поскорее со своей комнаты. Уже в коридоре она ощутила некое облегчение и, стараясь пребывать в хорошем настроении, школьница спустилась на первый этаж к завтраку. Спускаясь по ступеням, она завязала волосы в высокий хвост, осматривая кухню. Как обычно, мать и отец сидели за столом, ожидая единственную дочь. — Доброе утро, — улыбнулась Джинни семье, сев на своё любимое за столом место — рядом с окном. Как и всегда, отец поприветствовал её доброжелательной улыбкой, а мать… — Джиневра, что у тебя за вид? — немного пожурила миссис Эбигейл своё чадо, — у тебя опять на голове петухи! — Ну-ну, успокойся дорогая, не лучше начать утро в семье с благодарности к Господу нашему или, хотя бы, с добросердечных семейных пожеланий друг к другу? — раздался мягкий голос Джозефа Митчелла, который сидел, ожидая завтрака в своей рабочей сутане¹. Джиневру не могли не порадовать добрые слова отца. Они всегда привносили тепло, особенно в тяжкие времена для семьи. Он всегда знал, что сказать. — Она — девочка, Джозеф! Поэтому наша дочь всегда должна выглядеть опрятно, чисто и аккуратно! — настаивала на своём Эбигейл, подавая на стол три порции яичницы с беконом, стаканы со свежевыжатым соком и другие столовые приборы. — А, если бы у нас родился мальчик, тогда бы что было? — подметил точно священник, чем немного рассмешил Дженну, — да, все люди должны следить за собой в плане гигиены, но никогда не стоит забывать и о своей душе. Жена священника немного нахмурилась, после чего села обратно за стол. — Ты прав, папа! — поддержала мистера Митчелла Джиневра, вдыхая аромат бекона, — человек может выглядеть, как ангел воплоти, но с грязной душой внутри! — Отлично сказано, дорогая! — похвалил дочь Джозеф, — но теперь восхвалим Бога за этот чудесный завтрак! Все члены семьи дружно, склонив головы, положили локти на стол и переплели пальцы для того, чтоб начать утреннюю молитву. Каждый знал её наизусть, проговаривая про себя эти священные речи. — Аминь! — сказали они немного невпопад, после вместе принялись за еду. — Приятного аппетита! — пожелала родителям школьница, отправляя в рот немаленький кусок бекона. — Приятного, — ответили ей Джозеф и Эбигейл почти синхронно, после чего мать добавила, — дорогая, всё же, мне придётся расчесать тебя, чтоб убрать эти петухи… Джинни на это лишь закатила глаза. *** Дорога до школы казалось слишком короткой, особенно, когда едешь на машине. И это не удивительно. Каждый школьник хотел бы как можно дольше оттянуть этот момент… Попрощавшись с отцом, Джиневра подарила ему лёгкий поцелуй в щёку, далее, выйдя из машины. Помахав любимой дочери на прощанье, священник уехал в сторону местной церквушки. Учебный день не предвещал ничего из рамок вон выходящего, но кто-то, словно перемешал карты. Это почувствовала сама девушка, когда, не дойдя до здания приходской школы, она уловила приятные и грустные нотки музыкального инструмента, что играл совсем недалеко. Притормозив, Джинни прикрыла глаза. Ей ранее не приходилось слышать ничего подобного. Это скрипка. А какая прекрасная музыка! Что-то её поманило, потянуло магнитом в другую сторону, отчего школьница одуматься не успела, как оказалась где-то позади здания школы. С каждым новым шагом звуки становились всё громче и насыщенней. И с каждым шагом знак пентаграммы на ладони Дженны всё сильнее загорался, немного обжигая ладонь. Нет, боли не было, но этого было достаточно, для того, чтобы перед Митчелл всплыли картины вчерашнего вечера. Того рокового вечера, когда она заключила контракт с Алазаром. Но, когда Джинни увидела перед собой привлекательного парня, играющего на скрипке, сердце будто сжалось, а плохие воспоминания ушли на второй план. Митчелл не знала, кто был автор произведения, но исполнение было просто бесподобным! Так грустно и печально. Прямо трогает за душу! Как и сам вид музыканта… Что-то в нём было. В этом парне, играющем на скрипке. То, что незнакомец закрыл глаза, словно желая слиться с музыкой воедино, лишь прибавляло ему неповторимого шарма. А как он водил смычком! Так легко и плавно… непринуждённо! Митчелл и забыла о тех посторонних людях, которые заслушивались, но всё равно проходили мимо, кидая в шляпу деньги, так как повседневные заботы затянули их с головой. Ей тоже захотелось. Просто взять и… бросить купюру со скромным номиналом. Пусть — это пустяк, но хоть так девушка могла отблагодарить его… за эту прекрасную мелодию. Задумано — сделано. Джинни всегда старалась как-то помочь таким людям в денежном плане. И её даже не интересовало, куда именно пойдут эти деньги. Выпрямившись, Джиневра дёрнулась от неожиданности. Брутально-карие глаза музыканта встретились с её невзрачно-серыми. Это было настолько неожиданно и пробирающе до костей. Она же и подумать не могла, что он откроет глаза в такой самый неподходящий для неё момент! — Я-я-я-я-я… — неловко заулыбалась Митчелл, заикнувшись от неловкости. — Большое спасибо вам, — намекнул музыкант на скромное пожертвование незнакомки, перестав играть на инструменте. Дрогнувшие уголки губ, вовсе не означали то, что парень решил поиздеваться над ней. Скорее, наоборот, в выражении его лица читалось доброжелательность и… заинтересованность? — Я раньше вас здесь не видела, — всё же, взяла себя в руки Джиневра, обратив внимание на немного растрёпанные, слегка длинные чёрные волосы уличного музыканта. — Мне принимать это, как знакомство? — легко улыбнулся скрипач, аккуратно укладывая в чехол скрипку, — или мне придётся выпрашивать вас сказать имя? — Меня зовут Джинни, Дженна… Джиневра! — выпалила она, будто из пушки, чем немного развеселила парня. — То есть у вас три имени? Как экзотично, — заправив чёлку назад, проговорил он, закрыв чехол, после повесил упакованный музыкальный инструмент себе на плечо. — Нет, моё полное имя Джиневра, но лучше называть меня просто Джинни или Дженна, — криво улыбнулась девушка, пригладив свою светлую у виска прядь. — Очень приятно, — прищурился от яркого солнца он, уходя в тень дерева, — а моё — Эрик. Полное имя Эрик, сокращённое тоже — Эрик, и лучше называть меня просто… Эрик! Шутка новому знакомому удалась. Искренне засмеявшись, Митчелл даже сама не ожидала, что первая протянет ему свою правую руку для приятного завершения знакомства. Придерживаясь простых правил этикета, Эрик вытянул свою руку, пожав нежную женскую ладонь. — Дженна, у тебя очень горячая ладонь, — констатировал скрипач, — тебе не жарко ходить в тёплом пиджаке? И ты не против, если мы перейдём на «ты»? О, нет, что ты! Всё хорошо! Это просто дьявольская пентаграмма, которую мне по «счастливой» случайности «подарил» один назойливый и настырный демон, дабы скрепить контракт! Митчелл всего на какие-то доли секунд задумалась, вновь вспомнив о контракте. Алазар чётко дал понять, что он примет облик одного из трёх парней. А это значит… Что прямо перед ней в человеческом обличии мог находиться сам Алазар! — Э-э-э? — задумчиво протянула Джинни, вовремя вспомнив, какой именно вопрос ей задал музыкант, — нет, вовсе нет! Знаешь, я тут подумала, а ты не будешь против, если тебя приглашу в ряды церковного оркестра? А то мой отец как-то говорил, что ему не хватает одного музыканта-скрипача. Дура, дура, дура! Всё равно, если демон боится храмов Божьих, отказ Эрика всё равно будет трактоваться, как самое обычное нежелание помогать первой встречной! — Нет проблем! — на удивление, Эрик даже оживился, — я согласен! Прикусив губу, Джинни серьёзно задумалась. Либо Алазар абсолютно не боится церквей и очень хорошо играет свою роль, либо перед ней находился просто отзывчивый и добрый человек. — Это отлично, — замялась девушка, переступив с одной ноги на другую, — значит, ты придёшь к нам на семейный ужин, где я познакомлю тебя с отцом? О, кстати, является священником нашей местной церкви! — акцентировав внимание на слове «священником», Митчелл с нетерпением ожидала ответной реакции скрипача. — Буду рад познакомиться и поговорить с ним! — задорно улыбнулся Эрик, а его карие глаза заблестели пуще прежнего…