Глава 10.
26 июля 2018 г., 19:55
Чеён абсолютно не понимает, что происходит. Не понимает причину поведения Усока. Не понимает, почему он держит её за талию, неловко тычется в её губы, если сам же попросил только тетрадь с прошлой лекцией по психологии, ибо прошлую пару пропустил. Не понимает, почему он не стремится отстраниться, когда её рука оказывается на мужской груди и предпринимает слабые попытки прервать этот странный момент для всех.
Всё происходит до такой степени спонтанно, что девушка даже сообразить толком не успевает, как в один момент Усок внезапно отстраняется от неё и летит на землю. Пак замечает силуэт Тэхёна и не догоняет, что в столь поздний час он забыл возле её дома.
Ким же, пользуясь потерянным состоянием Чона, хватает того за серую потную майку, поднимает его тушку с земли и замахивается, намереваясь нанести удар. Девушка сразу же подаётся вперёд, двумя маленькими ладошками цепляясь за кулак, находящийся в воздухе.
– Ты что делаешь?! – восклицает и тянет на себя чужую руку. Реакции никакой. – Тэхён, отпусти его!
Только Ким не реагирует от слова совсем. Он смотрит на Усока взглядом, полным ненависти и неприкрытой злобы. Ударить его хочется безумно, но только преграда в лице девичьей ручки мешает.
– Ты кто вообще такой? – вопрошает Чон, хватаясь за чужую руку в попытках оттолкнуть, однако Ким из-за этого выпускает только смешок. – Я тебе сейчас все зубы выбью!
Услышав последнюю фразу, Тэхён уже не сдерживается, начинает смеяться вслух. Он отталкивает от себя молодого человека, и тот только чудом удерживается на ногах.
– Ну давай, попробуй, – боксёр делает шаг ближе к Усоку, да только тот жмурится и назад отступает. – Или ты только на словах такой смелый, м? – Тэхён не даёт времени на ответ, толкая студента в плечо и валя того на землю. Усок пытается подняться, но встречает преграду в лице Ким Тэхёна, который уже сидит на его бёдрах. – Тебе мама не говорила в детстве, что к девочкам приставать нехорошо? – боксёр слабо шлёпает Чона по щеке. – Или то, что если девочка не хочет, то и лезть к ней не надо? – вновь шлепок по другой щеке. – Тебе вообще рассказывали, как нужно обращаться с девочками?
Усок жмурится, поджимая губы. Ему больно, правда, и на щеках завтра, по любому, в каком-нибудь месте синяк останется точно. Потому что он – мальчик чувствительный, щупленький, и то, что кажется Тэхёну «слабенько» – для Усока означает «сильненько».
– Прекрати! – голос Розэ, как гром среди ясного неба. – Тэхён, я серьёзно, – она подходит к парням и кладёт ладонь на мужское плечо в надежде на то, что Ким успокоится и прекратит причинять боль одногруппнику.
Тэхёну же хоть в лицо нассы, потому что он не слушается, словно обезумевший продолжает хлопать по чужим мужским щекам. С каждым ударом шлепки становятся сильнее, боль ощутимее, а сердце Тэхёна безжалостнее. Потому что Усок заслужил, и если бы не присутствие Чеён, то он бы выбил из него всю дурь другим способом, в котором он бесспорный профессионал.
Розэ упускает из виду тот момент, когда по щекам начинают идти слёзы. Ей больно из-за того, что Усок оказался под ударом из-за неё. Чеён не приемлет насилие, ни в каких его формах, и ей до одури хочется обрести суперсилу, чтобы оттащить Тэхёна от одногруппника, ведь не всё в этом мире решается с помощью кулаков! Если бы Ким вообще не совал свой нос не в своё дело, то Чеён и Усок мирно разошлись бы, обсудив перед этим произошедшее как взрослые люди и благополучно забыв бы об этом. И Пак даже не обиделась бы на Чона, потому что обижаться не на что.
– Да слезь ты уже с него, чёрт тебя возьми! – отчаянно говорит девушка, шмыгая носом. Она чувствует, что находится на грани истерики, потому прикрывает ладонью рот, дабы не сорваться на крик.
Тэхён замирает. Ему показалось или Чеён плачет? Слыша шмыганье за спиной, он понимает, что переборщил, облажался, и да, Чеён реально плачет.
– Попроси у неё прощение, – приказывает Ким лежащему под ним парню, только тот молчит. – Блять, я сказал, попроси у неё прощение!
Усок сразу же начинает лепетать нечленораздельную речь, кивая головой и смотря на Чеён. Ким тяжело вздыхает и поднимается с парня. Чон, почувствовав, что его больше никто не держит, ловко поднимается на ноги, быстро прощается с одногруппницей и несётся к своей машине, дрожащими руками вставляет ключ в замок зажигания и срывается с места.
Тэхён, смотря ему вслед, ухмыляется. Его действительно забавляет столь идиотская, по его мнению, реакция. И что Чеён только могла найти в этой тупорылой дылде?..
Боксёр разворачивается лицом к девушке и убирает ухмылку с лица сразу же, потому что встречается с разочарованным взглядом Чеён.
– Смешно тебе, придурок?! – она подходит к парню ближе, начиная бить кулачком его в грудь. – Смешно тебе, да, Тэхён?!
– Он поплатился за то, что сделал, – отвечает Ким, хватая Пак за руку и отводя её в сторону. – Я поступил так, как должен был.
– За что он поплатится? Что он сделал? Поцеловал меня? Господи, Тэхён, ты придурок, ты понимаешь это?! – Чеён хмыкает, ведя тыльной стороной свободной руки по щеке. – Ты не имел абсолютно никакого права трогать его!
– Он не имел права тебя целовать!
Тэхён сжимает челюсть, бегая глазами по растерянному лицу Розэ. Сболтнул лишнего, окей, но она сама его вывела, так что они, можно сказать, квиты.
– Кто это сказал? Ты?
– Даже если и я, то что дальше? Он не твой парень, Чеён, чтобы целовать тебя когда и где ему вздумается, понимаешь? – Ким срывается на крик и делает паузу. – К тому же, ты этого сама не хотела, – добавляет чуть слышно. Потому что он, в отличие от Усока, отличается умом, сообразительностью и внимательностью.
– Какая вообще разница? – Чеён не знает, что ответить. – Нельзя бить людей просто так, – Пак пытается вырвать запястье из мужской хватки, но всё тщетно.
– Он тебе нравится? – спокойным тоном вопрошает Ким, сжимая девичье запястье чуть сильнее.
– Не знаю, – девушка прикрывает глаза, пытаясь сдержать новую волну слёз. – В любом случае, тебя это никак не касается, Тэхён. Устраивать этот спектакль не было смысла.
Тэхён склоняет голову вниз, выпуская женское запястье. Парень прикрывает глаза, пытаясь сопоставить всё по своим местам. Мысль о том, что Чон и Пак (пока) ещё не пара, успокаивает, но возможная симпатия между этими двумя, не радует. Усок – не тот парень, который нужен Чеён; Тэхён уверен.
– Не забудь, что в понедельник у нас занятие. И, пожалуйста, не опаздывай, – заместо прощания говорит парень, направляясь к внедорожнику.
Тэхён садится в салон, но с места пока не трогается; смотрит в лобовое стекло, ожидая, что Розэ зайдёт в дом. Когда её фигура всё же скрывается за железными дверями, то Ким начинает бить несколько раз рукой о руль.
– Тупой баран.
***
– А потом он проводил меня до дома, представляешь? – Лиса прикладывает ладонь к сердцу. – Он такой чудесный, у меня просто не хватает слов! Дженни закатывает глаза, потому что болтовня Манобан о Паке уже конкретно надоедает. До начала пары есть не более шести минут, так почему бы не поговорить о действительно важных вещах? О погоде, например, или о том, что сейчас показывают в кино? Мир не крутится только вокруг Чимина, и она это понимает. Жаль, что влюблённая до чёртиков Лалиса, нет. – Как у тебя дела с Юнги? – ловко переводит тему Манобан, заставляя подругу врасплох. – А как они должны быть? – Ким сглатывает. – Вы помирились или нет? – Лиса подпирает щёку рукой, склоняя голову набок. – Не знаю, – Дженни пожимает плечами. – Точнее, я не понимаю. В зоопарке он был, ну, как раньше?... – Кажется, он заслужил твоё прощение? – Лиса улыбается словам подруги, играя бровями. – Об этом ещё рано говорить, – Ким отрицательно качает головой. – Не думаю, что он до конца осознал свою ошибку. Лалиса кивает понимающе, хотя на деле она совсем не согласна с подругой. Для их разлада, убеждена Лиса, не было серьёзных причин, и почему эти двое ведут себя, словно маленькие дети, непонятно. В аудиторию забегает Чеён, ищет глазами подруг и, помахав им, плюхается на лавочку рядом с ними. – Ты чего такая бледная? – интересуется Лиса, убирая прядь волос с лица Чеён, пока та роется в сумке и готовится к лекции. – Не заболела, случайно? – Просто не выспалась, – отмахивается Чеён. То, что всю ночь её мучила бессонница, она решает сохранить в тайне. Лалиса замечает, что подруга лжёт, но спросить ничего не успевает, потому что в аудиторию заходит Усок и всё внимание присутствующих (в том числе Манобан) переключается на него. Он выглядит помятым, да ещё и огромная синева на левой щеке, которую он пытался всё утро замаскировать, придаёт картине трагичности. – Офигеть, – комментирует Лалиса. – Кто это его так? – негромко вопрошает Дженни, не отводя взгляда от Чона, который шагает в конец аудитории. А Чеён молчит. Она поджимает губы, ведь прекрасно знает, кто именно причастен к этому, и потупляет взгляд на поверхность парты, когда Усок проходит мимо и краем глаза смотрит на неё. Прежде, чем звенит звонок, Пак обещает себе, что после окончания пары она обязательно подойдёт к Чону, поинтересуется об его состоянии и попросит прощения, ведь ощущать себя подобным образом – не дело.***
У Тэхёна голова раскалывается с самого утра. Она гудит так, будто бы по ней пару раз проехали бензопилой или долбанули молотком по черепной коробке со всей силы. Парень выбирается из уютной кроватки, смотрит на своё отражение в зеркале, взъерошивая без того лохматые волосы, и выходит из своей комнаты. Он заглядывает во временную берлогу Чонгука и, убедившись в том, что друг ещё спит, спускается на первый этаж. Юноша сетует на кухню, чтобы найти таблетку от головы; там он и застаёт Джису, которая сидит перед ноутбуком и с кем-то увлечённо переписывается. Пожелав сестре доброго утра, которое для него было абсолютно не добрым, Тэхён подходит к настенному шкафу, ловко выуживая из него аптечку. Быстро найдя в ней нужные ему таблетки, он набирает стакан воды и запивает, всё же щурясь от горького привкуса лекарств. – Тэхён, – внезапно говорит Джису, закрывая крышку ноутбука и откладывая его в сторону; парень ставит стакан в раковину и поворачивается лицом к девушке, упираясь руками о край столешницы. – У меня есть к тебе дело. – Выкладывай? – брат с недоверием поглядывает на сестру. – Я могу устроить вечеринку в среду? Ким-старший, как только слова слетают с девичьих уст, издаёт смешок. Раньше сестре никогда не требовались разрешения, тем более на то, чтобы устроить вечеринку, а теперь она сидит и смотрит на него щенячьими глазками, дабы получить положительный ответ. – Ясен пень, – спокойно отвечает Тэхён. – Спасибо, – коротко улыбается Джису. – Тогда, эм, ты не мог бы где-нибудь переночевать в среду? – Что, прости? – парень хмурит брови и издаёт нервный смешок. Вечеринка в его собственном доме без него самого? Нет, спасибо. – Шутишь? – Тэ, ну это правда очень важно, – Джису встаёт с места и подходит к брату, обнимая того за талию. – Я приглашу всех своих знакомых, а они захватят по пути своих. Ты в компанию этих ребят точно не впишешься, – юноша фыркает, отворачиваясь от сестры. – Тэ, ну пожалуйста. – Тебя вообще не смущает, что среда – это будний день, четверг, как бы, тоже? Большинство из твоих знакомых – сопляки, им по любому надо будет на учёбу. Какой дурак вообще пойдёт бухать, если на следующий день он нужен трезвеньким и свеженьким, м? – парень игриво вскидывает бровью и выпутывается из объятий Джису. – Если хочешь устраивать, то планируй на выходные. И уж тогда, обещаю, мешать не буду, – Тэхён щёлкает сестру по носу и, под её возмущённые крики, поднимается на второй этаж. После таблетки начало клонить в сон, да и подремать, набраться сил надо. Сегодня же тренировка с придурастой Чеён, которая обязательно поиграет на его нервах; Тэхён абсолютно точно уверен в этом.***
Отсидеть нудную лекцию – удел сильных, серьёзно. И терпеливых. Ну и тех, кто знает, чем себя занять. Для Чеён это была самая настоящая пытка. Мало того, что ужасные мысли не покидали её голову, так и время тянулось нескончаемо медленно, заставляя девушку нервничать сильнее. Хотелось бы ей быть как Лиса, которая добрую половины пары просидела в инстаграме, а оставшуюся проспала, положив голову на руки, или как Дженни, которой действительно было интересно узнавать новый, но ненужный материал, или вообще как кто-либо в этой аудитории, только бы не как Пак Чеён, сердце которой вот-вот грозилось остановиться, стоило повернуть голову назад и встретиться взглядами с Усоком. Как только звенит звонок, студенты лениво поднимаются с мест. То ли из-за того, что мышцы их тел знатно разморились за полтора часа, то ли из-за того, что впереди их ещё ждала пара-практика, на которую желания идти было примерно столько же, сколько утром просыпаться по десятому звонку будильника и плестись на учёбу; никакого, иными словами. Лалиса, ловко закинув ручку с тетрадкой в сумку, подхватывает за руки подруг и несётся к выходу из кабинета. Пак вырывается из хватки Лисы прежде, чем им удаётся переступить порог аудитории. Манобан не понимает, что нашло на Чеён; ровно как не понимает и Дженни. Обе девушки смотрят на Пак, которая кусает губы от волнения. Чеён немного оборачивается назад, замечая, что Усок всё ещё находится в аудитории, и глубоко вздыхает; соврать сейчас подругам – лучшее решение. Она оповещает их о том, что забыла ручку, без которой её жизнь действительно невозможна, и, получив в ответ пару сомнительных кивков, двигается в сторону Чона. С каждой ступенькой её и без того никудышная уверенность сдувается. Оглянувшись назад, Чеён понимает, что подруги, большинство студентов и преподаватель уже вышли из аудитории, оставив её наедине с Усоком и ещё некоторыми ребятами, которым, по правде говоря, дела до них вообще никакого нет. Сейчас или никогда. – Привет. Чон сперва вздрагивает, когда слышит позади себя голос, но моментально расслабляется, стоит узнать его обладательницу. Он кивает и, закинув портфель на одно плечо, поворачивается лицом к ней. – Как ты? – в глазах Чеён читается искренняя забота и раскаяние в том, что произошло. Усоку от этого тошно; в этом ведь нет её вины. – Нормально, синева быстро пройдёт, я думаю, – смущённо отвечает одногруппник, неловко почёсывая затылок. – Ты… это самое… прости меня. – За что? – девушка искренне недоумевает. Здесь она должна извиняться, а не он. – За то, что целоваться к тебе полез, – Усок издаёт смешок, пока Розэ беспокойно бегает глазами по его лицу, особо внимательно осматривая следы, оставленные Тэхёном. – Не скажу, конечно, что твой парень поступил правильно, но будь я на его месте и увидь, как к моей девушке лезет целоваться незнакомый додик, то поступил бы также. Возможно. Не уверен. До Чеён не сразу доходит смысл фразы, и о каком вообще парне он зарекается, если там был только Тэхён, который ей собственно не… О боже. – Ты не так всё понял, – девушка размахивает руками и улыбается уголками губ. – Этот придурок не мой парень. Он мой… друг, – замешкавшись, продолжает: – Давай я куплю тебе какую-нибудь мазь, и мы после пар пойдём ко мне, где я тебе и намажу её? – Чеён умоляющим взглядом смотрит на Чона, который заметно нервничает и поджимает губы. – Пожалуйста, Усок, это самое малое, что я могу для тебя сделать. Юноше правильнее было бы отказаться от её помощи и постараться вообще держаться от Розэ подальше, чтобы лишний раз этого, как выразилась Чеён, придурка не бесить, но ведь жить без риска невозможно. – Ладно, – сдаётся Усок, из-за чего Пак заметно расслабляется. – А теперь погнали на пару, потому что до начала осталось две минуты, – парень осторожно дотрагивается до чужой руки, смыкает ладонь и двигается к двери.***
Чонгук просыпается в обед, и то благодаря тому, что ему захотелось в туалет. Потянувшись, юноша довольно-таки резко встаёт, из-за чего перед глазами моментально мутнеет и боль пронзает голову. Благо, неприятные ощущения продолжаются недолго, и Чон быстро приходит в себя. Поднявшись с кровати, при этом запутавшись в одеяле и чуть ли не грохнувшись на пол, молодой человек направляется в ванную комнату. Выйдя за пределы комнаты, Чон так и не доходит до назначенного места, ведь замечает приоткрытую дверь напротив, откуда отчётливо слышит женский голос. Любопытство ещё никогда до добра не доводило, а подслушивать чужие разговоры – это вообще край невоспитанности, но Чонгука это как-то не волнует. Он подходит ближе к двери Джису и аккуратно, чтобы не создать лишнего звука, облокачивается о стену, смотря в щёлочку. – Да, он разрешил, – вторит по телефону девушка, стоя возле окна. – На выходных дом в моём распоряжении, так что можешь приходить, – она облокачивается рукой о подоконник, предоставляя Чону шикарный вид на её пятую точку, обтянутую короткими джинсовыми шортиками; у парня, в буквальном смысле, перехватывает дыхание. – Всё будет нормально, Чондэ, не парься. Чонгук кривится и сжимает зубы, стоит ему узнать собеседника Джису. Чондэ – это имя, действующее на Чона примерно так же, как игра мулетой на быков. Чонгук – ужасный ревнивец, когда дело касается того, кто ему нравится. Даже если эта девушка не принимает его чувства, даже если эта девушка открыто проявляет к нему отвращение, даже если эта девушка отрицательно настроена на его счёт – плевать. Джису идеальная для него, не для Чондэ. – Чен, ну пожалуйста, – умоляющим голоском тянет Ким-младшая, заставляя Чонгука напрячься. Чондэ не понравился ему ещё во время их знакомства. И дело здесь вовсе не в Джису; отчасти, разве что. Было в этом Чене что-то отталкивающее, что-то, что обычно заставляет Чонгука обходить таких парней стороной, ну или драться с ними. Задумавшись, Чон не сразу замечает, как его рука опустилась на ручку и сжала её, заставляя дверь маленько отвориться. Услышав характерный скрип, юношу будто бы током прошибает. Он быстро отпускает ручку и чуть ли не вприпрыжку подлетает к двери, ведущей в ванную комнату. Джису поворачивается назад, замечая, что дверь немного отворена. Она хмурит брови и, продолжая разговаривать по телефону с Ченом, выходит в коридор, осматриваясь по сторонам. Не обнаружив чьего-либо присутствия, девушка пожимает плечами и закрывает дверь. Чон же, облокотившись спиной о кафельную стену в ванной комнате, тяжело дышит и пытается утихомирить быстро стучащее сердце. Если бы он попался, то был бы колоссальный трындец.***
Тэхён стоит в одних трусах, когда в его комнату (без стука, между прочим) залетает Чонгук. Ким ошарашенно смотрит на друга, который спокойно подходит к кровати и плюхается на неё. – А если бы я здесь без трусов стоял? – закатывает глаза Тэ и вновь поворачивается к шкафу. – Ненормальный? – Да чего я там не видел? – вымученно произносит Чонгук, поднимаясь с кровати и опираясь на неё локтями. Правда в ответ ему прилетает грязная тэхёновская майка. –Фу, ненормальный здесь ты, раз кидаешь в меня свои вонючие вещи, – возмущается Чон, моментально принимая сидячее положение и отшвыривая столь противный для него предмет в сторону. Тэхён смеётся, наблюдая за напускным раздражением друга, и изымает из шкафа джинсы. Чонгук кусает нижнюю губу, цепляя зубами огрубевшую кожу. Выдать сразу то, зачем он наведался в комнату Кима, не вариант; ещё пошлёт, не дай боже, поэтому надо очень тщательно и тонко разузнать ту информацию, которая ему интересна. – Тэ? – друг в ответ мычит, пытаясь натянуть на накаченные ноги джинсы, но выходит из рук вон плохо. – Какие у тебя планы на выходные? – Никаких, наверное, – пыхтя, отвечает Ким, не теряя попыток надеть предмет одежды. – Буду валяться дома, если бой не поставят, или же свалю, если Джису всё же сделает вечеринку в выходные. Прикинь, эта принцесса попросила меня перекантоваться где-нибудь, пока сама здесь будет отдыхать. Кстати, тебе, наверное, придётся уйти со мной, – Тэхён раздражённо выдыхает и, поняв, что дело гиблое, меняет джинсы на палаццо. – А чё? – Да не, ничего, – отмахивается Чон, почесав бровь. – Постой, ты спокойно разрешаешь своей сестре устроить вечеринку? – Ну да, – Тэхён смотрит на Чонгука, как на самого настоящего дурака. – А чё такого-то? – И ты не боишься, что она приведёт в дом незнакомых людей? Они же могут с лёгкостью обчистить ваш дом, ты же не знаешь даже, кто придёт! Или парней? Ты же сам знаешь, что они делают с девушками на подобных тусовках. Не боишься, что с твоей сестрой… – Блять, Чон, заткнись! – рявкает Ким, вновь запуская в друга одеждой. – Хера ты ссышь? Всё окей будет, не в первый же раз устраивает. Да и не маленькая она. Чонгук откидывает чужую футболку в сторону и испепеляет друга взглядом. Ну как ему вдолбить мысль о том, что их присутствие обязательно, ведь он не доверяет Чондэ? Впрочем, как и всем мужчинам, что ошиваются рядом с Джису, но не суть. – А с чего бы нам вообще сваливать? Мы что, тоже не можем вместе с ними бухнуть и поразвлекаться? Её друзья особенные, что ли?! – Джичу сказала, что мы не впишемся в их компанию, – Чонгук фыркает; тоже, блин, элита. – Не забивай мне этим голову, бро. У меня через несколько часов встреча с девчонкой, которая мозг выест похлеще, чем ты, – ухмыляется Тэхён. Чонгук понятливо кивает и откидывается на спину, прикрывая глаза. С первой попытки убедить друга не удалось; может быть, удастся со второй или третьей? В крайнем случае, придётся просить Джису о приглашении. Попасть на вечеринку обязательно надо, и Чон это понимает получше некоторых.***
– Ну вот и всё, – довольно заключает Чеён, закрывая мазь и осматривая результат своих стараний. – Подождём, пока впитается, а потом можем намазать ещё раз. Усок глуповато улыбается и наблюдает за Розэ, которая садится на рядом стоящий стул. Ему всё ещё непонятно, чем он заслужил (и заслужил ли вообще?) её заботу, но в душе парень искренне благодарен ей. Чеён – очень хорошая девушка, и она заслуживает только самого лучшего. – Ты не хотела бы завтра сходить в клуб? – неожиданно для себя (да и для девушки) выдаёт Усок. – Мы могли бы хорошо отдохнуть и, возможно, забыли бы о том, что случилось? Розэ нервозно смотрит на юношу, взвешивая все «за» и «против». С одной стороны – это хорошая идея, хотя бы просто потому, что послезавтра им не к первой, а ко второй паре, отдохнуть успеют; но с другой стороны – кто вообще использует клуб как место для стирания воспоминаний? – Ладно, – без особой уверенности отвечает девушка, теребя в руках тюбик. – В какой? – В тот, где у моей группы был концерт, – не задумываясь, молвит одногруппник, заставляя девушку напрячься. – Нас могут впустить туда бесплатно. «Ну конечно, кто бы сомневался? Неужели у нас в городе нет больше стоящих ночных клубов? Почему все зациклены именно на этом?!». – Хорошо, – даёт положительный ответ Розэ, надеясь на то, что Тэхён по вторникам не дерётся. Девушка склоняет голову вбок и прикладывает палец к мужской щеке, проверяя, высохла мазь или нет. Усок дёргается, чем пугает хозяйку дома, но после просит прощение. – Знаешь, ты так приятно это делаешь, – искренне говорит Чон, когда девушка размазывает новую порцию мази по его щеке, чем заставляет Чеён покраснеть. – Хорошо, что у нас сегодня с ребятами нет репетиции, и я могу подольше ощущать это. Пак улыбается на слова друга, но внезапно прекращает свои действия и в упор смотрит на довольного Усока. – Сколько сейчас времени? – Почти шесть, а в чём дело? Чеён тихо чертыхается, кладёт мазь на стол и, ничего не объясняя, летит в свою комнату. Усок щурит глаза, смотря в сторону захлопнувшейся двери. Кто её укусил, и чего она вообще так резко шуганула? «Странная она» — думается Усоку. Розэ вылетает из комнаты через добрые десять минут. На ней чёрные джинсы с дырками на коленях и лёгкий свитер белого цвета. Любой другой выглядел бы в данной одежде как оборванец (возможно?), но Розэ придаёт образу невероятную женственность и привлекательность, что и подмечает Усок. – Сможешь отвезти меня в одно место, пожалуйста? Чон кивает, до сих пор не догоняя, что происходит, а Розэ выдыхает. Быть может, сегодня ей всё же удастся обойтись без опозданий? Через некоторое время машина белого цвета тормозит на остановке, располагающейся недалеко от строения с табличкой «Gana o muere». Усок продолжает с сомнением коситься на Чеён, спрашивая у той, всё ли в порядке, но она лишь отмахивается и покидает салон, оказываясь на свежем воздухе. Девушка дожидается момента, когда машина Чона трогается с места, и двигается в сторону клуба. Пак подходит к дверям и, подёргав их, понимает, что они закрыты. Хмурится, прислоняет ладошку к стеклу, надеясь тем самым что-нибудь разглядеть, но не выходит, ровным счётом, ничего. – Решила из клуба тоже что-нибудь спиздить? Чеён дёргается и резко разворачивается, выпрямляясь в спине и смотря на Кима потерянным взглядом. Тэхён усмехается, обходит её и становится напротив дверей. Парень под пристальным девичьим взглядом выуживает ключ из кармана и вставляет в замок, крутит им пару раз и отворяет дверь. – Дамы вперёд. Чеён проходит мимо Кима и, как только оказывается в помещении, сразу же направляется в раздевалку. Тэхён заходит следом за ней, закрывая дверь на замок. Заметив удаляющуюся фигуру, он удовлетворённо кивает; хотя бы здесь она не тупит. Юноша кидает сумку на пол и подхватывает скакалку, которую не удосужились убрать за собой те, кто занимался до них. Как только Чеён выходит из раздевалки, ей в руки прилетает прыгалка. Она переводит взгляд с предмета на Тэхёна, который сел на пол и скрестил ноги. – Двадцать подходов прыжков по одной минуте с одноминутным перерывом между ними, – говорит Ким, включая на телефоне музыку. – Погнали! Розэ решает не перечить Киму, хотя хочется ужасно. Она выполняет всё беспрекословно, с полной отдачей, подстраиваясь под темп песни, которую включил боксёр; песня, кстати, классная очень. Ей неловко лишь из-за одного момента: Тэхён сидит и обводит её взглядом, словно сканируя. Чеён испытывает смущение, теряется и пару раз путается в ногах, чем вызывает негромкие смешки со стороны юноши. – Окей, закончили, – Тэхён поднимается на ноги, резко выхватывает у Розэ скакалку, кидает её в сторону и подходит к коричневой груше. Пак двигается по направлению к нему и неуверенно поглядывает на висящий предмет. За все их немногочисленные тренировки Тэхён никогда не подпускал её к груше, ссылаясь на то, что она слишком тяжёлая для столь хрупкой девушки, ещё руку сломаешь, а мне потом придётся оплачивать тебе лечение, а теперь сам же стоит, облокотившись на предмет рукой, и с игривой улыбкой пялится на Розэ. – Почему не надела перчатки, м? – язвительно интересуется Ким. Чеён мысленно даёт себе подзатыльник и берёт с ринга пару тэхёновских перчаток. Она не знает, как они оказались на нём и кому вообще принадлежат, ну и ладно. Тэхён же довольно ухмыляется. – Хорошо, а теперь расставь ноги дальше, чем на ширину плеч, – Чеён делает так, как говорит Ким. – Ты правша или левша? – Левша, – отвечает Розэ. Боксёр угукает, делая в голове пометку на этот счёт. – Раз ты левша, то наклонись правой стороной туловища к груше и приподними пятку левой ноги, – Чеён молча делает так, как говорит Тэхён, а он искренне удивляется тому, что она сегодня скупа на слова и не пилит ему мозг, как он ожидал. – Так, а теперь слегка согни ноги в коленях. Отлично, подтяни руки к лицу, не задирая плечи и локти. Девушка осваивает начальный этап более, чем хорошо. – Теперь, Чеён, запомни: важно наносить удары по груше, а не толкать её. Ты должна делать резкие удары, а не пытаться пробить цель насквозь. Жёсткие действия позволяют концентрировать энергию за счёт сильных ударов и быстрых движений. Если ударить как-то иначе, вся сила удара уйдёт в запястье, поняла? – Пак кивает, а Тэхён хватает грушу двумя руками. – Давай, попробуй. Девушка начинает прыгать на месте и делает выпад вперёд, касаясь груши перчаткой. Она проделывает данное действие ещё несколько раз, пока Тэхён не отходит от груши и не выдыхает тяжело, заставляя Розэ остановиться. – Ты не делаешь правильно! Чеён, тебе не надо стоять в одном положении – ты обязана кружиться вокруг груши. Я заметил, что ты прыгаешь и скрещиваешь ноги, но ты не должна так делать; это неверно. И не забывай держать ноги слегка согнутыми, а руки – у лица. Розэ лепечет сбившимся голосом, что поняла, а Тэхён вновь подходит к груше. – Давай ещё раз. В этот раз Чеён делает всё более, чем нормально, только от прыжков она не избавляется. Тэхён вновь машет рукой, приостанавливая её действия, и становится рядом с Розэ. – Я сейчас тебе буду показывать, что и как, а ты постарайся повторять, ладно? – девушка кивает. – Отлично, – Ким становится в исходное положение; то же самое проделывает Розэ. Тэхён наглядно показывает, как надо действовать, как надо перемещать ноги и как надо двигать руками. В его движениях столько силы, уверенности, что Чеён невольно засматривается и перестаёт дублировать чужие движения. – Хэй, ты чего? – Ким щёлкает пальцами перед лицом Розэ, приводя её в себя. Она густо краснеет, извиняется и разворачивается к груше, краем глаза наблюдая за Тэхёном. – Что ж, теперь ты хотя бы эти азы знаешь, – довольно заключает Ким. – Передохнём или продолжим? Чеён делает выбор в сторону второго варианта. Тэхён, собственно, не возражает. – Давай теперь разберём три главных упражнения. Я наглядно продемонстрирую тебе их на груше, а ты потом повторишь. Начнём с джэба, – поясняет Тэхён, подходит к Чеён и просит её отойти от груши; девушка слушается. – Для начала ты занимаешь исходное положение. Затем сжимаешь руку в кулак, положив большой палец на остальные пальцы, вот как я, видишь? После этого ты должна вытянуть вперёд правую руку, а потом готовишься к удару; только удерживай запястье в прямом положении, а руку – слегка согнутой в локте. Тэхён подробно объясняет каждый шаг, показывает по несколько раз и спрашивает по окончании у Розэ, всё ли ей понятно. – Отлично, следующий – кросс, – Ким топчется на месте, выбирая более удобное положение. – Собственно, тебе надо будет оттолкнуться ногой от земли и отправить импульсное движение в свой правый кулак. Пока Тэхён по второму кругу показывает и рассказывает об упражнениях, Чеён вновь витает в облаках. Девушка следит за мужскими руками, что с точностью бьют по груше, и невольно цепляется взглядом за низ живота, – за то место, где у Кима татуировка. Она краснеет пуще прежнего из-за мыслей о том, что ей хочется увидеть её продолжение. – А теперь продемонстрируй то, что я показал тебе только что. Чеён, кажется, попала. Она совершенно не обратила внимания на третье упражнение, даже название его не знает. Девушка сглатывает, подходит к груше и, под тяжёлым взглядом Кима, начинает демонстрировать то, над чем распинался юноша: джэб получается отлично, боксёр даже хочет похлопать, но сдерживается; кросс уже выполняется заметно слабее, движения скованнее и не наполнены уверенностью, но молодой человек не зацикливается особо, отмахиваясь, что со временем навыки улучшатся; а вот с третьим упражнением беда полная. – Не напомнишь, как называется последнее? – вполголоса вопрошает Розэ, убирая (так, как позволяет это сделать рука в перчатке) с потного лба волосы. – Хук. «Хук» – крутится на языке у Розэ. Она когда-то читала в интернете о данном приёме, только инструкция о том, как его делать, сохранилась в памяти обрывочно. Поняв, что терять ей нечего, девушка просто несколько раз бьёт по груше. Тэхён, мягко говоря, в шоке. – Можешь ещё раз показать, как его делать? Я не поняла. Ким закатывает глаза и вздыхает. Дураку понятно, что она летала в облаках, а потому и не поняла. Тэхёна это бесит; раз попросила о помощи – так, пожалуйста, выполняй то, что требуется! Он подходит к девушке и становится позади неё так, что та ощущает чужое дыхание на своей макушке. – Выполни поворот корпуса, – диктует басистый голос сзади. Чеён сглатывает и, неправильно поняв то, что от неё требуется, разворачивается и сталкивается с Тэхёном. Девушка резко дёргается и путается в собственных ногах. Она зажмуривается, готовясь приземлиться на пол, и искренне удивляется, когда заместо прохлады под пятой точкой она ощущает тепло в области талии и чужое дыхание, совсем-совсем рядом. Розэ дышит сбивчиво и боится открыть глаза, пока Тэхён растягивает рот в улыбке. Хорошо, что он вовремя успел сообразить и не дал ей упасть. – Извини, – девушка более-менее успокаивается и медленно открывает глаза, поражаясь довольной морде Кима. Она пытается выбраться, но Тэхён лишь сильнее сжимает её талию и притягивает вплотную к себе. – Ты чего? – Хорошая поза, да? – слишком уж двусмысленно тянет юноша, наклоняясь к девичьему ушку и переходя на шёпот. – Мы так плотно стоим друг к другу, наши горячие тела соприкасаются, а единственное препятствие – ткань одежды, – щёчки Пак моментально приобретают румянец, пока Тэхён продолжает: – Нам надо почаще так стоять, – он отстраняется от смущённой девушки и, не сдерживаясь больше, ржёт. – Господи, видела бы ты себя сейчас! Ты жесть, какая красная, – Ким наконец-то выпускает девушку из объятий и двигается в сторону лавочки, всё ещё продолжая смеяться, игнорируя своё учащённое сердцебиение. Чеён же продолжает стоять на месте. Она прикрывает лицо руками в перчатках и мысленно называет себя самой настоящей дурочкой. Потому что рука Тэхёна не ощущалась на её талии так, как рука Усока. Потому что после руки Усока не было того призрачного ощущения тепла, которое она испытывает сейчас. – Ты сюда постоять пришла или потренироваться? – паясничает Ким, открывая бутылку воды и выпивая чуть ли не половину. Розэ убирает руки от лица, становится напротив груши и сразу же начинает быстро наносить удары, применяя всё то, о чём ей вдалбливал Тэхён несколько минут назад. Ким наблюдает за девушкой и удовлетворённо улыбается. Если бы он знал, что на месте груши Чеён представляет его, то не улыбался бы так радостно.***
На улице довольно-таки темно. Чондэ выходит из дома, натягивая на голову капюшон старой толстовки, и шагает в сторону круглосуточной аптеки. Узкие улочки ченовского района освещаются слабо, что идёт юноше на руку. Ему нравится, что прохладный ветерок бьёт по щекам. Ему нравится, что на улице мало людей и нет заинтересованных взглядов, обращённых к его персоне. – Здравствуйте, можно несколько флакончиков чемеричной воды? Ему нравится, что его внутренний разум давно выключился, позволяя юноше спокойно купить в аптеке средство, из-за которого жизнь одного человека скоро в корне изменится.
