Почему ты не обнимешь меня?

– Поверить не могу, что я разрешил ей это устроить, – Тэхён усмехается и делает глоток виноградного сока из стакана. – Джичу, оказывается, наконец-то научилась их организовывать. Чонгук соглашается с другом и опирается о стену, наблюдая за танцующими незнакомыми людьми. Атмосфера, конечно, не такая, как в клубах, но тоже неплохо. По крайней мере Джису действительно серьёзно отнеслась к реализации поставленной задачи. Она купила специальную праздничную мишуру для вечеринок и развесила её по потолку (не без помощи брата, конечно же), достала с чердака новые сервизы и отдраила их до блеска, самостоятельно настроила аппаратуру и составила плейлист из любимых песен, которые теперь играют чуть ли не на всю округу, приготовила вкусную еду и разлила алкоголь по бокалам, не забыв при этом оставить запечатанные бутылки на виду для тех, кто захочет добавки. Даже бассейн помыла и заполнила его водой, чтобы если у кого-то возникнет желание искупаться, они смогли это с лёгкостью сделать. А ещё компанию из приятных людей собрала. Ну не девушка, а организатор от бога. – Во сколько у тебя бой? – задаёт вопрос Чон, отпивая из бокала безалкогольный коктейль. – Через час поеду. Тэхёну, по правде говоря, играющая музыка действует на нервы. Музыкальный вкус сестры никогда особо не нравился юноше, но сейчас эти противные сопливые песни звучат громче, чем обычно, и он жмурится, когда главный вокалист какой-то популярной мальчуковой группы берёт высокую ноту. Парень делает очередной глоток сока и, облизав губы, приветствует подошедших к ним Джису с Ченом. – Джичу, ну ты меня прям удивила, – восхищённо лепит Ким-старший и взъерошивает девичьи волосы. – Какая умничка! Сестра недовольно стонет и под смех брата пытается привести причёску в порядок. Стоящий рядом с ней Чен как-то непозволительно долго и внимательно засматривается на лицо Тэхёна, будто бы размышляет над чем-то. Ким не придаёт значения, а вот Чон же наоборот. – Чего уставился? Чондэ закатывает глаза и ничего не отвечает Чону, предпочитая поднести к губам бокал с шампанским. – Я разрешила прийти тебе сюда не для того, чтобы ты грубил всем, кому вздумается, – Джису сверкает глазками, невозмутимо смотря на Чонгука, который напрягает скулы и сжимает в руках стакан. Тэхён чувствует разгорающийся конфликт, – сегодня и сейчас он ой как не кстати, – потому и принимается разряжать обстановку. Молодой человек отшучивается, говоря, что он такой весь из себя нереальный, что даже парни засматриваются, а Гук просто ревнует, и начинает двигаться в такт столь надоедливой мелодии. Его движения до такой степени смешны, неловки и спонтанны, что компания невольно начинает посмеиваться и расслабляться в обществе друг друга. Чонгук, правда, единственный, кто расслабиться до конца не может; ему всё ещё продолжает казаться, что Чондэ – мутный тип.

***

Количество народа в доме постепенно сокращается, хотя прошло всего ничего. Большая часть приглашённых предпочла выйти на свежий воздух и поплескаться в бассейне; в помещении от выпитого алкоголя им нереально душно, а вот в прохладной водичке – самое то. Тэхён постоянно поглядывает на наручные часы и осушает четвёртый по счёту стакан с соком. Пить безалкогольные напитки на вечеринках, конечно, жесть настоящая, но заявиться на ринг в нетрезвом состоянии ещё хлеще. – Тэ, потанцуем? – фигура сестры внезапно вырастает перед юношей, когда из колонок начинает играть медленная песня. – Ты же знаешь, что я плох в танцах. Лучше бы Чена или Чонгука пригласила, – Тэхён кривится и крутит пустым стаканом перед лицом Джису. – Я, вообще-то, хотел ещё сока себе налить. – Давай я налью тебе, – Ким-старший конкретно удивляется, когда к нему сзади подходит Чен и чуть ли не вырывает стакан из рук. – Я всё равно собирался на кухню, а ты пока потанцуй с сестрой. Джису сразу же обнажает зубы, когда Ким-старший не возражает и кладёт руку на девичью талию, в очередной раз напоминая, что двигается он, как бревно. А сестру, последний раз танцевавшую с братом около четырёх лет назад, и такое устраивает. Приятная мелодия плавно разливается по всему помещению. Из немногочисленных танцующих смело можно выделить пару родственников. Ну, ещё бы, Тэхён на месте больше топчется и чуть заметно переваливается с одной ноги на другую. Он извиняется за то, что на большее не способен, но Джису счастливо улыбается и благодарит его; ей этого действительно достаточно. Чонгук всё ещё подпирает стену, не сводя пристального взгляда с Ким-младшей. Её движения аккуратные, улыбка искренняя и глазки блестят, потому что она наслаждается текущим моментом. Джису такая ахуенно-невъебенная, и Чонгук бы солгал, если бы сказал, что не хочет быть на месте Тэхёна сейчас. – Почему не танцуешь? – Потому что не танцую, – Чонгук даже не смотрит на рядом подвыпившую девушку, предпочитая изучать глазами присутствующих. Кого-то здесь всё-таки не хватает… – Да ладно, все танцуют, просто не все об этом знают, – весело отвечает незнакомка и слабо бьёт кулачком в чужое плечо. Чон поворачивает голову в её сторону, косо смотрит на место удара и заверяет её, что обязательно потанцует как-нибудь потом. Юноша не прощается с ней (да он даже толком её не знает) и двигается на кухню. Что-то подсказывает ему, что Чен сейчас именно там. Седьмое чувство, на которое полагался Чон, не обманывает его, – Чондэ действительно на кухне: стоит к нему спиной, копошится там с чем-то и кладёт в карман пипетку, – ту самую из магазина. Чен доливает сок в стакан, в котором уже было несколько капель чемеричной воды, и гаденькая ухмылка касается его губ. Сегодня он наконец-то отомстит Тэхёну. Удовлетворённо кивнув, Чен берёт в руки свой и чужой стакан и разворачивается. На его лице искажается удивление, когда он замечает стоящего перед собой Чонгука. – Оу… эм… приветик? – Чондэ нервно сглатывает. – А я тут это… сок наливал… Тэхён попросил. Чонгук хмурится и недоверчиво поглядывает на предметы в чужих руках. – Тэхён сказал, что он сейчас сам за соком подойдёт, – на ходу придумывает Чон и подходит к Киму, пытаясь забрать стакан с вишнёвым соком. – Можешь оставить его здесь. – Да нет, я лучше отнесу, – Чондэ тянет стакан на себя, пытаясь увильнуть от Чонгука, но в итоге случайно выливает половину содержимого на его майку. – Чёрт, прости, – и сваливает, оставляя юношу одного. Чонгук скрипит зубами, смотря на небольшое, но заметное пятно. Он матерится про себя всеми возможными словами, хнычет об испорченной футболке и так кстати вспоминает о пипетке. С какого хрена Чен вообще её доставал?… Столь приятная для слуха мелодия подходит к концу, сменяясь на более заводную. Из кухни прибегает Чондэ, протягивает Киму стакан и чокается. Так сказать, за крутую вечеринку (и не суть, что даже не Тэхён её организовывал). Тот усмехается, но всё же поднимает стакан и, под пристальным взглядом Чондэ, подносит ко рту, так и не успевая сделать глоток. Чонгук, который, буквально, вылетает из кухни, обрывает всё, о чём только успел помечтать Чен. – Тэ, а тебе не пора ли по делам? – с намёком говорит друг и показывает взглядом на часы. – По каким ещё делам? – Джису хмурится, смотря на брата. – Ты не останешься до конца? Боксёр смотрит на время и действительно понимает, что пора ехать. Уж лучше приехать чуть пораньше, чем потом нестись, сломя голову. – Работа, Джичу, работа, – Тэхён целует сестру в висок и возвращает стакан Чену. – Как-нибудь потом выпьем, чувак. И чего-нибудь покрепче, – подмигивает и вместе с Гуком двигается к выходу. – Эй, ну хотя бы глоточек? – пытаясь перекричать музыку, орёт вслед Чондэ, однако ребята его уже не слышат. – Давай я выпью, – Джису тянется к стакану с соком, но Чен отрицательно мотает головой и молча ретируется вновь на кухню, где выливает содержимое в раковину. Провал.

***

Наказав Чонгуку проследить за сестрой, чтобы та не наделала глупостей, и попрощавшись с ним, Тэхён садится во внедорожник и едет в клуб. У него желание сейчас только одно – расправиться поскорее с делами, получить обещанные деньги и не видеть противного Хён­джи­на до следующих выходных. Бесит он его ужасно, и если бы не его статус, то Ким давно бы перестал сдерживать себя. Тэхён тормозит недалеко от входных дверей и покидает салон, громко хлопая дверью. Охранники его в лицо знают, поэтому, поприветствовав, без проблем пускают во внутрь здания. Молодой человек сразу же направляется в гримёрку, где начинает переодеваться в рабочую одежду. В дверь стучат, и в комнату заглядывает Хён­джи­н. Тэхён не придаёт особого значения тому, что мужчина переступает порог и оказывается внутри, бесшумно закрывая за собой дверь. – Ты просто обязан сегодня победить, – приказным тоном молвит Хёнджи­н, а Тэхён хмыкает; никому он ничего не обязан, тем более этому человеку. – С их стороны выступает очень сильный паренёк, поэтому постарайся. Ким осматривает свой внешний вид в зеркале, наматывает на руки белые боксёрские бинты и, натянув на голову капюшон от красного халата, кивает Хёнджину. Он готов. Мужчина удовлетворённо кивает, в очередной раз напоминает о важности боя и вместе с подопечным покидает его гримёрную. Они приближаются в центральную зону, с каждым шагом уверенность Тэхёна в своей победе возрастает. В прошедшие дни он полностью посвятил себя тренировкам, изучал новые приёмы и размышлял над тем, как и когда их лучше использовать. Он никогда не проигрывал бои (разве что в самом начале своей карьеры), и этот раз не исключение; Ким на все сто один процент уверен в своём выигрыше. Несколько полноватых мужчин, сидящих за столиками перед рингом, с интересом рассматривают Тэхёна, когда тот появляется в поле их зрения. Хёнджин вновь напоминает ему о важности грядущего события, а тот вновь глаза закатывает, заверяя, что выиграет и ступает на ринг. В противоположном от Кима углу на стульчике сидит крепкий молодой человек, который надменно смотрит на него; будто бы уже выиграл и забрал кругленькую сумму денег. Тэхён ухмыляется, скидывает с себя халат и надевает на руки перчатки, что лежали на краю ринга. Кон­фе­рансье выходит на середину и, протерев платочком вспотевший лоб, проводит небольшой экскурс. Хёнджин подходит к заказчикам, но не садится за стол вместе с ними, предпочитая просто стоять рядом. Упитанный мужчина в строгом костюме, сидящий в центре, с хитрым прищуром смотрит на боксёров, которые буквально прожигают друг друга взглядом. Бой действительно обещает быть зрелищным. Кон­фе­рансье прекращает речь, желает всем успехов и, дав гонг, покидает ринг, оставляя на нём только Тэхёна и, как впоследствии выяснилось, Чон Джэхёна. Ким сразу же становится в боевую стойку, медленно приближаясь к оппоненту. Джэхён следует примеру Тэхёна, также медленно шагая к нему навстречу. Ким замечает, что Чон готовится к атаке, и применяет джеб, помогающий удержать соперника в пределах некоторого расстояния от себя. Джэхён ловко уворачивается, и кулак в щёку приходится не таким сильным, каким планировался. Тэхён бесится и вновь наступает на соперника, однако тот отступает и, запутавшись в собственных ногах, падает. Хёнджин выпускает смешок и выставляет руки в примирительном жесте, когда на него недовольно смотрят заказчики. Джэхён поднимается на ноги и сокращает расстояние между ним и Тэхёном, обрабатывая живот противника хуками и апперкотами, сбивая его дыхание. Тот же, приложив немало усилий, бьёт оппонента по ноге, из-за чего соперник отстраняется. Ким дышит сбивчиво, смотрит на Джэхёна со злобой в глазах и вновь приближается к нему. Он толкает противника правой рукой в плечо и делает одновременно быстрый шаг правой ногой вправо. Таким образом, Тэхён оказывается сзади Чона. Когда же Джэхён поворачивается к нему лицом, то получает хук правой в подбородок. Чон отлетает назад, – от падения за пределы ринга его спасают только канаты, – и находится в отстранённом состоянии. Тэхён хочет приблизиться, отвесить ему ещё несколько ударов по лицу, но рефери поднимается на ринг и обгоняет его, становясь перед Джэхёном и начиная отсчёт до восьми. Ким довольно улыбается и вздирает высокомерно подбородок, когда рефери признаёт стоячий нокдаун, отдавая победу в первом раунде Тэхёну.

***

Купание в фонтане, как и ожидалось, не привело ни к чему хорошему – Чеён заболела. Горло саднит так сильно, будто бы множество котят раздирают его, не говоря уже об ужасном насморке, который сопровождает её плохое состояние. Девушка накупила кучу таблеток и чуть ли не каждый час пьёт горячий чай, хотя помогает слабо, но всяко лучше, чем если бы она не делала ничего. При её текущем состоянии надо дома сидеть и лечиться, а не ехать на такси в клуб, где у Тэхёна сейчас проходит бой. Чеён не понимает, почему так волнуется и почему вновь ослушивается юношу, но у неё на душе неспокойно и плохое предчувствие не желает её покидать. Расплатившись с водителем и закутавшись плотнее в фиолетовую кофту, подходит ко входу. Девушка нервно улыбается охранникам и пытается пройти в клуб, однако те чуть ли не за шкирку отволакивают её. – Сегодня здесь важные люди, и всяким прошмандовкам вход запрещён. Чеён фыркает этой грубости и, поджав губы, размышляет над тем, как попасть внутрь. Обводит взглядом округу, совершенно случайно натыкаясь на чёрный ход клуба. Дверь от­воряется, и из неё выходит тот самый бармен, у которого она в первый свой визит сюда стырила розовую салфетку, чтобы предъявить Лисе. Молодой человек выбрасывает мусор и возвращается обратно в клуб, когда его окликают. Чеён быстрыми шажочками подходит к нему, вкратце объясняя ситуацию. Тот, конечно, ломается долго, недоверчиво на неё смотрит, но когда девушка идёт на отчаянный шаг и врёт, что Тэхён – её парень, что она боится за него, то сжаливается, впуская юную особу. – Только давай недолго? Минуту посмотрела и свалила. Ещё не хватало, чтобы мне за это прилетело. Розэ расплывается в улыбке и даёт обещание, что сразу же уйдёт, когда убедится, что с Кимом всё в порядке. – Сколько раундов уже прошло? – меж делом интересуется Пак, следуя за работником по коридору. – Два, – отвечает юноша, боязно осматриваясь по сторонам. – Кстати, твой парень во втором облажался конкретно. – В каком смысле? – девушка тормозит на месте. – Он проиграл? – Во втором – да, а в первом – нет, – бармен поворачивается к ней лицом и хмурится. – Чего встала?! Сейчас не время стоять! Девушка качает головой, мол, да, ты прав, и начинает движение. – Значит, сейчас третий раунд? – вновь задаёт вопрос Чеён, чувствуя, как начинают дрожать коленки. – Ага, финальный, – даёт ответ парень, останавливаясь возле мусорных мешков. – Так, здесь видимость отличная, поэтому недолго постоишь и свалишь, – юноша переходит на шёпот и подходит к барной стойке, возвращаясь к работе. Чеён согласна, вид действительно здесь отличный. Правда, её смущают люди, что сидят недалеко от неё, ну да ладно. Она цепляется взглядом за окровавленное лицо Тэхёна и охает, прикрывая ладонью рот. Сердце предательски ускоряет ритм, а на глазах собираются слёзы. Она никогда не видела Кима в таком состоянии, – да что там, она вообще никогда никого не видела в таком состоянии! – поэтому ей по-настоящему становится страшно за него. Тэхён выплёвывает образовавшийся во рту сгусток крови и блокирует лицо от удара, который вновь планировал нанести Джэхён. У Кима всё внутри бурлит, желает расправиться с этим качком как можно скорее, но оппонент, зараза, не такой простой, как хотелось бы. Джэхён рискует нанести боковой удар с замахом, но Тэхён ловко уклоняется и ставит тому подножку, из-за чего Чон звонко плюхается на спину. Ким, не теряя времени, приземляется на коленки рядом с чужой тушкой и часто бьёт её обладателя по лицу. Казалось бы, победа в кармане, но чужой кашель вперемешку со шмыганьем носа отвлекают Тэхёна. Он, будто бы забывая о Джэхёна, устремляет взгляд в дальний угол, замечая там силуэт Чеён. Пиздец, блять, приехали! Юноша хмурится, в очередной раз подмечая в голове, какая она на самом деле тупица, и упускает из виду тот момент, когда очухался Чон. Тэхён поворачивает голову назад, намереваясь сравняться с Джэхёном, однако ему в лицо прилетает точный удар пяткой. Ким падает животом на канвас, больно ударяясь, однако всё же находит в себе силы встать и в очередной раз посмотреть на Чеён. Зачем только пришла! Как только Тэхён поднимается, то по­лучает удар в скулу. Джэхён бьёт сильно, прикладывает максимум усилий, заставляя Тэхёна упасть вновь. Ким предпринимает попытку встать, однако силы покидают его. Джэхён усаживается на Тэхёна сверху и продолжает избивать его, а Чеён содрогается от рыданий. Солжёт, если скажет, что ей не больно наблюдать за тем, как Тэхён захлёбывается кровью и ста­рается не по­терять соз­на­ние. Чон сбавляет скорость и бьёт уже не так часто. Он сам прекрасно видит, что Тэхён не в состоянии продолжить бой, и, убедившись в том, что соперник больше не противостоит ему, слезает с него, скидывая с рук грязные перчатки. Рефери вновь поднимается на ринг, внимательно смотрит на избитого боксёра, ведёт отсчёт и, когда юноша не очухивается, присуждает победу Джэхёну. Толстые дядечки в строгих костюмах самодовольно улыбаются и чокаются бокалами, заказывая больше алкоголя. Они с довольным видом смотрят на поникшего Хёнджина, напоминая о том, что тот теперь им должен денежки. Мужчина разочарованно смотрит на тушку Тэхёна, приказывает охранникам поместить Кима на носилки и унести с ринга, а после направляется за деньгами в свой кабинет. Чеён всё так же стоит в углу, находясь в шоковом состоянии. У неё сжимается сердце, когда здоровенные охранники убирают тело Кима с ринга, и она вновь начинает рыдать, шмыгая и без того заложенным носом. – Ты всё ещё здесь? – недовольно спрашивает бармен, когда выбрасывает пустую бутылку из-под дорогого коньяка. – Йоу, ну что ты плачешь? Он же не умер, просто проиграл, – парень ободряюще сжимает ладонь на девичьем плече. – Куда… куда его п-понесли? – дрожащим голосом вопрошает Чеён, проводя ладонью по щеке. Бармен отвечает, что в гримёрку, и Розэ сразу же срывается с места. Юноша кричит ей вслед, что, вообще-то, она не сдержала обещание, однако сам же плюёт на него. Девушка же вторая половинка проигравшего, её состояние вполне понятно. Розэ вновь стоит перед той самой дверью, на которой нарисован дракон; только в этот раз не топчется на месте, а уверенно дёргает ручку вниз. Как и ожидалось, внутри никого, кроме избитого Тэхёна, не обнаруживается. Чеён подходит к парню, проверяет на наличие пульса и чуть успокаивается, когда признаки жизни всё же есть. Она обводит взглядом изуродованное лицо Тэхёна и не может больше сдерживать себя. Девушка садится на пол, берёт мужскую руку в свою и, в очередной раз за вечер, начинает плакать. – Эй, говнюк, – в помещение влетает разъярённый Хёнджи­н, конкретно удивляясь, замечая Розэ. – Ты кто такая? – девушка удивлена не меньше: она поднимает на мужчину заплаканные глаза и закусывает нижнюю губу. – Можешь не отвечать, мне в любом случае насрать. Вызывай такси или проси кого-то из знакомых, но избавь мой клуб от этого ублюдка! – мужчина хлопает дверью и кричит на весь коридор о том, какое Тэхён, на самом деле, дерьмо, раз не смог выиграть и лишил его огромной суммы денег. Чеён опять смотрит на Кима, шмыгая носом. Вызвать такси? Но как она объяснит водителю, почему юноша весь в крови? Попросить кого-то из знакомых? Лиса, Дженни и Усок ей вряд ли помогут. Она бегает глазами от одного предмета к другому, натыкаясь на мобильный телефон Тэхёна. Брать чужие вещи, а особенно смартфоны, без разрешения хозяина нельзя, но ситуация ведь вынуждает. Девушка видит на экране непрочитанные сообщения от какого-то Чонгука. Тот желает удачи и просит отзвониться, когда всё закончится. Имя Чонгука кажется до ужаса знакомым. Стоит ей открыть фотографию контакта и узнать на ней того самого парня, за которого несколько недель назад приходил болеть Ким и который убедил его подвезти Чеён до дома, то понимает, что Чонгук – лучший друг Тэхёна. Пак неуверенно поглядывает на экран мобильного, смотрит через плечо на Тэхёна, и, отбросив все сомнения, звонит Чону. – Оу, чувак, я уж думал, ты решил поехать отмечать свою победу без меня, – весёлый голос с той стороны заставляет Чеён напрячься; ей очень не хочется портить приподнятое настроение Чонгука, но… – Как ты там? Всем надрал задницу? – Чонгук, – дрожащим голосом говорит Пак, явно вгоняя юношу в удивление. Вероятно, он ожидал услышать мужской, а не женский голос. – С Тэхёном кое-что случилось. Вы… вы могли бы приехать?