Спаситель

В Зачарованном лесу была непогода. Дождь лил весь день как из ведра. По тропе, ведущей к владениям Злой Королевы Реджины, шёл человек в плаще. Его лицо было скрыто за тенью капюшона. Вдобавок он двигался, глядя себе под ноги и не поднимая взгляда. И вот он уже около стен замка. Смотрит на одну из башен и внезапно исчезает в клубах красного дыма. *** А по коридорам того замка тем временем неторопливо шла величественная и весьма довольная Злая Королева. Во время вечерней прогулки ей посчастливилось вторично встретить служанку Румпельштильцхена — юную красавицу Белль. Ранее она уже сталкивалась с ней, когда та ходила в город за соломой. Но на сей раз Реджина не была с ней любезна и обходительна, как в прошлую встречу. Она приказала своим людям схватить девушку и доставить в башню. По словам самой Королевы, потому, что у княжны так и не вышло избавить своего возлюбленного от заклятия. Дело в том, что при первой их встрече Реджина посоветовала ей одну вещь — поцелуй истинной любви, который способен разрушить любое заклятье. Как Королева и рассчитывала, Белль явно вознамерилась снять с Тёмного чары. Но, увы, ничего не получилось, ибо Румпельштильцхен необычайно дорожил своей магией, хоть так и не объяснил служанке, почему. И эта неудача Белль была неудачей Реджины; её разочарование было разочарованием Реджины. Ведь на самом деле Королева, конечно, преследовала совсем другую цель. Подспудно она догадывалась и понимала, что Тёмный маг причастен к её превращению в злодейку так же, как и её собственная мать Кора, на которую она столь сильно не хотела походить. Реджина помнила обучение у Румпельштильцхена: как она через пень-колоду постигала те колдовские ухищрения, которые теперь были естественны и привычны; как не могла осмелиться вырвать сердце даже у единорога, хотя впоследствии с лёгкостью вырывала человеческие. И за всем этим стоял её наставник, с такой тщательностью добивавшийся от неё ненависти и жажды мести, искусно игравший на слабостях ученицы. Что ж, он добился своего. Реджина овладела искусствами магии и стала сильной, умелой колдуньей. Но теперь она желала отомстить Румпельштильцхену за свою искалеченную судьбу, а заодно превзойти его в могуществе. И вот такой случай представился. *** Тёмный маг никогда не задумывался о любви. Он считал её позорным и ненужным чувством, в котором к тому же таилась опасность для его магии, за триста лет ставшей ему надёжной опорой. Он всегда смотрел свысока на Реджину, когда та вспоминала своего Дэниела, своего погибшего возлюбленного-конюха. Стать таким же слабаком? Ни за что! Да и притом Румпельштильцхен давно уверился, что никто не полюбит его — беспардонного, язвительного, циничного Тёмного мага. Но жизнь — странная и подчас коварная штука. Три года назад Румпельштильцхен совершил судьбоносную для себя сделку: откликнулся на зов юной княжны из пограничного княжества, где шла война с ограми. На зов самой обычной человеческой девчонки. Но было в ней что-то такое, из-за чего маг и потребовал её себе в уплату за сделку. Она раздражала его и одновременно вызывала интерес. Сперва — только интерес. Потом — нечто большее. И однажды что-то пошло не так. Тёмный то и дело с удивлением и неверием осознавал, что его служанка стала ему необыкновенно дорога. Долгое время после разлуки с сыном он не боялся ничего, поскольку у него не было слабостей. Но сейчас самым страшным для него было потерять Белль. А учитывая, что он прогнал её из замка, это вполне могло произойти. *** Вскоре Румпельштильцхен всё же решил проверить, говорила Реджина правду или нет. Первым делом он направился в княжество, откуда Белль была родом. Маг слушал разговоры горожан, приезжих торговцев и прочего люда. Все как один утверждали, что княжна героически пожертвовала собой ради своего народа и с тех пор её никто не видел. Кто-то даже считал, что она погибла, тем самым подтверждая слова Реджины. И когда Румпель уже отчаялся и собрался вернуться в свой замок, он вдруг услышал разговор двух путников. Это были принц Филипп и его товарка Мулан. Они обсуждали свою последнюю битву и делились впечатлениями о храбрости их общей приятельницы по имени Белль, которая спасла их. Оба также вспоминали, что та девушка ушла к «своему чудовищу», как сказала им, и больше они её тоже не видели. — Ну, наверно, она дошла. Вернулась к этому «чудовищу». Кто он, интересно?.. — рассуждал принц. Румпельштильцхен уловил его слова. «Нет. Не вернулась... Стоп! что же тогда случилось?.. Реджина! — неожиданно пришло в голову мага. — Ну конечно, Реджина! Это всё она!» Слушать больше было нечего, и Тёмный тут же перенёсся в свой замок. Он заперся в своей лаборатории и сидел там до ночи, пытаясь найти Белль при помощи магии. И вот спустя несколько часов он увидел её и понял, где её держат. — Так вот оно что!.. Ну, Реджина!.. С этими словами Румпельштильцхен телепортировал в место, где неподалёку находился замок Злой Королевы. *** А Реджина величественно, с улыбкой на лице направлялась в свои покои. Войдя в комнату, она села в кресло, стоявшее около туалетного столика, и стала вслух размышлять, что делать с пленницей. Внезапно она ощутила приставленное к её горлу холодное лезвие кинжала. Опустив взгляд, Королева заметила до боли знакомое имя и узор на извилистом клинке. Её бы никогда не испугало подобное, потому что учитель частенько проверял таким образом её реакцию, но на этот раз она прекрасно понимала, что это далеко не проверка, а настоящая опасность. Однако выдержка у Реджины была давно выработана. Не подавая вида, она ехидно спросила: — Что, всё-таки не поверил и решил найти свою служанку? На что Тёмный маг, с трудом не показывая свою ярость, злость и в то же время печаль и тоску по возлюбленной, ответил в привычной манере: — Вовсе нет, дорогуша. Просто без неё мой замок стал совсем запущенный. — А может, ты просто влюбился? — ехидно спросила Реджина. — Да и с чего ты вообще взял, что твоя девчонка у меня? — Ну-ну... — маг схватил Королеву за руку, и они оба испарились в красном дыму, через мгновение очутившись на верху одной из башен, возле двери камеры, где и томилась Белль. Повернувшись к Реджине лицом, Тёмный уже не скрывал гнева и ярости. Они в полной мере отражались на его лице. — Знаешь, дорогуша... Никто не смеет красть у Румпельштильцхена! никто! — О чём это ты? — Реджина смотрела на него с нарочито непонятливым видом. — Не понимаю. *** В это время в камере, свернувшись калачиком на своём топчане, лежала та самая княжна, которую пришёл освободить Тёмный маг. Она только отошла от очередной порции издевательств и пыток. Как бы её тюремщица ни пыталась её сломить, как бы ни говорила, что Румпельштильцхен никогда не вспомнит о ней и что участь Белль — гнить в этой темнице, девушка всё выстоит, всё преодолеет. Белль чувствовала сильную слабость и жар и не могла даже поднять голову. Время от времени дурнота усиливалась, и тогда княжна беспомощно утыкалась лицом в подушку, стискивая зубы и изо всех сил пытаясь не разрыдаться. По всему телу саднили свежие царапины и ожоги, из которых сочилась кровь; выкрученные руки нещадно ломило; на скуле наливался свежий синяк. Отчаявшаяся пленница не могла и подумать, что сегодняшний день изменит её жизнь. *** А за дверью тем временем учинились нешуточные разборки. — Ты, конечно, способная ученица, Реджина, — утверждал Румпельштильцхен. — Но ты совсем не умеешь врать! В ответ дочь Коры лишь невинно улыбнулась. — Говоришь, не причастна к этой истории? — продолжал маг. Та кивнула. — Хмм... Если ты говоришь правду, то как ты можешь объяснить мне это?! Лёгким движением руки он заставил тяжёлую железную дверь исчезнуть без следа. — Ну? и как ты мне это объяснишь? — спросил маг, указывая на распластанную на топчане девушку. Реджина впала в ступор. Она прекрасно понимала, что будет, если Румпельштильцхен найдёт свою служанку. Её догадки насчёт того, что он влюбился, были верны, но от этого ей было не легче, а даже наоборот. Она хорошо знала, как Тёмный бывает страшен в гневе. Румпельштильцхену же при виде Белль захотелось испепелить бывшую ученицу или превратить её в улитку и раздавить сапогом. Но она была ему нужна: ведь ей ещё предстоит наложить Тёмное Заклятье. Поэтому он просто заставил её замереть за порогом камеры и вернул дверь на место. — Белль, — негромко позвал он пленницу, коснувшись рукой её плеча. — Очнись, это я — Румпельштильцхен. Я пришёл забрать тебя отсюда. Девушка вздрогнула, с трудом разлепила веки и непонимающе уставилась на пришельца. Но стоило Тёмному снова протянуть к ней руку, как она резко отдёрнулась назад всем телом, вжавшись спиной в холодный камень стены. — Не трогай меня! оставь! — истошно закричала она, поджав колени к груди и загородив голову руками, когда Румпельштильцхен положил ладонь ей на плечо в попытке успокоить. Тот терпеливо ждал прекращения истерики, гладя бьющуюся в конвульсиях Белль по спутанным каштановым локонам и шепча ей на ухо слова утешения. Вскоре княжна выбилась из сил и перестала кричать и вырываться. Она бессильно обмякла в жилистых руках мага, лишь изредка всхлипывая. Румпельштильцхен мягко покачивал её, словно ребёнка, и ласково гладил дрожащие пальцы, судорожно вцепившиеся в его одежду. — Тшш... Всё хорошо, милая, всё хорошо, — повторял он снова и снова. — Это я. Я пришёл за тобой. Больше тебя никто не тронет. Тихо... всё хорошо... Наконец девушка замерла, прекратив вздрагивать и рыдать. Она прижалась к магу, крепко обняв его за шею, уткнулась носом в его плечо и бессвязно забормотала: — Реджина... это она... не покидай меня, Румпель... — Никогда! — упоминание о Королеве отозвалось резкой вспышкой ярости в сердце Румпельштильцхена. Он вскинул голову, глядя на кованую дверь, за которой находилась Реджина, и сказал со спокойной уверенностью: — Я не убью её: она мне ещё пригодится. Но тебя я больше не оставлю, обещаю. И сам не уйду ни на минуту. ...Спустя несколько секунд Румпельштильцхен шёл по Тёмному Замку, бережно прижимая к груди свою драгоценную ношу. В его руках Белль впервые за много дней спала спокойно.