Безымянное чувство

      У меня зазвенело в ушах, и я решил, что неправильно понял его.       — Что?.. — осторожно переспросил я. Мои губы немели.       — Домой. Туда, — Ниган перевел взгляд на дорогу. — В Александрию. К Рику.       Не послышалось. Не могло. Если только у меня не слуховые галлюцинации. Но что-то внутри всё равно не позволяло мне поверить в серьезность его слов. Я беспомощно заморгал.       — Правда, Дэрил, — заговорил он с такой невероятной горечью, что мои сомнения практически отпали. — Я отпущу тебя. Ты только скажи.       — И… как?.. — я слышал свой голос откуда-то издалека, будто из колодца. — Как ты это сделаешь? Довезешь и высадишь… где-то? Ты ведь один, тебе там опасно…       — Нет. Довезу прямо до ворот, — безжизненно низко ответил он, вцепившись в руль неподвижно стоящей машины. — И доверюсь тебе. Если ты действительно любишь меня, то задержишь их и дашь мне уйти. Наверно. Хрен знает…       Он стиснул зубы, его челюсть напряглась. Он не сводил глаз с одной точки в конце дороги и не моргал.       — Ты охренел, что ли? — бессвязно пробормотал я, постепенно осознавая правдивость происходящего.       — Я причинил тебе слишком много боли, — прошептал он, всё же моргнул и сразу отвернулся. — Больше не хочу, чтобы ты страдал. Ты мне дорог…       Он так и сидел, отвернувшись, с трудом сдерживая дрожь. А я не мог выйти из шокового состояния. Вернуться домой. К семье. К людям, которым я нужен. К которым я привязан… Которых я предал. А могу ли я вернуться? Может, они и примут меня, и простят мне все грехи, но… Как я могу отказаться от того, что обрел здесь? Я впервые встретился лицом к лицу с самим собой. Впервые ощутил себя живым, настоящим, делающим то, для чего я был рожден. Может, с какой-то стороны это эгоистично, неправильно или неестественно. Но какой тогда смысл будет иметь мое существование, если я откажусь от всего этого? Что мне делать дальше? Пытаться снова жить чужой жизнью после того, как я впервые познал свою? Забыть Нигана и то чувство, которое я приобрел вместе с ним? Вновь вступить в вечную борьбу со «злом», частью которого теперь являюсь и я сам?       — Иди ты в жопу, — наконец, сказал я, поддерживая в себе злость, чтобы не размякнуть. — Идиот. Отпустить он меня собрался… — он покосился на меня из темноты салона. — Ты что, так и не понял? Я с тобой. С тобой.       Его губы дрогнули. И он улыбнулся по-детски сияющей улыбкой. Но отвернулся к дороге и быстро провел рукой по лицу, надеясь, что не обращу на это внимания.       — Ну и дурак же ты, — почти беззвучно произнес он так, словно за эти несколько минут успел умереть и возродиться. — Или в самом деле меня любишь…       — Да и насрать, — буркнул я, сердясь на свое смущение. — Поворачивай обратно. Хватит с меня проверок на сегодня.       Но Ниган молчал. Я выжидающе глянул на него. Он всё так же улыбался пустынной дороге. Интересно, что происходит у него внутри? Он на полном серьезе был готов отказаться от меня, хотя явно этого не желал. А еще он мог рискнуть собой, не зная наверняка, удастся ли ему покинуть Александрию без боя. Но я остался. И нужда в жертве пропала. И расставаться не нужно. А он будто и не ожидал, что такой поворот событий возможен. И теперь никак не может поверить…       — Эй. Ну не реви ты, всё хорошо, — я протянул руку и провел тыльной стороной кисти по его влажной щеке.       — Пошел ты, — он поспешно отбил мою руку и отпрянул, не переставая улыбаться. Стыдится своих эмоций, но и скрыть их не может.       — Ты просто как ребенок, — заметил я. — Поехали домой. В нашу постель.       Ниган неровно вздохнул. Но взял себя в руки и покачал головой.       — Не, рано еще, — он завел грузовик и вдруг повернул направо, в глубь леса.       — Куда? — с вновь возникшим волнением возник я. А мне уже начало казаться, что на этом нервотрепка закончится…       — Сюрприза-то еще не было, — отозвался он. Вот так новость. Если это — не тот самый обещанный «сюрприз», то страшно даже представить, чем он может оказаться.       — Хороший хоть сюрприз? — неуверенно спросил я. — Не плен какого-нибудь мудака или очередной собачий бой?..       — Хороший сюрприз, — успокоил меня Ниган. — Не отдам я тебя никому. Ты ведь со мной. А сюрприз в самом деле хороший, тебе понравится. Скоро сам всё увидишь.       Я понял, что более подробной информации не получу. На то это и «сюрприз», чтобы производить впечатление своей неожиданностью. Я отвернулся к окну, взглянул на чернеющие деревья, смирившись с временным неведением. И вдруг ко мне пришло озарение.       — Так вот, в чём было дело? — я тут же обернулся. Мое сердце заколотилось от близости догадки. — Ходил обеспокоенный, толкал суицидальные речи. Собирался отпустить меня, — я сверлил любовника взглядом. — Это ведь не спонтанное решение. Всё вело к этому. И, чем ближе становился этот момент, тем больше ты волновался. Да?       Ниган нахмурился. Облизнул губы.       — Да. Да, Дэрил.       — А почему ты дал мне? — он еще сильнее напрягся, но я не отставал. — Ты же не хотел, я знаю. Но вдруг передумал. Почему? Думал этим удержать меня?       — Нет, — сходу ответил он. — Не из-за этого, — выдержал паузу и вздохнул. — Я хотел освободиться.       — Освободиться?.. — недоуменно переспросил я.       — Да. От прошлого. Хотел затмить… тот раз. А к тебе у меня какое-то особое доверие. Другому я бы не дал. Поэтому и попросил тебя, пока ты не ушел. Иначе оно бы так и висело надо мной. Так что, у меня не было выбора. Сейчас или никогда… — он примолк и покосился на меня. — Не злись. С тобой это оказалось хорошо. А я на это не рассчитывал. Тогда мне и стало совсем обидно. Но я уже решил, что отпущу тебя, поэтому пришлось смириться. Такие дела… Все карты выложил.       Ниган снова заискивающе взглянул на меня. Я не знал, что сказать. Он воспользовался мной в своих целях и соврал мне. Но, с другой стороны, имеет ли это значение? Ведь при этом он предельно доверился мне. И в итоге признал, что ему понравилось. Но меня всё равно не покидало чувство обиды. Я ведь так хотел верить, что он позволил мне взять верх над собой исключительно по собственному желанию. А у него, оказывается, всё было продумано. Выжать из меня всё возможное напоследок…       Внутри меня бушевало слишком много эмоций. Но я не мог выразить ни одну из них. И впереди еще ждет какой-то «сюрприз». Ниган точно решил морально уничтожить меня сегодня…       Нависшая тишина давила на нас обоих. Я осторожно покосился на любовника. Но былой радости на его лице не было. Переживает, что я недоволен его признаниями? А ведь я так ничего и не сказал ему. Ниган вздохнул. Вид у него был совсем сникший. И мне в очередной раз стало жалко его.       — Говнюк, — сообщил я и с трепетом погладил по его мягким волосам. Его губы дрогнули, он прикрыл глаза. Я повторил движение, но слишком поздно понял, что не подумал о последствиях. Ниган таинственно посмотрел на меня.       — На дорогу смотри, — напомнил я, чуя неладное. Но опоздал. Его огненный взгляд уже пронзил меня насквозь.       — Ниган, — попытался я. — Не отвлекайся…       Но он остановил машину посреди ночного леса.       — Иди сюда, ко мне, — мужчина похлопал себя по коленям.       — Нет! — я опешил от такого предложения. — Чего ты выдумал? Неудобно это.       — Тогда я к тебе, — вдруг решил он на полном серьезе.       — Нет, — запротестовал я. — Тут ж тесно, да и куда тебе… — он перекинул длинную ногу через коробку передач. — Ну блин… Ниган… Может, доедем сначала? У нас дела, ты забыл? — но он уже оказался надо мной, поставив согнутые в коленях ноги на сидение по бокам от моих.       — Что ты творишь… боже… — выдохнул я, не в силах смотреть на него из-за нелепого чувства смущения. — Ты хоть понимаешь, как это выглядит?       — Тут никого нет, — отозвался он и, устроившись поудобнее, сел ко мне на колени, заглядывая мне в лицо. — Кого стесняться?       — Нет, не это… — я беспомощно мотнул головой. — Ну блин… Я не привык тебя таким видеть, не понимаешь? Ты же у нас весь такой самец брутальный…       — И чего теперь? Я, может, тоже хочу на ручки, — просто ответил он и обнял меня. Я замер. Мои руки сами собой опустились на его оголившуюся поясницу. И то верно…       — Я об этом не думал, — признался я. Он потерся щекой об мою щеку и мурлыкнул. Я заулыбался, снова ощущая прежний трепет в груди, как и сегодня ночью, когда он лежал подо мной, доверчивый и уязвимый.       — Котеночек мой, — нежно проговорил я. Ниган довольно притих.       В грузовике было темно и безмолвно, как и за его пределами. Мой возлюбленный дышал рядом со мной, прижавшись грудью к моей груди. Я чувствовал его сердцебиение, его мягкий запах. Мне уже начала нравиться его теплая тяжесть на моих коленях. Я прислонился к его плечу и, пользуясь случаем, взял его за зад. Сопротивления не последовало. Ниган крепко и тепло обнимал меня, обмякнув в моих руках.       Образ, который сложился в моей голове за первые дни нашего знакомства, наконец, рассеялся. Тот образ, который так часто влезал в мою голову в самый неподходящий момент и сбивал меня с толку. Нет, он просто такой же обычный человек, со своими странными потребностями. Видимо, он чувствует во мне достаточную силу, чтобы довериться мне и позволить себе быть слабее, хоть иногда. А кому этого не хочется? Быть под защитой, принимать заботу и тепло, чувствовать себя любимым? И он думал, что я уйду и заберу с собой всё это…       Я поднял руки и прижал его к себе так, словно мог поместить его в свою душу. Соединиться с ним, чтобы никогда не разлучаться, чтобы оберегать его ценой своей жизни…       Ниган вздохнул, перебирая тонкими пальцами мои волосы.       — Не болит? — спросил я и провел ладонью между его ягодиц. Он даже не вздрогнул.       — Нет, — отозвался он возле моего уха. — Поэтому, если хочешь…       — Нет, я не к тому… — поспешно заотнекивался я, почему-то смутившись. — Я просто волнуюсь за тебя…       Ниган поднял голову, ласково глядя на меня сверху вниз. Наклонился и поцеловал меня, так аккуратно и тщательно, что у меня закружилась голова от чувственности этого поцелуя. И мне захотелось больше никогда не отпускать его с рук. Не нужно было ничего другого. Никаких сюрпризов, никаких выяснений отношений. Ничего. Только сидеть так и целоваться.       Но вдруг что-то с силой ударило в стекло возле меня. Ниган тут же отпрянул.       — Сука!       Я уставился в окно и встретился взглядом с мертвецкими глазами заблудшего ходячего.       — Надо убираться. Их может быть больше, — Ниган поспешно перелез на свое место, и мне снова стало холодно без него. Грузовик резко тронулся вперед.       — Да не торопись, — сказал я, глядя в зеркало заднего вида. — Он там еще стоит, охуевает от увиденного.       Но любовник был крайне огорчен тем, что нас так грубо прервали.       — Гребаный высранок, — пробурчал он. Я засмеялся и добавил, в поддержку теме:       — Высер.       — Точно. Мертвячий высер.       — Не, «высранок» всё же прикольнее звучит, — решил я и снова засмеялся. Ниган тоже слабо улыбнулся, взглянул на меня и погладил по бедру. Далее поездка протекала в тишине. Других мертвецов на дороге мы тоже не встретили.              Мы долго ехали по едва заметной в лучах фар колее в траве и очутились перед высоким проволочным забором. Мои внутренности скрутило волнение, и я с трудом удержался, чтобы не задать очередной вопрос.       Ниган затормозил перед воротами и вылез, чтобы открыть их. Я, тем временем, разглядел на огороженной территории небольшой одноэтажный дом. Судя по всему, пустующий — ни людей, ни машин, ни света видно не было. Сделать более конкретные наблюдения в ночной тьме мне не удалось.       Любовник вернулся в машину, игнорируя мой требовательный взгляд, заехал на территорию и, заглушив двигатель, наконец объявил:       — Я решил вместо грузовика дерьма забрать у них домик. Неплохо, а?       Такого я точно не ожидал, поэтому застыл с открытым ртом, не в силах собраться с мыслями. Но Ниган, не дождавшись моего ответа, снова выпрыгнул из кабины. Я пришел в себя и нетерпеливо последовал за ним.       — Что, загородный дом… для нас? — с сомнением спросил я, помогая ему закрывать ворота.       — Угу, — мужчина устремил взгляд через ограду в сторону, откуда мы приехали, и прислушался. И, убедившись, что нас не преследуют, повернулся ко мне с довольной улыбкой. — Нравится? Только мы с тобой. И тишина.       Мне хотелось разделить его восторженную радость, однако на меня вдруг нахлынуло осознание недолговечности этого момента. Клыки кусачей реальности слишком остры, чтобы позволить нам спокойно жить простой тихой жизнью и быть счастливыми. Да и логика Нигана была мне не очень понятна.       — Это круто, но какой в этом смысл? — тоскливо спросил я, прислонившись спиной к ограде. — Мы ведь не станем тут жить… Ты от власти не откажешься и в отшельники не уйдешь. И пропадать со мной подолгу не сможешь.       — Да, всё так. И этого не изменить, — Ниган встал рядом со мной, так же привалившись к забору. Вокруг нас действительно было очень тихо.       — И зачем тогда дом? В спальне мы можем быть вдвоем и творить всё, что взбредет в голову. Да и прятаться от твоих людей забавно. Зачем тогда это?       — Я так хочу, — протянул Ниган, отлип от забора и медленно побрел к дому, жестом приглашая следовать за ним. — Ты не вписываешься в мой мир. По крайней мере, в ту обстановку. Зомбаки, все эти люди, мои жены, моя работа… Мой мир, понимаешь? А ты — нечто совсем другое. И я подумал, что было бы неплохо нам с тобой создать что-то свое. Свой мирок, где нет ничего лишнего. Даже если мы будем бывать тут не так часто… оно будет связывать нас. Разве это плохо?       — Это странно, — отозвался я, следуя за ним. — Я не думал, что для тебя так важны наши отношения.       — А почему это не должно быть для меня важно? — искренне изумился Ниган.       И, с этими словами, он взял меня за руку. Я на автомате сделал несколько шагов, но остановился и недоуменно уставился на наши сцепленные пальцы.       — Чего? — удивился моему взгляду мужчина. — Мы можем делать что угодно.       — И ты выбираешь ходить за ручку? — смущенно усмехнулся я. Его грубые пальцы крепко держали мои, и от этой поистине мужской хватки мое нутро тревожно-сладко затрепетало.       — Надо же с чего-то начинать, — Ниган притянул меня к себе, и я снова в полной мере почувствовал идущий от него жар. — А потом трахну тебя прям на улице. На природе. Без необходимости прятаться. Классно же?       — Да уж конечно, — я рассматривал его ласковые глаза. — «Трахнет» он. Знаю я тебя. Опять залезешь ко мне на колени и будешь мурлыкать.       Ниган засмеялся и опустил взгляд, будто бы даже засмущавшись. А мне стало тепло на душе. Никогда бы не подумал, что этот придурок может быть таким милым… Но вдруг он откинулся назад, утягивая меня за собой на траву. Я не смог удержать равновесие и, матерясь от неожиданности, оказался у него на коленях. Ниган улыбнулся, и я ощутил на лице его теплое дыхание.       — Да. И я не стыжусь этого, — он прижал меня к себе и потерся щекой об мое плечо. — Ты же у меня такой хороший, — и ткнулся носом в мою щеку. — Мур.       Я засмеялся, запустив пальцы в его волосы.       — А ты у меня такой идиот…       Его горячие ладони легли на мои бока, и он провел языком по моей шее. Я шумно выдохнул, задрожав от возбуждения, как в первый раз. Тогда Ниган повалил меня на землю, покрывая мое лицо мокрыми поцелуями. И я обмяк, запрокинув голову, открывая ему шею. Его пальцы уже вовсю орудовали под моей футболкой, пробуждая во мне ураган страсти. Я смотрел на небо над нами, по которому плыли темные облака, закрывая звезды, чувствовал запах травы, на которой лежал, и слышал тишину вокруг нас, нарушаемую лишь нашей возней. Вот оно — то, к чему мы должны были прийти рано или поздно. Это необъяснимое магнитное притяжение оказалось куда сильнее, чем принципы и логика. И, чем плотнее мы сливались воедино, тем труднее судьбе будет разлучить нас.              Я сидел на ступенях крыльца и смотрел через решетку ограды на озеро, на поверхности которого отражались первые лучи солнца. Мой рассудок всё еще пребывал в трансе, и мысли летали в облаках.       — Не замерз? — мне на плечи опустилась мягкая фланелевая рубашка. Я обернулся, вдевая руки в рукава.       — Подберем тебе потом косуху по размеру, — сообщил Ниган и ушел обратно в дом, но оставил дверь нараспашку и продолжил громко говорить:       — И будешь ты совсем как я. Не таким внушительным, разумеется… Но народ всё равно будет ссыкаться от одного твоего вида. Особенно когда ты будешь идти рядом со мной…       — Не хочу, — отозвался я, расправляя ворот рубашки. — Ни косуху, ни чтоб ссыкались. Я — это я. И у меня были мои крылья…       Я услышал приближающиеся шаги и пожалел о том, что сказал. Возьмет еще и обидится, что я не хочу носить с ним парную одежду…       — Крылья, значит? — Ниган сел на ступеньку позади меня, так что я оказался между его ног, и мне сразу стало теплее в прохладной свежести этого утра. — Вас понял. Напомнишь, когда вернемся. Мне тоже больше нравилось, как жилет смотрелся на тебе.       Мои губы дрогнули в улыбке. Неужели у нас теперь в самом деле взаимопонимание? А мужчина поставил возле меня контейнер с сэндвичами и протянул мне пиво. Я взял бутылку и не без скрываемого восхищения заметил:       — А ты предусмотрительный. И когда всё успел?       — Пока ты отлеживался, — он обнял меня одной рукой, и я откинулся назад, прислонившись к нему спиной.       — А мне соврал, что ничего у них не взял, — я сделал глоток пива и блаженно выдохнул, чувствуя, как легкость вместе с алкоголем растекается по телу. — Засранец.       В ответ на обзывательство Ниган куснул меня за шею. А я, решив нанести ответный удар, отвел руку назад и несильно потянул его за растрепавшиеся волосы. Тогда любовник примиряюще ласкнулся об меня, и я, приняв его капитуляцию, продолжил мягко поглаживать его. Но голод дал о себе знать, и я взялся за сэндвич.       — А вот если бы я тебя убил? А, Ниган? Откуда такая уверенность, что домик тебе пригодится?       — Хрен его знает, — буркнул мужчина в мое плечо. — Наверно, я оптимист.       Я усмехнулся, но у меня накопилось слишком много вопросов, которые теперь я был в праве озвучить. Прожевав кусок, я спросил:       — Ты думал, что я уйду?       — Я надеялся, что ты останешься.       — А если бы я не побежал за тобой и остался в постели? — я заметил, что он не ест, поэтому обернулся и предложил ему свой сэндвич. Он, к моему довольству, откусил от него, прожевал и ответил:       — Я бы сделал для себя определенные выводы.       — Какие еще выводы? — нахмурился я. Ниган глотнул пива и отозвался:       — Определенные. Мои выводы, Дэрил, — я снова предложил ему пищу, но он качнул головой. — Ешь. Там много еще, — и взял себе новый сэндвич из контейнера. — Я бы всё равно отпустил тебя потом. Может, утром… Не знаю. Мне просто хотелось верить в твою искренность. И я в ней убедился.       — А исчезать вот так со мной не подозрительно? — я облизнул вытекший на пальцы соус. — Вдвоем уехать в ночь… Мм?       — Да и хрен с ними. Ничего они не докажут, если ты об этом.       — Зато могут поползти слухи. А если бы ты не скрывал свою ориентацию, то не о чем было беспокоиться.       — Типа, все бы боялись, что я могу трахнуть кого угодно? — хохотнул он.       — Это тоже, — однако мне было не до шуток. — Но если бы ты смело выставлял это напоказ, они бы поняли, что ты не считаешь это слабостью и не стыдишься. Тогда тебя было бы не в чем упрекнуть.       Ниган протяжно вздохнул. Я обернулся, облокотившись на его ногу. Он провел пальцами по моей щеке и с грустью в глазах произнес:       — Мы не в сказке живем, принцесса. Будь я гребаной феей, я бы исполнил твое желание и направил на Святилище радужные лучи, обратив всех в радостных педиков. И тогда на их фоне оставаться натуралом было бы неловко. Но у меня нет волшебной палочки. Только Люсиль…       — Я думал, ты скажешь «член», — заметил я и покосился на его пах.       — Я не такой пошлый, как ты, — улыбнулся Ниган. — И вообще, то ты боишься, что меня вилами заколют, а теперь предлагаешь каминг-аут совершить?       — Я и сам не знаю, как лучше для нас… — и я приложился к бутылке, ощущая неизбежную близость темы, которую никак не решался поднять. Мы никогда не говорили об этом напрямую, но я должен, просто обязан помочь им хоть чем-то…       — Оставь Рика, — вдруг попросил я.       — Что? — Ниган наклонился ко мне, не ожидав такого резкого перехода, и это напрягало меня.       — Что слышал, — я поежился, начиная терять запас уверенности. — У тебя и без них всё есть.       — Дэрил, — протянул Ниган, и от его тона мне впервые за долгое время стало жутко. — Я не могу оставить Рика. И дело не в том, что от них так много пользы. Если я выпущу его из-под контроля, он быстро восстановится и придет мстить. И отвоевывать тебя. А мне это не нужно. Убивать я их тоже не хочу, это не в моих правилах. Но так откровенно провоцировать их на атаку… Я не могу позволить себе такую роскошь. Ну, ты чего сник, малыш? — он потрепал меня по плечу и ткнулся носом в мою щеку. — Или, думаешь, Рик сможет простить меня и всё забыть? Мне кажется, он далеко не такой, разве нет? Хотя… может, он тоже на меня западет? — он заулыбался. — И тогда всё наладится. Устроим тройничок… Ты же хочешь, да? Ну признавайся, скромняга. Ты и его хотел.       Я сжал губы и пожал плечами. И отвернулся, силясь не краснеть.       — Не давал, да? — допытывался Ниган. — Натурал?       — Я не предлагал, — лишь отозвался я, сконфуженный еще сильнее его дотошностью. Я впервые подумал об этом напрямую. Это потаенное желание я в свое время пытался скрыть даже от себя самого, осознавая его провокационность. Конечно, тогда я не мог допустить и мысли, насколько превзойду себя…       — Точно, у нас же с самооценочкой беда, — вдруг протянул Ниган, явно посчитав эту тему увлекательнее предыдущей. — И чего удивляться, что ты даже не рискнул?       Я не мог понять своих чувств. Мне было стыдно за то, чего я и не собирался совершать.       — Эй, — Ниган свел ноги, сжав меня коленями с двух сторон. — Чего ты? Это нормально — хотеть лучшего друга. Рик хоть и не мой друг, но, чёрт, если бы он был…       Я почувствовал его пошлую улыбку и нервно оборвал:       — Прекрати. Я не хочу это обсуждать.       — С каких пор ты такой стеснительный? А? — он пробежал пальцами по моему подбородку. — Козлик мой, чего ты дуешься?       — Иди ты, — я тряхнул головой, злясь на его бесячий характер. — Зубы мне не заговаривай. Не об этом речь. Вот ты говоришь, что не можешь просто их оставить. А как тогда ты собирался меня отпустить? О чём ты думал?       — Я рассчитывал, что ты убедишь Рика не мстить мне. И наши пути бы на этом разошлись… — с расстановкой протянул он, свесив руку с моего плеча.       — Идиот совсем? — изумился я. — Ты бы реально стал так рисковать своей задницей?       — Да ей уже не впервой доверяться тебе, — он довольно ухмыльнулся. — И это даже оказалось неплохо. Риск был вполне оправдан…       — Хватит всё на секс переводить, — снова возмутился я. — Я тебе о деле…       — Ладно-ладно, серьезный ты наш, о деле. Может, тогда устроим переговоры? Ты объяснишься им в любви ко мне и попросишь не мешать нашему счастью…       В ответ на это я лишь горько вздохнул. Меня опутывало тягучее чувство безнадежности. Как с ним вообще можно разговаривать? Он не хочет это обсуждать и переводит всё в шутку. Может, я совершаю ошибку? Я не могу спасти своих людей. Ни встав с ними бок о бок против общего врага, ни находясь в постели человека, от которого зависят их жизни. Я не в состоянии им помочь. Я просто жалкий эгоист…       А Ниган вдруг опустил свою бутылку пива между моих ног и недвусмысленно скользнул пальцами по горлышку, после чего низко спросил:       — А ты глотать будешь?       Я застыл. У меня запылало лицо.       — У тебя только одно на уме? — я с недоверием обернулся. Но Ниган был на удивление серьезен.       — Ну, правда? Будешь?       Мои губы дрогнули, а внутренности затрепетали. Ниган медленно провел рукой по внутренней стороне моего бедра и вздернул брови. Его глаза соблазнительно блестели. Меня обдало жаром. И почему-то я ощутил странный восторг от осознания, насколько мы близки с этим сложным, но чертовски горячим мужчиной. Мои мысли уже уносились прочь, в вполне предсказуемом направлении, и слюноотделение само собой увеличилось.       — Буду, — тихо проговорил я и облизнул губы. Ниган одарил меня сексуальной улыбкой, и я покраснел.       — Какой хороший мальчик. Тогда я подумаю над твоей просьбой. Ты не грусти только. Что-нибудь придумаем, — он обвил меня руками и чмокнул в щеку. — Я знаю, что тебе было бы спокойнее закрыть этот вопрос, но… решим. Обещаю.       Я закрыл глаза и прижался к нему. Беспокойство ушло из моей души, и в голове снова стало тихо. После всего того, что было, я всё равно почему-то верил ему.       Пальцы Нигана нырнули под мою футболку и скользили по груди, и я обмяк, блаженно жмурясь и чуть дыша. В лесу было тихо и безмятежно, как и ночью. Ни людей, ни ходячих. Никого. Листва деревьев и трава были покрыты оранжевым свечением от восходящего солнца. Меня окутывала дремота — за всю ночь я проспал меньше часа. Но в то же время новый день побуждал меня жить и бодрствовать. Новый день, новое место и, возможно, даже новый жизненный этап. Как чистый лист. Где-то глубоко внутри я знал, что не зря доверился Нигану. Он прислушается к моей просьбе. Ведь теперь у меня не было сомнений в том, что я дорог ему.       Он мерно дышал мне в волосы. И вдруг сказал, показав пальцем вперед:       — Смотри. Трупак плывет.       Я поднял голову. По озеру мирно проплывал полусгнивший ходячий. Этот вид меня позабавил, и я усмехнулся:       — Красота. Романтика.       — А то. Вместо сраного лебедя.       — Тоже ты организовал? — я оглянулся. — «Трупачиное озеро».       — Ага. Всё ради тебя.       В подтверждение своих слов, он опустил руку сверху на мою, переплетая наши пальцы. Мое сердце затрепетало с новой силой. Как же всё это хорошо для правды…       — Почему мы вместе? — всё же рискнул спросить я.       — Гм… Что, снова душу нараспашку открыть?       — Угу, — я кивнул, хотя и не знал, не стану ли сожалеть о своем вопросе, узнав правду.       — Ну смотри, ты сам попросил, — предостерег Ниган, усилив мое волнение. — Сначала меня привлекло то, как ты начал смотреть на меня. Тогда, давно еще. Да, я всё по твоему взгляду понял. Меня это забавляло. То, как ты дергался… Такой дикий и пугливый. Конечно, это было интересно. В какой-то момент меня это даже умилило. А иногда мне становилось жалко тебя. Вот это уже было странно. Потом как-то всё и пошло. Твои эти признания. И я вдруг понял, что приручил тебя, и это было приятно. Ты вызывал у меня массу… непонятных чувств, это правда. Но я, честно, не придавал этому особого значения…       — Да я понял, — буркнул я, угрюмо глядя на наши переплетенные пальцы. Но уж лучше знать горькую правду. Тогда у нас будет меньше недопониманий. А Ниган обхватил свободной рукой мои плечи и протянул:       — А потом до меня доперло, что с тобой мне реально хорошо. Поздно, но доперло. Я столько раз проклинал себя за то, что не относился к тебе всерьез. Я просто отвык от этого… Отвык что-то чувствовать. Но теперь мы с тобой вместе. И остальное неважно. Ведь так, Дэрил?       — Да, — вздохнул я, прислонив голову к его руке. — Но всё равно я тебя не понимаю.       — Почему?       — Мне странно, почему ты мне ответил на те… признания, как ты сказал. В смысле… зачем тебе это было? Я же… не особо привлекательный, — сконфуженно пробормотал я. Неужели это не очевидно?       — Хватит наговаривать на себя, — его голос стал строгим. — Я обязательно займусь твоей самооценкой. Вытрахаю из тебя всё это недовольство собой.       Огонь тут же разлился по моему животу, и я сдавленно заметил:       — Звучит неплохо.       — Да… — Ниган задумчиво примолк. И как он так может — говорить всякие пошлости со столь непринужденным видом?..       А он, решив вникнуть в суть проблемы, философски добавил:       — А вообще, говорят, мы любим тех, о ком заботимся…       Но эта фраза неприятно кольнула меня, и мое игривое настроение тоже пропало.       — Ты обо мне заботился? — фыркнул я. — По-моему, ты пытался меня прикончить.       — Но потом-то выходил, — выкрутился Ниган.       — О, да, отлично. Ты замечательную игру себе придумал — убивать меня и откачивать.       — Нет, правда, — протестовал он. — Может, поначалу этого не было заметно… но, чем больше я уделял тебе внимания, тем сильнее ты волновал меня. Серьезно. Я привязался к тебе, совсем как к щенку. Но, знаешь… — он вдруг понурил голову. — Сейчас я жалею о том, что причинял тебе вред. Но, с другой стороны, если бы не было всего этого дерьма, мы бы и не сошлись. Получается, оно нам на руку оказалось. Но от осознания этого… как-то тошно.       Ниган застыл и заметно приуныл. Я разглядывал его. Мог ли он намеренно лишать меня сил, чтобы сблизиться со мной? Возможно. Но, как бы то ни было, всё давно в прошлом. Мне совсем не хотелось, чтобы он снова сидел и грузился, особенно в этот прекрасный новый день. Я не знал нужных слов, способных вывести его из этого состояния. Поэтому просто дунул в его серьезно-задумчивое лицо. Ниган поморщился и всё же заулыбался.       — Засранец.       Я победно усмехнулся и взялся за свое пиво.       — Кстати, — заметил повелитель, приободрившись, начиная расстегивать мои джинсы, — здесь ничто не помешает тебе убить меня. Раз уж ты всё еще сердишься…       — Не хочу я тебя убивать, отстань ты уже, — отмахнулся я, но движение его руки в моих трусах волей-неволей наталкивало меня на шальные мысли. Я обернулся. — Или ты просто хочешь пожестче?       — Предлагаешь садо-мазо? — Ниган кокетливо повел бровями. Манипуляции его пальцев разжигали во мне огонь.       — Ты напрашиваешься, — прошептал я, обхватил его лицо и провел языком по губам. Мужчина довольно прикрыл глаза, но вздохнул:       — Мне не хочется делать тебе больно.       — А тебе и не нужно быть «садо», — я разглядывал его изумленные глаза, в которых заплясали озорные огоньки.       — Вот как? Хочешь меня побить? Или… отшлепать?       Эта тема его явно заводила. Но, вместо ответа, я шустро нырнул рукой под его куртку и пробежал пальцами по боку. Ниган дернулся, инстинктивно зажав уязвимое место локтем.       — Я так и знал, — торжествующе произнес я и развернулся к нему, готовясь к атаке. Кто бы подумал, что у этого мерзавца могут быть такие нелепые слабости, вроде щекотки или меня?.. И, несмотря на его видимую готовность обороняться, я снова начал щекотать его. Ниган засмеялся, откинулся назад и лег на крыльцо. Я залез на него и сел сверху. Мужчина ласково смотрел на меня, вовсе не собираясь мне препятствовать.       — Зачем мне тебя убивать, когда у меня есть безграничная власть над тобой? — я провел руками по его груди, ликуя. Он мой. Он всё-таки мой. И я могу подчинить его себе.       Но Ниган коварно улыбнулся и процедил сквозь зубы:       — Сейчас посмотрим, у кого над кем власть.       Он перекатился, подмяв меня под себя. Я начал отбиваться, пытаясь скинуть с себя его тушу. Недопитая бутылка пива опрокинулась и скатилась с лестницы. Вдруг мужчина молниеносно отпрянул от меня и встал на ноги. Я не понял причину этого стремительного бегства и тоже поднялся, намереваясь разобраться с ним. Но Ниган прильнул ко мне и, прежде, чем я успел что-либо предпринять, закинул меня на плечо. Оказавшись в столь неловком положении, я засмеялся:       — Придурок! Поставь!       — Неа, — он немного стянул с меня расстегнутые джинсы и звонко поцеловал мою ягодицу. — Пойдем, моя любимая жопка. Обсудим наши обещания.       — Идиот, — выдохнул я, но покорно обмяк и заулыбался в предвкушении. И Ниган, победно ухмыльнувшись, потащил меня в дом.