Remember, Remember The 5th Of November...

Маленькая девочка со взглядом волчицы, Я тоже когда-то был самоубийцей... (с) Крематорий

Холодный каменный пол промораживал левый висок. Дотронувшись до затылка я вся сжалась от боли. Хороший удар... меткий. С силой сжав веки, прежде чем открыть глаза, я попыталась подняться. Когда уже меня перестанут бить. Надо было маму слушать: идти замуж, рожать детей. Пытаясь сфокусировать зрение в полной темноте, я пошарила руками по полу, обнаружив Локи в полуметре от себя. Он лежал с закрытыми глазами, будто прислушиваясь к вакууму абсолютной тишины. - Молнией по голове - это подло. - Они бы убили тебя. - Прости меня... - Тише. Если от прямых обвинений было тошно, то от этой унылой обреченности хотелось просто сдохнуть. Сложив голову ему на грудь, я тоже прислушалась. Стены пропитаны страхом и мучительным ожиданием. Те, кто не состояли на военной службе, покидали дворец. Всем уже известно об исчезновении королевы. Послание, якобы составленное, младшим принцем подкрепило всеобщее подозрение о том, кто виноват. Я слышала шаги. Кто-то шел сюда. Через некоторое время дверь распахнулась так резко, что чуть не слетела с петель. Ворвавшийся в камеру Тор находился в состоянии запредельной ярости. Я едва успела отскочить, когда он поднял Локи с пола и изо всех сил швырнул в стену. Облака серой пыли разлетелись в стороны. Тор сделал шаг вперед, чтобы продолжить выражение своего недовольства в грубой физической форме, но тут раздался сдавленный издевательский смех. - Спасибо, брат. А то меня уже тошнит от милостыни притворного дружелюбия, - Локи слегка приподнялся, опираясь спиной о стену. Насмешливый взгляд мерцал в полумраке. - Как ты мог?! - Тор задыхался от гнева. - Подумай мозгами, а не как всегда. Если бы я действительно все подстроил, разве я был бы сейчас здесь. Разве бы сдался без боя. - Зачем ты здесь? - Вернуть тессеракт. Предупредить, что во дворце есть шпион-перевертыш, и на этот раз - это не я, - усмехнулся Локи. - Разве ты не понимаешь, какая участь ожидает тебе здесь? - А ты не думал, что в данный момент мне абсолютно все равно. - Что же делать? - ярость сменилась отчаянием. Обреченно вздохнув, Локи покачал головой. - У тебя есть два выхода, будущий король Асгарда. Первое и самое разумное - это ждать, если она еще жива, значит они чего-то хотят взамен на ее жизнь. Второе - забрать тессеракт из хранилища и отправиться на поиски. Камень приведет тебя прямо к Таносу. Выбор за тобой. - Я понял. Спасибо, брат, - с этими словами Тор вылетел за дверь. - Конечно, брат. Я твой самый верный... враг, - усмехнулся Локи. Подергав браслет своих наручников, я снова легла на пол. Зудящее ощущение в запястьях указывало на скованную магию. Гадкое чувство. - Ты послал его на верную смерть, - заметила я, не выдержав тягостной тишины. - Ты же слышала - я предложил выбор, - безразлично отозвался Локи. - Зная, что он выберет, - усмехнулась я. Пожав плечом, он закрыл глаза. Пожалуй Тору так и не суждено научиться не слушать своего сводного брата. Опасное создание. Интересно, а что же дальше? Бежать он не собирается. Да и как? Нас обоих наградили парой волшебных наручников. Для того чтобы их снять нужно время и покой. А тут не камера, а проходной двор. После Тора приходили еще двое с какими-то дурацкими вопросами. Потом зашла какая-то женщина. Бывшая любовница моего божества. Он над ней только посмеялся, и она со слезами убежала. А чего ты ожидала, дорогая? Вечной любви и свадебных бантиков? Ха-ха. - Сволочь, она ж тебя любила. Нет чтоб сказать девушке что-нибудь хорошее на прощанье, - укоризненно заметила я. - Это было бы слишком жестоко с моей стороны. Подать надежду... Кстати, а тебе-то откуда знать, что любила? Я ведь ее не показывал. - Иначе она не пришла бы к тебе, когда все так хреново. - Тоже верно, - усмехнулся Локи. - Себя лучше пожалей. - Я только этим и занимаюсь в последнее время. Бесит уже, - фыркнула я. - Как насчет того, чтобы придушить стражу и свалить отсюда? - Поздно, - за дверью снова послышались шаги. Присланный за нами конвой представлял собой грандиозное зрелище: двадцать воинов, закованных в броню с ног до головы. Кажется, нас здесь побаиваются. Не знаю почему, но сейчас меня грызло беспокойство, несравнимое с тем, что я испытывала при встрече с ледяными великанами. До боли яркое чувство, что смертельная опасность таится за этими изящными и грандиозными интерьерами. Враждебная сила, исходящая не от одного, но от многих. А еще меня изводило молчание и совершенно искреннее спокойствие моего короля, возможно это и являлось источником удушливого предчувствия. Перед входом в тронный зал скопились придворные. Похоже, этой кучке было запрещено покидать дворец, и сейчас они смотрели на бывшего принца с ненавистью и ужасом. Но эти жертвы обстоятельств даже не стоили внимания. Враг находился за золотыми стенами тронного зала. Приветствием была гробовая тишина. Оживленно-нервное обсуждение мгновенно захлебнулось, стоило нам переступить порог. Повинуясь жесту короля, советники отправились вон. Я, не отрываясь, смотрела на одноглазого тирана, пытаясь уловить его мысли, но его разум оказался неприступен. Охрана отступила к дверям, будто ловушка захлопнулась за спиной. Оба короля долго молчали. Действительно, что тут скажешь? Они уже давно готовы перегрызть друг другу горло, но обстоятельства требуют цивилизованного диалога. Первым заговорил Один. Притворно-спокойный тон голоса раздражал меня до последней крайности. Сдержанно выразив недовольство действиями приемного сына, король Асгарда перешел к главному. Оказывается враги уже выставили свои требования. Им нужен тессеракт и публичная казнь преступника. Суд и так уже состоялся без присутствия обвиняемого. Несмотря на показания Тора об одержимости Локи, они считают приговор справедливым. От этих обыденных фраз моя кровь будто заледенела в венах. Казнь! Это слово пронеслось в сознании гулким эхом. Будто брошенный в бездонный колодец камень: немая тишина, а потом разрывающий нервы грохот. Танос просто решил избавить себя от дальнейших проблем с непокорным магом. Пусть великий Один свершит правосудие. Да он и сам этого жаждет. Локи выслушал все так пугающе спокойно. Неужели любовь к приемной матери заставит его покориться их трусливой воле. - Я понимаю, - ощущение этих слов было равносильно пощечине. После всего, что было... Сдаться так легко?! Как ты можешь?! - Это я виновата, что похитителям удалось ускользнуть, меня и наказывайте. Вы же можете создать иллюзию, чтобы враг подумал, что я это он, - указав в сторону Локи, я чувствовала, как поднимается волна отчаяния. - Нет, - произнесли оба короля в один голос. - Вы думаете, что это чудовище сдержит свое слово? Как только вы казните Локи, армия будет здесь. Танос боится его. Неужели вы этого не видите?! - я почувствовала истерическую дрожь. - Это не твоего ума дело, ведьма. После казни ты будешь свободна. Я не знаю, что там было у меня на лице, потому что Локи схватил меня за руку, опасаясь, что я наброшусь на короля. Мне казалось, что во мне беснуется стая волков, они грызут и царапают мое сердце изнутри. Такой злости я в жизни не испытывала. Скованная магия будто разрывала кожу ладоней. Заметив слабый свет, исходящий от кончиков моих пальцев, Один сделал знак страже вывести меня из зала. Когда меня тащили к дверям, я уже не могла сдерживать слез. Локи что-то прошептал королю, и тот одобрительно кивнул, приказав страже остановиться. Он хочет попрощаться. Вырвете мне сердце, кто-нибудь, потому что я больше не могу этого выносить. Солдаты отошли в сторону, и я поняла, что еле держусь на ногах. Лихорадочная дрожь гуляла вдоль спины. Когда Локи приблизился, у меня не было сил даже посмотреть на него. Он обнял меня, крепко прижимая к себе. Шептал что-то, а я не могла разобрать. Почувствовав, что объятия слабеют, я все же посмотрела ему в глаза. Кто бы мог подумать, что печаль может быть столь прекрасна. Последний болезненный поцелуй. Кажется, он до конца не верит в то, что происходит, а может, просто, пытается меня успокоить. Господи, как больно. Я бы согласилась на любую пытку сейчас, лишь бы заглушить этот безумный огонь в своем сердце. Я, почти, не чувствовала его прикосновений, моя кожа, словно, онемела. Когда он медленно отстранился, мне показалось, будто меня не стало. Я просто исчезла, а вместо меня, посреди тронного зала стоит холодный труп. Единственное, на что у меня хватило сил - это попытаться запомнить свет зеленых глаз, как можно отчетливее. Не знаю почему, но это казалось очень важным сейчас. Он говорит, что перед казнью я должна снять защиту, иначе я тоже почувствую огонь. Сделав шаг вперед, я обняла его за шею и прошептала: - Мне нужна твоя боль. Я верну им все сполна. Когда начнется, я почувствую, непременно почувствую. Он не будет кричать. Гордость. А я буду... так, чтобы слышали все. Чтобы эти твари почувствовали гнев и боль ведьмы. Чтобы мои крики вошли в их страшные сны. Чтобы с этого дня им не было ни прощения, ни покоя. Злоба вернулась, я чувствовала силу, которую она принесла с собой. Я не буду сидеть и плакать. Не дождетесь. Только снимите с меня наручники, и я убью всех, кто окажется рядом: столько, сколько успею, а потом уже неважно. - Ты делаешь это ради нее... - Не только. - Я люблю тебя, - невероятно, но у меня получилось улыбнуться. Искры моих глаз, отразились в его глазах. Так гораздо лучше. Пусть запомнит гордую ведьму, а не сопливую девчонку. Он поцеловал меня страстно и горячо. На этот раз я почувствовала каждое мгновение. Я готова. - Скоро увидимся, - я выпустила его из своих объятий, улыбнувшись напоследок: не через силу, а абсолютно искренне. Я больше не боюсь. Он улыбнулся в ответ, он все понял. Резко развернувшись, я зашагала прочь. Нельзя, чтобы сердце оттаяло. Когда меня выводили из зала, я не сопротивлялась. Силы еще понадобятся. Гордо выпрямившись, я прошла мимо боязливых лиц и любопытных глаз. Тяжелая дверь камеры с грохотом захлопнулась. Наконец-то одна. Извернувшись, я достала тонкий кинжал из-под волчьей шкуры. Оракул все знал. Зажмурившись, я нервно выдохнула. Надо быть сильной: жестокой бессердечной тварью. Я думаю, не осталось грубого слова, которым бы я не прокляла эти... замки. Главное не сломать кинжал, иначе придется зубами грызть. Стены загудели от протяжного зова труб, а мне показалось, что в мои кости заливают раскаленный металл. Отчаяние - мой возлюбленный враг. Можно считать, что я опоздала. Казнь началась... У зарешеченного окна вырисовалась тень. Карла! - Помоги! - единственное, что я смогла из себя выдавить. - Нет, - шипящий шепот прошел холодом по моей спине. - Его роль в твоей судьбе сыграна. Я направила его к тебе, чтобы он открыл твою силу. Дальше ты должна идти одна, иначе ты никогда не будешь свободна. Еще полчаса назад эти слова подействовали бы на меня, но не теперь. - Ты сама говорила, что свободы не бывает рядом со словом "должна". Я ничего не должна! - мой голос металлическим эхом отразился от каменных стен. - Ты просила меня следовать за ним, слушаться его, ты сказала, что это будет последнее, о чем ты меня попросишь. Тень преобразилась в смутное изображение. Прозрачные глаза уставились мертвым, тяжелым взглядом. - Сейчас, ты приказываешь мне сдаться, и я говорю нет. Слышишь меня?! НЕТ! В этих лицах нет скорби. В их глазах пустота. Будто призраки, они пришли проводить меня в подземелья ада. Те, кто еще могут заплакать обо мне... их здесь нет. Так лучше. Под сочувственными взглядами больнее умирать.