Без крыльев

Из череды образов и воспоминаний Гарри вырвало бурчание Эггси - парень ворочался в кровати, бубня что-то невнятное под нос. Этот перформанс закончился тем, что он, даже не просыпаясь, придвинулся ближе, а его ладонь оказалась на итак возбужденном члене Харта. По всему телу волной прошлась дрожь, и Гарри стоило огромных усилий сдержать стон, чтобы не разбудить Анвина.

"Что ты творишь со мной, Эггси, что ты творишь?"

Гарри выдыхает, веки опускаются сами по себе и перед глазами возникает новый образ. В нем он становится свидетелем того, как его подопечный яростно наседает на Мерлина после задания. - Простите, сэр, но какого хрена меня выбрали в жертвы? Меня, что, не жалко? Он никогда не ревновал за всю свою долгую жизнь, ни одного чертового раза, а тут... Просто не мог смотреть, как близко губы Мерлина были к Гэри, как непростительно мало пространства осталось между ними. С каждым днем ему было все труднее и труднее держать все под контролем. Иногда он задавался вопросом, почему вообще не дает себе волю, почему так пытается скрыть от Анвина, что тоже чувствуют тягу, но тут же вспоминал о законах Кингсман и о том, что в отцы ему годится. "Конфеты или жизнь" - хэллоуинская поговорка, пришедшая тогда ему в голову. И он понимал, что в его случае речь идет совсем не о конфетах, хотя и не отрицал, что сладости в Эггси хоть отбавляй. Вот они на очередной тет-а-тет тренировке, Гарри стоит вплотную к Гэри, чтобы показать как важно действовать оперативно в драке. На секунду он замирает, пытаясь совладать с чувствами и с желанием обнять. Несколько молниеносных движений и тот оказывается на лопатках, но не сдается - резко выдвигает ногу и Харт падает рядом с ним. - И как это понимать? - Да ладно вам, Гарри, смешно же. - Эггси улыбается до ушей, приподнявшись на локтях, наблюдая, как его наставник стряхивает с себя грязь. - Я постираю, если надо. - Не стоит. - он улыбается и ерошит волосы на голове Гэри. - Я вспомнил, что надо мной висит уйма неотложных дел, так что попрошу Мерлина помочь вам. И он ушел. Знал, что скорее всего делает еще хуже, раскрывает карты, но где-то здесь Гарри понял, что ходит по краю пропасти - разрешая называть себя по имени, отвечая теплой улыбкой на такой инфантильный поступок. Пути назад не было - он влюбился в этого паренька, и его выдавало каждое движение, слово и каждый взгляд. И, понятное дело, Эггси не должен был увидеть этого ни при каких обстоятельствах. Все остальное время Гарри вел себя сдержанно, даже когда Эггси не проболтался о нем на финальной проверке, выбрав скорее погибнуть, чем не сдержать слово, он ответил лишь "Поздравляю, очень неплохо", вместо желаемого "Молодец, я ни капли в тебе не сомневался, мой мальчик".

"Ваши кандидаты прошли в финальную стадию. По традиции вы можете провести с ними двадцать четыре часа"

Эти слова для Гарри Харта прозвучали, как начало отсчета атомной бомбы. Этому не было логического объяснения, но на интуитивном уровне что-то подсказывало - сюжет близится к кульминации, а после к развязке, но какой она будет не знал. Мог ли он чувствовать, что ему осталось жить эти самые двадцать четыре часа? Возможно, но это не имело никакого значения, ведь они направлялись к нему домой.