Без крыльев

Все началось со звонка. - Мистер Харт, на линию жалоб поступил вызов от некого Гэри Анвина, включить воспроизведение? " Эггси." - промелькнуло в голове Гарри, прежде чем он ответил утвердительно на запрос. В груди неприятно сжало сердце и, пока на заднем фоне звучал скомканный голос просящего о помощи взрослого парня, Харт видел перед глазами образ маленького мальчика, сидящего на полу со снежным шаром в руках. - Спасибо, Эмилия, дальше я сам. Сейчас, сидя в кровати, Гарри пытался понять непонятное чувство, которое преследовало его с того самого момента, как на записи прозвучал голос Анвина, и все, что приходило в голову - это "предопределенность". Будто встреча должна была рано или поздно произойти, независимо от обстоятельств. Он сделал пару звонков, надел пиджак и вышел из дому. Не было необходимости искать информацию об Эггси - какая-то неведомая сила заставила впервые открыть архивы спустя пятнадцать лет после произошедшего и с того раза он проверял и следил за достижениями Гэри раз в полгода, и только тогда все это показалось ему до жути странным.

***

Они стоят у полицейского участка и смотрят друг на друга. Гарри, наверное, и не заметил, но в то самое мгновение, как их взгляды пересеклись, в голове прозвучало нечто банальное, но от того не менее значимое:

"Противоположности притягиваются"

А после еще тише:

"Будь осторожен"

Не смотря на то, что у него на руках была вся подноготная про Эггси, и, казалось бы, узнавать уже практически нечего, интерес лишь вырос после короткого диалога. Он знал с первых минут, что пригласит его, как кандидата на место Ланселота, знал так же, что Артуру это не понравится, но ничего не имело значения в тот момент, кроме чувств, маленьких трепещущих в груди чувств, о которых он боялся и думать. Они сидят в затхлом пабе и пьют пиво. Гарри не был психологом и не мастерски владел языком тела, но то, как вел себя Эггси - выдавало его с потрохами. Любому другому бы показалось, что у мальчишки какие-то проблемы, раз он сидит и беспрестанно улыбается, не отводя взгляда от своего нового знакомого, даже когда речь идет о его мертвом отце, но Харт чувствовал нечто новое и возбуждающее, когда Анвин так на него смотрел. "У тебя очаровательная улыбка" - вертелось на кончике языка, но было слишком неправильным, чтобы произнести вслух. Удивление и интерес Гарри достигли предела, когда Эггси повторил практически те же слова, какими он сам упрекал Артура днем ранее. "Как это вообще возможно?". Поэтому, когда на пороге паба появилась шайка отчима Гэри, его мотивация начать драку включала в себя тысячи причин.

"Прошу прощения, надо было выпустить пар"

Гарри не был вруном, скорее умел великолепно умалчивать, но в этот самый момент впервые за годы соврал. Агрессия не существовала для него как феномен - он просто не мог допустить мысли, что все это было ради внимания Эггси. Харт тихо наслаждался возможностью видеть полные восхищения и удивления глаза напротив, при этом не выдавая себя. И с того мгновения все неумолимо стало скатываться в огромную, бездонную пропасть. Гарри не отдавал себе отчета в том, что за какие-то полчаса сделал все, чтобы влюбить в себя Эггси, поэтому не до конца осознавал, какую ценность играло для него воспоминание, которое он собирался стереть, да и сам не признавал, что не хотел, чтобы его забывали. Сознание перематывало воспоминания и чувства, искало нужные пазлы, чтобы завершить картину. Рука опускается на плечо Анвина с определенной и практичной целью - оставить микрофон, но это не мешает Харту почувствовать мелкую дрожь, осыпавшую все его тело. "Дежавю". Лишь когда паб остается позади, в голове, словно кто-то щелкает переключателем и проливает свет на ситуацию, появляется мысль - Эггси коснулся чего-то давно зарытого в его душе легко и в тоже самое время небрежно, будто ребенок, нашедший старую гитару, проводит по ее струнам. Прохладный ветерок треплет волосы, ласкает щеки, Гарри останавливается посреди улицы и впервые за долгое время чувствует себя молодым. "Ты не должен потерять контроль, иначе конец всему: карьере, самообладанию, да и тебе конец, старый дурак, что ты в нем нашел? Он же мальчик еще совсем" - но сердце уже предательски стучало при одном только воспоминании об улыбке этого самого мальчика. Клик. Эггси заходит в холл магазина и тут же прячет руки в карманы. Харту было сложно не заметить этот жест, который как бы говорил: "Я чертовски волнуюсь". Гарри же держался спокойно и холодно, не выдавая, как рад снова видеть этого парня с забавными кроссовками-пародией на Гермеса рядом с собой. Полная противоположность ему - никакой сдержанности и эмоциональной сухости, искренность, как она есть. - Никогда раньше портных не видел, но вы точно не портной.

"Пойдем со мной"

Они стоят перед трехстворчатым зеркалом в комфортной примерочной, и между ними считанные сантиметры. Все это начинало напоминать игру или киноленту, только вот неизвестно какую, с неопределенным сюжетом и ролями. Кто он? Кот, который играется со своей добычей, или мышка, попавшая в сети своего странного влечения? - А, как в "Моей прекрасной леди? - находит ассоциацию Эггси и попадает прямо в точку. - А ты полон сюрпризов... - Гарри не скрывает улыбки, но никто из них не упоминает, что картина заканчивается полной капитуляцией главного героя - Генри Хаггинс влюбляется в ту самую "замарашку", которую обучал манерам. Харт игрался непристойно, по-детски, сыпал острыми фразочками, типа "Интересует?", будто предлагал Гэри не работу секретным агентом, а нечто более экзотическое. Ловил игру бровями, покусывание губ Эггси, заводился пуще прежнего, но при всем при этом выглядел абсолютно уравновешенно и безразлично. Всю дорогу в резиденцию они промолчали, смотря друг на друга. Тишина делает безумные вещи с людьми - момент преобразился в более интимный и значительный. Гарри смотрел в упор, иногда еле заметно улыбаясь, словив новую и милую деталь в образе Анвина, пока тепло внутри разрасталось и заполняло пространство. Ему все хотелось спросить: "Я не кусаюсь, почему ты так боялся входить сюда и в примерочную?" Но ответ приходит совсем скоро и неожиданно. Эггси случайно проводит своей ногой по его и в ту же секунду смущенно отводит взгляд, краснеет и вжимается в кресло. - Прости, я не хотел. Простите. Черт. Гарри не сдерживает улыбки, но наконец-то понимает, что не один попал в сети - они здесь вдвоем. Легче не становится, скорее наоборот - лучше бы он знал, что нет ничего за той улыбкой в пабе, кроме восхищения, тогда можно было бы предположить, что все закончится безболезненно для них обоих. Но сердце все равно забилось чаще и легкий вздох сорвался с губ. "Пусть так, я переживу это знание, не подам виду, но он не сможет с ним совладать, я же вижу его насквозь" - думал Харт, даже не подозревая, насколько сильно ошибается. Ему нравилось наблюдать за реакциями Эггси, лишенными наработанного безразличия и высокомерия. Он видит, с каким восторгом тот рассматривает ангар и невольно выдает: - У твоего отца было такое же лицо - со вздохом добавляя, - и у меня... Следующий кадр. Он сидит в своем кабинете и через планшет наблюдает за происходящим в резиденции: вода наполняет комнату, в которой мирно спят претенденты на роль нового кингсмана, но он смотрит лишь на одного человека - Эггси. Гарри знал, что он отделится от общей массы, сотворит что-то неординарное, но, сам того не замечая, увлекся совершенно другим... Дело в том, что в тот вечер Гэри спал без верха, и это стало неожиданностью для Харта - возбуждение накатило волной, не спросив разрешения, он замер в кресле, прикусив губу и пытаясь сбить мысли в кучу, но ничего толкового не вышло, поэтому выключил все и пошел спать. Той же ночью Гарри проснулся от сильнейшего стояка - ему снилось как он проводит пальцами по торсу Гэри и, вцепившись в его бедра, притягивает к себе. Он просидел в кровати прерывисто дыша около пяти минут, но после впервые за долгое время, хорошенько проматерившись, стыдливо пошел за салфетками, чувствуя себя пятнадцатилетним подростком. Он лежит, отходит от волны оргазма и понимает, что уже и забыл, что это такое. Что такое жить, смеяться или получать телесное удовольствие. Вся его жизнь была, как этот потолок перед лицом - белой и пустой, он не мог вспомнить абсолютно ничего в своей жизни, кроме непрекращающегося напряжения и тяжести, которые преследовали его каждый день, начиная с раннего утра. Но теперь появился Он. Мальчишка, который должен променять свои кепки на костюмы, ведь "ему нечего терять", что было неправдой. На этой мысли Гарри вдруг пожалел, что пригласил его, рассказал о Кингсман, и наконец признал, что дело было не только в преданности, смелости и потенциале Эггси, но и в том, что Харт хотел видеть его рядом. Просыпаться и знать, что словит его улыбку, не важно через очки Мерлина, камеры или в живую, и все в этом мире станет чуточку проще и эмоциональнее, искренней и живее. Трудно осознавать, что за последние десять лет ты стал человеком, которого никак не отличить от кирпича в магазине на Севил Роу, и не имело значения то, что ты делаешь. Какое дело спасаешь ли ты мир, если в душе скребут кошки? Только теперь вместе с кошками ютятся бабочки, а он всегда их любил. Гарри закрывает глаза и видит нечто прекрасное - Эггси, сидящего в лучах летнего закатного солнца с Гретой на ладони. Ее прозрачные крылья переливаются радугой и трепещут от порывов легкого ветра, и Харт понимает, что она олицетворяет его. Хрупкая, незаметная, но при этом опасная для своих врагов, она спокойно сидит на ладони Эггси, будучи уверенной - ей ничего не угрожает.

"Ничего не угрожает"

Перемотка. Взрыв, падение и беспросветная пустота. Несколько дней абсолютной обездвиженности и полу осознанности вырвали его из привычной жизни. Иногда до него доносились еле слышные и различимые голоса, но в одном из них он определенно узнал Эггси.

С ним все будет в порядке?

- Нет, мой дорогой, - отвечал он в своей голове, - уже ничего не будет в порядке, ведь я слышу, как озадаченно ты спрашиваешь обо мне, так не волнуются о наставниках, так не... - и он снова проваливался в темноту, полную черно-белых бабочек. Клик. - Вы хотели меня видеть? Эггси зашел в его палату вместе с Джей-Би. Они смотрят друг на друга с неким благоговением, и потому атмосфера перестает быть больничной. Гарри спокоен, но не сдерживает эмоции, с радостью про себя замечает, как Анвину идет костюм и искренне улыбается. Говорит, как приятно удивлен таким сногсшибательным успехам и тому, что Гэри оказался в шестерке, но с опаской улавливает, что его настроение вот-вот развяжет язык Эггси, даст право сказать что-то личное, запретное, хотя и желанное, но в этот же момент раздается стук. - Спасибо, Мерлин, - думает Харт, - без тебя я бы не справился. Гарри радует чувственность Гэри, ему нравится, что в то время, как они непоколебимо смотрят на то, как взрывается имплант в шее профессора, он восклицает: - Охренеть! Но и понимает - она его погубит. Наверное, он уже тогда знал, что Гэри не справится с последним заданием, но в глубине души эта мысль радовала - ему совсем не хотелось видеть, как со временем Эггси превратится в такого же безэмоционального робота, как все в Кингсман. Но теперь на горизонте образовалась новая проблема, поэтому Гарри сосредоточенно наблюдал, как Валентайн расхаживает по сцене, заманивая жадных и бедных людей без серебряной ложки в жопе бесплатной мобильной сетью. Все заканчивается тем, что на следующую неделю у него запланирована встреча, которая могла предвещать все, что угодно, а после ситуации с профессором - даже увечья или смерть. Когда Мерлин выходит из палаты, Гарри подходит к ящику, достает из него ключ и протягивает Гэри. - Держите, Эггси, я не знаю, что со мной может снова случиться, поэтому, в случае моей гибели, я не против, если вы будете жить в моем доме. Они смотрят друг на друга, один - спокойно и тепло, другой - испуганно и с удивлением. - Не говорите так, Гарри, да и, черт дери, это ваш дом, как я могу... - В любом случае, у нас с вами запланированы занятия, некоторые из них будут проходить в неформальной обстановке, а вы уже знаете, что приходить вовремя - не мой конек, так что сможете подождать меня в гостиной. Держите. Обстоятельства бывают разные, но не злоупотребляйте. - Слушаюсь, капитан. - А теперь идите, жду вас завтра к трем дня, но есть правило - наставник учит своего претендента лишь в том случае, когда тот выходит в тройку лучших. Дополнительная мотивация никогда не помешает. Гэри улыбается и идет к выходу, но останавливается, когда рука оказывается на дверной ручке. - Я скучал, Гарри, не делайте так больше. Дверь закрылась, и Харт остался стоять наедине со своими чувствами посреди палаты. Со своими неправильными, но теплыми чувствами.

"Я тоже Эггси, я тоже"