Воспитанный мальчик

***

— Ну что, мистер Невилл Долгопупс? Кажется, гриффиндорским львам пора показать себя во всей красе? — Гарри повис на плече друга и подмигнул симпатичной старшекурснице, которая немедленно обернулась к подружкам и они громко рассмеялись. Гарри ничуть не смутился и гордо продолжил свой путь.  — Не знаю, Гарри, я не думаю, что попаду на Гриффиндор. Бабушка говорит, что по мне Пуффендуй плачет.  — Больше её слушай! При всём моём уважении к твоей почтенной старушке… За спиной мальчишек раздался грозный кашель Августы и Невилл втянул голову в плечи. Гарри же не боялся миссис Долгопупс. На удивление чутко для своих одиннадцати лет, он видел её насквозь и лишь снисходительно принимал все упрёки и грозные замечания. Он видел в ней мудрую ворчливую сову, которой просто нужно вовремя давать лакомство и выпускать из клетки развеяться, а потом дальше терпеть сердитое уханье.  — Гарри! Будь немного сдержаннее в школе, тебе никто не будет спускать такого поведения, — мягко улыбнулась Лили, и воспитательный момент волшебным образом превратился в ласковую просьбу, успешно пропущенную мимо ушей.  — Да ладно, Лилз, нормальное у него поведение! — Джеймс толкнул вперёд тележку Гарри, и она ударила мальчика под коленки. Он с громким смехом завалился прямо на чемодан и продолжил путь «по царски», развалившись на тележке как на ложе.  — Мне порой кажется, что мы воспитали невоспитанного ребёнка, — вздохнула Лили.  — А мне кажется, что мы воспитали маленького меня! — заявил Джеймс. Долгопупсы и Поттеры присоединились к стоящей у третьего вагона толпе обнимающихся друзей и знакомых. Гарри знал почти всех, это были друзья родителей, отправляющие своих детей в школу. Миссис Финниган с сыном, Радж и Ану Патил и две их прелестные дочки, и Брауны, которых Гарри любил меньше всего. Миссис Браун уже заливалась слезами, а хорошенькая, но слишком противная Лаванда плакала, кажется, уже не первый день. Гарри не любил этих слезливых шумных «девчонок», а вот Симус и девочки Патил ему нравились. Все они дружили с детства, благодаря родителям, кроме прочего они были одного возраста. Старшие их обычно не брали в свои игры, младших игнорировали они сами, теперь все готовились к первому году и славе «истинных гриффиндорцев», но каждый в тайне сомневался, что попадёт на «факультет мечты».  — Ма?  — Что, дорогой?  — А как дети магглов узнают куда идти? Ну мы то уже сто лет сюда ходим кого-то провожать, а что с теми, кто тут первый раз?  — Обычно письмо им приносит кто-то из школы и все объясняет.  — А если они не знают куда идти? Или потеряются? — он оглядывался по сторонам, будто у каждого магглорожденного это будет написано на лбу, но увидел лишь толпу разновозрастных детей, которые все как один были взволнованы, но уверены, что нужно сесть именно в поезд, а не потеряться где-то на платформе. Мимо прошла рыжеволосая семья, Гарри показалось что их не меньше дюжины, и он засмеялся.  — Ты чего? — Парвати Патил, одна из близняшек, подошла к нему и пихнула в плечо.  — Да ничего. Они все на одно лицо.  — Это неприлично, так смеяться. Ты как маленький, Гарри!  — Да ну тебя, Паро, это же весело! Я же не смеюсь над ними, просто это же...  — Не оправдывайся. Ты смеёшься. Лучше посмотри какое воронье гнездо на голове у той девочки! — она кивнула в сторону особенно восхищающейся всем девочки, которая и вправду имела завидную шевелюру. Гарри присвистнул, это ему показалось невероятно крутым.  — Эй, ты куда? — Парвати дернула его за рукав, но он пробормотал что-то вроде: «Да погоди!», и направился в сторону кудрявой особы.  — Эй, ты на первый курс?  — Да, — кивнула девочка. Стоящие рядом с ней родители с интересом смотрели на Гарри.  — Ты из семьи магглов, да? — он не хотел её обижать, и не считал что это обидно, наверное потому девочка сразу улыбнулась.  — Да, а ты?  — Не-а, — скучающе протянул он. — У меня родители волшебники! Знаешь что? Я — Гарри Поттер! Я тебе все расскажу! Мама девочки умиленно улыбалась, а на лице отца, кажется, отразилось облегчение. Они явно переживали, что дочь «не такая как все».  — Найди меня в поезде! Я в этом вагоне! Ай, спроси кого угодно, меня все знают! Он убежал, так и не дождавшись пока девочка представится.  — Ты чего это? — спросил Джеймс.  — Ну она же из семьи магглов! Ей надо помочь!  — Но она же такая не одна, — присоединилась к разговору Лили и погладила сына по голове.  — Не одна? — нахмурился Гарри. Ему казалось, что его мама — единственная мама из семьи неволшебников. Однокурсник Кори Сильвера, Тед — единственный магглорожденный второкурсник. А значит эта девочка единственная первокурсница, которой нужно помогать открыть Новый мир. Его собственный мир вдруг расширился от новой информации, и стало ясно, что при всём что он знал о школе и мире в котором жил, он знал очень и очень мало. Оглядевшись по сторонам он понял, что знает далеко не всех на этой платформе, потому что теперь он не просто провожает кого-то в школу, он сам часть испуганной толпы детишек, которые ещё не знают, что будет дальше. Его большая и красивая волшебная планета, оказалась спутником, кружащим вокруг ещё более большой планеты, а это значило, что впереди его ждёт невероятная новая жизнь.

***

Дети развлекались тем, что крутили тарелку со стрелкой, раскрашенную в цвета факультетов. То и дело кому-то выпадал Слизерин, и остальные выли, а несчастный протестовал. Симус и Невилл были знакомы через Гарри, Гарри и сестры Патил через родителей, а бедняжка Лаванда Браун была подругой Парвати по переписке, пока её семья не переехала в Годрикову Впадину и не стала жить по соседству от Поттеров. Все они так или иначе были знакомы и теперь им было что обсудить. Их первый год в школе, их вечную-привечную дружбу и дурацкие носки Невилла.  — Привет! Я — Гермиона Грейнджер, — кудрявая девочка уверенно задрала нос, и Гарри это показалось невероятно смешным и интересным.  — Проходи, Грейнджер! Мы как раз решаем, на какой факультет попадём! — немедленно перешёл на панибратский тон Гарри, решив немного осадить новую подругу сразу, чтобы не было проблем потом.  — Решаете? Сами?  — Ну у нас, знаешь ли, есть волшебная тарелка! Это как бы всевидящее око! В ней живет дух…  — Гарри!.. — завыл Невилл, которому тарелка только что предсказала учиться на Пуффендуе.  — Ох, Невилл! Вечно ты все портишь! — вздохнула Парвати и уступила Гермионе место рядом с собой. Она демонстративно откинула волосы, как бы намекая присутствующим, что ее чёрные блестящие волосы лучше, какого-то «вороньего гнезда», но Гарри наоборот решил, что теперь, когда девочки сидят вместе, шевелюра Гермионы выглядит ещё более сумасшедше, а это значит, абсолютно круто!  — Давай-ка я тебя со всеми познакомлю! — объявил Гарри, и принялся рассказывать, кто есть кто. Гермиона ни разу не смутилась и смело протягивала всем руку, он редко видел смелых девчонок, а ещё реже таких самоуверенных и теперь точно решил, что станет её другом. В чем разуверился буквально через пару часов. На распределении все потерялись и перемешались. Кто-то из первокурсников пустил слух, что нужно входить в зал по росту, и даже те, кто точно знал, что это полная чушь, повиновались. В итоге под изумленные взоры преподавателей и студентов, первокурсники вошли в зал ровненькой шеренгой во главе с самым низеньким мальчиком Беном Адамсом. Гарри оказался в самой середине, рядом с противным типом Драко Малфоем, который всех вокруг задирал и рассказывал небылицы.  — Чего тебе надо, Малфой? — уверенно спросил Гарри, когда тот в очередной раз попытался задеть Долгопупса на тему его жабы, тихонько ворчащей из кармана.  — А ты чего выступаешь, Поттер? Больше всех надо?  — А ты значит предпочитаешь довольствоваться малым? Оно и видно!  — Какие… Малфой недоговорил к радости Гарри, профессор МакГонагал вынесла шляпу и удивлённо оглядела толпу первокурсников, а после пробормотала что-то вроде: «Мило! Каждый год, что-то новенькое!». Распределение оказалось намного скучнее того, что ребята устроили в вагоне. Невилл спокойно занял место за гриффиндорским столом вместе с Гермионой, Малфой отправился на свой обожаемый Слизерин, а сестры Патил, чуть не со слезами разошлись в разные стороны. Лаванда Браун тут же повисла на шее подружки, которая с сожалением смотрела в сторону стола Когтеврана.  — Поттер Гарри! Он сел на стул и шляпа ожила на его голове, будто немедленно проникнув в его голову.  — Хм! Давно я не видела такого… уверенного в себе ребёнка!  — Я гриффиндорский лев! — хмыкнул он, и мог поклясться, что МакГонагал услышала это и улыбнулась.  — Не смею вас разуверять! Гриффиндор! Он, счастливый присоединился к друзьям, и тем же вечером навеки рассорился с Гермионой Грейнджер из-за спора о волшебных палочках, в котором она в общем-то была права, и он это знал, но не мог позволить девчонке победить!

***

Десять лет назад…  — Дорогой, подойди на минутку? Джеймс вышел из ванной вытирая полотенцем голову. Он успел криво нацепить очки и они запотели.  — Лилз? Что-то случилось?  — Не знаю, смотри, там целое светопреставление. Джеймс поправил очки, бросил полотенце на кровать, откуда немедленно и с визгом, сбежала испуганная кошка. За окном и правда творилось нечто странное, посреди сада, в ярко-малиновом шаре плотного света висел какой-то предмет. Издалека трудно было понять что это, больше всего напоминающее тонкую трубку.  — Я пойду разберусь! — он стянул с бёдер полотенце и принялся одеваться.  — С ума сошёл? Может напишем Дамблдору?  — Наш дом защищён так, что сюда не проникнет вражеская мышь. А это может быть что-то важное! — возразил он и натянул свитер. Ночи в сентябре уже бывали прохладными.  — Но что важное? Когда ты уже наиграешься?  — О чем ты?  — О том, что для нас война закончилась Джеймс. У нас есть Гарри. И этот защищённый дом. Она развернулась и вышла из комнаты, готовая пасть смертью храбрых и грудью защитить от Джеймса входную дверь. Не думая долго, Джеймс Поттер открыл окно и прыгнул прямо на уже высыхающий, дикий виноград, раскинувшийся перед домом и на его стене. Лили стояла спиной к входной двери, скрестив на груди руки, она ждала, что он спустится с невинным лицом, мол: «Я не хочу ничего такого опасного, просто дай выйти на минутку». Каково же было её удивление, когда Джеймс вошёл в дом через ту самую дверь, в которую должен был выйти и помахал свитком перед Лили.  — Это просто письмо!  — Какого Черта, Поттер? — взвилась она, но Джеймс не стал слушать. Он потянул её в комнату и усадил подле себя на диван, устроившись на ковре у камина.  — Лилз, это довольно странное письмо, — заключил он.  — А нормальные и не появляются среди ночи в малиновых световых шарах.  — Да нет же. Этот шар, видимо, какой-то хитрый способ, потому что… это вроде как от Гарри.  — Гарри? Дядюшка Гарри из Оксфорда? Боже, да он же уже видит с трудом, как он…  — От нашего Гарри, Лилз. Читай. Они спорили, кажется уже час, Лили фыркала и уходила в детскую, а Джеймс ходил следом.  — Мы не обязаны ни во что верить! Но мы можем просто… последовать этим инструкциям!  — Последовать инструкциям от кого-то, кто представился нашим сыном?  — Тут нет ничего такого. Довериться Сириусу. Это лучшее что мы могли сделать. Возможно мы совершили ошибку? Она замолчала. Она не была глупой или наивной. Она стала очень много волноваться, вот и все. Она стала подозрительной. Тем же вечером они написали Сириусу и попросили приехать.