Воспитанный мальчик

Туманное, холодное утро окутало Лондон, и возбужденные, взволнованные представшей поездкой люди спешили спрятаться в здании вокзала Кингс-Кросс. Забитая парковка, нехватка тележек, крики и свмстки. Родители ловили своих чад, которые успевали убежать из очереди к кассам, плакали младенцы, исходили в лае собаки. Ажиотаж захватил вокзал, а ветром всего были часы, на которые в нетерпении поглядывал каждый. — Скорее! — девочка в чёрном пальто, разве что не неслась сломя голову, толкая перед собой тележку. За ней плелась красивая девушка, язык не поворачивался назвать её женщиной, и маленький темноволосый мальчик.  — Не могу я так быстро бежать, спокойнее. Поезд без тебя не уйдёт!  — Хочу увидеть новых одноклассников! — крикнула девочка и потащила свою тележку вперёд. Она стремительно приближалась к кирпичной стене между платформами «девять» и «десять».  — Она меня убивает, — вздохнула девушка. Прибавила шагу, и как ни в чем не бывало прошла через стену. На платформе уже толпился народ. Всегда так, даже всплакнуть хочется от чувства ностальгии. Тут мир был совершенно другим. Не менее оживленным, более шумным. Объятия, прощания и приветствиях. Судьба распорядилась так, что Пэнси Паркинсон, бывшая студентка Слизерина, первой пришла на эту платформу из всего курса, чтобы кого-то проводить.  — Пэнси! Ты меня потеряла? — поинтересовался у неё маленький темноволосый мальчик.  — Нет, Лео! Идём и найдём Альбу и остальных. Пэнси взяла за руку маленького Поттера и пошла вдоль состава. Мальчик беспокойно оглядывался по сторонам, он впервые был на вокзале, и ждал от этого открытия настоящего чуда. Альба уже что-то рассказывала Лили и Джеймсу. Услышала стук каблуков Пэнси, обернулась.  — А как дети магглов узнают куда идти? Ну мы то тут не в первый раз, а что с теми, кто ничего про школу не знает? — спросила она. Альба знала, что есть такие волшебники, которые живут в обычных домах, обычных семьях. Почту им не носят совы, их папы не катаются на мотоциклах, которые едут прямо по воздуху, а мамы не пекут тортов, по которым прохаживаются марципановые фигурки.  — Обычно письмо им приносит кто-то из школы, — пожала плечами Лили. — Со мной было так.  — А если они не знают куда идти? Или потеряются? — Альба вытягивала шею, будто в поисках испуганного или растерянного первокурсника.  — Эй, ты куда? — Пэнси попыталась удержать Альбу, но она вывернулась. «Я сейчас!» — она стремительно приближалась к стоящему в одиночестве мальчику.  — Эй, ты на первый курс?  — Да, — мальчик кивнул.  — Ты из семьи магглов, да? — она не хотела обидеть мальчика, но ничего особенного в маглорожденности не видела.  — Да, а ты?  — Не-а, у меня папа волшебник, а мама маггл. А мачеха волшебница. Вон та, красивая! Найди меня в поезде! Я в этом вагоне! Альба вернулась к «своим». Лили, Джеймс, Лео. Сириус, гордо смотрит на неё, школьницу. Римус, Тонкс. Их сын.  — А где Гарри? Я всегда его провожала! — спросила Альба.  — Скоро будет! — Пэнси закатила глаза. Поттеры вечно опаздывают. Она имела дело и со старшими и с младшими. И везде одна история.

***

 — Да что ты? Неправильно! Агент! — Гермиона нарисовала маленькую галочку напротив цитаты. — Далее: «Ты отняла его у меня, стерва!»  — Ааа… сложно. Сложно, — Гарри прищурился. Остановился на светофоре. — Поклонница!  — Нет! — взвизгнула Гермиона и с ногами забралась на сиденье. Игра «Агент или поклонница» была любимой у Гарри и Гермионы, если приходилось долго куда-то ехать. Гермиона зачитывала цитаты из писем, которые ей писали поклонницы Гарри, или его ревнивый агент, а Гарри угадывал кому принадлежит высказывание. — Агент! Это когда ты его уволил! Дальше: «Я не могу больше это терпеть!». Она артистично откинулась, прикрыв гоаза рукой.  — Фанатка?  — Да! — Гермиона поставила жирную единичку. — Давай последний, уже подъезжаем. «Я не могу без тебя, Гарри! Это невозможно! Всё сразу потеряло смысл!»  — Это я зна-аю, — довольно улыбнулся Гарри. Припарковал машину у вокзала и повернулся к Гермионе всем корпусом. — Агент.  — Правильно, — Гермиона убрала блокнот и натянула шапку. — Идем?  — Идём! — он потянулся к ней и поцеловал. — А то нас Альба убьет. Они прибежали за десять минут до отправления «Хогвартс-экспресса». Альба уже пристукивала носком туфельки.  — Сыворотка для волос в косметичке, — наставляла Пэнси. — В маленьком флаконе, не забывай. Я от своей отлила, большая бутыль в сумку не входила. Потом с совой пришлю. А от веснушек не забывай про мазь! Сейчас в сентябре все солнечные дни проведёшь у озера и покроешься веснушками, как прошлым летом.  — А ещё у нас есть сова, — Сириус положил руки на плечи дочери. — И ты, если я не ошибаюсь, уже написала ей письмо.  — Не письмо. Памятку, — неопределённо покачала головой Пэнси.  — Я тебя тоже очень люблю, Пэнси! — Альба обняла ее, спрятала лицо в чёрной ткани пальто. — Гарри! А я думала вы меня не станете провожать! Альба побежала навстречу Гарри и Гермионе, которые торопились к семье.  — Привет, малышка, — он поднял Альбу на руки. Для одиннадцатилетней, взрослой девочки — это был позор. Она начала уворачиваться.  — Я. Уже. Взрослая!  — Да что-о ты! Взрослая!  — И мне пора в поезд! Гарри поставил Альбу на ноги, подошёл к семье. Лео тут же прилип к его ноге, мама обняла и расцеловала в обе щеки. Они оказались рядом. Лили, Джеймс, Лео и Гарри.  — Стойте! Я фото сделаю! — Попросила Гермиона. Все отошли, и на фоне «Хогвартс-Экспресса», в клубах дыма остались Поттеры. Живые, счастливые. Гарри отошёл в сторону. Все это, казалось ему знакомым, и незнакомым одновременно. Как дежавю, сон или пьяные иллюзии. Он улыбался. Новая история начиналась прямо сейчас. Со счастливых улыбок, с драгоценных поцелуев, с признаний. Гарри все это казалось знакомым. Он будто был счастлив раньше, быть может во сне или другой жизни, но теперь счастье стало абсолютным.  — Она уже школьница. А ты уже взрослый человек. Не мальчик, — мечтательно подметил Сириус. Гарри улыбнулся ему.  — Как раньше говорили? Воспитанный мальчик! — припомнил Гарри, глядя на Лео. — Теперь его так называют. Одиноко будет без Альбы?  — Я долго к этому готовился. У меня было одиннадцать замечательных лет! И у меня слишком большая семья, чтобы скучать.  — Значит, хорошо, что мы вместе.