The sun burns brighter in the North. Нед/Элия
16 октября 2017 г., 09:13
Она ничего не чувствовала. Её тело онемело, она не могла двигаться.
Она слышала мольбу и крики её дочери. Она слышала, как череп её сына беспощадно раздавили о стену.
Элия Мартелл сама была мертва внутри.
Принцесса закрыла глаза и ждала, когда этот зверь в человечьем обличье тоже раздавит её череп, или сделает что ещё хуже. Ей было всё равно. Больше ничего её не волновало.
Эйегон, Рейенис. Ждите меня, дети. Ваша мать скоро будет с вами.
Зверь Тайвань направился к ней, звук его грубого смеха заставил её дрожать, но она стойко ждала своей судьбы. Но ничего не произошло.
Элия услышала звук раскрывающейся двери, прервавший Ланнистерского пса. Она открыла глаза и увидела двух запыхавшихся молодых людей, забежавших в комнату, держали мечи в руках. У принцессы не заняло много времени узнать одного из них. Золотые волосы и белый плащ не оставляли места ошибкам.
-Сир Джейме. — Элия едва слышала свой голос.
-Клиган уходи. Сейчас же!
Зверь вышел из комнаты тяжело дыша, но Ланнистер не продолжил его дело. Вместо этого он помог ей встать. Его глаза были полны горя и сожалений, когда он упал пред ней на колени.
-Принцесса, простите меня. Король должен был сделать это раньше, но мне не хватило времени…-Она перебила его, рассеянно качая головой. — Сир, я обязана вам жизнью, пусть теперь это для меня ничего и не значит.
Она обратила внимание на другого человека, стоявшего в комнате. Он смотрел на тело ее сына, с выражением печали и гнева на молодом, но сурово лице.
Я знаю этого человека. Брат леди Лианны? Эддард, если мой разум не обманывает меня.
Её мысли были прерваны, вошедшим в комнату мужчиной. За ним следовал маленький чёрный котёнок. На руках он нём маленькое окровавленное тело её дочери. Он посмотрел на неё, и Элия увидела в его глазах слёзы.
-Принцесса Элия…- Больше он ничего не сказал, медленно опустив маленькое тельце в её дрожащие руки.
«Папа, папа помоги мне» — мольба Рейенис по-прежнему раздавались в ушах Элии.
— Мы не успели… Но лорду Амберу удалось задержать человека, который это сделал. Его судьба ваша, принцесса. — руки гладили тёмные волосы её дочери.
— Похоже, будто она спит, не так ли? — Никто не ответил ей. — Мои маленькие драконы были такими спокойными и любящими. Почему? Почему Рейегар оставил их?
Никто не ответил. Никто не знал, что происходит в голове её покойного мужа, даже его мать и сама Элия.
Рейегар, я клянусь Старыми богами и Новыми, что я буду охотиться за тобой по всем семи преисподням, как только последний вздох оставит моё тело.
***
-Это война, Нед. Это было необходимо. — Узурпатор посмотрел на неё. — Жаль, что Клиган не успел доделать свою работу. Этой фразы было достаточно, чтобы разгневать северных лордов и нескольких рыцарей, в числе которых был сир Джейме, не покидавший её с тех пор, как спас. — Это не война, Роберт! Это убийство! Лорд Ланнистер и сир Клиган должны ответь за свои преступления перед богами.Рейенис и Эйегон были невиновными младенцами! Я против этого! — Молодой лорд Старк дрожал от гнева, стоя напротив узурпатора. — Убийство, говоришь? Когда ты увидишь, что этот сукин сын Рейегар сделал с твоей сестрой, ты сам плюнешь на трупы его детей.- Баратеон был красным от ярости, его громкий голос эхом отражая от комнаты. Элия взглянула на тела её детей рядом с троном. Пусть Роберт Баратеон сгорит в семи преисподнях Она почувствовала, как сир Джейме напрягся и схватился за меч. Она осторожно взяла его за руку, чтобы успокоить. Элия ничего не сказала, но отговорила его взглядом. Нет, ты не убьёшь двух королей за одну ночь. — Ты безумен, Роберт. Безумен. Ярость ослепляет тебя, но после ты об этом пожалеешь.- Не Слушая больше короля. Эддард Старк отошёл к своим лордам. Она хотела выговориться, закричать, взять меч Джейме и надавить им на шею Баратеона, увидеть, как он страдает. Но она не двигалась, ее ноги дрожали, и она чувствовала себя уставшей. Она устала… У нее так болела голова, что она могла едва слышала, что говорил Тайвин Ланнистер. -… и принцесса, ваше величество? Что мы сделаем с ней? — холодные и расчётливые глаза лорда Кастерли — Рок посмотрели на неё. — Драконья шлюха? — Узурпатор рассмеялся — Мы могли бы лишить её жизни ваша милость. Сейчас она уже бесполезна, а её тело загрязнено драконом. — Штормовые лорды рассмеялись, но северяне молчали, а королева Серсея безучастно смотрела на своего отца. Убей меня сейчас и покончил с этим. Ты уже забрал у меня всё. — Нет. — Твёрдый голос Эддарда Старка заставил её взглянуть на него. — Ты не тронешь её. Баратеон фыркнул:« И что ты предлагаешь, Нед? Отправить её на Стену? Я бы предпочёл увидеть её мёртвой. Предположим, столкнутой с лестницы ночью.» Он смотрел на неё, как если бы она была самым отвратительным из того на что он когда-либо смотрел. Интересно, что он сделал с телом Рейегара? — Ты так не поступишь. — Эддард Старк положил руку на её спину и нежно подтолкнул её к северянам и сиру Джейме. Она хорошо помнила молодого Старка. Эшара танцевала с ним во время того проклятого турнира, где Рейегар опозорил её. Он был очень застенчив и мил, как и его друг, лорд Рид. Он был полной противоположностью своих брата Брандона и сестры Лианны. Оба танцевали дико и со смехом, будто бы были в таверне, как и другие северные лорды. И не то чтобы Элии это не нравилось, она любила видеть людей счастливыми. Северяне были настолько близки друг к другу, и простые солдаты так веселились со Старками, что Элия стала сомневаться в стереотипах о «дикарях» населяющих места, севернее Перешейка. Она вспомнила как Эддард покраснел, а его серые глаза загорелись, когда она улыбнулась ему во время праздника.Что-то в нем привлекло ее, возможно, волчье очарование? Должно быть, это то, что побудило Рейегара похитить бедную четырнадцатилетнюю леди Лианну. Но теперь его нет, и Элия не задумывалась о Старках. Так молода, Рейегар, она была так молода. Ты испортил всю нашу жизнь. Твоя глупость не заслуживает понимания. Её разум вернулся к Рейелле и Визерису. Что они делают? В осаде ли Драконий камень? Живы ли они? Элия не смела спрашивать. У неё больше не было никаких чувств и желаний. Она взглянула на тела её детей, которые лорд Рид и лорд Карстарк завернули в чёрные плащи. Лорд Старк пообещал ей, что тела Эйегона и Рейенис будут похоронены в охраняемом месте, и она смела верить ему. Эддард Старк почётный человек. Он должен был убить меня, после того, что Таргариены сделали с его семьей. Но он не Роберт Баратеон и не Тайвин Ланнистер. Она почувствовала, что Эддард смотрит на неё, но не могла отвести глаз от останков своих детей. Она поклялась всеми богами, что останется в живых до тех пор, пока узурпатор и Ланнистер не умрут мучительно смертью. Оберин будет гореть от желания убить их всех. Доран, скорее всего, придумает какой-нибудь злобный план и будет терпеливо ждать, пока не исполнит его. Я хорошо знаю своих братьев. Я знаю Дорн лучше, чем кто-либо. Умер Левин, умерли Рейенис и Эйегон, но дорнийцы всегда будут их помнить. И, рано или поздно, мы отомстим. Мартеллы никогда не склонялись пред драконами, тем более не пред глупыми оленями.***
Узурпатор хотел унизить её напоследок, отдав замуж за старого Уолдера Фрея. Он был близок к этому, когда Эддард Старк ворвался в комнату и стал напротив друга. — Принцесса соберет все свои вещи и сядет на корабль, который ждет ее за пределами Красного замка, и вы прекратите эти глупые попытки погубить ее репутацию. Прежде чем стать женой Рейегара, она — принцесса Дорна, Роберт, а не одна из твоих шлюх. — В его голосе сквозила сталь, и Элия слегка улыбнулась ему. — И куда она отправится? В Дорн? — Узурпатор фыркнул — Эти ублюдки сражались на стороне Таргариенов, а ты хочешь их вознаградить? Как только она поставит ногу в Дорне, они подымутся против меня. — Нет, принцесса отправится в Винтерфелл, под мою защиту. Зал поглотила оглушительная тишина. Неожиданно узурпатор рассмеялся: — Боги, Нед, я не думал, что тебе так понравится эта дорнийская шлюха! Я должен был знать после турнира, но я всё же думал, что ты слишком застенчив чтобы признать это! — Некоторые лорды рассмеялись вслед за ним, но лорд Старк стоял с каменным лицом. — Я женюсь на принцессе Элии и отвезу останки её невинных детей в Винтерфелл, где они будут почтительно отдыхать. И, ради Лианны, Роберт я советую вам позволить мне это сделать. Женится? Но разве он не женился на Кейтилин Талли после смерти брата? Хм… Кажется эта война была убийственной для всех. Лорд Аррен, казалось, разделял её сомнения, когда он заговорил: — Смерть Кейтилин была трагичной и оставила вас без брака. Но, Нед, многие лорды Севера, Долины, Речных и даже Западных земель, могут предложить более ценный и интересный брак. Ведь, если я хорошо помню, принцесса Элия не может больше иметь детей, что является препятствием для вас, как лорда Винтерфелла. Его слова были правдой, рождение Эйегона оставило ее наполовину мертвой и прикованной к постели в течение шести месяцев. Другая беременность убьет ее, и эта идея омрачила Элию. Чем скорее я умру, тем скорее я увижу своих детей. Обсуждение продолжалось почти час, и никто из них не спросил ее мнения. Они кричали, утверждали, некоторые говорили, чтобы хотели бы видеть ее мертвой, как ее детей, некоторые говорили, что надо спасти ее и увезти в безопасное место. Справедливости ради, Элии было все равно. Она хотела бы вернуться в Водные сады, плавать в бассейнах с Арианной, Квентином и дочерьми — бастардками Оберина, есть кровавые апельсины с Дораном и Мелларио, смеяться и свободно бегать по дорнийским пляжам с Оберином, Эшарой и Эртуром, пока солнце целует ее лицо. Но она знала, что у нее ничего этого не будет, поэтому она стояла неподвижно, глядя на деревянный стол, удивляясь, почему ее судьба так важна для молодого Старка. — Мы женимся в Винтерфелле, а не здесь. — И я потрачу месяц на поездку, чтобы увидеть, как шлюха дракона снова выходит замуж. Я так не сделаю. — Тогда не надо. — Это были его последние слова, после которых Эддард Старк вышел из комнаты.***
Когда Эддард окутал плащ вокруг её плеч, Элия почувствовала себя неожиданно тепло. В Королевской Гавани она думала, что жизнь на Севере с Недом будет грустной и одинокой, какой она была в Красном Замке и на Драконьем Камне с Рейегаром. Но она была далека от истины. Она никогда не чувствовала себя такой любимой и уважаемой, с тех пор как она покинула Дорн. Винтерфелл был чудесным и старым замком, возможно, даже старше Солнечного Копья. Элия исследовала его. Во время одного из этих исследований она впервые увидела снег. Он был холодным и влажным, но все же прекрасным, и Элия не осмеливалась прикоснуться к нему, пока старая Нэн не предложил ей поймать снег языком, как Рейенис ловила дождевые капли. В Винтерфелле она ждала три месяца, пока её наречённый не вернулся на Север с костями сестры, её братьями, сыном-бастардом и Дейнами.Она никогда не забудет слёз в глазах Оберина. Слёз боли и гнева. «Я думал, что они тебя тоже убили… Я убью их всех, я обещаю» — сказал он ей, когда они обнялись, и Элия кивнула. Мы отомстим, брат. Мы заставим их заплатить. Они часами спорили пытаясь спланировать их месть. До того как её жених не вышел из комнаты и не вернулся со своим бастардом, Джоном. Не то, чтобы она поверила в это, она знала, что этот Нед был невинен, как краснеющая девственница, и что он никогда не станет таким бесчестным делом. Доран, казалось, разделял её мысли, когда он спокойно смотрел на спящего младенца. — Вот наша месть, господа мои. Оберин молча смотрел на него, нахмурившись, а потом понял. — Сын Рейегара. Как вы можете хранить у себя ребёнка, родившегося от изнасилования вашей сестры.- пробормотал он. — Я обещал Лианне. Элия тихо произнесла: — Ошибки Рейегара не являются ошибками Джона, как ее являлись ошибками Рейенис и Эйегона. Мой сын был невиновен, и я не хочу, чтобы другой младенец был разбит головой об стену, только потому, что родился драконом. Ее слова шокировали их всех, но они поняли. С того дня она каждый день пробиралась в детскую опочивальню, когда слышала крики Джона. Он был тихим волчонком со всеми Старковскими чертами, что помогало притвориться, что он сын Неда. Она могла видеть в нем немного от Эйегона, каждый раз, когда она кормила его грудью, как кормила ее сына. Ей нравилось тихонько гладить завитки черных волос, в то время как Нед молчаливо наблюдал за ней, хмуря брови. Элия знала, что он думал, что может нанести вред Джону, причинить ему боль, чтобы отомстить за ее детей. Но она никогда не могла причинять боль невинным.Утром перед их свадьбой, она повернулась к нему и слегка улыбнулась: — Я никогда не причиню ему вреда Нед, никогда. Вскоре я стану леди Старк, он станет моим сыном, и я буду любить его так же сильно, как я любила Эйегона и Рейенис, я клянусь. Она никогда не видела такого облегчения у людей. Нед тепло ей улыбнулся. Тогда она поверила, что жизнь на Севере не будет ужасной. Они похоронили Рейенис и Эйегона, рядом с костями Лианны Старк. Оберина сначала удивило уважение, проявленное лордом Винтерфелла, но когда Элия рассказала ему все, что произошло во время взятия Королевской Гввани и после этого, она увидела, что глаза брата смягчаются всякий раз, когда он смотрел на её будущего мужа. -Старки — почетные и добрые люди, я уверен, что он будет относиться к вам лучше, чем любой дракон. -Доран сказал ей в ночь перед свадьбой, и она согласилась, Элия знала, что брат прав. Церемония была спокойной и тёплой. Богороща Винтерфелла была намного красивее, чем та, что была в садах рядом с Красным Замком. Почти все лорды Севера и некоторые из Дорна присутствовали, когда Эддард Старк клялся любить и защищать Элию Мартелл перед Чардревом. Не было никаких подглядывающих глаз, никаких шпионов, которые были, когда она вышла замуж в Королевских землях, и она поняла, почему Нед настоял на том, чтобы они женились здесь, и она была благодарна ему за это. Его поцелуй был застенчивым, но любящим, и она почувствовала, как ее сердце возбухало, и счастье наполняло ее впервые после восстания. Несколько дней назад он рассказал ей о своих чувствах к ней. Чувствах, которые он держал в секрете с тех пор, как они увидели друг друга в Харренхолле почти три года назад. — Я хотел пригласить тебя на танец, но… — Ты был слишком застенчив, — закончила Элия, взяв Неда за руку. Праздник был счастливым и громким, несмотря на те потери и горе, что и Север, и Дорн понесли в последние годы. Правда, Север страдал больше, чем любые другие королевства. Казалось, что все забыли о своей печали и решили хорошо провести время. Элия была удивлена, никогда в жизни она не подумала бы, что когда-нибудь увидит так много северных и дорнийских лордов, которые так хорошо ладят. На самом деле ее первый свадебный пир был довольно странным, поскольку король и принц Визерис, даже не пришли на свадьбу. Но сегодня всё было по-другому. Сегодня она больше не была женой Рейегара Таргариена. Она была Элией Мартелл, женой Эддарда Старка, и она никогда больше никогда не разрешит кому-то снова отнять ее счастье. Провожание было неоправданно отменено, и она была благодарна за это, даже если это было из-за того, что они считали, что ее муж-лорд похож на нее, то есть уже не девственник, так как у него был ублюдочный сын, и это заставляло её хихикать. О боги, если бы они знали… Ей нравились румяна на щеках Неда, когда она сняла платье. Ей нравилось, насколько неуклюж и неловок он был перед ней. Ей нравилось, как он смотрел на нее, как если бы она была самой красивой женщиной в мире. Рейегар никогда не был таким, он взял ее в брачную ночь, даже не взглянув ей в глаза. Но сегодня всё было по-другому. Сегодня ее муж не торопился, исследуя каждую часть ее тела, целуя ее растяжки от родов на животе, бормоча похвалу ее красоте, целовал ее груди и губы, что она хотела плакать от того, что её наконец, кто-то так любил. Для меня это важно… Чтобы наконец, кто-то позаботился обо мне… Нед любил её медленно, но страстно. Глаза Элии не покидали его. Нед поцеловал её в макушку, заставив хихикать. — Я буду любить и ценить тебя, Элия, больше, чем когда-либо Рейегар.Я знаю твою истинную ценность моего солнца, и даже если ты не можешь дать мне наследников, это не имеет значения. Твои безопасность и счастье — это все, что я хочу. На этот раз она не боролась со слезами, и Элия крепко обняла Неда, плача, казалось, часами, но она не заботилась об этом. Мой волк любит меня больше, чем любой дракон.***
Когда она впервые прибыла в Винтерфелл, она боялась, что люди смогут увидеть в ней Таргариен, которые так сильно огорчили семью их лорда, но это было далеко не так.Жизнь в замке была простой, она была свободна идти туда, где она хотела, даже без охраны. Во время своего путешествия Нед послал ворона, с приказом создать для нее маленькую, но великолепную септу, поскольку она станет первой женщиной, которая будет следовать вере Семерых, вышедшей замуж в семье Старк. И она был благодарна за это, поскольку она проводила по крайней мере два часа в день, молясь за упокой своих детей, родителей и ее дяди Левина. Мейстер Лювин и старая Нэн были самыми добрыми людьми, которых она когда-либо встречала, и ей нравилось слушать рассказы старухи, вышивая рядом с огнем, и ей нравилось беседовать с мейстером, который, казалось, был самым мудрым из мейстеров цитадели. Ходор согревал ее сердце его улыбками, полными радости и невинности, которые она получала каждый раз, когда она шла мимо него во дворе, от него она каждый день получала некоторые сладости. Джори Кассель был молодым человеком, полным юмора, он часто сопровождал ее во время поездок за пределами Винтерфелла и проявил себя компетентным в своем долге. И она даже обещала кузнецу Миккену, что ее брат отправит ему лучшее из дорнийских и иностранных видов оружия, чтобы он мог их изучить. В течение двух месяцев, пока она ожидала своего мужа, она разговаривала почти со всеми в замке и в городе, и всем, казалось, нравилась она. Это не Королевская Гавань, являющаяся настоящей змеиной ямой. Единственное напоминание о ее прошлой жизни в Красном Замке — маленький черный котенок ее любимой дочери, Балерион. Она взяла его с собой, когда она покинула город и всегда держала его рядом с собой, поскольку он был последней частью ее Рейенис. Эртур стал ее личным защитником, как только он поставил ногу в Винтерфелле, следуя за ней, как привязанный, и постоянно извиняясь за свою роль в плане Рейегара. Его сестра Эшара снова с благодарностью взяла на себя роль её леди, и Элия была рада, что у нее снова появился ее самый дорогой друг. Она предложила ей взять вторую леди, северянку на этот раз, чтобы она могла приблизить ее к Северу и его традициям, с чем она согласилась без вопросов. Теперь Эшара и их новый друг, Сибилла Локк, были худшими сплетницами на Севере. После ее свадьбы ее семья осталась на четыре месяца в Винтерфелле, а убедившись, что с ней обращаются хорошо, и что узурпатор и его псы больше не пытались угрожать ее благополучию, уехали. Оберин остался немного дольше, путешествуя по Северу, чтобы лучше узнать его, как он сказал «королевство его сестры». Элия была уверена, что скоро брат вернется домой с другим бастардом. Маленькому Джону было почти семь месяцев, когда ее семья уехала, он улыбался всем, и она пообещала себе, что однажды она отправится с ним в Водные Сады, чтобы он мог поиграть со своими кузенами по браку. Он будет счастлив. Он будет жить, и он будет любим.***
Бенджен был наследником Винтерфелла из-за отсутствия у Неда детей, и она жалела об этом, так как молодой человек жаждал взять черное. Однажды она извинилась перед ним, но он посмотрел на нее, как если бы она была сумасшедшей. Она любила Бенджина как брата, он был нежным и очень умным, заставлял ее смеяться каждый раз, когда он видел, ее грустной. Он был так же добр ей, как её волк. Она понимала, почему. Бедный мальчик винил себя в смерти сестры, поэтому он так захотел пойти на Стену. Она знала это чувство, неспособность защитить того, кого мы любим. Она вспоминалаа мольбы Рейенис и крики Эйегона, когда этот зверь взял его с её рук. Ее волк всегда слушал ее, в отличии от Рейегара, который проводил дни и ночи в библиотеке. Нет, Нед был с ней, предлагая ей свои редкие и драгоценные улыбки, гуляя с ней в стеклянном саду, плавая с ней в горячих источниках. Это было странно, быть предметом привязанности того, кто не был частью семьи. И все это заставило Элию печалиться еще больше от того, что она не могла дать своему мужу наследника. Джон не мог стать Старком, он был Таргариеном, и его, если всё получится, ждал Железный трон. Элия хотела почувствовать, как в ней растет ребёнок, даже если это будет означать её смерть на родильном ложе. Она не была больше хрупкой принцессой, запертой в Красном Замке, она была леди Старк из Винтерфелла, и родовая кровать больше не пугала ее.***
Старые боги и Новые, казалось, услышали ее молитвы, и живот Элии начал набухать, когда маленькому Джону исполнилось восемь месяцев. Новость обрадовала ее и всех домочадцев, даже если Нед выглядел испуганным. — Я не умру, мой волк, иначе я буду охотиться на богов до тех пор, пока они не отправят меня обратно. — Он смеялся, целовал и любил ее так страстно в тот день, что, если бы она еще не была беременна, она была уверена, то её чрево понесло бы после этого. Оберин приехал к ней и представил свою новую дочь-бастардку Элию, от его любовницы, Элларии. Письмо Дорана и Мелларио было полно любви, но также высказывало беспокойство из-за ее здоровья, но Элия знала, что с Недом, Оберином и мейстером Лювином на ее стороне, смерть не будет настолько глупой, чтобы забрать ее. Её доброта была вознаграждеа, Бенжен и Ходор всегда крали некоторые из ее любимых пирожных с кухни для нее и исполняли ее потребности в любой момент, как и все остальные. И вот, через пять месяцев после прибытия брата, маленький мальчик появился в мире. Он был черноволосым и голубоглазым маленьким ребенком, меньше, чем Эйегон, но он был здоровее, чем оба ее первых ребенка. Рождение было болезненным, но она смогла встать с постели менее чем через две недели после родов, и она была достаточно сильной, чтобы кормить своего сына. В отличие от рождений Рейенис и Эйегона, эти роды не ослабили ее, а сделали сильнее. Слёз Неда, Оберина и Эшары, когда они впервые взяли на руки наследника Винтерфелла, Робба, так Элия назвала сына, было достаточно, чтобы забыть о своей вине в отношении Рейенис и Эйегона. Мои дети, я вас не забываю, я никогда вас не забуду…***
Однажды мои дети отомстят за брата и сестру. Дай нам время, Тайвин, дай нам время, и ты узнаешь, что такое ярость Старков и Мартеллов, я клянусь.
Примечания:
БОЛЬШЕ СЧАСТЬЯ ДЛЯ ЭЛИИ МАРТЕЛЛ!
А если серьёзно, я очень не люблю Рейегара и Лианну. Один тупой идиот, вторая - шлюха. Чувствую, что окажусь в меньшинстве.
И да, за исключением отдельных индивидуумов, я очень люблю и Старков, и Мартеллов.
Р.s.Почему,когда Роберт сказал "драконья шлюха" я подумала про Лианну?
