The Pouch. Давос/Мария
5 ноября 2017 г., 15:59
Ее муж ушел из дома с кораблем, полным лука и трески, а пришел домой рыцарем и с участком земли на мысе Гнева.
— Нашим сыновьям никогда не придется рисковать своей жизнью, нарушая закон, как раньше это делал я, – сказал он ей, и у нее будто груз упал с плеч.
Он рассказал своим сыновьям о доме, в который они скоро переедут, о новой жизни, которую будут вести, о новом будущем, в которое они могут смотреть без страха в глазах. Она улыбалась и смеялась вместе со своими мальчиками, но ее муж не упустил из виду тень на её лице, котораю она скрыла за улыбкой.
— Я хочу знать о других вещах тоже, – она мягко прошептала ему, когда он нежно гладил ее лицо ночью и поцеловал в лоб.
И он рассказал ей о пронзительных криках голодных детей, о мужчинах, похожих на скелетов, которые пытались двигаться в своей броне, выглядящей слишком большой и тяжелой для них, о лошадиных и крысиных костях и о молодом лорде с бесплотным лицом и такими же конечностями, который, несмотря ни на что, выглядел непокорным. Он рассказал ей о треске, который был, когда нож встретился с костью. Он рассказал ей о боли, которую помогло облегчить зелье мейстера.
Она сшила своему мужу кожаный мешочек сама, нитка за ниткой, при мерцающем свете свечи. Он всегда носил с собой мешочек с костями, держа в руке. В другой руке. Так как на одной не хватало четырех пальцев.
— Для того, чтобы напоминать мне о справедливости лорда Станниса, – говорил ее муж, когда его спрашивали, почему он не выбросил эти кости.
Перед тем, как отдать кожаный мешочек мужу, она вытащила из него кости пальцев и внимательно осмотрела их, чтобы навсегда запечатлеть их в памяти. Это было его частью, частью человека, которому она отдала своё сердце. Женщина вернула кости в мешочек и протянула его мужу.
— Носи его на шее, – сказала она ему.
— Зачем? – спросил ее муж.
— Для того, чтобы напоминать мне о справедливости лорда Станниса, – повторила она слова мужа, но, имея ввиду совсем другое, нежели Давос, когда говорил эти слова.
