О том что есть,чему быть, и чему никогда не бывать.

      Его рассказы становились всё темнее и страшнее после его первого и единственного турнира. Он не пришёл в комнату к Маргери читать ей сказки, как часто делал раньше, поэтому она сама пошла в комнату своего старшего искалеченного брата, где теперь почти всегда было темно и днём, и ночью. — Почитай мне, Уиллас, – попросила она его, дергая занавеску, чтобы впустить в комнату свет. — Нет! – закричал он,злясь на свою сестру, как ни когда раньше. — Слишком темно, – сказала Маргери. – Как же ты увидишь слова,написанные в книге? — Мне не нужно видеть слова, я знаю эту историю наизусть. Всю эту чёртову историю, и чем это всё закончится, – ответил Уиллас с горечью в голосе. Она никогда не слышала, чтобы он ругался или проклинал. Маргери отложила книгу в сторону и села на кровать брата. — Ты, действительно, хочешь услышать историю доблестного рыцаря, или же покалеченного наследника? – спросил Уиллас. — Я хочу услышать историю о покалеченном наследнике, который становиться галантным... — Я никогда не буду рыцарем, милая сестра. Никогда. -... который становится галантным и добрым лордом. Он не улыбнулся, как она надеялась, но, по крайней мере, он выглядел менее горьким и несчастным, чем ему было, когда она только вошла в комнату. Он рисует ей ещё больше звёзд, но это больше не звёзды, сверкающие в ночном небе, – нет, это были звёзды, которые он увидел, когда солнце ярко светило, и он думал, что больше никогда их не увидит.