Зимний Ливенворс — ориджинал.

***

Казалось бы, декабрь – первый месяц зимы, на него нельзя рассчитывать ни в коем случае, погода в этот период особенное непредсказуема: ты можешь ночевать среди голой холодной пустыни города без малейшего намека на снег, а в ином варианте самостоятельно соорудить иглу, то самое национальное жилище эскимосов, чтобы хоть как-нибудь укрыться от бушующей снежной бури. И в действительности эта ледяная яма укроет любого жителя от ветра не хуже, чем шкуры тех же хищников. Благо нашим героям повезло жить в эпоху, где человеческие умы смогли додуматься обжигать глину в определенных температурах еще в больших масштабах, чтобы делать их них уже не предметы доисторического сервиза, а кирпичи – уже основу градостроительства. Правда, такие блоки все равно вынуждены утеплять, ибо сплошняком голые кирпичные стены вовсе не держат тепло, но и в этом жителям Ливенворса повезло, ведь умелые зодчие давно поняли, что должно быть дома помимо наружных стен. Однако наши герои для еще более пущего уюта предпочитают дома жечь настоящий камин, расположившись вокруг него с горой подушек, росписью прямиком из самой Индии, не говоря уже о пледах, что тоже расписаны в традиционном индийском орнаменте. Лотос – священный цветок, символизирующий гармонию и мудрость, что так умело сочетались вместе с портретом Сандры Осборн – одной из самых демократичных людей в городе. Она сама была олицетворением той самой чистоты и наивности, что производило первое впечатление, когда украдкой кто-то мог взглянуть на то, как она общается со своими друзьями. Однако стоит в своем кабинете мэрии ей сесть за свой письменный дубовый стол, что так всегда отполирован, что на такой блестящий красивый цвет дерева даже сама пыль не захочет присесть, Сандра превращается в искусную дочь стратегического дела. Чтобы управлять целым городом, требуется непосильная мотивация, самая настоящая, что идет прямо из сердца. В этом был ее успех – она искренне думала, что достичь огромных высот можно лишь непосильным трудом и это было лучше всяких денег. Да, ради них люди готовы пойти по головам, но когда твоя цель настолько чиста и проста, что заключается лишь в умении делать дело своим умом – это бесценно. Она работала не покладая рук только ради удовольствия людей вокруг, если бы этот образ жизни могла бы комментировать католическая церковь – ее бы точно воззвали к лику святых. Но так же она была настоящим ангелом правосудия. В ней был стержень, что есть только у врожденных лидеров. Где-то требовалось быть гораздо строже, где-то более резкой в выражениях, однако она смогла построить самую настоящую империю всего за год неотложной работы. Наконец ее труды дали свои плоды, они привели маленький холодный городишко на северо-западе США штата Вашингтон в приличное состояние, где каждый из новоприбывших жителей смог почувствовать себя дома, создать свою семью, обустроить дом, несмотря на трудности, которые испытывали горожане, будучи оторванные от всей цивилизации страны. Этот маленький уголочек земли, больше напоминавший немецкую деревушку, смог все также осчастливить каждого своего жителя и без связи со всем остальным миром. Для кого-то эта жизнь явно не по вкусу, учитывая некоторые удобства, которые когда-то давали им технологии, однако и люди, жившие сотнями лет назад, могли похвастаться не менее занимательными делами в свое свободное время. Администрация города мягко давала понять горожанам, что придется смириться с возникшими условиями. Ведь никто не знает, как отсюда выбраться. Это был повод начать новую жизнь. Поэтому атмосфера города так усиленно создавалась Сандрой и ее друзьями, бывшими коллегами в исследовательском центре Американской ассоциации географов, целый год. За это время они перестали быть просто коллегами по цеху, их роднила ситуация, в которую они попали вместе, что им пришлось пережить. Они стали семьей. Им предстояло первое рождество, первый новый год, вдали от их настоящих домов. Долгое время никто из них не мог смириться с положением, в котором они оказались. Они просто исчезли для всего остального мира, никто не мог их найти, все могли также пропасть, отправляясь на их поиски. Никто из компании не мог поверить, что они лишись всего за один миг. Они умерли для всего остального мира. «Даже похоронить нечего» - как говорил Даррелл Хенсли, рассуждая о возможности событий, происходящих за границами магического купола, удерживающего город. Потому Сандра Осборн, уже будучи пережив смерть своего отца, такого же любопытного географа, как она, прекрасно понимала, что с таким депрессивным подходом жизни ничего не решишь. Потому она строго настрого запретила разговаривать и даже упоминать прежние прелести жизни, ведь именно они начинали доводить ее до начала отсчета взрыва динамита внутри нее. Однако этим знанием очень часто злоупотреблял Джозеф, только в шутки, не иначе – один из первых, кто вызвался помочь с экспедиции «Местности Х». Точно никто не знал, что он забыл в компании столь юных товарищей, однако его помощь и знания во многом были полезны не только в начале анализа города, но и в управлении города. Это был удивительный мужчина: рослый, с русыми волосами, из которых слегка пробивалась малая седина. Она вовсе не старила его, даже придавала еще большего статуса. Самое удивительное в его внешности – это его светло-голубые глаза, сравнимые лишь с чистым весенним небом. Казалось бы, что такой мужчина, примерно лет сорока, чуть ли не с эпохи настоящих джентльменов, стар, как мир, но его живой взгляд выдавал в нем самого настоящего мальчишку. Он был такой же озорной и дерзкий, как и в детстве. Только лишь с возрастом добавились пару морщин, обязанностей, немного взрослых развлечений, а глаза остались такими же. Только по ним можно было понять, что он смотрит на жизнь с вызовом, играючи, а на всех остальных игроков – с издевательской усмешкой, будто он знает, что он – лучше их вместе взятых. Тем не менее, он питал нежные чувства к Сандре Осборн, что понять было далеко не каждому. Почему именно к ней Монтгомери, такой самонадеянный подонок, относится с таким уважением и трепетом. Казалось бы, разница в возрасте более чем очевидна – он старше ее на десять лет, на целое поколение, но общаются они на равных. Некоторые даже сказали бы, что Осборн явно главенствует при общении с ним, а зная, как он любит заговаривать зубы молодым барышням, втирая весьма патриархальные взгляды, для большинства этот феномен просто ошеломлял улицы города. Что послужило завоевать Сандру такое доверие к своей персоне, понять никто не мог. Это была самая главная тема сплетен во всех округе, в особенности подогреванием таких сплетен занималась сама Аманда Саммерс. В городе она основала свою независимую монополию журналистики. Ее журнал под названием «Тайная жизнь Ливенворса» стал наглядной историей «немецкой деревушки». В ней описывались все события, что случались за минувший год. Также там размещались все прелести, что могли порадовать любого сплетника, ведь газета была независима от администрации, следовательно, цензуру могла поставить лишь сама Аманда, как ее еще часто называли Ами, что больше походило под ее характер: рыжеволосая любопытная бестия, старавшаяся на все, ради удовлетворения своего любопытства. В этом она тоже напоминала ребенка. Иногда казалось, что ее дискуссии с Джо могли бы перерасти в конфликт мирового масштаба, ведь они оба преследовали свои цели, вооружившись данными от природы острыми языками. На их перепалки можно было смотреть вечно: в них явно была чистая страсть, он видел ее намерения насквозь, как и она, но в отличие от нее, он охотно признавал свою подлую натуру, а для такой леди, как Аманда, было оскорбительно слышать, будто она охотиться лишь за сенсациями. В чем-то он был прав, ей горько наплевать, что теперь находится вне купола, теперь она живет здесь, ей нужно удовлетворять лишь собственное любопытство, заниматься своим делом и быть той, кем она всегда хотела быть: хорошей журналисткой. – Не так уж и трудно быть хорошей журналисткой, когда ты одна такая во всем городе? – сказал Джозеф с его излюбленной издевательской ухмылкой, где тот поднимает лишь один уголок своего рта. Он знал, куда нужно надавить, чтобы вновь оказаться правым. Ведь он – единственный, кто мог поставить ее на место, просто читая ее насквозь, что делает его хорошим читателем ее журнала. – Зато согласись, что ты остаешься преданным поклонником моих выпусков, – она специально акцентировала свое внимание на слове «ты» как могла, сделав как всегда умозаключение в свою пользу. – Потому что читать, как оказалось, в городе больше ничего не осталось кроме твоих бульварных романов – с еще большей ехидной улыбкой сказал Джо, что моментально взбудоражило Саммерс. Ее рыжие волосы словно вспыхнули с еще большой силой, стали на оттенок ярче, чем были до этого. Она готова была выпустить сотню оскорблений на его счет, ведь назвать ее творчество бульварным романом было свыше всякого нахальства. – Скоро рождество, а вы как кошка с собакой, – фыркнула Сандра, заходя в гостиную с подносом чашек кофе. – Я вас позвала помочь мне с работой, а не собачиться у меня дома. Если я оставила бумажки ненадолго, предложив вам кофе, это не обязывает вас вступать в перепалки за моей спиной. – Мы вовсе не «собачимся», что ты, Сандра, не переживай, – его взгляд мигом потеплел, наблюдая, как та аккуратно поставила поднос на угольный столик рядом с диваном. В такой дивный морозный вечер никто не собирался работать у себя в мэрии, поэтому Сандра позвала своего заместителя Монтгомери и журналистку Саммерс к себе домой на ужин, заодно им необходимо было поговорить о том, как же они будут справлять свое первое рождество в городишке. Идей было много: от «устроить массовую пьянку на площади» до «похорон алкоголиков». Только ничего действительно интересного в голову не лезло, пока трое коллег сидели в уютных креслах, наблюдая, как в камине раздаются трески тлеющего полена. – Вообще я предлагаю предоставить организацию праздника на Алекса Питтса, Даррелла Хенсли, пускай думают они, а Аманда просто решит проблему с рекламой мероприятия в своей газете. – Как просто у тебя решаются проблемы, Джо, – выдохнула поток воздуха Сандра, закатив глаза. – Они действительно займутся организацией, но им нужен отработанный план на определенный бюджет, который я могу выделить. – А почему бы не позвать Дарра придумывать вместе с нами? – вникла вдруг Аманда. – Сегодня он лежит с опухшей ногой у себя в кровати. – Как?! – Воскликнула рыжеволосая, явно оживилась при намеке на новую сплетню. – Вчера он первый раз встал на коньки, покатавшись немного, неудачно упал на левую ногу, – Джозеф прыснул смехом от такой новости, явно ожидая от него что-то похожего. – Он был один? – Вроде как с Алексом, – после чего уголки рта Саммерс словно взлетели до небес. – Во-от, вот она сучья натура Аманды Саммерс, то, что ее беспокоит больше, чем здоровье бедного парнишки, – еще больше засмеялся Джозеф, произнося эту фразу, наблюдая за реакцией журналистки, но та сделала вид, что проигнорировала слова этого подонка. – Так или иначе, нам придется сделать план самим, – заключила Сандра. – Я подумала устроить конкурс на лучшее рождественское блюдо среди жителей, лучшую украшенную ёлку, снеговиков, но это если снег будет достаточно липкий… Господи, как я устала… – внезапно выпалила Сандра, опустив руки себе на колени, чем привлекла к себе обеспокоенное внимание – Я жутко устала брать на себя всю организацию дел в городе, я была уверена, что справлюсь, но я устала, я чуть как устала, я просто хочу обычного уютного праздника, где я бы сидела дома со своими родными, мы ели бы великолепно приготовленную до золотой корочки утку, на столе были бы в тазиках приготовленные салаты, где был бы фуршет и вся эта возня, а потом мы бы танцевали под новогодние песенки и радовались жизни. – Она произнесла такие греющие душу слова так горько, что даже Джозеф оторопел и поднял свою пятую точку от кресла, чтобы подойти к ней и утешить столь бедное создание, подсев около коленей и взяв ее тонкую руку в свою слегка шершавую. Будто готовясь к монологу Саммерс, где, по его мнению, не могло прозвенеть не одной хорошей мысли, он медленно поглаживал большим пальцем нежную кожу русоволосой, глазами преданного мальчика смотря на уставшую девушку. – Бал! Точно, почему бы не устроить в этом году бал для всего города? Фуршет будет составлен из готовых блюд горожан, а нам остается лишь сделать новогодний плейлист, украсить главную площадь и дело в шляпе! – Воскликнула Саммерс, явно довольная собой, что придумала, как можно без лишних затрат сделать самое уютное рождество, дабы никто не умирал от большого количества работы в столь светлый праздник. – Да, это весьма банальные проводы рождества, но мы же хотим, чтобы горожане почувствовали себя дома, поэтому было бы неплохо напомнить семейные традиции. Учитывая, что мы и есть та самая семья с тех пор, как попали сюда, было бы неплохо отпраздновать всем нашим городом. – В целом, весьма разумно – ухмыльнулся Джо, взглянув на рыжеволосую. – А ты как считаешь? – Да уже не о чем я не считаю, – но Сан резко приободрилась, поняв, что сейчас не дело просто поддаваться желанию нытья, надо было взять в себя в руки, не важно, что на нее налегала тоска прошлого, надо было жить ради настоящего. В конце концов, за окном снег, сейчас начало декабря, скоро рождество и в скором времени придет долгожданный отдых. – Да, думаю, можно сделать и так. – После чего она улыбнулась своей лучезарной улыбкой. – На, – сказала Ами, поднося к управляющей кружечку кофе, держа ее двумя руками за края, дабы не сильно обжечь руки. – Выпей. Полегчает.