Inflamed Mind

It will not let me sleep, I guess I'll sleep when I'm dead, And sometimes death seems better than the migraine in my head. Это не дает мне спать, я думаю, что высплюсь только в гробу, И иногда смерть кажется лучше, чем мигрень в моей голове

Нежные руки обвивают талию молодого мужчины с изумрудно-зелеными глазами, и его губы расплываются в улыбке. Он так счастлив, и мир должен исчезнуть, если это неправда. - Гарри. Он знает, что теплые ладони, лежащие на его животе, - это то, чего он так долго добивался. Вчерашняя выставка прошла изумительно, раз утром он проснулся с ним. "Ты изумителен, ты талантлив, ты - мечта", - родные губы касаются мочки его уха, и он закрывает глаза в наслаждении. Но ведь это правда. Мечты всегда сбываются. - Гарри Стайлс! Чудесное утро, прекрасные разговоры птиц за окном, шум листвы, шепчущий о том, что жизнь удалась, необыкновенной красоты мужчина, обвивающий руками и ногами тело Гарри, и бесконечно теплый ветерок, от которого летают занавески, встречают его. Лежащий рядом со Стайлсом шатен улыбается, и Гарри не сдерживается и целует его в нос. Тихий шепот простыней, и Луи произносит: "Доброе утро, Кудряшка". Гарри кажется, что это нереально, что не бывает такого голоса - такого, от которого бегут мурашки и лопаются капилляры. Голубизна глаз милого создания напротив заставляет кудрявого мужчину расплыться в глупой улыбке. "Тык", - смеясь, произносит Лу, тыкая пальцем в ямочку своего мужчины. И все прекрасно. Хотя нет. Не в этой жизни. - Гарри Стайлс! Твоя очередь принимать таблетки! Луи уже не улыбается, он тает. Силуэт расплывается, а перед Гарри медленно проявляется лицо Найла, обеспокоенно вытирающего пот с лица пациента. - Гарри, доктор Лиам Пейн будет ждать тебя через час. Попробуй за это время не уйти от нас снова. Будь здесь, хорошо? - выпаливает медбрат, протягивая Гарри лекарства. - Что..? - где Луи? Где его чертово прекрасное утро? Где его художественная выставка? - Гарри, это больница, помнишь? Твоя реальность тут. Найл уходит, а Стайлс хватается за голову. Как он не заметил, что то была иллюзия? Как он мог поверить, что его мечты исполнились? Черт, ему хочется вернуться. Хочется жить в иллюзии. И никогда не просыпаться. Только тот парень в углу, сидящий на стуле и тихо бормочущий во сне, заставляет Гарри Стайлса просыпаться. Луи Томлинсон. Кто знает, почему он сидит тут каждый день. Однажды Гарри спросит это у него. Но не сейчас. Их время еще не настало. Гарри медленно садится и запивает таблетки водой. На вкус они еще хуже, чем местная еда, а она уж славится своей несъедобностью. Голова очень болит, но кудрявый парень не обращает на это внимания, он слишком привык. Аккуратно встав, Гарри снимает одежду, берет полотенце и нажимает на кнопку вызова помощи. Обернувшись на шорох в углу, он натыкается на пристальный взгляд ярко-голубых глаз и легкую ухмылку. - Доброе утро, - тихо произносит Луи, и Гарри чувствует, как его сердце сжимается и рвется. Голос парня в углу такой же, как у его Луи в иллюзии. Так может, то не было иллюзией? Все было по правде? Да, точно, Гарри помнит, как они лежали, обнимаясь и шепча всякие милости. Или это был сон? Его мозг не способен отличить одно от другого. И от бессилия и безысходности по его щеке сбегает вниз одинокая слеза. К сожалению, лекарства действую таким образом, что он почти не контролирует свой язык и свою мимику. Поэтому вместо дружелюбной улыбки и милого 'привет' у него выходит жуткая гримаса и сдавленный писк. Луи дергается и отводит взгляд, переставая ухмыляться. В палату заходит Найл, и Гарри должен отметить, что он вовремя. Ведь еще чуть-чуть и он бы напугал шатена до инфаркта. Медбрат берет Стайлса за талию и медленно ведет в душ. *** - Ох, Гарри Стайлс! Я ждал тебя очень долго, но ты, видимо, хотел выспаться. Тебе хватило недели? - доктор Пейн указывает пациенту на стул возле своего рабочего стола, а сам встает, чтобы достать папку со шкафа. Кабинет доктора напоминает дорогой и удобный гроб. Посудите сами - все сделано из темного и красного дерева, стены покрыты ворсистыми синими обоями со странными узорами, одно большое окно без штор, но с мелкой решеткой. От гроба кабинет отличает лишь наличие шкафов, стола, кресла, на котором обычно сидит Лиам, стула и множества бумаг, лежащих буквально везде. Гарри слышит странный шум в голове, но все равно пытается улыбнуться на шутку доктора Пейна. - За эту неделю ты пропустил лишь два матча Манчестер Юнайтед, каждый из которых они успешно проиграли, и то, как я чуть не уволил Найла. Он принес мне не тот кофе! - доктор поддельно возмущается и скрещивает руки на груди, на что Гарри почти улыбается. - Ну, надеюсь, твоя неделя прошла лучше. Что тебе снилось? Можешь сказать? - Гарри опускает взгляд и рассматривает ковровое покрытие. Он не может. Он может постараться. Но... Ему стыдно. Очень стыдно. Ведь он спал с Луи во сне. И был ли это сон? Может, сейчас ему тоже это снится? И он все еще спит? - Гарри, попытайся, я пойму, - Лиам улыбается, и Стайлсу становится легче. - Лу-у-й-и, - его язык заплетается, и слово превращается в вой, но доктор кивает. Он понял, это прогресс. - Как всегда, Гарольд, как всегда, - качает головой Лиам, после чего улыбается. - Не напрягайся, мне тоже снятся сны такого плана про любимого человека. Гарри оглядывается. У Пейна явно нет семьи, потому что у семейных людей висят фотографии на стене или хотя бы стоят на столе. А у доктора есть только огромная картина Айвазовского. 'Девятый вал', если быть точным. - Давай так, я задаю вопросы, а ты отвечаешь, хорошо? - кудрявый парень кивает, и Лиам что-то отмечает в папке. - Ну, хорошо, ты был счастлив там? Во сне, я имею ввиду? Кивок. - А сейчас ты счастлив? Здесь, в реальности? Гарри не знает, реальность ли это, поэтому просто пожимает плечами. - Хм, ладно, Гарольд, а что на счет семьи? Ты помнишь маму? Кивок. - Ты помнишь, когда общался с ней ? Стайлс мотает головой. Он помнит ее улыбку, ведь она тоже бывает в его снах. Но он не знает, было это во сне или наяву. Он надеется, что все-таки наяву. - Вы спали с Луи во сне? Гарри краснеет, но кивает. - Ты бы хотел пообщаться с ним в реальности? Кивок-кивок-кивок. - Ты знаешь, почему он всегда у твоей кровати? - Не-ет, - тянет брюнет и кусает губу. - Он всегда с тобой, потому что во сне ты часто говоришь его имя и разговариваешь с ним. У него булимия, Гарри Стайлс, я надеюсь, ты не уйдешь от нас в ближайшие сутки, и вы пообщаетесь. Он тоже этого хочет. 'Булимия'? Это вроде... когда организм не принимает пищу? Гарри пытается улыбнуться, но он знает, что общение с этим парнем не приведет ни к чему хорошему. Ведь он не контролирует себя и живет в мире иллюзий. - Гарри, я думаю, я могу выписать тебя, ладно? Стайлс кивает очень много раз, и, наверное, его голова скоро отвалится. - И ты сможешь снова поехать на свою выставку. С Луи. Теперь ты можешь идти. Гарри встает, улыбаясь, и выходит в коридор. - Лу? - удивленно произносит он, сталкиваясь с родной голубизной глаз. - Ты так долго там был, я думал, мы уже не успеем на выставку, sun, - сиплый голос отдается эхом в его голове, и Гарри сокращает расстояние между ними, по-эскимоски целуя Луи. - Так не пойдет, - дуется тот и накрывает своими губами губы Стайлса. Пока язык Луи хозяйничает во рту Гарри, он тихо стонет. И все снова встает на свои места. Вот она - реальность. - Доктор Пейн, он просто отключился? В какой именно момент? - тихо спрашивает Найл, смотря на улыбающегося во сне Гарри, все еще сидящего на стуле в кабинете доктора. - Он медленно ушел, просто не отвечал секунд двадцать, а потом закрыл глаза, когда я спросил, хочет ли он пообщаться с Луи в реальности. Он и сам не знает, где реальность, - Лиам тяжело вздыхает. - Это ведь уже не вылечить, да? Он так и будет уходить ? - И с каждым разом время его иллюзий будет увеличиваться. До тех пор, пока однажды он не решит остаться там, во сне. - Уснет навсегда? - Когда-нибудь. Но это зависит лишь от него. - Боюсь, он даже не знает, как остаться в реальности, потому что не может отличить ее ото сна, - Найл нежно гладит кудрявого парня по голове, смахивая слезы с щек. - В этом и проблема. Не говори Луи, у него снова будет срыв, - Лиам подходит к окну и смотрит в серое небо Лондона. - Наверное, его сны довольно хороши, раз он так часто туда уходит.