Психолог для зверя

      Утро для Шарлотты началось не с визга будильника и даже не стука в дверь, когда Трабл приходил к ней по срочным делам, а именно когда у какой-нибудь самки был срыв или Круэл желал поговорить, а самого наглого нападения. Окно со звоном разбилось и в доме сработала сигнализация, заорав на всю округу. Шарлотта сонно подскочила на кровати, но тут же была придавлена маленьким, но тяжёлым телом и услышала истеричное женское рычание. В то же мгновение в коридоре раздался треск сломанной двери и топот ног. А после в комнату ворвался растрёпанный Трабл.       Его лицо было перекошено от злости, руки сжимались в кулаки, и он с такой яростью смотрел на того, кто прижимал Шарлотту к кровати, что становилось страшно. Всё ещё сонный разум никак не мог понять, что происходит, а когда вид сделал шаг к кровати над ухом раздался истошный визг, от которого психолог чуть не оглохла.       Лотти крепко зажмурилась и болезненно застонала. В голове звенело от слишком громкого голоска самки. А то, что в неё вцепилась самка девушка даже не сомневалась. Ни один самец не позволил бы себе подобного обращения с женщиной и не стал бы орать как будто ему на причинное место наступили. Были конечно исключения, да тот же Смерть или Круэл не страдали деликатностью, но ни тот, ни другой не подошли бы к ней по собственной воле. Первый был абсолютно погружён в свою пару, игнорируя весь мир вокруг и советовался с Шарлоттой только по поводу состояния Соул, второй же хоть и смерил свой гнев, но он оставался диким и как всякий дикий не спешил налаживать контакты с чужаком.       Шарлотта не могла не радоваться тому, что Круэл позволил ей приблизиться настолько, чтобы увидеть шрамы, оставшиеся на его душе. С каждым сеансом он рассказывал немного больше, позволяя девушке прочувствовать всю глубину его страданий. Невозможно было передать словами того кошмара, что сделали с ним «Мерсил». Лотти слышала множество историй — как пытали, как насиловали, как экспериментировали с препаратами, но история Круэла казалась ей самой жестокой.       На одном из сеансов мужчина случайно проговорился, что у него была возлюбленная. Она была из видов — крепкой, боевой, прекрасной в своей ярости. После первой встречи между ними зародилось чувство привязанности и заметив это учёные решили, что они могли бы образовать пару и может быть у них появились бы дети. Это были счастливые несколько недель, которые так и не дали нужных плодов учёным. 87-ую отдали в общее пользование. Круэл не мог видеть то, что с ней делали другие виды. Она кричала, чтобы к ней не прикасались, но мужчины не всегда могли справиться с животные позывами из-за лекарств, что кололи несчастным. Они не могли контролировать своё поведение.       87-я долго не продержалась. За несколько часов до нового изнасилования она убила себя и младенца, в своей утробе. Учёные были поражены и счастливы, когда узнали, что самки видов всё же могут зачать. Долгие годы тестирований всё же дали свои плоды, вот только ни с кем другим так и не получилось провернуть тот же трюк, что с 87-й. Благодаря нехитрым подсчётам стало ясно, что отцом стал Круэл, и к нему стали подсовывать всё новых самок. Под действием лекарств ему пришлось изнасиловать столько женщин, что волосы вставали дыбом от ужаса. В какой-то момент Круэл ожесточился, перестал анализировать собственные действия или противиться препаратам. Единственное, то он не позволял себе — кончать в самок. За это были наказания, но что это по сравнению с невинной жизнью, рождённой в лаборатории? Отчасти он был счастлив, что 87-я умерла и забрала с собой ребёнка. Круэл не смог бы жить, зная, что его плоть и кровь растёт где-то в коридорах этой пыточной и над ним ставят эксперименты. Но также Круэл страдал, что так и не смог подержать на руках своего малыша.       Услышав эту историю Шарлотта постаралась сохранить невозмутимость лица, потому что меньше всего Круэл нуждался в жалости, но придя домой она расплакалась. Прорыдала в подушку несколько часов. Жестокость «Мерсил» потрясала.       С каждым днём Шарлотта всё больше проникалась к Круэлу, принимая его боль как свою собственную. И это страшило девушку, хотя она старалась не показывать этого. Последнее, что ей было нужно — чувства к виду, которому была противна людская природа. Но дело было не только в этом. Временами в его поведении мелькало что-то, что на подсознательном уровне заставляло Лотти ёжиться, подпрыгивать от страха. Порой он говорил так, что её подсознание отбрасывало на годы назад в тёмный подвал, где она была распята и беззащитна перед насильником. Девушка не хотела переживать те мгновения, но её затягивало. Раз за разом.       — Что здесь происходит? — хриплым со сна голосом произнесла Шарлотта, не делая попыток скинуть с себя безумную самку. Даже эти маленькие и хрупкие на первый взгляд женщины были гораздо сильнее психолога. При желании они легко могли убить её.       Послышались быстрые шаги и в комнату вбежал Аполлон. Слегка потрёпанный, с кровоточащей губой и перепуганным взглядом, в котором девушка тут же отметила вину. Сирена в доме наконец стихла и где-то в соседней комнате раздался ворчливый голос Хоула. Однако в комнату он так и не вошёл, и Шарлотта подозревала, что вовсе сбежал из её дома. Хоул не общался с самками, как и человеческими женщинами. И те, и другие заставляли его нервничать.       — Не поеду. Не поеду, — наконец разобрала Шарлотта бессвязное бормотание самки. Психолог слегка двинулась и хватка усилилась, заставив крякнуть от боли.       — Потише, дорогая, — мягко произнесла Моро. — Ты делаешь мне больно.       Руки женщины слегка ослабли, но она продолжила цепляться за Шарлотту. Та тяжело вздохнула и вперила тяжёлый взгляд в Трабла, который стоял плотно стиснув челюсть. Верхняя губа чуть вздёрнулась, обнажая острые акульи зубы.       — Не отдавай меня им, — различила психолог и в удивлении выгнула брови.       — Они сделали тебе больно? — тут же спросила психолога, насторожившись. Самцы не были способны на жестокость по отношению к самкам, тем более своего вида. Даже веская причина не могла заставить их причинить вред, исключением был Смерть, которому в принципе было плевать кто перед ним находится.       — Сделают, — шепнула самка.       — Ты не так всё поняла, — едва сдерживаясь прорычал Трабл. Его голос звучал ниже обычного и казался отрывистым, как если бы он забыл, как нужно говорить. Шарлотта чуть нахмурилась. Она осторожно погладила девушку по вздрагивающим плечам, не сводя глаз со своего телохранителя.       — Что произошло? — осторожно сев на кровати, психолог закрыла собой самку, краем глаза заметив светлую макушку с волнистыми короткими прядями. В голове тут же всплыло имя — Огонёк.       — Сегодня мы должны перевезти самок в монастырь, — прорычал Трабл. — Они просто не так нас поняли, решив, что мы собираемся отдать их «Мерсил», — неприкрытое отвращение, прозвучавшее в голосе самца заставило психолога улыбнуться. Пожалуй, мир перевернётся раньше, чем кто-то из видов по доброй воле решит вернуться, или отдать кого-то, «Мерсил».       — Огонёк, — ласково произнесла Шарлотта, оглянувшись на самку, всё ещё сидя в кольце её рук. — Ты ведь слышала Трабла, вас всего лишь перевозят в местечко потише, где не будет самцов. Помнишь мы с тобой говорили об этом? Там будут только женщины. Многие подарки уже живут в монастыре под присмотром настоятельниц. Ты ведь хотела туда отправиться. Или что-то изменилось?       Самка активно замотала головой и теснее прижалась к Шарлотте, болезненно сжав рёбра, но девушка промолчала и не стала одёргивать.       — Я не поеду туда без тебя. Мне страшно, — зашептала Огонёк, переходя на тоненькое повизгивание. Трабл сжал челюсть, что окружающие услышали скрип его зубов. Шарлотта наградила его осуждающим взглядом, но самец выразительно нахмурился, ясно дав понять, что думает о выкрутасах женщины-подарка.       — Мы ведь говорили об этом, малышка, — Лотти погладила по золотым завиткам, в который раз удивившись схожести Аполлона и Огонька. Они были как брат и сестра, вот только не ощущали ничего родственного по отношению друг к другу. — Тебе придётся только перетерпеть путь в несколько часов и всё. Самцы не тронут никого из вас.       Самка что-то категорично забормотала, и Шарлотта тяжело вздохнула. Она повернулась к Траблу.       — Были ещё кто-нибудь против?       — Все, — прорычал мужчина, поведя плечами. — Они боятся ехать без тебя. И что с этим делать я не знаю. Мы больше часа пытались уговорить их сесть в машину, но они отказываются.       — Может быть проще мне съездить вместе с ними? Прослежу как их разместили и вернусь обратно.       — Исключено, — рыкнул телохранитель. — Ты хоть и наш психолог, но никто не доверит тебе координаты монастыря. Ты чужая.       Возможно Шарлотта обиделась бы, если бы не понимала почему ей не доверяют. Она проработает здесь ещё несколько месяцев и вернётся к своей обычной жизни. Противники ОНВ могут узнать, что она помогала видам, и начнут задавать вопросы, сделают всё чтобы она рассказала. Чем меньше она знает о системе жизни видов — тем лучше в первую очередь для неё. Отказ не просто прихоть, а необходимость. Если до самок добрались бы эти безумные люди неизвестно что они бы с ними сделали.       — Не поеду, — взвыла Огонёк, и психолог потёрла лицо узкой ладонью. Всё происходящее больше напоминало трагикомедию.       — Малышка, с вами будет кто-то из самок. Может быть Бриз, — как с ребёнком говорила Лотти.       — Нет, — последовал категоричный ответ.       — Думаю, мы зашли в тупик, Трабл, — произнесла девушка. Самец раздражённо зарычал и схватив за шиворот Аполлона вылетел из комнаты. Психолог вздохнула, предчувствуя что день будет длинный.       Спустя час, когда Шарлотта была одета в удобную одежду и потягивала из чашки кофе, а её гостья сидела на диване и с тихим радостным ворчанием грызла кусок копчёного мяса, в дверь раздался деликатный стук. Собственно, и двери как таковой больше не было. Перед уходом Трабл просто приставил сорванное с петель полотно к проходу. Но девушка надеялась, что окно и дверь ей всё же починят.       — Войдите! — чуть повысив голос произнесла психолог. Она отлично знала, что вид способен услышать её и без криков. Девушка с весельем наблюдала за тем как сильные руки взяли дверь с двух сторон и отставили в сторону. Трабл шагнул в коридор с мрачным выражением лица, а следом за ним появился не менее мрачный Иерихон с какими-то бумагами.       — Подпиши, — тут же произнёс телохранитель, сложив руки на широкой груди. Его ржавого цвета волосы струились по спине, а глаза мерцали недовольством. Губы мужчины были плотно сжаты, потому Шарлотта не смогла увидеть его акульи зубы, что больше не пугали её, а забавляли.       — Что там? — спросила девушка. Иерихон положил перед ней лист, на котором сверху большими буквами было написано — «Договор».       — Мы поговорили с оставшимися самками. Они встревожены переездом и не желают ехать одни. Ты поедешь с ними, но прежде чем отправишься должна подписать договор о неразглашении. Я не хочу, чтобы наших самок потревожили.       — Резонно, — хмыкнула Лотти, вчитываясь в текст. Никаких мелких шрифтов или сносок. Всё чётко и понятно. Если она решит кому-то рассказать о местонахождении самок или же подвергнет опасности — её заключат в тюрьму видов и будут судить. Задумчиво проведя подушечками пальцев по губам, Шарлотта вновь пробежала взглядом по тексту. С одной стороны, ей совершенно не хотелось брать такую ответственность. И так слишком много знала о проблемах видов. С другой же она не могла оставить женщин. Бросив взгляд на девушку-подарка, что с надеждой смотрела на неё с дивана, Моро вздохнула и взяв ручку подписала бумагу. Возможно однажды она пожалеет об этом, но возможно и нет.       — Отлично, — вздохну Иерихон, и девушка заметила, как напряжение покинула его взгляд и плечи слегка обмякли. В то время как Трабл наоборот напрягся ещё больше. Он пристально смотрел на девушку своими необычными янтарными глазами, будто хотел что-то сказать, но не решался в присутствии посторонних. — Машины будут ждать вас через полчаса у главного корпуса. Огонёк, ты должна вернуться к сёстрам.       Девушка поёжилась под взглядом алых глаз, робко кивнула. Больше не задерживаясь ни на мгновение Иерихон вышел из дома, а вместо него внутрь проскользнули Мини и Луна, высокая, крепко сложенная самка с добрым выражением лица.       — Шарло! Привет! А мы к тебе за потеряшкой, — пропела Мини. Огонёк покосилась на неё с нервозностью загнанного в угол зверька, но покорно встала и приблизилась к Луне. Мини фыркнула и помахала ручкой, прежде чем убежать из дома. Лотти так и не успела ничего сказать, оказавшись наедине с Траблом. Тот стоял молча, привалившись спиной к косяку и смотрел на неё с тем же невысказанным неодобрением.       — Что? — вздохнула девушка.       — Ты не должна была соглашаться, — рыкнул вид. Психолог потёрла шею и покачала головой.       — Должна была. Самки нуждаются во мне. Я не могла бросить их в такой ответственный момент.       — Для тебя это может быть опасно, — серьёзно произнёс Трабл. — Сейчас твоё присутствие здесь тщательно скрывают, но стоит только выбраться наружу и попасть под прицел журналистов или наших врагов, как твоя жизнь не будет прежней. На работников ОНВ нападают, хотя мы пытаемся защитить их. Ты должна отказаться от этой поездки.       Шарлотта улыбнулась уголками губ. Удивительно было смотреть на этого огромного мужчину и понимать, что он заботится и переживает. Приблизившись она невесомо коснулась предплечья вида, стараясь утешить. Трабл застыл, но не отдёрнулся. Все виды любили прикосновения, но для Лотти было пыткой прикасаться к мужчинам. Единственным исключением стал отец, и, наверное, именно этот мужчина с кошачьими генами, который неустанно следовал за ней, подобно тени.       — Спасибо за твою заботу, Трабл. Но девочки верят мне, и я не могу обмануть их доверие, — покачала головой Шарлотта, проницательно глядя на мужчину, что был гораздо выше неё. Он выдохнул сквозь сцепленные зубы, не понимая, как человек может быть настолько самоотверженным. Людской род вообще ставил его в тупик. В то время как одни погрязли в пороках и ненависти, другие готовы последнее отдать за совершенно незнакомых людей, и не совсем людей. Если в первое мгновение Лотти показалась ему очередной глуповатой самкой, то теперь он проникся к ней уважением. Она была готова в любое время дня и ночи бежать через всю Резервацию к женщинам-подаркам, переступала через себя разговаривая с Круэлом. Трабл ведь видел насколько сильно её пугал этот самец, но она всё равно шла к нему и помогала, даже если он орал на неё и грозился убить. Он поражался её нелогичности и доброте.       — Хорошо, — вздохнул Трабл. — Но я поеду с тобой.       Шарлотта улыбнулась и молча кивнула. Дождавшись пока девушка соберёт необходимые вещи, вид повёл её к главному корпусу, где их уже ждали самки. Они настороженно косились на крепких мужчин, но стоило увидеть психолога выдохнули и даже позволили себе улыбнуться. Моро широко улыбнулась в ответ.

***

      Звуки леса ласкали слух в то время как Круэл лежал на траве заложив руки за голову. Его взгляд нет-нет, да цеплялся за пару, что находилась вместе с ним в этом уединённом уголке, в который он пускал только близких людей. Смерть сидел привалившись к толстому стволу ели и задумчиво перебирал кудрявые пряди Соул, что свернулась у него на коленях калачиком, как никогда напоминая зверька. Её пушистый хвост подрагивал от удовольствия, а глаза были прикрыты. Девушка наслаждалась нехитрой лаской своей пары и была расслаблена. Круэл не жалел о своём решении взять эту пару в свой уединённый уголок.       Мужчина усмехнулся, когда Смерть утробно замурлыкал, подтянув пару к себе ближе, уткнувшись носом ей в шею. Девушка приоткрыла глаза и счастливо фыркнула. В последнее время этим двоим редко удавалось просто так понежиться в объятиях друг друга. Смерть присматривал за Круэлом, Соул вынюхивала чужаков на границе. Её острый нюх ни раз помогал найти тех, кому всё же удавалось проникнуть на территорию Резервации. Оба кошмарно нервничали находясь вдали друг от друга, но сделать ничего не могли.       Круэл оставил бы пару наедине, вот только совсем не хотелось ему возвращаться к корпусам, где его уже поджидала Мини. Самка буквально преследовала его повсюду, пытаясь то прикоснуться, то вовлечь в разговор. Мужчина лишь рычал на неё в бессилии и старался поскорее уйти. Если рядом был Смерть она не решалась приблизиться — все боялись 717-го.       И уйти в лес Круэл тоже не мог. Там его ждали дикие, но общаться с ними у самца не было никакого желания. Он хотел отдохнуть, просто насладиться тишиной, а наблюдать за самым опасным мужчиной и его парой было забавно. Разве что временами странное чувство зависти покалывало изнутри. На сеансах с Шарлоттой Круэл не обсуждал своё желание найти пару, это казалось ему слишком личным чтобы рассказывать девушке. К тому же она слишком сильно тревожила его разум. Стоило только заговорить о паре, как перед глазами представала картина нагой Лотти, разметавшейся по траве в косых лучах света. На её хрупком светлом теле брачные укусы были бы настолько яркими, что не заметить их было бы просто невозможно. Она бы принадлежала ему, говорила только с ним и возможно блуждала с ним по лесу. Он бы научил её разгадывать следы, показал медвежат и других зверей, что жили в Резервации. Возможно однажды она бы понесла от него детёныша, как это сделала пара Валианта.       Вот только все эти мысли разбивались об один единственный факт — Шарлотта была человеком. Мужчина жалел, что она не была одной из самок видов. Тогда между ними бы ничего не стояло. Возможно лишь только багаж прошлого в «Мерсил». По его мнению это было куда лучше, чем то, что Лотти была одного вида с теми, кто пытал его народ. Одна мысль о человеческом происхождении девушки вызывала в нём слепую ярость.       Люди создали их. Люди пытали их. Люди сотворили из них монстров.       Послышались лёгкие шаги, вырвав Круэла из тягостных размышлений. Он резко сел на траве, устремив взгляд в сторону кустов. Смерть тоже весь напрягся, а Соул зарычала в раздражении. Никто из них троих не был рад нарушителю покоя. Из-за кустов показалось личико Мини, и она широко улыбнулась, увидев видов.       — А вот и вы! Я вас по всей Резервации ищу, а вы здесь спрятались, — пропела самка, целенаправленно зашагала к Круэлу. Тот зарычал сквозь крепко сцепленные зубы, но девушка будто не замечала его раздражения.       — Зачем ты нас искала? — послышался недовольный голос Соул. Мужчине даже не надо было оборачиваться, чтобы понять, что она обвила Смерть словно лоза, крепко обняв за шею, сверкая свирепым взглядом. У Соул был пунктик на самок рядом с её парой. Её преследовала маниакальная мысль, что все женщины хотят её супруга, потому она всегда остро реагировала на самок рядом со Смертью, вплоть до драки. Все вокруг считали, что позариться на Смерть может только безумный, но Соул была иного мнения. Порой Круэла забавляло то насколько эта маленькая лисичка считала своего самца идеальным.       — Мне стало скучно, — надула губки Мини и присела около Круэла. Мужчина тут же отпрянул от неё, заставив девушку застыть на мгновение. Но тут же она вновь улыбнулась и потянулась следом за самцом.       — Я не хочу, чтобы ты здесь была, — грубо рыкнула Соул, вцепившись коготками в плечи пары. Смерть никак не выдал своего довольства, но Круэл заметил, как он чуть крепче сжал тело возлюбленной и в венозно-алые глаза потемнели. Ему нравилось, что Соул ревновала, но в тоже время ему не нравилось, что девушка испытывала негативные эмоции.       — Фу, какая ты грубая, — хмыкнула Мини, но тут же умолкла под тяжёлым взглядом Смерти и тут же добавила:       — Я не заинтересована в твоей паре. Мне нравится Круэл.       Виды не умели намекать, они всегда говорили прямо. Любого другого это сбило бы столку, но так они привыкли жить.       — Я уже говорил тебе, что не заинтересован, — огрызнулся Круэл, распрямившись во весь рост, буквально нависнув над Мини. Той бы нужно было испугать, но девушка лишь смело выступила вперёд, чуть не коснувшись своей грудью жёсткого торса дикого.       — Но почему? Мы хорошо подходим друг другу. Ты большой и сильный, и я маленькая и хрупкая. Это потому что я подарок? Но ведь и Соул такая же, но она в паре со Смертью, — серьёзно произнесла Мини. Круэл вновь зарычал в раздражении. Ярость клокотала у самой поверхности, руки подрагивали от желания впиться когтями в тонкую шею и швырнуть приставучую самку подальше. Она не понимала отказов и это раздражало самца. Другие бы посмеялись над ним и назвали везучим, но Круэл таковым себя не считал. Кто угодно только не эта приставучая, маленькая самка. Да он даже на человека был согласен.       — Я тебя не хочу, — тихим, вкрадчивым голосом произнёс мужчина. Нижняя губа Мини задрожала, а глаза заблестели, но слёзы так и не покатились из глаз. Вместо этого она лишь крепче стиснула кулаки и вздёрнула подборок.       — Потому что хочешь Шарлотту? Ты же был ярым противником людей, как ты можешь хотеть её? — зарычала самка. И в это мгновение Круэл сорвался. Одно дело вариться в собственных мыслях и метаниях, и совершенно другое, когда кто-то посторонний замечает твои истинные чувства, которые ты никому не хочешь показывать.       Рука взметнулась вверх, и мужчина ударил наотмашь. Звонкий шлепок раздался в умиротворяющей тишине леса. Мини покачнулась и шлёпнулась на землю. Её щека раскраснелась, а губа лопнула и из неё потекла по подбородку кровь. Круэл навис над ней тяжело дыша, сверкая прозрачно-серыми глазами. Глухое рычание вырвалось из его груди, и самка впервые задрожала от ужаса. Понимание, что мужчина перед ней далеко не был таким деликатным и сдержанным, как остальные виды, накрыло разум. Круэл мог ударить. И никто из присутствующих ему бы ничего не сказал. Смерть в принципе недолюбливал окружающих, а Соул просто не считала нужным вмешиваться.       — Не смей лезть ко мне в душу. Ты ничего не знаешь, — рявкнул Круэл, опьянённый яростью. — Оставь свои предположения при себе. Я никогда не свяжусь с человеком. И такую прилипчивую, тупую самку, как ты, не выберу.       Мини казалось, что её жизнь рухнула. Всего в одно мгновение перевернулась, разбившись о скалы неприступности мужчины. Он ведь с первых дней привлёк её внимание. Огромный, крепкий, надёжный. Хотелось забраться к нему на руки и забыться в объятиях, но он никогда не проявлял к ней столько же интереса, сколько она к нему. Да, были мгновения, когда он помогал ей. Однажды даже на руках донёс до больничного крыла, но только потому что рядом никого не было, кому можно было бы скинуть пострадавшую самку. Наверное, именно благодаря этим мгновениям Мини нарисовала в своём воображении счастливое будущее. Но Круэлу нужна была сильная женщина, разумная и такая же свободолюбивая как он сам.       Мужчина медленно вдохнул, считая про себя от одного до десяти, выдохнул. Повторил это несколько раз, пока в груди не улёгся огонь ярости, и желание задушить Мини перестало ослеплять. Жестокий открыл глаза и взглянул на самку, безвольно лежавшую у его ног. Она смотрела на него широко распахнутыми глазами в неверии, на бледной щеке остался след от его ладони, как и по подбородку стекала кровь. На мгновение мужчина остолбенел. Никогда раньше он не бил женщин, не в порыве ярости.       — Пошла вон, — сипло прорычал Круэл, наблюдая за тем как Мини поднялась на трясущиеся ноги и побежала. Ему было всё равно, что уже вечером его скрутят и выкинут на территорию диких, за то, что он сделал с женщиной-подарком. Всё равно, если его запрут в клетку. Он не мог поверить в то, что сделал. А в голове вспыхнула лишь одна связная мысль — ему была необходима Шарлотта.       Не оглядываясь на пару Круэл помчался в сторону домика психолога, что расположился на отшибе, подальше от гостиницы и корпусов. Вид мчался с такой скоростью, что всего за пару минут добежал от леса до нужного места. Первое что бросилось в глаза — вокруг дома сновали другие виды. Один из них крепил дверь на место, другой устанавливал стекло. Одно предположение страшнее другого зародились в одурманенном разуме. С громогласным рыком Круэл подбежал к дому и схватил Аполлона, который только прикрутил на место дверь и аккуратно её прикрыл. Сжав шею собрата, он поднял его над полом.       — Где она?! Что здесь произошло? — рычание мешало нормально говорить. Аполлон захрипел, царапая руку дикого, глядя на того ошарашенным взглядом. Круэл встряхнул его, желая скорее услышать ответ, но добился лишь того, что лицо Аполлона покраснело, а глаза закатились.       — Круэл, остановись! — рявкнул Хоул, выбежав из-за дома. Он нахмурился и был напряжён. Был готов броситься на дикого, чтобы остановить от убийства.       — Где Шарлотта?! — зарычал вид. Зыркая бешеным взглядом на ещё одного собрата. — Почему дом разгромлен?       Самец заворчал, встряхнулся, но всё же ответил, видя, как Аполлон медленно теряет сознание от нехватки кислорода.       — Женщина уехала вместе с самками в монастырь. Её сопровождают Траб и Тайгер. Одна из самок разбила окно, когда ворвалась к ней, потому что боялась уезжать. Траблу пришлось вынести дверь, чтобы добраться до них, — раздражение звучало в голосе мужчины. Круэл рыкнул и швырнул Аполлона в сторону. Тот сделал судорожный вздох и закашлялся, держась за горло, на котором остались отпечатки пальцев Жестокого. Но тот был слишком взвинчен чтобы извиняться или сожалеть.       — Когда они вернутся? — Круэл смотрел только на Хоула. Самец пожал плечами и спешно ускользнул в тень дома, больше не желая общаться со взвинченным диким. Следом за ним уполз Аполлон и чуть позже Круэл смог услышать ворчливо-сочувствующее:       — Вечно тебе попадает от старших самцов. Ты слишком слабый. Нужно с этим что-то делать.       Судя по звукам Аполлон согласился кряхтя, а после Жестокий услышал, как два самца поспешили уйти. Работу они закончили, а находиться рядом с бешеным видом было себе дороже.       Круэл тяжело осел на светлые ступеньки, зарывшись пальцами в короткие волосы, ероша их, сжимая на затылке. В голове не укладывалось как он мог поднять руку на женщину-подарка, как и осознание что из всех он выбрал именно человека, чтобы вцепиться в её руки и рассказать обо всём что сделал. Глубоко внутри шевельнулось что-то отдалённо похожее на страх. А вдруг Шарлотта испугается его? Посчитает опасным? В то мгновение Круэл боялся больше не за своё будущее среди видов, а того, что женщина больше с ним не заговорит, решит, что он слишком дикий и рядом с ним для неё небезопасно. Он столько раз клялся, что выпотрошит её, разорвёт на куски… Вдруг в этот раз она прислушается к его словам и откажется от его общества?       Вид глухо зарычал не в силах совладать с чувствами. Потребность в обладании человеком была невыносима, как и ненависть, как и страх, растерянность. Слишком много эмоций.       Со стороны дороги послышался шелест шин и в поле зрения Круэла попал бронированный джип. На водительском сидении мужчина разглядел Трабла, и зарычал. Его бесило, что этот самец проводил слишком много времени с психологом. Он оставался даже на их сеансах, всё время был поблизости, готовый схватить девушку и бежать с ней на другой конец света. Круэла выводила из себя одна мысль, что эти двое делят постель, но за те несколько дней, что он посещал сеансы, он не ощущал запахи секса, как от Шарлотты, так и от Трабла. Конечно же от девушки слегка несло рыжим кошаком, но только потому что он постоянно отирался рядом. Но уже этого было достаточно для Жестокого, чтобы сходить с ума.       Дверь открылась и Лотти выпрыгнула из джипа с удивлением глядя на взвинченного Круэла, что сорвался с её крыльца стоило только их взглядам пересечься. На долю секунды девушке показалось что он сейчас набросится на неё и начнёт душить, совсем как в первую встречу. Трабл дёрнулся защитить её, но самец отмахнулся от него как от надоедливой мошки и заключил психолога в крепкие объятия. Шарлотта застыла, глядя широко распахнутыми глазами в грудь вида, ощущая насколько горячим было его тело, как гулко билось сердце и тяжёлое дыхание на макушке. Он зарылся носом в её волосы, глубоко вдыхая аромат. Руки стискивали крепко, но нежно, не причиняя боли. Слегка запрокинув голову, девушка всмотрелась в лицо мужчины. Жёсткие черты казались ещё более угловатыми, выражение казалось беспристрастным, но стоило взглянуть в прозрачно-серые глаза как чужие эмоции просто накрывали с головой.       — Круэл, — предостерегающе произнёс Трабл, напряжённо глядя на собрата. Ему не хотелось причинять боль, но он был готов это сделать, если дикий решит напасть на человека. Мужчина зарычал, не поворачивая головы. И этот грохочущий звук пронёсся по всему телу Шарлотты, буквально прострелив, заставив нервно сглотнуть. Всего на мгновение в памяти всколыхнулись отголоски прошлого, врезаясь в разум ужасом и болью, но девушка тут же затолкала их подальше, сосредоточив всё своё внимание на взвинченном виде, понимая, что сейчас нужна ему. Порефлексировать она могла и после, когда дверь за её спиной захлопнется, отрезав от внешнего мира.       Вытянув руку она показала Траблу жест, чтобы тот не приближался к ним и не мешал. Самец нахмурился, но шагнул назад, пятясь спиной, но не сводя глаз с тяжело дышащего вида. Маленькие ручки легли на широкую спину, поглаживая размеренными движениями. Лотти склонила голову набок, вглядываясь в глаза вида, в которых бушевал шторм.       — Что случилось, Круэл? Расскажи мне, — мягко заговорила она, чутко ощущая руки мужчины. Он легко подхватил её под упругие ягодицы, поднимая вверх по своему телу. Теперь их лица находились на одном уровне, и девушка обхватила его шею руками. Вид на мгновение прикрыл глаза, наслаждаясь чистыми ароматами Лотти, что окутали его, теплом, что дарило хрупкое тело. До этого мгновения он ни разу не прикасался к ней, разве что в первый раз, когда душил, но это совершенно другое.       Кожа под его пальцами была нежной и мягкой, а тело настолько слабым, что одного движения руки хватит чтобы сломать. В голову Жестокого закрадывались мысли как ощущалась бы эта девушка, зажатая между ним и кроватью, но он никогда не думал, что прикоснётся к ней, получит ответную ласку. А теперь она была в его объятиях, осторожно перебирала пальчиками жёсткие волосы на затылке и смотрела так проницательно и мягко, словно погружалась в его душу, вытягивая всю мерзость, очищая.       — Я ударил самку, — тихо произнёс Круэл, крепче вжимая в себя Шарлотту, пристально вглядываясь в глаза, страшась увидеть отвращение, неприятие. Но она лишь чуть склонила голову набок.       — Это лишь результат. Мне нужна вся история, Круэл, — произнесла психолог. Самец буквально мог видеть, как в её голове щёлкали мысли, пытаясь найти всему логическое объяснение, пытаясь понять его. Мужчина вздохнул чуть свободнее, осознав, что его не оттолкнут. Он осторожно поставил девушку на землю, поразившись тому какая же она всё же маленькая по сравнению с ним, едва достигала макушкой груди. Бросив тяжёлый взгляд на Трабла, что внимательно следил за ними, Жестокий мотнул головой в сторону дома.       — Зайдём внутрь. Там я всё расскажу.       Шарлотта ободряюще ему улыбнулась уголками губ и поспешила к дому. Всё же без спасительного тепла крепкого тела на улице было прохладно. Круэл шёл за ней по пятам, психолог буквально ощущала его за своей спиной, чувствовала пристальный взгляд макушкой.       — Я не оставлю вас наедине, — пророкотал Трабл, заступив Круэлу дорогу на крыльце.       — Трабл, — заговорила было Шарлотта, но вид ответил раньше, чем она смогла вымолвить что-то ещё.       — Ей ничего не грозит. Она человек, — рыкнул мужчина.       — Ты ненавидишь людей, потому она первая кого от тебя нужно защищать, — оскалил акульи зубы самец, прикрывая своей широкой спиной Шарлотту. Та закусила губу, наблюдая за видами, не решая вклиниться в их перепалку. Временами нужно позволять выпустить пар кулаками.       — Я не стал бы подвергать риску безопасность диких всего из-за одной человеческой самки, — рявкнул Круэл. Это не должно было задеть Лотти, но всё же задело. Она отвела взгляд, борясь с желчью, что комом встала в горле. Всё же для этого мужчины она всегда будет человеком, той, кого хочется убить, той, кто ассоциируется с пытками. А их разговоры, даже этот момент близости, лишь слабость для вида. Он был слишком взвинчен, потому нуждался в ком-то, кто понял бы его и не осуждал. Шарлотта с болью осознала, что навсегда останется для Круэла лишь досадной преградой, раздражающим фактом, чтобы она не делала.       — Хорошо, — выдохнул через силу Трабл и отошёл в сторону, позволяя Круэлу пройти следом за Шарлоттой в дом. Дверь перед его носом захлопнулась, но оббежав дом, мужчина остановился напротив окна, открывающем вид на просторную кухню. Именно туда привела вида психолог. Он замер, пристально следя за парой, готовый прыгнуть в окно в любое мгновение, защищая девушку.       — Чай, кофе, молоко? — спросила Лотти, поставив чайник на плиту. Жестокий покачал головой, усевшись на стул за барной стойкой, осматриваясь. Как и во всех домах видов кухня была просторной и светлой, но в мелочах отражалась девушка — детские рисунки на стенах, разбросанные по столу папки, стикеры с заметками на холодильнике. Приготовив себе кофе, Моро села напротив Круэла. — Так что произошло? Из-за чего ты ударил самку?       — Она хотела стать моей парой. Преследовала долгое время, но я не хочу её. Мне не нужна женщина-подарок, похожая на людей, — произнёс мужчина, глядя на свои огромные руки. Шарлотта глубоко вздохнула и взгляд светло-голубых глаз тут же метнулся к ней, ища признаки отвращения или недовольства. Но психолог была по-прежнему спокойна, лишь глаза потемнели. — Я много раз говорил ей, что не заинтересован, но она не слушала. А сегодня пришла на моё место. Я впервые привёл туда близких друзей, а она нарушила наш покой. И я сорвался. Нам хотелось отдохнуть, а тут пришла Мини. Сначала она попыталась соблазнить меня, потом оскорбила Соул. Этого всего хватило, чтобы я вышел из себя. Сам не понимаю, как так вышло. Просто в одно мгновение я осознал, что стою над ней, а она лежит на траве и на её щеке след, а губа разбита.       Шарлотта слушала внимательно, запоминая новые факты. Она и не знала, что Круэл и Соул близкие друзья, скорее всего в доверенный круг самца тогда входил и Смерть. Кусочки мозаики стали складываться в её голове. Мини иногда на сеансах спрашивала, как вести себя с самцами, потому что хотела себе пару, но Шарлотта даже предположить не могла что это будет Круэл. Сердце лишь на мгновение сжалось и внутри всё стянуло неприятное чувство. На самом деле ей начинал нравиться этот вид, но после таких подробностей и последних слов девушка оставила все надежды на взаимную симпатию. Мужчина ясно дал понять, что не желает видеть рядом с собой людей и тех, кто на них был похож. Тем удивительнее было то, что он считал близким другом Соул. От людей её отличали только звериные повадки и пушистый хвост. Та же Мини больше была похожа на видов.       — С одной стороны тебя можно понять, — взвешивая каждое слово заговорила Шарлотта. — Теперь, когда ты свободен, лес принадлежит тебе и некоторые места в нём твой дом, куда ты готов пускать только близких. Мини пришла по своей воле и помешала вашему отдыху, и твоя агрессия объяснима. Но, Круэл, ты должен понять, что не всё в этой жизни происходит так, как мы хотим. Бывают ситуации, когда всё идёт наперекосяк, — печальная улыбка тронула губы психолога. В памяти всплыло лицо Аделаиды. Маленькая девочка с толстой сигаретой в руке. Шарлотта никогда не хотела, чтобы её подругу изнасиловали и расчленили маньяки, но так случилось. И время вспять нельзя было повернуть, только жить дальше с этим грузом. — Единственное, что ты можешь сделать в таких ситуациях — не потерять себя. Постепенно ты научишься контролю. Это будет трудно. Не ударить кого-то, кто буквально напрашивается — нужно обладать огромным самоконтролем чтобы удержаться. Но когда у тебя это получится, я обещаю, что ты почувствуешь облегчение и гордость, в первую очередь за самого себя, что ты смог перебороть порыв. То, что ты ударил Мини несомненно плохо. Я знаю, что у всех видов на этот счёт пунктик, но давай рассмотрим ситуацию с другой стороны. Судя по твоим словам она не понимала слова «нет», нужно было что-то весомее. Теперь она будет бояться тебя и больше не потревожит. Это не значит, что теперь со всеми самками нужно решать так вопросы, но и винить себя не стоит. Поговори с ней в мирной обстановке. Возможно вы сможете прийти к взаимопониманию.       Круэл хмуро качнул головой. Он удивлялся насколько мудрой была Шарлотта. Там, где другие просто поставили бы на нём крест, она разбиралась, крутила ситуацию так и сяк. Было приятно осознавать, что кто-то стоит на твоей защите. Даже если это человек. Вид стиснул челюсть, глядя на пьющую кофе психолога, задаваясь вопросом, почему заинтересовавшая его женщина — человек? Жизнь вновь перекручивала его судьбу, как хотела, наплевав на чувства.       — Я поговорю с ней, — пророкотал вид, затолкнув эмоции поглубже. Шарлотта улыбнулась ему и казалось весь воздух выбили из его лёгких. Прекрасное, нежное создание, пахнущее так пряно, по-родному. Скрипнув челюстью, Круэл подскочил со стула и не прощаясь выбежал из дома. Девушка проводила его печально-задумчивым взглядом, допивая кофе. В проёме показался хмурый Трабл.       — У тебя всё в порядке?       Шарлотта качнула головой и вид кивнув ей в ответ, поспешил удалиться. У него ещё были дела, кроме как следить за человеческой самкой. После его ухода вдоль забора будет включён ток, и больше никто не потревожит психолога. Утренний инцидент произошёл только из-за недосмотра Аполлона и поломки генератора. Но теперь всё было решено и Трабл мог спокойно оставить свою подопечную в доме. Единственное, что его по-прежнему тревожило это поведение Круэла. Дикий хотел Шарлотту, это было заметно даже невооружённым взглядом. То как он следил за ней, как невольно склонялся ниже, как следовал по пятам и пытался оградить от других самцов. От него пахло возбуждением стоило только девушке появиться в поле зрения, а после сеансов он уходил со стояком в штанах. Единственное, чего не мог понять Трабл, так это мотивов возбуждения Жестокого. Он хотел убить Шарлотту или всё же трахнуть?       Лотти прошла в спальню, где уже стояло новое окно. Она скинула одежду и надела домашний мягкий костюмчик, засунула ноги в тёплые тапочки и наконец почувствовала себя чуточку легче. День был неимоверно долгим — сначала самки, которые не желали оставаться на новом месте, потом Круэл.       Зазвонил телефон. Обычно людям, проживающим в Резервации, запрещали ими пользоваться, но Шарлотте разрешили из-за постоянной связи с правительством. Всё равно Иерихон получал распечатки её разговоров и сообщений.       — Шарлотта Моро, — произнесла девушка, даже не взглянув на дисплей.       — Здравствуйте. Вас беспокоит адвокат Флейм. Рассел Микс желает с вами встретиться. Когда вы сможете подъехать? — руки девушки словно заледенели, ужас сковал изнутри, и вся она напряглась, словно струна. Ворох воспоминаний закружил как коршун над ней, грозясь обрушиться на голову. То, чего она столько ждала. То, чего так боялась. Свершилось.       — Здравствуйте. Не знаю. Мне нужно согласовать с начальством, — голос задрожал помимо воли, как и ноги.       — Хорошо. Позвоните мне, как решите этот вопрос. Всего хорошего.       Связь оборвалась, и Шарлотта рухнула на пол, прижимая телефон к груди. Истерика накатила внезапно, сжимая горло тисками, и девушка тихонько взвыла, сжавшись в позу эмбриона на полу. Её била дрожь, слёзы безостановочно текли по лицу, а в ушах снова и снова звучало ненавистное имя на фоне детских криков. Время пришло.