Двести секунд

Создание — Привет, — раздалось у меня за спиной. Блин, сказал же, что приедет на метро! Ну что за фигня! Сказал «метро», приезжай на метро! Ну, и что за экземпляр у нас здесь? До неприличия сладенькое личико. Челка фиолетового цвета, причем такой длины, чтобы гарантированно не видеть света белого. Тощая фигура в чем-то обтягивающем. На ресницах тушь! Тушь! На щеках, вот черт, макияжный тон! Спасибо, хоть губы без помады! — Я не слишком опоздал? — спросило создание, поправляя челку тыльной стороной ладони. И слегка вильнуло бедрами. Наверное, это движение было не слишком заметным, но у меня-то глаз на подобные вещи отточен, меня не проведешь! Ну, ясно. Манерный пассик. Ну и черт с тобой! Все, что мне от тебя надо — двести секунд моего члена в твоей заднице. Трахну и разбежимся. Пусть твой богатый внутренний мир волнует других! — Святозар? — спросил я, хотя и так было понятно, что это он. Имя-то какое! Что, нормальные имена перевелись? Небось, модель дома одежды «Попкин энд Залупкина»! Или художник-авангардист в ядовито-белом периоде своего нетленного творчества! Блин! Надеюсь, удастся потрахаться без разговоров за жизнь! — Просто Зар! — дежурная улыбочка растянула губы, бедра опять вильнули, фигура выгнулась в другую сторону, челка была поправлена. Ага, мы проявили дружелюбие! Круто! — Чего ж «Зар»? Давай тогда уж сразу «Захар»? — бросил я. Пассик напрягся. Простонародные имена мы не любим. Тем более, в применении к себе. — Ну что, пойдем, Зар? — добавил я миролюбиво. Создание кивнуло и снова улыбнулось. Я стремительно пошел к своему дому, не оглядываясь и не проверяя, поспевает ли он. Хочет, чтобы его трахнули, пусть поспевает! Придержал дверь подъезда, пропуская вперед. Зар в дверном проеме на одну секунду по-киношному обернулся, чтобы озарить меня светом своей ослепительной улыбки. Зубы, кстати, отбелены. Не иначе, мы звезда телеэкрана! Пассик поднялся на семь ступенек, что отделяют лифт от входа в наш подъезд. Все это время я изучал его задницу, плечи, ноги. Чувствуя мой взгляд, создание одернуло футболку и снова, блин, поправило челку. Бедра вильнули сильнее, чем обычно. Ладно, не напрягайся! У меня на тебя и так стоит! — Не передумал? — спросил я, когда мы вошли в лифт. — Ну что ты! — с неподражаемыми интонациями вычурности и претенциозности ответил пассик. Я, не мудрствуя лукаво, положил руку на его задницу. Он напрягся, стрельнул на меня глазами, но ничего не сказал. С задержкой в полторы секунды выдал свою дежурную улыбку. Ну и отлично! Я принялся тискать его ягодицу. Упругое аккуратненькое полушарие. В меру — в нужную меру — выпуклое, в меру — именно так, как я люблю — компактное. Хороший зад. Если смогу переносить твои манеры, Захар Захарыч, как-нибудь позову тебя еще раз! От моих излишне энергичных движений в области пятой точки хрупкая фигура зашаталась, но осталась стоять на месте, не уклоняясь и не пытаясь меня как-либо утихомирить. Ну, похоже, хоть в этом ты, парень, знаешь, как себя вести! Ужас как не люблю, когда опытнейшие пассы начинают ломаться, как девственники-гетеросексуалы. В квартире Зар сразу у входа сбросил свои моднявые топ-сайдеры и стал около них скромненько дожидаться, пока я закрою дверь. Я, конечно, едва щелкнув замком, сразу же набросился на него и принялся тискать. Одной рукой мял ягодицы, а другой прошелся по ногам, груди и животу. На ощупь все понравилось. Я едва сдержался, чтобы тут же, у входной двери не развернуть это чуднόе создание в букву зю. Зар как-то странно смотрел мне в глаза, и я на мгновение подумал, что он сейчас полезет целоваться, но нет, не полез. Какие, блин, поцелуи! Мы ж не влюбленные детишки! Списались по интернету два парня трахнуться, все дела! Зар обнял меня за плечи, пристроил свою голову у меня на груди и так расслабился, позволяя шарить руками по своему телу. Круто! В какой-то момент я, конечно, схватил его за член. Напряженный твердый стержень. Ощутимо горячий. Через тесные джинсы многого не прощупаешь, но, вроде, вполне симпатичный. — Мне нужно в ванную, — сразу же сказало создание и вывернулось из моих рук. Я с трудом унял в себе возбужденного самца, принял цивилизованный вид и кивнул. Открыл нужную дверь, включил нужный свет, протянул чистое полотенце и клизменный шланг с запечатанным одноразовым наконечником. Пока Зар наводил глянец, я помылся в раковине на кухне. Душ я уже принял, причем совсем недавно, но заняться-то все равно было нечем! Не телевизор же в такой момент смотреть! Потом постоял без дела в коридоре. Пассик продолжал расходовать мою горячую воду с упорством человека, твердо решившего затопить соседей. Ладно, пойду еще и подмоюсь. Член в мыльной руке прыгал, вырываясь на волю. То ли от воспоминаний о восхитительной попе, то ли от моих усилий. Терпение, мой друг, терпение! Снова потоптался в коридоре. Чем бы еще заняться? Трахаться тянуло просто нереально. Хотелось этого пасса, хоть стреляйся. Ладно, посмотрим телевизор. Я одновременно нажал клавишу на пульте и засек время на часах. Дал Зару еще пятнадцать минут. На экране шел отечественный сериал из тех, которые смотреть позорно, а вспоминать тошно. Мой счет к прямой кишке Захар Захарыча автоматически удвоился. В ванной стало тихо. Уже прогресс! Чтобы как-то себя развлечь, я задернул шторы, достал подушки, расстелил на диване простыню. Потом принялся убирать в допотопного вида кухонный шкаф все, что лежало на столе. Пустая ровная поверхность нам с фиолетововолосым эльфийским принцем может пригодиться. Кто знает! Я тут пару месяцев назад, вспомнив свои школьные увлечения, записался на одну историческую реконструкцию. Теперь у меня стол был завален всякой столярной дребеденью, и именно ее я и стал перетаскивать в сервант. Едва я схватил стрелы, на них перекосились наконечники. Черт, черт, черт! Никак не получается закрепить их как следует. Вроде, все делаю строго по инструкции, но, блин, все равно ничего не выходит! Надо будет поискать другую книжку про эти крепления. Или найти спеца, чтоб совет какой дал. Ну, где там этот продукт одомашнивания спагетти! Что можно делать в ванной после того, как десять минут назад выключил воду? Я вырубил телек и бросился в коридор с намерением забарабанить в дверь. Но она сама открылась. В клубах пара, будто Терминатор из будущего, появился он. Аста ла виста, бэби!