last day of spring for me.

Чонгук продолжает спокойно спать, только лишь тяжело выдыхает, когда Ким оставляет легкий поцелуй на шее. От демона пахнет чем-то спиртным и тяжелым запахом табака, сигареты явно классические, без добавок. С виду и не поймешь, что он пил, но его выдают расширенные зрачки и слегка запутанная речь. Он спускается ниже, оттягивая ворот футболки и проводя языком по ключицам. Омега начинает крутить головой и потихоньку просыпаться, кажется ему думается что это сон, но нет, Чонгук-а просыпайся скорее, тебя ждет сюрприз. Демон смотрит на того взглядом полным желания и терпеливо ждет, потому что не хочется действовать без омеги. Наконец-то открыв глаза, Чон часто моргает и пытается понять что происходит, и когда более менее видит перед собой альфу, хриплым ото сна голосом спрашивает: — Тэхён? Что… что ты делаешь? — пытаясь вытащить руки из-под одеяла, он трет глаза и зевает. До его носа доходит запах спиртного и из-за этого морщиться, отворачивая голову. Махая ладошкой перед своим носом, он возмущенно цокает. — Ты что пил? Боже, иди спать на диван, а потом мы поговорим. — Нам не о чем говорить сегодня, Гукки. — прошептал Тэ. Он наклоняется вперед и целует омегу, залезая холодными руками под футболку. Чонгук мычит в поцелуй и пытается оттолкнуть демона, но его руки быстро перехватывает что-то мокрое и липкое, прижимая к изголовью кровати. Неожиданно включается лампа, что стояла на тумбочке, тускло освещая комнату. Тентакли свободно парили в воздухе, а один из них держал руки омеги. Гук испуганно мычит когда одна из них скользит по его ноге, пробираясь через домашние шорты к паху. Тэхён продолжает ласкать дрожащее тело, задевая чувствительные соски и покусывает чужие губы. Парень пугается не на шутку когда чувствует язык альфы в своем рту. Чонгук дергается и пихает того ногами, но тот держит крепко, а тентакль ласкает уже дырочку. Демон отрывается от губ омеги, и покрывая поцелуями скулы, перешел на шею оставляя красные пятна. — О-ос-остановись, п-о-пожалуйста… не над-о… ах! — умоляюще скуля, Гук следит за каждым движением альфы, и старается сжать ноги чтобы противный тентакль не ласкал его. Тэ поднимает голову, и улыбается, он медленно сползает с того, но тентакли не убирает, а наоборот добавляет остальные, которые принимаются его раздевать. Ви щелкает пальцами и сзади него появляется кресло из гостиной. Садясь на него, он прожигающем взглядом следит за тем, как омегу раздевают тентакли. Тот брыкается и старается оттолкнуть ногами противных «слизняков». Но те настойчиво стягивают сначала шорты с боксерами, а потом и разрывают футболку, показывая своему носителю прекрасный вид. — Ты такой красивый, Чонгук-и. — Тэхён опустил руки на подлокотники, он заставляет тентакли поставить Чона на коленки перед собой, и усмехается, когда замечает на лице омеги испуг и первую скатившуюся слезу. — Прекрати, слышишь? Ты пьян, потом будешь об этом жалеть! Я не прощу тебя! — смотря прямо в глаза, крикнул тот. — Никогда не жалел о том, что когда-либо делал. — наклоняясь и шепча в самые губы, Ви усмехнулся, снова оставляя легкий чмок на припухших губах. Омега всхлипывает, и опустив голову, роняет пару слез на паркет. Он придумывает план, как сбежать от сюда, добежать хотя бы до Чимина и остаться на ночь там, но как только он дергается, что-бы встать, его обхватывает за горло тентакля, ставя на место. Демон холодно смотрит на того, и направляет одну из тентаклей к лицу того. Чон знает что сейчас будет, поэтому крепко сжимает челюсть, не давая забраться к себе в рот. Альфа не довольно рычит, и надавливает краешком ботинка на пах омеги. Простонав, в его рот снова забирается мерзкая тварь, и на этот раз двигается быстрее, нежели в первый, раздражая стенки горла сильнее. Слезы идут не переставаемым потоком, словно водопад, а во рту снова противный вкус. Ви внимательно наблюдает за тем как его оружие скользит по пухлым губам и закусывает губу. Пододвинувшись поближе, он махает рукой, тентакл исчезает и Чон снова не переставая кашляет. Схватив того за волосы, он тычет его носом в свой пах, и шипя на ухо приказывает отсосать. Гук кажется совсем теряется, но поделать ничего не может, дражайшими руками расстегивая сначала ремень, а потом и все остальное. Он сглатывает, когда видит не маленькое достоинство демона, и томно выдыхает когда его снова хватают за волосы и полностью толкаются в рот. Тэхён сразу набирает быстрый темп, и шикает на того когда чувствует зубы. Омега держится за колени Кима, и покорно двигает головой, стараясь не задевать зубами. Во рту смешивается слюна и сок альфы, не приятно хлюпая и заставляя его краснеть. Ким же наоборот, наслаждается горячим ртом омеги, откидывая голову назад, и улыбаясь от удовольствия быстро проводя языком по сухим губам. Он сильнее дергает Гука за волосы, и обильно кончает в его рот. Тот мычит и чуть ли не захлебывается в семени альфы. — Я забрал невинность твоего ротика, детка… — отпуская волосы омеги, прошептал Ким. Чонгук проглатывает все, и кашляет, вытирая тыльной стороной ладони сперму с уголка рта. Он поднимает взгляд на Тэ и медленно отползает от него, потому что не хочет продолжения этой ужасной ночи. Демон быстро хватает его за горло и подняв над землей, кидает на кровать, нависая с верху. Гук снова начинает метаться по кровати и не дает противным тентаклям взять его руки. Тэхён снова целует его, более требовательно и страстно, и Чон только сейчас чувствует какую-то железку. У демона проколотый язык. — Думаю теперь можно тебя и взять. — отстраняясь от сладких губ, усмехнулся Тэ. Омега замотал головой в разные стороны, и по его щекам снова побежали слезы. — Расслабься… иначе порву… Сняв с себя штаны с боксерами, Тэхён пристроился к попе Гука. Тот начал дергаться и пытаться вырвать руки, но лишь делал хуже: тентакли затягивали туже. Глухо выдохнув, Ви медленно вошел головкой сильнее сжимая пальцы на чужих бедрах. Чонгук вскрикнул и попытался слезть, но только сильнее разозлил демона. — Я же предупреждал тебя, — зло прорычал тот, резко входя полностью. — Получай наказание… Омега закричал, но его тут же заткнул один из тентаклей, снова быстро двигаясь. Ви тоже не отставал и быстро набрав темп, стал вколачиваться в податливое тело. Ему безумно нравиться эта узкая дырочка, что так крепко сжимает его член, а кровь служит не плохой смазкой. Чонгук просто лежит и даже не плачет, потому что уже все выплакал, просто немного больно, вот и все. Тентакля перестает в нем двигаться и полностью выходит из-за рта, позволяя сделать вздох и простонать. Как же ему сейчас мерзко, он не выполнил обещание данное собой даже себе. Эти стоны противно давят на уши и шлепки разгоряченных тел тоже. Так противно, но сделать ничего нельзя, демон слишком силен. Остается только быть игрушкой для сегодняшних утех. Тэхён не жалеет сил и трахает мирно лежачего Чонгука, который только непрерывно стонет, лаская обостренный слух. Кто бы знал, как ему сейчас хорошо, то точно бы позавидовал. Его не мучает совесть, совсем нет, он не в первый раз насилует, потому что это инстинкты брать то что захочешь. Он же ребенок Ада, там нет таких понятий что можно и нельзя. Даже его первый раз, когда он был человеком, произошел из-за течного омеги, который шнырял рядом и ему просто снесло голову, что взял того омегу прям на улице. Вообще, когда он был человеком, то грешил от души. Наркотики, алкоголь, сигареты… Вечные драки, прогул школы, убийства. Да за свои тридцать пять лет жизни, он не мало начудил. Последней каплей терпения Бога, было то, что Ким убил своих родителей. Он просто заснул дома, а проснулся в Аду, как новый призывной демон и прислужник Шуги. Из-за смеси всяких тварей в нем, он стал выглядеть на двадцать, стал более крепким, и бесчувственным. Он прожил неплохую земную жизнь, раз стал настолько сильным демоном Ада, что может потягаться даже с любым генералом адской армии или бароном. Во всяком случае, он уже прожил двести лет демоном и ни капли не жалеет о старой жизни. Чонгук уже начинает терять сознание, как демон кончает в него, блаженно рыча. До него не сразу до ходит, а когда он чувствует внутри узел, начинает быстро бегать глазами по лицу альфы, и снова ревя и что-то не разборчиво говоря. Если он забеременеет, то немедленно, как узнает, пойдет делать аборт. Все что угодно, только не ребенок от этого монстра. — Чонгук-и… я забрал твою невинность… теперь ты полностью принадлежишь мне. — целуя его в губы, а после спускаясь к шеи, он кусает за артерию, ставя метку. Сейчас ему реально плевать, что там о нем думает Чон, главное что он забрал его полностью. — Ты… больной ублюдок… я же залечу. — сильнее плача, прошипел Гук. — Тише… Все будет хорошо, ты не залетишь от меня, я ведь демон. — как-то неправдоподобно звучит, но омега смотрит на того взглядом полным надежды что не забеременеет. — Подожди-ка секунду… Демон обхватывает тело Чонгука, и резко переворачивается на спину, укладывая того на себя. Младший продолжает пускать слюни и сопли, иногда судорожно всхлипывая. Первый чувствует у себя на плече что-то мокрое, сразу же недовольно цокая. — Успокойся, я же сказал что ты не залетишь значит не залетишь. Я могу контролировать свою сперму, убрав всех сперматозоидов. К тому же, чтобы стать демоном, нужно пройти полную трансформацию внутри и практически у всех уменьшается шанс стать родителем в раза три, это будет чудом если от меня кто-то залетит. — грустно прошептал Ви. Чонгук перестал плакать и поднял зареванные глаза на того. — С кем бы я не спал, ни кто от меня не беременел, когда я был человеком у меня был сын, альфа, я умер в тридцать пять, ему было семь. Он умер в возрасте шестидесяти восьми лет, от болезни. Короче, один я остался. — Тэхён… — смотря тому в глаза, прошептал Гук. — Ты ведь понимаешь, что я тебя ненавижу? Забрал у меня все, все, все! А я так хотел встретить истинного, а что теперь?! Из-за твоей метки, я останусь один!!! — Не останешься, обещаю… — улыбаясь уголком губ, сказал Тэ. — Ложись спать, сегодня рано вставать. Омега засыпает не сразу, только под тихие поглаживания по спине. Альфа чувствуя сопение младшего, выходит из него и укладывает на другу часть кровати. Он засыпает чуть погодя, думая о том зачем рассказал тому свою жизнь, не всю, но самое важное точно.