Шальной пробкою от шампанского

«Я так живу. Мне все по фану» Гербарий – собирательство ебучих цветочков – занятие не для пацанов, а потому Джарахов длинными осенними днями после пар по питерским паркам предпочитает таскаться в одиночку. Не то чтобы его прям так уж беспокоят чужие предрассудки, но тем для подъебов и без того хватает, зачем еще увеличивать их число дополнительно? Желтый, красный, редкая зелень – с приходом октября в книжках сушатся в основном листья. Из них удобнее всего делать незамысловатые букеты – флористика все равно не настолько прикольна, как сам процесс собирания и любования готовыми шуршащими листками, ломкими и хрусткими, но, несмотря на отсутствие особенных ухищрений, Эльдар все равно старается, когда склеивает вместе, размещает и перевязывает тонкие палочки оснований. В основном выходит вполне неплохо – уже наловчился. По крайней мере один из наиболее крупных букетов, вытянувшийся в простой вазе на рабочем столе, выглядит практически профессионально. И тем не менее, по приходу Музыченко с обещанными конспектами – парня с истфака, выглядящего чуть старше, чем нужно, вероятно, из-за отращенных чисто для имиджа не так давно усов – Джарахов все равно почему-то чувствует себя не слишком комфортно. Казалось бы, его территория, его правила, а так и не спрятанная ваза все равно периодически приковывает его же внимание, заставляя мысленно прокручивать вопрос «Все ли в порядке?». Юра, в принципе, наиболее тактичный из всей группы, но на букет взгляды иногда осторожно бросает и он. Это нервирует Эльдара, и почерк его, и без того неаккуратный, ложится на бумагу совсем уж косо, так что в итоге, не выдержав, он вытягивает телефон, чтобы по-быстрому перефотографировать – Музыченко отдать тетради не мог, самому нужны были позарез – и освободиться уже от напитавшего воздух напряжения, но тот случайно опережает его, подсаживается поближе и вопросительно кивает на букет. Получив разрешение, он подтягивает вазу к себе, а затем не без неизменной осторожности начинает перебирать тонкие листья. Джарахов наблюдает за этим явно настороженно, но потом Юра указательным пальцем касается одного («Клен, что-ли?»), и не поправить его просто невозможно («Камон, чувак, кленовые совсем другие. Эти березовые.») Слово за слово завязывается разговор – Эльдар знает немного о различиях видов деревьев, но этого достаточно, чтобы заинтересовать. А много позже, практически спустя месяц, он замечает Музыченко в одном из привычных парков, как раз пока тот, не замечая пронзительного осеннего холода, играет на скрипке. «Сам себе кайф»