История жестокой любви.

8:33 PM.

      Бэкхен провел в постели все то время, что у него осталось до их встречи. Хотя, и Хан Чжэ Ук запретил ему появляться там, Бэкхен просто не мог сидеть дома, ничего не предпринимая. Он твердо решил, что как только Чжэ Ук выедет, он последует за ним. Чего бы это ему не стоило, но он обязан спасти свою семью. В этот раз все должно сложиться иначе. Он больше не намерен никого терять. — Малыш, поедешь со мной? — обращался он к щенку. — Мне очень страшно… Но я не могу отступить! — он аккуратно притянул щенка к себе. От нежных поглаживаний Арчи уснул. Бэкхену же оставалось только ждать до тех пор пока его цель не поедет навстречу.

10:42 PM.

      Бэкхена разбудил рев двигателя и свист шин. Хан Чжэ Ук отправился на «задание». — Вот черт! Как я мог уснуть?! — соскочив с кровати, Бэк рванул к выходу, дабы успеть за своим боссом. — Арчи, подъем! Бэк вместе с псом сел в машину и не спеша, не привлекая внимания, отправились за Чжэ Уком.       Ехали они около двадцати пяти минут, пока не остановились в каком-то тёмном переулке. Бэкхен остановил свою машину чуть поодаль. Он наблюдал за тем, как к машине Чжэ Ука подъехало ещё пару черных тонированных джипов. Их разговор он понять, конечно же, не мог, но вот, что насторожило омегу, так это полные сумки оружия, которые они складывали в багажник. — Будет очень непросто… — разговаривал сам с собой Бэк, мысленно придумывая ход событий.       Все снова отправились к машинам и отправились. Их примеру последовал и Бэк. На место они прибыли к одиннадцати. Там их уже ждал его отец и Пак Чанель. Бэкхен не стал выходить из машины. Все же он надеялся, что все закончится. Да и выходить сразу глупая затея, лучше дождаться подходящего момента.       Разговаривали они недолго. О чем конкретно говорили, Бэкхен не знал, но было ясно, что переговоры не удались. Люди Хан Чжэ Ука выстроились в ряд, направив свое оружие на Чанеля с господином Беном, за ними так же появились их люди с оружием. Еще с минуту они стояли и молчали, в этот момент Бэкхен понял, что пора действовать. Не торопясь, он вышел из машины и направился к ним. — Бэкхен! Ты что здесь делаешь?! — Хан Чжэ Ук был явно разгневан. Это было заметно по его низкому голосу и сведенным бровям. — Помнится мне, я сказал тебе не выходить из дома. — Да, с памятью у меня проблем нет, — согласился Бэк, останавливаясь ровно между отцом и Хан Чжэ Уком. — Но ты думаешь, что я буду сидеть дома, пока вы тут убиваете друг друга? — Вчерашний урок тебя совсем ничему не научил? — с издевкой, заставляя вспомнить прошлую ночь, сказал глава Хан. — Мне казалось, ты не сможешь двигаться как минимум до завтра. Ты же все-таки омега. — Да, я — омега. Но не забывай, чей я сын. Меня не так просто сломить. Это генетика, смекаешь? — Бэк ухмыльнулся, зная, что такое поведение Чжэ Ук явно не оставит равнодушным. — Бэк, — строго позвал его отец. — Глава Хан прав, тебе лучше уйти. — Ага, и просто сидеть и ждать пока мне не придет приглашение на ваши похороны. Не важно чьи, главное, что кто-то умрет! — присутствие Бэкхена никого не радовало, ведь каждый из присутствующих дорожил им. — Не упрямься, милый, иди ко мне, — Хан Чжэ Ук протянул парню руку, призывая к себе. — Ужу бегу, любимый, — Бэкхен мило улыбнулся и медленно достал пистолет, направляя на него. — Это что ещё за шуточки! — все были удивлены такой смелости омеги. — Взять его! — приказал он своим подчиненным. Но Бэки не так прост. Не думая, он выстрелил в одного из них. — Удивляешь, но будешь ли, ты так же смел, когда… — он направил пистолет на Чанеля. — Я убью твоего ненаглядного?       Бэкхен знал, что все не могло закончится лишь на угрозе Хан Чжэ Ука. Он явно понимал, чем сейчас рискует, но, зайдя так далеко, он не хотел уже отступать. — Ну, и? Убьешь его? — голос Бэка предательски дрожал, выдавая его неуверенность. — Серьезно? Я, конечно, пришел вас остановить, но я то знаю, что вы не убьете друг друга. Это слишком рискованно. Думаете, остальные это бы спустили вам с рук? У каждого из вас есть люди, что вам верны. И вы думаете они не станут мстить? Смешно, не считаете? — Бэкхен повернулся к отцу и Чанелю, нежно улыбаясь последнему. — Знаешь, малыш, последнее, что меня сейчас волнует, так это какие-то шестерки. Я слишком долго ждал этого момента. И вот он наступил. Не думаю, что ты сможешь меня остановить. Ты ведь боишься, да? — Хан Чжэ Ук указал взглядом на трясущиеся руки, которые держат пистолет. — Ты то его толком держать да не умеешь, и угрожаешь мне? Ты ведь понимаешь, я не оставлю тебя безнаказанным. Дома тебя ждет порка, — хищно пройдясь по маленькому тельцу омеги, глава взял оружие тверже. — Бэки, — позвал омежку Чанель. Так нежно, словно прощается с ним. — Тебе лучше уйти, тут опасно. Я волнуюсь. — Может, он и прав, — все повернули головы в сторону главы Бена. — Может, нам решить все мирным путем? — Ни за что! — злобно прорычал Хан чжэ Ук и выстрелил в Чанеля.       Видя, что пуля направляется в сторону Пака, Бэкхен, не думая, ринулся закрывать его собой. Его не волновала собственная жизнь, главное, чтобы отец и Чанель были живы. В Бэкхена попала пуля, не вылетая насквозь. Все тело охватила адская боль. Ноги сразу подкосились и он начал падать, не успев приземлиться, его подхватывают большие теплые руки. Они были такие горячие, что Бэкхен словно плавился в них. Он был рад тому, что в последние минуты рядом с ним был его любимый человек. Тот, которого он смог защитить. В этот раз у него все получилось. Он справился с задачей. — Нет-нет-нет, — Чанель прижимает к себе омежку. — Этого не может быть, — по щекам катились обжигающие слезы. — Чанель, — сил хватало только на шепот. «Когда-нибудь я скажу, что до сумасшествия люблю тебя, но не в этой жизни», — успевает подумать Бэк.       Говорят, что перед смертью ты видишь всю свою жизнь. Но Бэкхен видел лишь Чанеля. Все моменты проведенные с ним, будь они хорошие или плохие, неважно. Маленький период времени прожитый с Чанелем остался в памяти омежки навечно. И уже совсем неважно, что будет дальше. Сейчас он рядом, здесь с ним. Пусть Чанель плачет, пусть ему будет больно, пусть злиться, но никогда, никогда, он не должен забывать то время. Даже если эти воспоминая будут приносить страдания, он должен их помнить. — Невероятно даже под пулю ради него кинулся, — глава Хан залился едким смехом. -… — не успев сказать более, в него полетел ряд пуль. — Давно надо было всё закончить — опустив пистолет, глава Бен направился в сторону Чанеля и своего сына. — Алло, скорая, да, тут огнестрельное ранение, мы на…

***

      Время шло, а из операционной так никто и не явился. В коридоре была напряженная тишина, все волновались за жизнь омеги.       Узнав про состояние Бэкхена, в больницу приехали Кенсу, Исин, Крис и Тао. Для всех здесь Бэкхен очень важен. Даже для Тао. Смотря на своего босса, как он переживал за омегу, Тао понимал, что ему ничего не светит. Он хотел лишь, чтобы его босс был счастлив, а для Чанеля счастье — это Бэкхен.       Прошло около семи часов с тех пор, как Бэкхена забрали врачи. Выбегало лишь пару медсестер, возвращавшись уже с пакетами крови в руках. Всем было ясно, операция проходит не гладко. Но надежда есть у каждого. Никто не хотел даже думать о том, что с Бэкхеном может что-то случиться. Эта надежда и пугала. Нет чувства более дурацкого, чем надежда: оно лишает нас не только воли, но и способности соображать. Нельзя на что-то надеяться, надо действовать. Ведь сидя на месте ничего не напишешь. Вот тот самый момент. Из операционной вышел хирург. Его одежда была вся в крови и вид уставший. — Операция… прошла неудачно. Мне жаль. Пуля задела левый желудочек. Нам удалось вынуть пулю, но открывшееся кровотечение нам не удалось остановить. В следствии мы не смогли зашить рану, — сказав все, что от него требовалось, врач покинул людей. — Нет, не верю. ОН ЖИВ! — Чанель ринулся в сторону операционной, но его остановил глава Бен. — Тише, тише… — Чанель осел на пол закрыв руками лицо он начал плакать.       Для него мир рухнул с первых же слов врача. Жизнь без любимого человека, разве она возможна? Зная, что виновник его гибели — ты! Чанель не сможет забыть. Будет помнить и винить себя до конца своих дней. Больше не прикоснется ни к одной омеге. Ведь лучший из них на небесах. Безусловно, он там. Этот светлый комочек не может попасть куда-то ещё. Теперь он встретиться с папой, как того и хотел. Теперь он, наконец, сможет побыть в покое, не опасаясь ни за свою ни за чью-либо ещё жизнь. — Боже, мой милый Бэки, — по щекам Кенсу полились горькие слезы.       Его друг, с которым он столько пережил, теперь мертв. Они столько всего пережили. Ругались и мирились не раз. Несмотря ни на какие обстоятельства, они всегда оставались друзьями. Всегда поддерживали друг друга. Для всех этот день стал роковым. Его будут помнить всегда. Ведь именно в этот день умер: брат, друг, соперник, сын, любимый. Странно осознавать, что за одну долю секунды ты можешь стать просто воспоминанием. Но это будет самое яркое воспоминание. Ведь именно таким и был Бэкхен. Смелый, порой раздражительный, но, чтобы его не ждало на пути, он не забывал, что такое улыбка. И дарил её всем, кто его окружает.

***

Спустя 3 дня. Кладбище. День похорон. Чанель не хотел, чтобы на похоронах присутствовало много народу. Был небольшой круг лиц знакомых и друзей. Они окружили могилу. Все молчали, так как слова были излишне. Все в черном. Деловой, серый вид людей, а напротив мраморная плита с надписью «Бен Бэкхен. 25.01.2003-12.08.2019.» Начался дождь смешанный со снегом и народ расходился. У могилы усыпанной цветами остались лишь глава Бен, Чанель и Кенсу. Подойдя ближе, друг Бэкхена оставил на плите конверт с письмом. Прощальным письмом. И удалился вместе с главой, оставляя время Чанелю побыть наедине. — Ты оставил меня. Опять, — он встал у могилы на колени. Дождь уже полностью намочил его костюм, не переставая лить, а лишь набирая обороты. — Как мне жить без тебя? Ты думал об этом? Доволен, что отомстил за папу, а?! — в порыве эмоций альфа перешёл на крик. Ему необходимо было выплеснуть все то, что накопилось за всё время отсутствия Бэкхена. — Ты ведь даже пожить ещё не успел. Ты не должен был вмешиваться во все это. Это моя вина! — - Чанёль склонил голову перед могилой, прося прощения. — Я не хочу плакать, смеяться, грустить, улыбаться без тебя. Без тебя это не жизнь, это мой личный ад. Ты знаешь, все мои чувства пропали. Все это было лишь в тебе. Только ты насыщал мою жизнь красками.       Просидев около могилы ещё около часа, Чанель все же смог найти в себе силы встать и уйти. Как сильно ему хотелось остаться здесь. Рядом с Бэкхеном. Прилечь около этой самой могилки и уснуть навсегда. В этом сне он бы смог быть вместе с его любимым и жили бы они долгую счастливую жизнь. Но у жизни свои планы и выбора никому она не давала.

***

Письмо Кенсу Бэкхену. Здравствуй, мой дорогой, любимый друг. Сегодня я пишу тебе это письмо, чтобы сказать «прощай». Но это «прощай» не навсегда. Это будет не скоро, но я приду к тебе и мы снова будем вместе. Ну, а пока, я буду жить за нас обоих и вспоминать тебя. Я скучаю по тебе. По тому времени, что мы проводили вместе. Когда мы ложились спать в четыре утра, делясь секретами. Когда мы придумывали собственные шуточки, которые понимали лишь мы, а остальные думали, что мы ненормальные. Я знаю, тебя уже не вернуть. Я всегда буду благодарен тебе за то, что ты был моим лучшим другом. Сейчас так хочется, чтобы ты был рядом, крепко обнять тебя и не отпускать больше никуда. Я надеюсь, что ты сейчас в лучшем месте. В месте, в котором всегда хотел быть. Я ещё не отпускаю тебя. Ты ещё будешь долго, очень долго находиться в моём сердце. Поэтому прошу тебя хотя бы иногда, но приходи ко мне во снах. Поворчи на меня, как ты делаешь это обычно, скажи, что у тебя там все хорошо. Я буду помнить и любить тебя. Твой верный лучший друг.