Поцелуй меня

- Вадик, - мамин голос раздался откуда из кухни, -Ваааадик, иди сюда! Вадим! - уже настойчивее, - Вадим Рудольфович, я кого зову? - Ирина Владимировна показалась в дверях комнаты сыновей. Вадим самозабвенно перебирал струны гитары, пытаясь повторить услышанную на пластинке мелодию, А Глеб сидел на подоконнике, обхватив колени тоненькими ручками, не отрывая взгляд от брата. - Мам, ну чего? Я не слышал, - Вадим неохотной отложил инструмент и поплёлся на кухню вслед за мамой. - Вадь, мне завтра утром нужно будет уехать в Свердловск, по работе, - женщина помешивала борщ на плите, такой ароматный, что Вадим аж проглотил слюну. - Послезавтра вечером уже вернусь. - Ага, - кивал головой старший Самойлов, таская со стола остатки овощей, не вошедших в кастрюлю. - Я хочу, чтобы ты присмотрел за Глебом. - Чегооо?!- Возмутился Вадим. - Ну мам! На выходные Сашка приезжает же! - Он обижено надул губы, как будто был не шестнадцатилетним юношей, а десятилетней девочкой. - Вадик, я очень прошу тебя, я не могу не поехать, - Ирина Владимировна села рядом с сыном и погладила его по чёрным как смоль растрепанным локонам, убирая с глаз отросшую чёлку. - Но как же... Сашка же приедет... Мы гулять собирались, - Вадим продолжал дуть пухлые губы и обиженно-возмущённым тоном бубнить себе что-то под нос. - Ма, я не хочу с мелким сидеть, - Вадим с конца лета ждал, когда у его друга, Саши Козлова, который был старше на три года и сейчас учился в медицинском университете в Свердловске, выдастся возможность приехать в Асбест. И они, конечно же, возьмут чего-нибудь алкогольного, гитару и будут развлекаться все выходные. А тут на тебе. - Сашка взрослый, он поймёт, - уговаривала сына женщина. - И ты же у нас уже взрослый, пожалуйста, - она тяжело вздохнула и посмотрела в тёмные широко распахнутые глаза, которые, как ей показалось, готовы были наполнится слезами обиды в любую секунду. - Ну, хорошо, если присмотрите за Глебом, ты можешь позвать Сашку к нам на выходные, - предложила компромисс Ирина Владимировна; выражение лица Вадима тут же сменилось на радостное, - Только без алкоголя, думаешь, я не знаю ваших вот этих штучек, - лицо старшего Самойлова стало серьёзно-задумчивым. "Надо перепрятать сигареты" - промелькнула мысль. - Нуууу, раз с Сашкой, то ладно, - согласился Вадим, подумав, что главное встретиться с другом, остальное мама уже и не узнает. А с Глебом он договорится. Вообще младший Самойлов был довольно тихим ребёнком, у него почти не было друзей, и Глеб чаще сидел дома, только редко выходя поиграть с ребятами во дворе. Самые близкие и доверительные отношения у него были с братом. Вообще то они оба всё доверяли друг другу. А потом они подкалывали друг друга, и один шантажировал второго, угрожая, что расскажет его секрет маме. Но никто никого никогда не выдавал. - Спасибо, Вадюш, - женщина поцеловала сына в щеку, - Ты только проследи, чтобы Глебка уроки сделал, и про свои не забудь, - вернувшись к борщу, она стала раздавать Вадиму указания; тот театрально закатил глаза, - И самое главное, заставь его покушать. - Легко сказать заставь, - ворчал старший Самойлов про себя, стоя перед зеркалом и пытаясь разодрать расческой спутанные волосы. - Как я это сделаю, - Это и вправду было непростой задачкой; Глеб был очень хрупким ребёнком и у него явно был недобор в весе, но заставить его что-нибудь съесть больше пары кусочков иногда было настоящей пыткой даже для мамы, куда уж старшему брату было справиться с этим. - Глебушка, милый, - Ирина Владимировна зашла в комнату к младшему сыну, который все так же с задумчивым видом сидел на подоконнике и слушал оставленную братом пластинку. - Я завтра уезжаю на пару дней, ты останешься с Вадиком, слушайся его, хорошо?- Глеб радостно закивал и расплылся в улыбке. Ему очень нравилось, когда Вадик проводил с ним время, но у того была своя компания, в которой десятилетнему Глебу не было места, что очень его огорчало. А тут такое счастье-целые выходные! - Вадик, пообещай, что никаких гулянок, что всё будет хорошо, - шепнула она старшему сыну. - Да всё будет отлично, мам, успокойся, - заверил Вадим и, натягивая куртку, скрылся за дверью квартиры, крикнув, что будет поздно.       На следующее утро Ирина Владимировна уехала с тяжёлым сердцем. Она с вечера раздала сыновьям все необходимые инструкции, потому что не хотела будить ребят рано утром. Конечно, ей не хотелось оставлять десятилетнего Глеба с Вадиком, который в свои шестнадцать, к ужасу мамы, был не в меру распущенным.       Утром Глеб проснулся довольно рано, но увидев, что брат ещё спит, решил его не будить. Сначала младший Самойлов просто лежал на своей кровати и смотрел на умиротворённое лицо Вадима, его челка, которая всегда казалась Глебу забавной, падала на глаза, как шторка. И как можно спать когда тебя так пристально разглядывают? Но Вадим мог. В итоге Глебу наскучило просто смотреть, и он достал с полки книжку. - Доброе утро, мелочь, - проснувшись, старший Самойлов сладко потянулся и потопал в ванную. - Надо пообедать, - решил он, потому что завтрак он бесстыдно проспал. - Глеееб, дуй на кухню, - промычал Вадим, ерзая зубной щёткой по белоснежным зубам. - Слушай, Глебка, сегодня вечером Сашка придёт, друг мой, мы с ним на гитаре поиграем, выпьем, ты маме не говори, хорошо? Я только тебе, по секрету, - Вадим уплетал любимый мамин борщ за обе свои пухлые щеки. Он посмотрел на брата, перед которым всё ещё стояла нетронутая тарелка, а он сам просто грустно ковырял бордовую жидкость ложкой. - Ты чего это не ешь? - Не хочется, я борщ не люблю - младший Самойлов отложил ложку, - А маме не скажу, если что-нибудь сделаешь для меня, - Конечно, он бы и так не сказал, но надо же поторговаться. - Зараза ты мелкая, - Вадим легонько пнул ногу брата под столом. - Ну, хочешь, я тебе на своей гитаре покажу пару аккордов? - Хочу, конечно, - оживился Глеб. Ему всегда нравилось, как брат играет на гитаре, и он мечтал научиться так же. - А что борщ не любишь, не заговаривай мне тут зубы, - Вадим вернулся к поеданию остатков своего обеда, - Видел я, как ты его уплетаешь, когда захочешь. - А сейчас не хочу, - капризничал Глеб. - Да что ж мне с тобой делать, - Старший Самойлов смотрел на худое лицо брата, которое и так от природы было довольно узким по сравнению с лицом Вадима. - Слушай, ты ведь хочешь девчонкам нравится? - попытался он хоть как-то заинтересовать брата. - Ты же знаешь, что все девчонки просто обожают мои щёки, - Сам Вадим не был полным, но щёки у него почему-то были весьма круглые и отчего-то всегда румяные. - А тебе что нравится? - Глеб снова задумчиво поковырял борщ, устроив в тарелке небольшой шторм. - А мне тоже нравятся мои щёки, -Вадим самодовольно мотнул головой, но тут же выругался, потому что кончики его длинных волос оказались в его же тарелке. - Ешь давай. Ну в самом деле, Глебка, тебе уже десять, не с ложечки же мне тебя кормить, - он раздраженно пальцами разлеплял жирные кудри. - Я буду борщ, если ты.... - Да хватит мне тут условия ставить, в конце концов кто тут за старшего? - Возмутился старший Самойлов. - Поцелуй меня, - Вадим аж ложку выронил от такого. - Чегоо? Не хочу я тебя целовать. Ешь давай. - Поем, если поцелуешь, - Глеб хлопал своими светлыми широко распахнутыми глазами. - Ну ладно, ладно, - Вадим чмокнул брата в лоб, - а теперь ешь, ну пожаааалуйста! - жалобным голосом протянул он. - Не так. - Да что тебе ещё надо? - Вот так, - Глеб легонько коснулся своими губами губ старшего брата. - Тьфу, блин, Глеб! - Вадим резко отодвинулся назад от неожиданности, усиленно вытирая губы ладонью - Откуда ты такой херни понабрался? - ответа не последовало, потому что Глеб принялся опустошать свою тарелку. "С одной задачей справились", - тяжело выдыхал Вадим, убирая посуду.       А вечером пришёл Сашка. Он принёс бутылку водки и несколько пластинок. Глеб пообещал ничего не говорить маме, а его за это даже взяли в компанию, и Вадим, как и обещал, показал брату аккорды на своей гитаре, а тот повторил их пожалуй даже слишком хорошо для новичка. А потом ребятам стало уже совсем весело, после чего они даже налили Глебу пол рюмки водки, но ему не понравилось, "Обжигает,"- поморщился младший Самойлов, а через какое-то время улёгся спать. А Вадим и Саша до утра сидели с гитарой, пели, смеялись и делились историями, произошедшими за то время, пока они не виделись.