Trois - filles, trois meilleures amies ...

Элайджа вышел из своего номера и подошёл к двери напротив. Это был номер Хейли. На Майклсоне были чёрные классические брюки, белоснежная рубашка и кожаная куртка. На ногах серые ботинки. Постучав в дверь, он стал ждать, когда она выйдет. Они договорились пообедать и поговорить насчёт договора. Ждать долго не пришлось. Уже через пару минут Маршалл вышла из номера. На ней было платье нежного-розового оттенка. На ножках красовались белоснежные сандалии на небольшом каблучке. Её волосы были распущены. В руках она держала небольшой клатч. Она подняла взгляд на Элайджу, который не мог прийти в себя. Он не мог отрицать, что эта девушка ему нравится. Просто не мог. За эти два месяца она стала ему родной, той, которая будет всегда рядом и поможет в любую минуту. Элайджа просто уже не мог представить свою жизнь без неё. А если и представлял, то она была скучная и серая. А такую он себе совсем не хотел. — Ты прекрасна, — вернувшись в реальность, улыбнулся Майклсон. — Спасибо, — смущённо поблагодарила Хейли и убрала прядь за ухо. — Пойдём?

***

— Кол, нам надо поговорить. Давина вошла в комнату. Майклсон сидел за столом и что-то делал на ноутбуке. Кажется, он редактировал фотографии. Кол обернулся и внимательно посмотрел на Давину. Та была очень взволнована, и это напрягло его. Он встал со своего места и подошёл к девушке. — Что случилось? — спросил Кол. — Ты правда любишь меня? — начала она. — Да, — без запинки ответил Майклсон. — Ты когда-нибудь сможешь изменить мне? — прикрыла глаза. — Никогда в жизни, Давина Клэр, — прошептал Кол. — Я люблю тебя. Я беременна. Его чувства трудно было описать. Он счастлив? Определённо. Ему страшно? Несомненно. Он любит ещё не родившего ребёнка? Не то слово. Его переполняли чувства радости, страха и много чего ещё. Он был рад, что она призналась в своих чувствах. Он просто невероятно рад. Кол ждал это столько лет, что сейчас просто стоял и смотрел на любимую широко открытыми глазами. А Давина просто смотрела на него немного взволнованно, а по щеке скатилась слеза. Кол понял, что молчит уже слишком долго. — Милая, не плачь, — усмехнулся Майклсон и стёр слезу. — Я люблю тебя, и ты это прекрасно знаешь. Иди ко мне. — Он притянул девушку к себе и крепко обнял.

***

Кэролайн валялась на диване, не зная, чем заняться. Вдохновения на сочинение песни не было, съёмки только через три часа, одна подруга на другом материке с её будущим мужем, а другая рассказывает любимому парню о том, что беременна. Кэт теперь мучается от любви к Стефану, а Елена пытается забыть Деймона в другом городе. Кай, кажется, сблизился с Лекси, это новый стилист Кэрри. А у сестрёнки проблемы с лучшим другом. Ещё на том приёме что-то между ними произошло, и они теперь постоянно ссорятся без причин. Вздохнув, она взяла телефон и набрала номер человека, которому в жизни бы не позвонила. Шли гудки, и вот он взял трубку. — Да? — Клаус, пойдём погуляем? — быстро проговорила Кэролайн.  — Кэролайн? — Нет, блин, Снегурочка! — раздражённо воскликнула Форбс. — Я это, я. Ну так что? — Собирайся.

***

— Ну так вот, здесь лучше поменять местами эти пункты, — сказала Хейли и указала на три пункта в договоре. Она отпила кофе и посмотрела на Эла. — Хм. Так и правда лучше, — кивнул Майклсон и карандашом поменял местами те самые пункты. — Смотри, а если сделать вот здесь небольшую детскую площадку? Теперь это был чертёж нового района. — Тогда её надо немного побольше сделать, — улыбнулась Хейли. — Хорошо, — проговорил Элайджа и сложил все бумажки в одну стопку. — Может, прогуляемся? — Было бы неплохо, — усмехнулась девушка. Заплатив за обед, они пошли к выходу. И последующие часы были самыми лучшими за последние дни. В это время она и он были счастливы. Первым делом они направились в ботанический сад Сиднея. Когда Элайдже было около одиннадцати лет, отец привёз его сюда и рассказал, как он познакомился с матерью. Это то место, которое он всегда хотел посетить со своей возлюбленной. Но когда они ехали туда, то в мыслях даже не было такого. Элайджа просто хотел показать такой замечательный парк, и всего-то. Но теперь они бродили по нему, разговаривая ни о чём. Майклсон расспрашивал её, из-за чего та не работает по специальности. А специальность у девушки была «Филолог». Но также Хейли в совершенстве могла говорить на пяти языках и поэтому могла бы работать во многих крупных компаниях, но, увы, девушка нигде долго не задерживалась. Это место единственное, где она продержалась больше двух месяцев. И это очень большая ошибка. По крайне мере, Маршалл считает именно так. Непринуждённая обстановка для неё сейчас была необходима. После того как Хейли узнала об измене, она должна была что-то почувствовать, но ничего не было. Ни боли, ни грусти, ни разочарования. Девушка должна была захотеть отомстить разлучнице, но опять же она ничего не хотела. Хейли просто хотела отдохнуть. И эта поездка давала ей эту возможность. Но такова ли она? Сможет ли Хейли Маршалл вновь не помешать счастью подруге? Сможет ли спрятать свою любовь? И прожить оставшуюся жизнь с этим? С тем, чтобы вновь потерять своё счастье? Погубить свою жизнь? И она без запинки ответит «да», потому что вновь потерять своих подруг Хейли не хочет. После стольких лет разлуки девушка никогда в жизни не отпустит их.

***

— Хватит, Ник! — засмеялась Кэролайн, забирая за ухо прядь. — Хватит! — Ты сама начала, дорогуша, — усмехнулся Никлаус. — Я? — искренне удивилась девушка. — А, ну да… — Ага, — кивнул Майклсон. — Но это не даёт тебе права надо мной смеяться! — А вот и даёт!

***

— Спокойной ночи, Элайджа, — проговорила Хейли, стараясь не поднимать взгляда. Ей не хотелось расставаться с этим мужчиной, но, увы, такова её судьба. Такова её жизнь. И резко закрыла за собой дверь. — Сладких снов, Хейл, — прошептал в пустоту мужчина и со вздохом открыл дверь в свой номер. У него свадьба через несколько дней, а он думает о лучшей подруге невесты.

***

Эта ночь была для всех трудной и неспокойной. Сегодня никто не заснул. Уснули те, кто смог разобраться в своей жизни, кто смог поставить точку в отношениях или же их только начать. Начать свою красивую и завораживающую историю любви. О которой вскоре будет говорить каждый человек в стране. Но пока подруга-ночь приносила лишь горечь и боль...