He likes boys

Стеклянная дверь с размахом распахнулась, объявив войну между холодным и тёплым воздухом. Черные кудри цвета мокрого асфальта развивало порывом ветра. Парень непроизвольно зажмурил глаза, как же он восхищался этой природой. В кафе было ужасно душно, народ будто на мёд сбежался, тела тёрлись друг о друга, электризуя одежду. Компашка лузеров отшивалась где-то неподалёку, Ричи определял это по периодически поднимающимся рукам Эдди над толпой, уж эти пальцы он узнает из тысячи. Кудрявого дико смущал тот факт, что мама Каспбрака уже отвязалась от своего сынка, и всё бы ничего, если бы причиной их ругани не был сам Тозиер. Юноша огляделся, смахнул нависающие на глаза волосы, поджигая сигарету. Мальборо, опять тяжёлые, конечно, если сравнивать их со Святым Георгием из-за границы, то это просто цветочки. В какой-то момент Рич подумал, что этого Георгия и встретит, когда докурит. Дело в том, что он пытался бросить, честно. Просто шлюшка мать, приходившая каждый день оттраханная новым ухажером, специально выдыхала дым в запутанные волосы своего собственного сына и совала фильтр, испачканный красной помадой, прямо в рот, посмеиваясь, как будто в этом есть что-то весёлое… Она окончательно слетела с катушек после пропажи отца, стала такой эгоисткой, ей плевать на всех и на всё. Раньше она ругала его за тройки, а теперь даже на прогулы забивает. Поэтому никотин сам лез в лёгкие Тозиеру, а не он заталкивал эту дрянь в себя. Куда ему идти сейчас? Домой совсем не хочется, последнее место, куда бы длинные ноги юноши побежали. Запястья и икры тянуло, но папа всегда учил терпеть, поэтому Ричи должен быть мужчиной. Он затянулся уже третий раз, бумага и табак горели, пылая маленькими угольками, создавая что-то вроде «мини ада» для лёгких. Пар вышел довольно быстро, снова оседая на свитер, что и так прокурен. В какой-то мере черноволосый кудряш завидовал своему малышу. Эдди всегда ждут дома, волнуются, переживают, ругают за опоздания и плохие оценки, но он этого не ценит, а надо бы. Тозиер отдал бы всё, чтобы снова почувствовать заботу. Из-за угла здания кафе выглянул парень, виски были выбриты, а достаточно длинные блондинистые волосы зачесаны назад. На крыле носа блестела серьга, предупреждающая о крутоте своего хозяина. Джинсы были разорваны так, что куски висели ниже колена. Если бы не теплая коричневая кожаная куртка, то отброс явно бы замерз. — Косячку не хочешь? – разум твердил «Не надо, проживёшь без этой херни», но желания были сильнее. — По чём? — 2 доллара, – недокуренная Мальборо полетела в сторону, всё ещё тлея. Белая подошва зашаркала по тротуару, следуя за странным парнем. За этим поворотом находился запасной выход из кухни и переполненные мусорки, и слава богу, что они были не рядом с рестораном, а всего лишь с небольшой кофейней, поэтому вонь стояла не такая ужасная. Хрустящие зелёные бумажки зашебуршали в кармане Ричи, передаваясь в руки фрику, что с довольной физиономией отдал косяк, шмыгая носом и разворачиваясь спиной, но вдруг замер. Незнакомец повернулся, его явно что-то беспокоило. — Ты это, поаккуратнее, сорт ядрёный. Черноволосый лишь усмехнулся кивая головой и взмахивая рукой, жестом показывая, мол «Да похер», на что второй вскинул плечами и ушёл. — Ну что, красотка? Пообщаемся? – после разговоров с неодушевленным предметом, парень поджёг самокрутку. Выходить было неразумно, особенно с такой вещью в руках, нужно выкурить её по-быстрому и смотаться. Тозиер затянулся и принялся вспоминать на чём остановился. Ах, да, Эдс. Чертов мальчишка. Он не знает на что способен его бойфренд, ведь младшего уже давно могли нагнуть силой, но… Ричи просто не мог так поступить, ведь этот красный петух, что стоит сейчас рядом, не даёт ему сосредоточиться, ого, так он ещё и светиться? Кудрявый начал прогонять птицу, шушукая на нее. За спиной что-то задышало, обжигая затылок. Пришлось развернуться и увидеть ЭТО. Он стоял прямо напротив, заглядывая в душу своими дикими, хищными глазами, ярко жёлтыми, с бордовым ободком… В руке был красный шарик, прямо как та курица или петух… Рыжие волосы торчали в разные стороны, переливаясь. А эта улыбка, полная гнилых зубов… нагоняющая полнейший ужас. Перед парнем стоял клоун? Тозиер и так ненавидел их, а тут такое… Страшно было так, что даже закричать нет сил, лёгкие скрутило от непонятной боли. — Привет! Я Пеннивайз! Танцующий клоун! – безумный голос пробирался в самую глубь мозга, заставляя шевелиться все извилины. Сердце колотилось с бешеной скоростью. — Что ты молчишь?! Я привел тебе компанию! – и из-за поворота вышла она… В своей черной латексной юбке, как говорят «по самую пизду», шнурованные туфли на каблуке передвигались ровно по одной линии, от чего бедра виляли ещё больше. Кружевная майка не защищала от холода, юноша уверен. Помада смазана, контур губ расплылся. Черные кудрявые длинные волосы парили, а ресницы хлопали, словно порхающие бабочки. Мальборо не вылезала из ее рта. Мама… — Что ты творишь?! Ты снова это устроил?! – Ричи получал подзатыльники один за другим. — Пошёл в ванную! Быстро! Ричи ты слышишь меня? Ричи?! Ричи!!! *** Шатен возвращался с танцпола на радостях, когда заметил Стэнли одного, сразу же изменившись в лице. — Ну и где он? — Последний раз видел, как он стоял вон там и курил, – ответил Урис, указывая на дверь, выходящую на улицу. — Ты сейчас серьезно?! – заистерил Каспбрак. — Я попросил об одной услуге! Постоять с ним! — Я тебе, что, сиделка? Он старше меня, пусть делает, что хочет! – жевалки младшего зашевелились. Он молча развернулся с намерением разыскать эту почти двухметровую пропажу. Когда юноша переступил порог, то всё ещё тлеющая сигарета сразу бросилась в глаза. «Почему не докурил?». Эдди огляделся, но нигде не находил знакомую макушку. Он завернул в переулок, вглядываясь в темноту, как вдруг увидел Тозиера, сидящего, прижавшись к стене спиной, качая головой в разные стороны, сильно хмурясь. — Ричи? — Нет мама! Я не хочу делать это снова! Не трогай меня! — Ричи, ты слышишь меня? Ричи? Ричи?! – шатен ударил того по щеке, но лишь заставил его чуть-чуть приоткрыть глаза. — Нужно скорую вызвать, – предложил Хэнлон, что стоял позади всех лузеров. — НЕТ! Они отправят его в детдом, поставят на учёт, увезут в колонию. Звонить нельзя! – запаниковал Каспбрак, смахивая капельки пота со лба. — Но что тогда делать? – спросил Стэнли. — Нужно промыть ему желудок, засунуть под душ. Всё что угодно, но где? Насрать, потащили через моё окно. Быстрее, помогите мне его поднять! *** Тащить почти двухметровую шпалу было трудной задачей, особенно, если эта шпала под кайфом и пинает всех своими длинными ногами. Что только не произошло: и голова то падала, и желудок то вычищался, Ричи кричал и плакал. Его рот приходилось затыкать, но он кусался, причем больно, слишком, просто не контролируя себя. Ребята еле затолкали это бешеное тело в окно, а затем просто протащили его по полу, волоча черные кудри. Как только Тозиер оказался в уборной, Эдс решил, что справится сам. Черноволосый чуть не упал, пока залезал в ванну, но Каспбрак вовремя подхватил его за руку. Испачканные пыльные вещи полетели в разные стороны. Раздался шум включенной воды, которая текла массивной струёй из душа. Рич забился в угол и плакал. Холодные струйки стекали по подбородку, перемещаясь на оголенное тело. И это первый раз, когда шатен видел полностью его костлявую фигуру, не самый лучший момент, чтобы любоваться им, большое количество родинок трудно было не заметить. Так же на коже парня красовались шрамы, некоторые казались… Свежими? Эдди проебался, снова, этот юноша доставляет кучу проблем. Внедрился в итак никчемную жизнь, заставил страдать, волноваться. А сейчас Тозиер сидел обдолбанный в его ванне, а Эдс поливал его, приводя в чувства. Зачем? — Ты такой ублюдок, Тозиер… – вырвалось у шатена, но он погладил кудрявого по щеке, успокаивая. Ричи покрылся мурашками, белея. — Ну что? Нормально тебе? – но в ответ послышался раздраженный рык и черноволосого вырвало какой-то хренью розового цвета, без всяких кусков еды, просто розовая вода из желудка, что начал ныть и урчать. — Ох, Так ты даже внутри принцесска? Превосходно… — Моя жизнь дерьмо, ты тоже дерьмо, я не люблю тебя, ты только и можешь пользоваться мной… – пробурчал черноволосый, вгоняя второго в ступор. — Что… что это значит? – но ответа не последовало… После того, как парня, уже синеющего от холода, отмыли, то отвели в комнату к Каспбраку, поставив рядом тазик, в который поступали порции розовой воды. Кажется, через некоторое время Ричи уснул, скрутившись калачиком и вжимаясь лицом в одеяло. — Как думаешь, что он принимал? – спросил Стэнли. — Ничего хорошего… — М-м-мы ведь можем идти? – уточнил Билли, пытаясь быть как можно больше искренним. — А? Да-да, конечно. Доброй ночи. Каждый по очереди вылез через всё тоже окно. Ну, а Эдс так и не смог заснуть, просидев в мягком кресле всю ночь, путаясь в своих мыслях. *** Каспбрак никогда не думал, что его Хэллоуин будет таким ужасным. Тозиер проснулся от повторяющейся тошноты, но рвоты не последовало. На тумбочке рядом с его носом стоял зелёный чай и мятный леденец. «Как мило…». Ему было ужасно стыдно за себя. Дверь отворилась, впуская растерянного Эдда, что просто молчал. — Ты чего? – поинтересовался Рич, но в ответ получил скептический взгляд. — Боже, да ты не помнишь… — О чем ты? – Тозиер пытался вникнуть в смысл, но не мог, в голове сплошная каша. — Вчера, когда я отмывал тебя от собственной блевотины, то ты сказал мне, что я дерьмо, использую тебя, и ты меня не любишь. — Я… — Не нужно. Я всё время спасаю твой зад! Забочусь о тебе и… — Эдди, я… — Закрой рот и не называй меня так! Я мог вчера сдать тебя полиции, ломая твою жизнь, но не сделал этого, потому что ты дорог мне, потому что я считал, что дорог тебе… И если тут кто и использует кого-то, то только ты меня! Кудрявый просто зажмурил глаза, то ли от боли, то ли от стыда. Возможно, он считал, что всё исчезнет, как плохой сон. Оставалось лишь собраться и тихо уйти, что парень и сделал, оставляя своего малыша в одиночестве или уже не своего… *** Черноволосый унылый парнишка в несвежей одежде плёлся по пустынной улице, украшенной различными декорациями. Все готовятся к празднику, любимому празднику Эдди… Господи, если бы он только знал всю правду… Ричи так его любит, сильнее кого-либо, и сейчас он идёт сквозь чащи домов, утирая льющиеся холодные слезы. Кажется, они успевали застывать, превращаясь в лёд и обжигая кожу, будто лезвием. Вот этот день и наступил — день когда планета вновь остановилась, именно этого оба парня и боялись. Как там говорят? «Пиздец подкрался незаметно»? Так и есть. Снова одиночество, чего так боится Тозиер, ничего путного из этого не выйдет. Вдруг он остановился. Нужно было продолжать путь, но куда? Идти то некуда. В голову юноши пришла гениальная идея, от которой зависела его жизнь. Потрёпанные кеды зашаркали по деревянным ступенькам. Вокруг была полная тишина, наводящая ещё более накаленную обстановку. Он ещё долго не мог пересилить себя и постучать, что-то останавливало, но только Ричи собрался уходить, как дверь открылась. — Чувак, ты конченый? Тебя через стекло видно… «Вот же чёрт…» — Мне негде ночевать… – с каких пор он переходит сразу к делу? — Ах, ну да, ты думаешь, что бросил моего друга, и я встречу тебя с распростёртыми объятьями? – перед ним стоял Стэнли с чашкой кофе в руке, глаза до сих пор не полностью открылись, но этот показушник уже мог ворчать, так мало того, он ещё каким-то образом делал эту скептическую гримасу. — Я… Мне просто… Ладно, я пойду, – развернулся кудрявый, отводя свои черные глаза. — Стой, – прозвучало больше как приказ, чем просьба. — Родителей всё равно нет, задержишься на сколько хочешь, но блять, тебе придётся рассказать о том, что произошло. — Ладно… *** Холодный ветер подувал через открытое окно. На маленьком журнальном столике стояла лишь кружка всё ещё горячего кофе и стеклянная пепельница с целой пирамидой Хеопса из окурков. Тозиер рассказал всё от начала до самого конца, объяснив причины. Ещё никогда он не открывался НАСТОЛЬКО человеку, которого едва знал. История, что была рассказана, повергла Уриса в полнейший шок, и теперь оба парня просто молчали, уставившись в разные стороны. Тишину нарушали только тикающие часы, находящиеся на комоде. Мимо окна пролетала стая ласточек, в этот момент Ричи вытащил из-за пазухи пистолет и выстрелил в одну из птиц. Стэнли резко пришел в себя, ошарашенно поглядывая то в окно, то на черноволосого, который не передавал никаких эмоций. Еврей подбежал к окну и взглянул вниз, а затем с охреневшим лицом повернулся. — Ты подстрелил ее! — Я знаю… — ВОТ ПОЧЕМУ ЭДДИ ТЕБЯ, БЛЯТЬ, НЕ ЛЮБИТ! — Не любит? – поинтересовался кудрявый. — Постоянно ты делаешь всё без предупреждений! Даже не пытаешься объясниться! Эти недосказанности в ваших гейских флюидах убивают. Я уверен, что когда он сосал тебе в больнице, ты молчал! — ТЫ ВИДЕЛ, КАК ЭДДИ СОСАЛ МНЕ?! — НЕВАЖНО. ПОДУМАЙ НАД ЭТИМ. — Блять… первый раз вижу сталкеров-друзей… — Не над этим! — Окей… *** Весь день Эдди ходил, как не в своей тарелке. Утром, после ухода Тозиера, он в первый раз сам взял сигарету и выкурил её полностью, ибо все твердят, что от этого легче, только вот становилось ещё хуже. Когда все ребята вместе с ним пошли за конфетами, то Каспбрак всегда отставал, а ведь сбор сладостей был самой важной для него процедурой. Майк и Стэнли, пока Билли подкатывал к Бев, пытались поднять юноше настроение, которого нет. Наверное, каждому знакомо это чувство, когда с тобой общается человек, но тебе настолько грустно и больно, что ты вроде бы киваешь, делая вид, что слушаешь, а на самом деле думаешь о своём. Эдс только сейчас понял, что такое настоящее одиночество. Как бы друзья есть, а понять те чувства, что сейчас у парня, может лишь он сам. За столом Эдди не притронулся к тыквенному пирогу, а позже вовсе ушёл к себе наверх. *** The great longing — Lost Under Heaven I, I & I lay between my brother and my sister the sea I, I & I hold nothing as real as what you believe So don’t you ever cry for what’s hard in this life You know the world over it’s people struggling And when you stand alone your fight is our fight For nothing is given but what we achieve Я и я лежали между моим братом и моей сестрой морем Я, я и я не держу ничего столь же реального, как-то, во что ты веришь Так что никогда не плачь о том, что тяжело в этой жизни Вы знаете, что это люди, которые борются И когда вы стоите в одиночестве, ваш бой — наша борьба. Ничего не дано, но чего мы добиваемся And so far away, so So far away there is somewhere Where sacred oro ain’t a sign of being free So far away, so So far away there is somewhere Where my baby’s boy is going to live in peace И так далеко, так Далеко где-то есть Там, где священное оро не является признаком свободы Так далеко, так Далеко где-то есть Где мой мальчик будет жить в мире No, it’s the longing pressure The great longing pressure when you say Baby come home No, it’s the longing pressure The great longing pressure when you say You are my lover, no you’re not my friend We start when this ends, now this ends Now this ends, now this ends Нет, это тоска Большое давление тоски, когда вы говорите Ребенок пришел домой Нет, это тоска Большое давление тоски, когда вы говорите Ты мой любовник, ты не мой друг Мы начинаем, когда это заканчивается, теперь это заканчивается Теперь это заканчивается, теперь это заканчивается Oh, oh, we start today And I’ve got faith in us So hold my faith as trust And let’s start today Oh, I’ve got faith in us So hold my faith as trust And let’s start today Oh, I’ve got faith in us So hold my faith as trust And let’s start today Oh, I’ve got faith in us So hold my faith as trust And let’s start today О, о, мы начинаем сегодня И у меня есть вера в нас Так что держите мою веру как доверие И давайте начнем сегодня О, я верю в нас Так что держите мою веру как доверие И давайте начнем сегодня О, я верю в нас Так что держите мою веру как доверие И давайте начнем сегодня О, я верю в нас Так что держите мою веру как доверие И давайте начнем сегодня  — Эдди? — Убирайся, – твердо сказал Каспбрак в подушку, даже не поворачиваясь. — Пока ты меня не выслушаешь, я никуда не уйду, – наступила десятисекундная пауза. — То что я сказал вчера было адресовано не тебе, просто мне трудно рассказать это. Иногда моя мама… она… Она делает очень плохие вещи со мной, Эдди, – шатен сел, внимательно слушая. — Я думаю, ты понимаешь какие. — Почему ты мне не рассказал раньше. — Не хотел выглядеть жалким. Но я бы никогда тебя не бросил, потому что люблю, – из глаз обоих покатились слёзы. — Мне грустно. — Мне тоже, – парень похлопал по постели. — Иди сюда, – они точно не помнят, когда их обнимашки перешли в поцелуи, но это было нужным. Входная дверь начала открываться, поэтому Тозиеру пришлось быстро отстраниться. Неожиданно в комнату вошёл Майк. — Ох, Майк, ты хотя бы постучался, – шатен прикрывал себя, чтобы скрыть расстегнутые джинсы. — Я быстро. Ты не мог бы одолжить мне свою кофту? Я верну потом. — Э, да, посмотри в шкафу, – с лица не сходила улыбка. Майк открывает шкаф, рассматривая содержимое. — Штаны, футболка, привет Ричи, майка, о, кажется нашёл! Спасибо, – а затем чернокожий незамедлительно вышел из комнаты, погружая её в полнейшую тишину. — Что это было? – спросил ошалевший Рич, получая в ответ «не знаю». Улыбки превратились в дикий ржач. — Ты такой придурок иногда, – выразился Эдс. *** — Давай сотку, я же говорил, что это Ричи. Раздались звуки раздражённого бубнежа Уриса.