Северный всадник

      Джон остановился около ствола высохшего дуба в богороще.Вытащив кинжал из ножен, он еще раз посмотрел на свой трофей.Рядом стоял Призрак, своим белым мехом напоминавший привидение.Алые глаза волчонка блестели.В полумраке богорощи Волчьего Логова лютоволк чувствовал себя как дома.        — Бело-алый, как чардерево, — подумал о Призраке Джон, вкладывая кинжал в ножны.-Дар Старых Богов.        — Это очень древнее место, дружище, — сказал бастард своему питомцу.-Место, посвященное Старым Богам.       «Пожалуй, оно даже старше Волчьего Логова, лик на сердце-древе вырезали ещё Дети Леса.Так что оно может помнить дни, когда Первые Люди ещё не пересекали Сломанную Руку Дорна.»       А ведь Волчье Логово было древнее, чем Белая Гавань. Две тысячи лет назад его воздвиг король Джон Старк, чтобы защищать устье Белого Ножа.       От пиратов Ступеней и Трех Сестер и от королей Гор и Долины.Жадные руки захватчиков тянулись к южным землям королей Севера и им требовалась надежная защита.       Многие младшие сыновья, дяди и кузены королей Севера жили здесь. Некоторые оставляли замок в наследство своим сыновьям и внукам — так возникали новые ветви дома Старков, охранявших крепость в устье реки.       Последние из них, Грейстарки, владели Волчьим Логовом пять веков, пока не решили примкнуть к Дредфорту, поднявшему мятеж против Старков из Винтерфелла.Мятеж провалился и если Болтоны отсиделись в своём Дредфорте, то стены Волчьего Логова не уберегли Грейстарков от гнева Хозяев Зимы.       После их падения замок переходил из рук в руки. Флинты удерживали его на протяжении века, Локки — два столетия. Слейты, Лонги, Холты и Ашвуды продержались и того меньше.       За тысячу лет до того, как Торрхен Старк преклонил колени перед Эйгоном Завоевателем, Волчье Логово получили во владение Мандерли из Данстонберри, бежавшие с юга, от гнева Королей Простора Гарднеров.В обмен они поклялись в верности Винтерфеллу и ни разу не изменили этой клятве.       Белая Гавань построена за счёт богатств, привезённых из Простора.Это самое крупное поселение севернее Рва Кейлин и пятый по величине порт Вестероса.За счет рыболовства и торговли Мандерли стали самым богатым домом Севера.       Волчье Логово стало тесно и мало для них и Мандерли выстроили новую резиденцию, величественный Новый замок по образу и подобию Данстонсбери.Джон никогда не бывал дальше Рва Кейлин, но слышал от бывавших на юге рыцарей лорда Вимана, что Новый Замок очень похож на твердыни Простора.       Старое Волчье Логово превратилось в тюрьму, охраняемую небольшим отрядом стражников.Боги лордов Мандерли-Семеро, им они молятся в своей Снежной Септе.Рядом с ней крошечная септа Винтерфелла как горный пони рядом с рыцарским конем.Однако Семеро не его боги.       Его боги-Старые Боги Первых Людей, которым он молится в древней богороще Волчьего Логова.Это боги Севера, боги Старков из Винтерфелла, его предков.Боги его лорда-отца и всех древних Королей Зимы и Хранителей Севера.       Им они молились задолго до того, как первый андальский захватчик высадился в Долине.Им они молились, когда сражались с андалами, одичалыми и железнорожденными.Север сумел устоять против всех врагов и не преклонил колени перед верой андалов, Семерыми.       «Белая Гавань-оплот Семерых на Севере, но и в их землях верных Старым Богам едва ли не больше, чем посещающих септы.В городе, правда, верящих в Семерых больше.Пусть богороща Волчьего Логова и заброшена, но сердце-древо живо и перед ним по-прежнему возносят молитвы.»       Сердце-древо в богороще выросло огромным и спутанным, задушив все дубы, вязы и березы.Толстые, бледные ветви тянулись вверх, пробиваясь сквозь стены и окна старой крепости.       Корни толщиной с человека, а ствол настолько широки, что высеченный на нем красноглазый лик казался сердитым.Джон вспомнил, что при короле Брандоне Ледяные Очи, отбившем замок у работорговцев со Ступеней, освобожденные рабы развесили внутренности своих мучителей на ветвях сердце-древа.       Сначала Джон думал, что это сказки, но мейстер Теомор, с крайне довольным видом заметил, что ещё пятьсот лет назад в Белой Гавани приносились кровавые жертвы Старым Богам.Сноу подумал, что мейстер Лювин, учивший его и Робба незадолго до отправки Джона в Белую Гавань, об этом не говорил.       -Север суров и не знает жалости к врагам, Джон, -говорил мейстер, листая страницы увесистой книги «Обрученные с морем: обзор истории Белой Гавани с первых её дней».-Если тебе любопытно, можешь почитать эту книгу.Мейстер Йоррик писал достаточно просто и доходчиво.       -Пятьсот лет, -пробормотал тогда Джон.-Но ведь тогда Белой Гаванью уже правили Мандерли…       Мейстер Теомор хитро прищурился и ничего не сказал.Джон все же рискнул почитать эту книгу, после чего понял, что многие сказки Старой Нэн, которые он слышал в Винтерфелле, были вовсе и не сказками.Он и раньше подозревал это, но теперь узнал многие подробности войн Севера с Долиной и пиратами Ступеней.       Старые Короли Зимы были людьми суровыми и бесстрашными, верными друзьями и безжалостными врагами.Волчье Логово помнило примеры и того и другого.Несмотря ни на что, Джону понравилась книга.Будь Старки более мягкосердечными и нерешительными, Север пал бы под натиском андалов.       Джон вздохнул, подошёл к чардереву и преклонил колени.Завтра сир Венделл отплывает на юг, а с ним отправляется и сам Джон.Ему позволили взять с собой уже подросшего Призрака и дали время помолиться в богороще.На юге осталось мало богорощ, а домов, которые верят в Старых Богов и того меньше.       Сквайр молча молился перед гневным ликом сердце-древа.Его научил молиться отец, лорд Эддард Старк и все годы жизни в Белой Гавани он молился не в септе, а в старой, полузаброшенной богороще.       Лорд Виман не давил на него и робкие попытки септона Снежной Септы обратить к Семерым маленького бастарда не увенчались успехом.Джон считал, что отказавшись от богов своего отца, он предаст его.Семеро не нравились ему ещё в Винтерфелл, очень уж они были связаны у него в памяти с леди Старк.       Он молился о своём отце и сестрах, чтобы легка была их дорога в столицу, молился о своих братьях-Роббе, оставшемся править Винтерфеллом, Бране, который ещё не оправился после падения и малыше Риконе, который больше обрадовался волчонку, чем встрече со сводным братом.       «Неудивительно.Он родился, когда я уже был воспитанником в Белой Гавани.»       Джон молился и о том, чтобы на турнире сиру Венделлу и ему, Джону, улыбнулась удача, а ещё, чтобы их корабль по дороге на юг не угодил в шторм.Он молился…       Джон закончил молитву и ненадолго прикрыл глаза.Он любил тишину пустой богорощи, порой ему казалось, что если он откроет глаза, то увидит рядом воинов короля Джона Старка, как и он, в безмолвной молитве склонившихся у чардрева и самого его венценосного тезку в короне из бронзы и железа…       Тихие осторожные шаги, шорох и треск сухой ветки заставили его насторожиться, но он успокоился, узнав того, кто пытался незаметно подойти.Легко вскочив на ноги, он обернулся, поклонился и сказал:"Приветствую вас, леди Вилла.Я не ожидал вас увидеть здесь…»       Вилла Мандерли, явно разочарованная тем, что его не удалось застать врасплох, как он и думал, стояла около березы.На ней был длинный плащ с капюшоном поверх бледно-зеленого охотничьего костюма.Она была обута в сапоги для верховой езды.       -Слишком любит верховую езду для леди, -вспомнил Джон слова сира Венделла.-Почти как Барбри Дастин в юности или Лианна Старк.Хорошо, хоть не требует обучать ее сражаться на мечах и копьях.       Младшая дочь сира Вилиса спросила сквайра:"Джон, как ты каждый раз узнаешь, где я стою за твоей спиной? Я старалась идти тихо…»       Джон улыбнулся и заметил:"Миледи, ваш дядя очень любит охоту и мне волей-неволей, пришлось стать охотником.Богороща очень тихое место, сир Бартимус и его стражники заходят сюда только помолиться, но сейчас они все в замке…»       Вилла насмешливо заметила:"Неужели ты не смог бы отличить мои шаги от шагов старого Гарта или сира Бартимуса? Если это так, то из тебя вышел неважный охотник.»       Джон покаянно развел руками, а Призрак подошёл к Вилле, заглядывая ей в глаза и повиливая хвостом, как будто выпрашивая хозяину у неё прощение.Вилла погладила волчонка и спросила:"Какой он у тебя тихий.Я ни разу не слышала, чтобы он выл, рычал или лаял.А остальные волчата?»       Бастард покачал головой:"Только мой.Остальные ведут себя так, как и положено волчатам и шума от них предостаточно.Самый шумный и дикий это Лохматый Песик, волк Рикона.Нимерия, волчица Арьи, волк Брана и и Серый Ветер Робба куда спокойнее, а Леди пытается быть похожей на свою хозяйку…»       -Кем нужно быть, чтобы назвать волчицу «Леди»? -презрительно спросила Вилла, после чего не дожидаясь ответа, ехидно заметила:"Вероятно, теперь Леди, чопорная и примерная, прилежно учится вышивать.А бегать по лесам и охотиться считает неприличным занятием для благородной дамы…»       Джон с трудом сдержал улыбку.Вилла удачно скопировала интонацию леди Леоны.Вилла не очень любила, когда мать пыталась заставить её быть истинной южной леди.Вилла сердилась, когда леди-мать ставила в пример ее старшую и куда более послушную сестру Винафрид.        — Джон, в Винтерфелле тебя едва не убил этот безумный конокрад, — тихо сказала Вилла. — Почему ты вообще отправился в конюшни один?       -А чего мне было бояться? Я же не ожидал, что какой-то оборванец с кинжалом вздумает вместо того, чтобы выждать, пока я уйду, чихать на всю конюшню, а потом нестись на меня с кинжалом? -резонно заметил Джон.-Но мне сильно повезло, что он споткнулся.Я и так с ним справился с большим трудом…       «Когда меня нашли привлеченные шумом гвардейцы лорда-отца, он едва меня не прикончил.И возможно, смог бы, не выбей я в самом начале боя у него кинжал.Кинжал был куда лучше моего.»       -Ты убил его? -взволнованно спросила Вилла.-Но ты не виноват, если бы ты не стал сопротивляться, он бы зарезал бы тебя и успел бы лошадей…       -Нет, он оказался живучим, -ответил Джон.Он посмотрел Вилле прямо в глаза и в её бледно-голубых глазах он увидел нечто, что не было желанием узнать подробности схватки в конюшне…       «Забудь.Ты бастард, даже не рыцарь, а она внучка лорда, принявшего тебя на воспитание и племянница рыцаря, у которого ты служишь сквайром.Не предавайся ненужным иллюзиям.»        — Его отправили на Стену.Правая рука у него ранена, по голове крепко приложили, но Ночной Дозор берет рекрутов и похуже…        — Надеюсь, он тебя не успел ранить? — спросила Вилла Джона.Ей явно было неинтересно, каких рекрутов берет Ночной Дозор.       -Нет, -улыбнулся Джон.-У меня с собой был кнут и я успел выбить кинжал у него из руки раньше, чем он добрался до меня.Хотя он едва не задушил меня голыми руками.Худой, бледный, но сильный.       Вилла помолчала и осторожно спросила:"А правда, что у этого конокрада был валирийский кинжал?»        — Слишком хорошее оружие для такого оборванца, как он, — откликнулся Джон.-Валирийская сталь и рукоять из драконьей кости.В его вещах нашли почти сотню оленей, но кинжал стоил дороже, чем все, что было у него.Вероятно, он у кого-то его украл.Он настаивал, что кинжал достался ему по наследству…       Вилла засмеялась, явно не веря словам конокрада.Джон тоже не верил, что оборванец был законным хозяином кинжала.Оружие из валирийской стали стоило очень дорого.       Если конокрад не был сыном богача из Вольных Городов или знатного лорда, то шансов получить кинжал из валирийской стали по наследству меньше, чем у Джона стать лордом Винтерфелла.        — Вероятно, это был переодетый сын южного лорда или магистра откуда-нибудь из Пентоса, — пошутил Джон. — Я слышал от мейстера Теомора, что в Пентосе выборный принц обязан в случае бед в городе быть предан смерти.Вероятно, конокрад испугался этой судьбы и бежал на Север, красть коней.       Вилла сквозь смех спросила:"Джон, ты серьёзно в это веришь?»        — В Пентосе у принца власти нет, он выполняет только церемониальные функции, правят там магистры, вот только ответственность несут не они, а принц.Один такой был избран сразу после того, как обезглавили его предшественника.Принц немного подумал, бежал в Спорные Земли и стал наёмником…       Глядя на недоверчивое выражение лица Виллы Джон добавил:"Вот только почему пентошиец говорит как западник? Если это беглый аристократ из Пентоса, выговор у него будет не такой, как у горожанина из Ланниспорта.А он говорит как западник, вдобавок как простолюдин.»       -Вот этот самый кинжал, -добавил Джон, указывая на висящее на поясе оружие.Он достал клинок и показал Вилле, предупредив:"Будьте осторожны.Валирийская сталь очень острая.Малейшая неосторожность и шрамы останутся на всю жизнь.»        — Неужели его сделали валирийцы? — спросила Вилла у Джона, рассматривая темно-серое, почти чёрное с волнистыми узорами лезвие кинжала.-Ему же тогда не меньше четырехсот лет.        — Может и не валирийцы, — ответил Джон, вспомнив, что ему говорили мейстер Лювин, Миккен и сир Венделл, когда осматривали его трофей. — В Квохоре знают секрет работы с валирийской сталью, могут переплавить старое изделие и перековать в новое.Даже в столице есть мастер, которому это под силу.        — Все равно, это редкое и ценное оружие, — заметила Вилла, возвращая кинжал Джону. — Возможно, Семеро так вознаградили тебя за риск быть убитым и победу в поединке с этим разбойником.        — Возможно, миледи, -ответил Джон, вкладывая кинжал в ножны. — Но вообще-то мне его отдал мой брат, Робб.Ваш дядя отправляется на турнир в Королевскую Гавань.Он и мейстер Лювин предположили, что конокрад мог украсть кинжал у кого-то из королевской свиты.Возможно, удастся найти владельца…        — Ты говоришь так, как будто этого боишься, — заметила Вилла, поглаживая Призрака по покрытой белым мехом голове.        — Жалко расставаться с таким хорошим оружием.        — Расслабься, Джон, -сказал ему сир Венделл. — Сомневаюсь, что получится найти владельца кинжала.Едва ли этом возможно.Считай, это уже твой кинжал, твой первый боевой трофей.       Джон был уверен, что владелец может найтись сам.Абсолютно случайно.        — Я надеюсь, что мой дядя вернётся с победой, — сказала Вилла. — И ещё…удачи тебе, Джон Сноу. Уверена, ты вернешься с юга уже рыцарем.Держи, -она решительно протянула ему бледно-зеленую ленту.        — Миледи…я буду счастлив нести ваши цвета на турнире, — пробормотал покрасневший Джон. — Но разве…        — Неважно, Джон, — прошептала Вилла.Она была совсем близко.Неожиданно она обняла его и крепко поцеловала.- Я всегда буду о тебе помнить.       Джон застыл как истукан, не в силах сказать ни слова, а когда дар речи к нему вернулся, шаги Виллы уже стихли.Джон вздохнул, в растерянности прижал к груди ленту и оглянулся на Призрака.Тот к чему-то прислушивался.       «В следующий раз, когда мы увидимся…если мы увидимся…наверняка Вилла будет уже помолвлена. Мандерли сильный и богатый дом, она станет женой какого-нибудь лорда.А я…мне повезёт, если я стану рыцарем.Она быстро обо мне забудет.Я всего лишь бастард, а она леди.»        — Я человек железного меча, — пробормотал Джон присловье вольных мечей.Спрятав ленту, он твёрдо зашагал к выходу из богорощи, Призрак бесшумной тенью скользил рядом.       Выйдя из Волчьего Логова Джон ненадолго зажмурился, привыкая к яркому свету.Ему теперь надо было вернуться в Новый Замок, причём нужно было поспешить.       «У меня осталось немного времени.Боюсь, этот разговор отнял немало того времени, которое мне дал сир Венделл.»       Джон посмотрел на солнце и с удивлением понял, что у него ещё есть время в запасе.Он может дойти до Нового Замка спокойно, не несясь во весь дух, расталкивая горожан.Белая Гавань была большим и многолюдным городом и на ее улицах Джону приходилось следить, чтобы не столкнуться с кем-нибудь.       Везде в городе пахло морем, рыбой и солью.Белая Гавань пахнет как русалка, вспомнил Джон слова какого-то моряка, чей разговор с приятелем, по виду лиссинейцем, он случайно услышал в первый же свой день в городе лорда Мандерли.       Джон и Призрак шли по широкой ступенчатой Замковой улице, которая вела от Волчьего Логова на холм, к Новому Замку.Вдоль неё высились мраморные русалки с чашами, в которых горел китовый жир.С вершины холма можно было увидеть обе гавани.       Ворота замка охраняли воины домашней гвардии Мандерли, в длинных шерстяных плащах цвета морской волны поверх кольчуг и с посеребренными копьями-трезубцами.Джона узнали и пропустили, он и Призрак прошли внутрь твердыни.       На юг им предстояло отправиться морем.Сир Венделл собирался заглянуть по дороге в Рунстоун, а дальше они должны были добраться до Чаячьего Города.       Неизвестно, какая погода будет в Крабьем Заливе, но тут или придётся высадиться около Солеварен или Девичьего Пруда и двигаться верхом или идти вокруг Расколотой Клешни и островов Черноводного Залива и прибыть в Королевскую Гавань морем.