Be my Lover

[Примечание: Опубликовала предыдущую главу и буквально на следующий день в ленте в вк увидела запись радиоэфира. Напрягают такие совпадения, но фантазия уже унеслась — не догонишь (какие-то странные в Азии фанаты, на мое воображение действуют возбуждающе). Признавайтесь, кто из читателей на днях копался в архивах?.. Ким ХёнЧжун — ЁнХа Звездная ночь (часть 4) (указан 2012 год): ЁнХа: Слушатели нам присылают сообщения. Зачитайте вслух, которые вам больше нравятся. ХЧ: Слушательница №…. в эфир прислала сообщение: Мой жених подарил мне 1 миллион вон на карманные расходы. ХЧ (сдержанно смеется): Жених хорошо зарабатывает. Я завидую. Пожалуйста, потратьте 500 вон на меня, скачайте Break Down. А через какое-то время радиоведущая связалась с работницей фармкомпании, которая написала, что может сказать «Я тебя люблю, Ким Хён Джун» на семи языках, а напоследок пообещала выслать луковый сок от бессонницы. И у автора фика сразу в голове возникла картинка, как эти две клуши Хё Ри с Ин А напивались дома во время того радиоэфира и немного хулиганили. Не хотела сперва использовать в фанфе из-за конкретного указания 2012 года. События данного фанфа происходят якобы в 2014 — прямо перед публичным скандалом. Но потом подумала, какого черта, это же мой фанф, а не реконструкция событий… Уже опубликованный и воспринятый текст переделывать не стану, поэтому будем выкручиваться теперь с тем, что есть.] — Ну, что, вставил? — неожиданно разорвал тишину мягкий и насмешливый голос Кю Джона. — А? — рассеянно переспросила Хё Ри. — А-а. Нет. Никто и никому. И никого. Какое-то исключительно издевательское пэвэпэ. Лучше бы парни придерживались традиционного сценария. — Все настолько плохо? — хихикнул Кю Джон. — Еще хуже. Так подло и жестоко обмануть ожидания, как автор данного чтива, может только абсолютно безнравственный человек. Я уже настроилась, а тут… Два конца, два кольца — и на весь текст ни одного «вставил» или… ладно, опустим подробности, которых там все равно нет. Что за нравы… Чем только народ нынче не забавляется. Даже на мой вкус это что-то очень странное, — притворно посокрушалась Хё Ри (притворно или непритворно, но для Ин А последнюю мысль лучше, пожалуй, не озвучивать). — Кстати, я кажется так и не поинтересовалась до сих пор — с кем Ин А встречается, я могу его знать? — А я что, не говорил?.. С Ким Хён Джуном. — Это с Лидером вашим? — уточнила ХёРи. — Угу, — подтвердил Кю Джон, в этот самый момент залипший на ее полочку с дисками. — А ты случайно не знаешь, у него больше никого нет? — пошла Хё Ри ва-банк. Уж на что, на что, а на скандалы нюх у нее был отменный. — В каком смысле? — не сообразил Кю Джон, засмотревшийся на старинное европейское платье с о-очень смелым декольте на обложке диска. — Он одновременно еще с кем-нибудь не встречается? С парнем, например? — кому, как не Хё Ри, не пристало исключать и такую вероятность. Кю Джон поперхнулся слюной и вернул диск на место. — С чего вдруг такая мысль? — Да у меня тут Ин А только что погром устроила из-за этого голубого фанфа, которым они вчера досуг разбавляли. — А! Не бери в голову. Все знают, что у нее на почве ревности крыша съезжает. А в нерабочее время хёна это, кажется, забавляет. Но все равно хорошо, что он тебя сейчас не слышит. Такие шутки хён спускает на тормозах только при включенных камерах. Ну, и Ин А, конечно. И то только потому, что потом, видимо, в приватной обстановке обстоятельно и энергично объясняет кто есть кто. Игры у них совершенно дурацкие. — Это я уже заметила. Как и то, что у Ин А еще и с чувством юмора совсем беда… Ну, как? Готов познакомиться поближе? — М-м? — После Ин А захотелось вспомнить простые, проверенные временем игры. Например, в дженгу на действие или вопрос. А можно совсем не заморачиваться и без затей сыграть на раздевание. — Действие или вопрос, — уверенно выбрал Кю Джон. — Тебя это не спасет, — озорно улыбнулась Хё Ри. А если серьезно, Ин А удалось испортить ей настроение, поэтому сейчас хотя бы с полчаса посидеть, бездумно переставляя брусочки и перебрасываясь ничего не значащими фразами, было бы самое то. — Хё Ри. — Да? — Если я тебя попрошу кое о чем?.. — Неприличном? — Наверное… — Тогда можно. — Нас с Хенг Джуном на церемонию награждения пригласили… Через две недели примерно. — В качестве парочки?.. — В качестве мебели. Не хочешь со мной сходить? — Нет. Что мне там делать? — Повеселимся. — Сомневаюсь. Съемки наверняка не меньше четырех часов. — Вот именно. Спасай. А ты сможешь на наших звезд вблизи посмотреть. — На кой они мне сдались? Одногруппник твой пускай тебя спасает. В конце концов, это ваша работа. Будь мужчиной. — А если не придет? Я ж там помру от скуки, — жалобно похлопал айдол ресницами. — Выиграй… — У меня большой опыт, — предупредил Кю Джон. — Бездельник, — сделала вывод Хё Ри. — Ты чего на часы постоянно косишься? Кю Джон смутился. — Да сегодня у Хён Джуна эфир на радио и трансляция в сети. Прямо сейчас идет. Аудиторию разогревает в рамках тура. Хотел посмотреть, как он теперь работает. Насколько изменился. — У нас все разговоры будут выходить на твоего бывшего Лидера? — недовольно поморщилась Хё Ри. — Если бы не он, меня бы тут вообще не было. После твоего обещания откусить ему за меня голову хён сказал «надо брать» и собирался покалечить, если я тут же не приглашу тебя выпить. — Тогда придется смотреть. Черт с тобой. Но сначала придется доиграть. Просто так ты от меня не отделаешься. Кю Джон провернул старый испытанный нечестный прием в дженгу, начав ставить бруски вертикально, выиграл досрочно и метнулся к компьютеру. — Там еще прямая связь со слушателями будет. Отправлю-ка я пламенный привет. Проверю, везет ли мне до сих пор на такие вещи. Можно? — Детский сад, — вздохнула Хё Ри. Кю Джон немного отвлекся на установку связи, а Хё Ри краем уха услышала о сообщении, присланном одной из слушательниц, и чуть не рассмеялась в голос. Кроме Ин А больше некому. Только куда она пятихатку зажала?.. Ага, Ким Хён Джун тоже не преминул заметить. Часть следующих посланий тоже какие-то придурковатые. Как будто он всех своих друзей к эфиру подключил из опасения недобрать настоящих слушателей. — Получилось! — восторженно прошептал Кю Джон, прикрывая микрофон. — Давай ты, а то меня он спалит! — Сдурел совсем, — засопротивлялась Хё Ри. Кю Джон молитвенно сложил руки и сделал глазки кота из «Шрека». Из динамиков уже послышался голос ведущей, и Хё Ри сдалась под гнетом обстоятельств. Но, увидев заявление Кю Джона, сделала огромные глаза. Что она может сказать? На скольки языках?.. Кю Джон быстро накидал ей транскрипцию — Хё Ри ничего не оставалось, как постараться сымитировать произношение. — Wow! — одними губами восхитился Кю Джон. Следующие слова согнули Кю Джона пополам, а на просьбе выучить признание в любви на языке Ганы любитель радиорозыгрышей повалился на пол: — Кажется, он нас все-таки спалил. Не совсем уверен, давно было, но, по-моему, про Гану у нас внутри группы ходил прикол, и причем очень неприличный. — Нет, ты смотри на него, он мне еще угрожать будет! Голос он запомнил! — Хё Ри тоже развеселилась. — А он не слишком злоупотребляет остротами и солеными шутками?.. Разговор уже давно пора бы заканчивать, потому как из нее успели выудить и ее профессию, и какие-то советы по здоровью, а ведущая все не отключалась. Хё Ри, хоть и сомневалась, что ее поймут, но все равно ввернула угрозу порубить Кю Джона на кусочки и выслать Лидеру по почте, чтоб он сам воспользовался своими непристойными намеками по борьбе с бессонницей. После нее, разумеется. Если после нее Кю Джон еще хоть на что-то будет годен. — Кю Джон… — А? — от внезапно появившихся грудных соблазняющих интонаций в обращении Хё Ри голос Кю Джона предательски сорвался на фальцет. — А теперь скажи-ка мне, мой мальчик, что я там пообещала Лидеру? Что я с тобой должна сделать на языке Ганы?..