you believe in fairy tales?

      — Мерзко, не считаешь? — спрашивает Тэхен, когда они видятся с Чимином в следующий раз. Он стоит у колонны в центре города, привалившись к ней. К озеру он приходить не думает.       — Что именно? — Чимин подходит ближе, но Тэхен чуть отходит, отталкивая второго рукой.       — Ну, хотя бы то, что ты — искусный притворщик. Да, молодец Пак Чимин, обдурил никому не нужного Тэхена, а теперь расхлебывать всё будет сам, да? Только не пытайся сам себя обмануть и сказать, что ты не почувствовал, что я знаю правду.       — Значит рассказал, да? А все ли он тебе рассказал? — вспыхивает Пак и не глядя на противящегося парня, он приближается настолько близко, что они дышат друг другу в губы. — Рассказал ли, почему мы втроем так гнием? Гнием же, согласись, отвратительным способом. Мы даже выход найти не можем, потому что все уже пробовали и все попытки венчались провалом, после которого все начиналось заново, — он наклоняет голову и смотрит как зрачки глаз Тэхена сужаются. — Сокджин не глуп, признаю. Но он не умнее меня, раз когда-то повелся на придворного пажа и рассказал ему мою тайну. Все ведь могло быть лучше, если бы то трепло не распустило слухи по всему замку.

flashback.

      Намджун искусный любовник, и Сокджин это признает. Он готов отдаваться ему на столе, закидывая ноги на бедра, под столом тоже, выстанывая имя Кима настолько громко, насколько позволяет его мелодичный голосок. Он любил в Намджуне все: начиная с выгоревших волос и заканчивая подлатанной обувью. Но он не был уверен в самом Киме, который порой забывал о том, что Сокджин где-то в замке, он ждет его и готов любить долго и сильно, насколько сможет. Принцу было запрещено подобное поведение, но Сокджин скорее признает себя обычным человеком, коим он и является, чем откажется от чувств к неуклюжей башне, любящей оставлять на его теле красные отметины. Ким старший говорил не раз, что это опасно, что о них рано или поздно узнают, но Джуну было все равно, он хотел метить свое.        В один из таких дней, Намджун не появлялся слишком долго, и Джин уж было начал волноваться, как открылась дверь и влетел Намджун, залитый краской и с чертями пламени во взгляде. Он зверь, который слишком долго ждал еды, но сейчас он готов забрать свой приз за ожидание себе, хотя чертовы королевские наклонности Сокджина порой мешали ему полностью наслаждаться этим занятием. Если бы мужчины умели вынашивать детей, то Намджун бы старался очень долго и по многу раз, лишь бы увидеть ребенка, который унаследует от своих родителей по кусочку и слепится маленьким, но прекрасным комочком. Но, увы и ах, реальность куда суровее, чем юношеские мечты.        Намджун впечатывает Джина в стену около трельяжа так, что вся его косметика с крахом падает на пол. Ким шепчет о том, что купит ему новую, и засасывает кожу у ключиц. Джин притягивает его ближе и поднимает голову, следя за тем, как хищный взгляд любовника оглядывает его тело, на котором был только халат, лежащий около двери. Джун берет его на руки, словно фарфоровую статуэтку и несет на кровать.       — Знал бы ты, как я тебя люблю, — шепчет Джун, обводя в перерывах ореолы сосков языком.        Времени до приезда королевской семьи слишком мало, поэтому они торопятся с ласками, но ни одна частица тела Джина не остается без внимания губ его любовника. Джин приподнимает таз и позволяет себе засосать две фаланги пальцев Джуна для растяжки. Тот находит колечко мышц, внимательно изучая лицо любимого, пока пальцы проникают в него. Слишком узкий, но невероятно приятно то чувство, когда стеночки сжимают пальцы, что уж говорить о члене, которого принимают теплотой. Намджун наваливается сверху, опираясь на руки и целует Джина, набирая темп, постепенно меняя углы проникновения. Тело под ним извивается и выстанывает его имя в ладонь, чтобы никто не услышал.       — Стони только для меня, — хрипит младший и выходит, чтобы с силой войти в последний раз.        Джина накрывает экстаз, а стекающая по животу сперма размазывается, когда его прижимают к себе и ведут в комнату для принятия ванн. Сил у Кима уже нет, поэтому Намджун берет ушаток горячей воды, выливая её в таз с холодной, после чего обтирает любимого тряпкой.       — Мне так жаль, что это не может продолжаться долго, — говорит он, когда Джун кладет его на кровать. Слезы начинают течь от собственной беспомощности.       — Почему? — Ким младший садится на край кровати, напротив Сокджина.       — Скоро от нас отрекутся и, скорее всего, разошлют по всему миру, — он качает головой и приподнимается на локтях. — Чимин, мой глупый братец, влюбился в Тэхена, кто не глупее него.       — Разве такое может быть? Не братская ли это любовь?       — Джун-а, с таким же успехом я могу сказать, что наша любовь тоже братская.

flashback ended.

      — Получается, что тот самый Намджун растрепал о твоей любви всем? — Тэхен получает кивок и горбится от неприятных покалываний в груди. — Это так мерзко. Растрепать всем о чем-то личном, когда это все тебе рассказал твой любимый человек.       — В каком-то смысле, он поступил правильно. Рано или поздно, они бы узнали, что со мной творится что-то неладное, — он оборачивается к Тэхену. — Знаешь, так отвратительно ощущать зарождение этих чувств снова и снова, зная, что я всегда буду тебе безразличен.       — Ты так уверенно это говоришь, будто совсем нет надежды на то, что я полюблю тебя. Или уже полюбил, но ты просто об этом не догадываешься. Не стоит быть настолько отчаянным, братец. Если не пытаться снова и снова, то результата добиться будет сложно.        Тэхен спускается с балкона, а Чимин хватает его за руку, пытаясь остановить, но терпит поражение, поскольку говорить с ним Тэхен сейчас не намерен.

***

      — И как поговорили? — налетает на него Джин, когда Тэхен снимает накидку и кидает ей на стул. У него лицо помятое, а глаза красные от слез. — Все совсем плохо?       — Почему ты не рассказал мне о Намджуне?       Джин словно пощечину получает и садится на кровать. Он молча смотрит на брата, а в голове лишь проносятся воспоминания тех дней, когда у него ещё была долька надежды на счастье. Но то оскорбление, которое он пережил — слишком больное воспоминание, поэтому он тщательно избегается всяких там Кимов, да и Намджунов тоже.       — А что я должен был тебе рассказать о нем? Поучительную историю? После чего добавить то, что это тебе пример и его повторять нельзя?       — Это часть моей жизни. Не важно, касается это лично тебе или нет, но именно из-за этих событий я здесь. Я здесь, я страдаю и не понимаю, почему судьба ткнула пальцем именно в меня, и почему из-за ваших с Чимином ошибок, я должен сейчас находиться черт знает где, но не просто как на отдыхе, а с кучей странных мыслей,— кричит он и садится на пол.— Почему вы все пытаетесь меня уберечь, словно у меня мозгов своих нет? Думаете, что я не могу войти в ситуацию из-за возраста и того, что я младше? Когда возраст начал определять умственную развитость человека, черт возьми?       Джину нечего сказать, потому что все, что сейчас говорит младший — сущая правда. Он встает и выходит на поляну около дома. Тэхен с ним сегодня говорить не будет, как и всю неделю в целом.

***

      — Найдите их мне, — король бьет по столу кулаком и расплескивает вино по полу. — Ценой своей жизни найдите и приведите сюда.

круг замыкается.