Дар моря

      Далеко не в первый раз голубоглазый паренёк пришёл на этот пляж в поисках уединения и спокойствия. Можно даже сказать, что посещение данного места стало для Пола Вурде своеобразной традицией с тех пор, как он научился ходить. Впервые Патрик увидел его тут ещё ребёнком, когда мальчик прогуливался по пляжу, держа свою мать за руку и совсем по-детски обсуждая с ней всё вокруг. Время от времени малыш поднимал различные мелкие камушки и ракушки, привлекшие его внимание, и это умиляло сирену.       Человек взрослел, причём довольно быстро, но традиция никуда не уходила. Даже наоборот, он начал посещать пляж при каждой появляющейся возможности. Может, причиной тому была близость дома паренька с этим местом. К тому же, тут практически всегда было безлюдно, что сильно радовало Пола, любившего одиночество. А может, нидерландец просто хотел таким образом как можно дольше избегать упреков отца, которые обязательно ожидали его по возвращении домой.       Но что бы из этого не являлось причиной столь частых визитов, Пол успел уже стать не только постоянным, но и довольно желанным гостем этого места. И парень даже не подозревал о том, что все эти годы за ним постоянно ведётся что-то наподобие слежки.       Стоит признать, такое развитие событий было для Патрика даже плюсом, причём большим. Стараясь вести себя как можно незаметнее, он выглядывал из воды и наблюдал за человеком: как тот прогуливается по пляжу или с невероятным усердием что-то выводит в блокноте, явно потрёпанном от времени и постоянного использования, буквально полностью погрузившись в процесс.       Прошло года три с момента, как Пол начал бродить по пляжу в полном одиночестве. За всё это время посетитель не проронил ни слова — не с самим же собой разговаривать на пустом пляже? Тогда Патрику почему-то очень захотелось услышать голос человека, каким он стал. Однако сирена не имел такой возможности, ибо слишком уж боялся подплывать к берегу. «Он же ведь не потерял голос?..» — время от времени беспокоилось зеленоглазое создание.       Пат никогда не видел, чтобы подростком Пол улыбался. Ни одного раза на лице нидерландского мальчика не появлялось ничего кроме вечно хмурого взгляда, и довольно густые брови паренька лишь подчёркивали это.       Подобное сильно напрягало сирену. Вид грустного и явно чем-то неудовлетворенного Пола заставлял испытывать некое недовольство собой. Всё же счастье этого человека он в какой-то степени считал даже своей обязанностью, пускай и повлиять на эмоции парня не мог. Пат не сразу заметил, как к определённому моменту просто за то, чтобы увидеть улыбку посетителя этого пляжа, был готов отдать абсолютно всё.       Вскоре добиться положительных эмоций у Пола стало самой настоящей целью сирены. Он испытывал сильное волнение каждый раз, когда раскидывал по берегу пляжа различные ракушки и камушки, найденные на дне моря. Пату очень хотелось увидеть реакцию на свои действия, он ведь всегда тратил довольно много времени, чтобы достать их и выбрать, как ему казалось, самые лучшие, что точно должны были впечатлить человека. Подобные мелочи действительно привлекали Пола. Однако, к сожалению морского создания, даже этим он не мог добиться такой заветной улыбки.       «Ты не можешь злиться на того, кто даже не знает о твоём существовании», — мысли об этом слегка успокаивали и помогали утихомирить нарастающую обиду. Но как бы сильно сирена ни старался, человек так и не показал ни одной счастливой эмоции и постоянно был со своим невероятно унылым выражением лица. Время от времени зеленоглазому существу казалось, что все его попытки бессмысленны. Он даже подумывал и о том, чтобы наконец-то бросить всю эту чепуху и забыть про Пола. Зачем привязываться к кому-то столь отличающемуся от тебя, да еще и живущему в совершенно другом мире?       Пат пытался. Он на самом деле пытался бросить слежки за человеком и прекратить приплывать к этому чёртовому берегу. Только вот продержался не особо долго, всего лишь пару недель.       Сирена ни разу в жизни не говорил с посетителем пляжа, но одного лишь наблюдения за человеком хватило для того, чтобы по-настоящему сильно привязаться к нему. Каждую такую прогулку этого паренька Патрик понимал, что их, по сути, разделяет лишь небольшой отрезок воды расстоянием в парочку метров, и от этого чувствовал некое волнение, которое утихомирить, как оказалось, было нереально.       «Ну, наверняка я смогу поговорить с ним когда-нибудь», — сирена буквально утешал себя этой мыслью. В глубине души существо понимало, что они всё ещё не знакомы только из-за его нерешительности и страха перед последствиями. Если он вылезет из воды, то, скорее всего, шокирует Пола одним лишь своим видом. Да и Вурде, испугавшись, может вовсе никогда больше не появиться на пляже, чего Патрик очень не хотел допускать. Так о каком разговоре тогда может идти речь?       Поэтому единственное, на что надеялся сирена — какое-то чудо, благодаря которому они смогут, наконец, познакомиться друг с другом.       Только вот что-то за всё это время чудес не произошло.

***

      Шторм, заставший его врасплох этим утром, был намного сильнее всех тех, что Патрик когда-либо видел. В такую погоду никто, будь то человек или сирена, не станет выходить на улицу или выплывать на поверхность воды. Однако, испытывая сильное волнение, длинноволосый паренёк пренебрёг всеми разумными доводами. Несомненно, поступил он чертовски глупо.       Сирена прекрасно понимал, что только идиот сейчас покинет дом. Пол не был идиотом. По крайней мере, не походил на него. Но навязчивая мысль о теоретически возможном безрассудстве человека не отпускала. В конце концов, в подводном мире всегда ходили слухи о том, насколько люди глупы. И пускай он никогда не верил в эти россказни, сама мысль о подобном значительно давила на нервы.       Однако только из-за своей глупости и безрассудства Патрик находится сейчас на берегу этого чёртового пляжа. Естественно, от такого поворота событий он чувствовал себя просто отвратительно, а в мыслях промелькнуло осознание того, как же сильно позабавится Пэй, когда узнает. «Если я вернусь», — это дополнение явно не было зеленоглазому пареньку по душе, но тот не мог себе врать.       Даже тот факт, что он стал человеком, Патрика не особо удивлял. Это было неким подобием защитной реакции на отсутствие воды, и он иногда задумывался, каково прочувствовать такое на себе. Но учитывая, что сейчас это произошло с ним не только впервые, без подготовки, так ещё и не по собственной воле, сирена уже не мог воспринимать своё новое состояние с тем энтузиазмом, какой представлял.       Ноги его не слушались, Патрик просто не понимал, как ему двигаться с ними. Несколько раз пытался встать, но всё это заканчивалось лишь тем, что, не имея возможности сохранить равновесие, он вновь падал на песок. Ползти же довольно большое расстояние к морю явно не было чудесной перспективой, только вот выбора у сирены особо и не было.       Вздохнув и тихо выругавшись, он попытался сдвинуть свое тело. Конечно, это вышло без особого труда, но парнишка понимал, что такими темпами процесс затянется на несколько часов. А если учесть и преобладавшие в цвете неба серые, явно пасмурные оттенки, которые делали атмосферу не только унылой, но и мрачной — скорее всего, ему придется ползти уже в своем настоящем облике, что было бы ещё сложнее. — Ты в порядке? Помощь нужна?       Патрик жутко перепугался, когда услышал чей-то голос за своей спиной. Он абсолютно не понимал, как можно подойти к кому-то, обладающему хорошим слухом, настолько тихо.       Стоило сирене обернуться, чтобы посмотреть, кому принадлежит этот голос, и он тут же впал в ещё в более сильный ступор, при этом смешанный со слабой радостью. Пат мечтал услышать голос Пола, но явно не в такое время. Что удивительно, та интонация, с которой человек поинтересовался о самочувствии зеленоглазого паренька, совершенно не подходила его всегда угрюмому виду, в какой-то степени даже внушавшему ужас. Как раз наоборот, этот голос казался слишком ласковым и даже нежным. — И… сейчас не время, но… почему ты без одежды?       Было видно, что на щеках обеспокоенного человека выступил лёгкий румянец смущения. Сам же парень поспешил стянуть с себя явно наспех надетую куртку и протянуть её сирене, быстро отводя взгляд. Из-за такого его поведения Патрик на самом деле чувствовал себя неловко, словно бы уже успел натворить что-то.       Их знакомство пошло явно не так, как ему хотелось бы.

***

      Обстановка в доме людей казалась Патрику чуждой и совсем непривычной. Его внимание привлекало множество вещей, что сирена увидел впервые в жизни. Предметы, находившиеся в комнате, были непонятными и в какой-то степени даже вульгарными, по его мнению. Об их предназначении тот мог лишь догадываться, хотя и понимал, что наверняка далёк от истины. — Сейчас я подберу тебе что-то, ладно? — голос Пола все ещё дрожал, скорее всего, от смущения или волнения.       Человек торопливо перебирал свой шкаф в поисках хоть чего-нибудь, что могло бы подойти по размерам Патрику. Поначалу казалось, что это будет довольно просто, но его ожидания явно не оправдывались. «Да и с чего старые шмотки будут лежать у меня в шкафу?» — задумался Вурде в процессе, ведь подобное стоило бы искать у младших братьев, но явно не у него в комнате. Пол уже давно привык отдавать им свою одежду, которая ещё нормально выглядела, но была уже маловата для него самого. — Возьми пока, что ли… — всё ещё не решаясь посмотреть на незапланированного гостя, он протянул тому первую попавшуюся рубашку, что не особо аккуратно висела на стуле.       Совесть и моральные принципы не позволили бы Полу оставить все как есть и допустить, чтобы паренёк, чье имя он так и не узнал, продолжил обнажённым сидеть на краю его вечно не заправленной кровати.       «Признай, ты просто боишься, что у тебя встанет», — внутренний голос нидерландца был намного честнее. Да, по сути, большая часть этой заботы состояла не только в том, чтобы не дать мальчишке замерзнуть, но и чтобы не придумывать потом, как объяснять свой стояк.       В свою очередь, зеленоглазый паренёк явно без особого желания натягивал на себя данную ему вещь. Рубашка не просто была великовата ему, нет. Она буквально висела на нём, как на вешалке. Но зато прикрывала всё, что нужно. — Может… застегнешь? — из-за только лишь взгляда сирены у Пола создавалось ощущение, что тот дал своему гостю совершенно непосильную и невыполнимую задачу. Наблюдать за тем, как длинноволосый парнишка с упрямством пытается застегнуть пуговицы, теоретически должно было быть забавно. По крайней мере, кому угодно, но не Полу, осознающему, как же сильно он влип.       «Ну и как мне объяснять его присутствие?» — напрасно Вурде не задумался об этом, когда, подчиняясь своей доброте, подхватил беспомощного незнакомца на руки и понёс к себе домой.       Нет, на самом деле, варианты и идеи оправданий у него начали появляться почти сразу. Да хотя бы соврать, что это новенький ученик в их школе. Только вот с объяснениями, почему тот расхаживает по их дому в одной рубашке, причём рубашке Пола, справиться он явно не сможет. — Не буду же я вечно прятать тебя в комнате? — человек вздохнул, присев на колени рядом с кроватью и поглядывая на слегка озадаченного и взволнованного паренька. — С тобой что-то плохое случилось?       В ответ он получил лишь отрицательный кивок и слегка обиженный взгляд. Если бы Пол не видел, что у сирены находится ниже пояса, то подумал бы, что это девчонка. Слишком уж женственными казались черты лица, да и сама фигура тоже.       «Как его вообще сюда занесло?» — этот вопрос крутился у Вурде в голове буквально с того момента, как он нашёл этого парнишку на пляже. Только вот Патрик никак не хотел отвечать нормально, время от времени лишь повторяя в ответ, что пришёл из моря.

***

— Держи, — Пол заботливо поставил перед юношей чашку с чаем, такую же розовую, как у него самого. — И… что это? — Патрик на самом деле выглядел довольно озадаченно и даже не решался прикоснуться к кружке, просто рассматривал предмет и напиток в нём. — Чай? А на что ещё похоже? — Пол слабо усмехнулся, отпив из своей кружки горячий напиток. На улице было довольно холодно, когда он вышел этим утром. Да и тёплые деньки тут, стоит признать, редкость. И ни своей, ни тем более болезни гостя парень не желал, поэтому любые способы согреться были, как ему казалось, неплохой идеей.       А Патрик наблюдал. Внимательно и с большим интересом, подмечая жесты человека. Людской мир с каждым часом пребывания тут ощущался всё более далеким от привычного ему подводного, совершенно другим.       Да и то, что предложил ему Пол, было в новинку для зеленоглазого создания. Особенно если учесть, что, прожив всю свою жизнь в океане, он никогда не пробовал ничего, кроме сырой рыбы, и это вполне устраивало его.       Уж лучше, чем питаться человечиной, до чего дошёл его брат и многие другие знакомые им сирены.       Стараясь как можно незаметнее поглядывать на Пола, юноша попытался повторить его действия, не привлекая при этом особого внимания. Всё же свою сущность он хотел оставлять в секрете так долго, как только выйдет. По крайней мере, до тех пор, пока они с человеком не станут достаточно близки. Потому приходилось перенимать некоторые людские привычки, чтобы особо не выделяться. Правда, сирене этого совершенно не хотелось.       Пробовать напиток, от которого исходил пар, явно было не самой лучшей его идеей. Слабо зашипев, Патрик быстро поставил чашку на стол. Он чувствовал, как в глазах от боли появляются слезы. — Обжёгся? Надо быть аккуратнее, — сирене стало немного спокойнее, когда он услышал в интонации Пола не ожидаемое пареньком раздражение, а лишь волнение и, как ему показалось, заботу.       «И как он пьёт такое? Это же издевательство над собой!» — с самым настоящим ужасом в глазах, который уж точно, как бы он ни старался, невозможно было скрыть, Пат наблюдал за тем, насколько спокойно человек отпивает напиток из чашки.       Сирена хотел сделать всё как можно лучше. По крайней мере, в мыслях морского создания, впервые попробовавшего в своей жизни что-то настолько обжигающее, причём с небольшими «ранениями», подобный поступок был наравне с мученическим, чего он далее видеть не желал. — Оно же горячее! — Патрик был недоволен, что Вурде не позволил выбить из своих рук кружку с жидкостью, мысленно уже обозначенную сиреной отравой.       Его героический поступок явно не оценили. Единственное, что оставалось Пату делать ближайшие пару минут — с ужасом и состраданием наблюдать за тем, как Пол с задумчивым взглядом допивает свой чай.

***

      Сирена относился ко всему происходящему очень недоверчиво, что сложно было не заметить. У Вурде даже появилось ощущение, что парнишка побаивается, будто его хотят отравить.       Решение накормить Патрика было просто отвратительным, особенно если учесть то, что додумался человек до этого сразу после попыток напоить того чаем.       И вот они снова в его комнате, где Пол, стараясь скрыть от гостя своё возмущение, достаёт первую попавшуюся футболку. Та, что на нём, теперь в мокрых пятнах от чая и еды и противно прилипает к телу. — Зачем вам ноги? — жуткий акцент все ещё напрягал, но уже меньше. Правда, вопрос этот был очень странным и даже немного глуповатым. — Чтобы… ходить? Зачем же ещё, по-твоему? — заметив, что паренёк задумался, Пол слабо ухмыльнулся. — С хвостом можно плавать… — сирена слегка надул губы, явно считая, что его мнение намного правильнее, чем у человека. — Я посмотрю, как ты сделаешь это на асфальте.       Слово «асфальт» было Патрику совершенно непонятно, но, как догадалось морское создание, это что-то более плотное, чем вода. — В воде можно…       Вурде казалось немного странным, что зеленоглазый парнишка продолжает отстаивать свою точку зрения, хотя сам спор первоначально был до жути детским и нелепым. По крайней мере, для самого Пола. — Но мы живем на суше.       Судя по всему, Патрик хотел сказать что-то ещё, но предпочёл промолчать, обиженно вновь чуть надув губы, что довольно сильно умиляло.       «Он же совсем как ребёнок…» — промелькнуло в голове человека. Правда, он уж точно не мог назвать так своего нового знакомого. Хотя бы по внешнему виду, поскольку длинноволосый юноша выглядел как его ровесник, может, младше на год, но не более. Только вот поведением — ребёнок ребёнком.       Но то, что стало происходить дальше, вновь ввело Пола в ступор и некое состояние шока. Патрик, не видя в этом ничего постыдного, или просто хорошо притворяясь (к чему больше склонялся человек), начал расстёгивать рубашку. — Ты что творишь? — вопрос остался проигнорированным, ибо паренёк, полностью погрузившись в процесс, с интересом рассматривал своё тело.       Происходящее в этой комнате всё больше и больше напрягало нидерландца. У него даже появилось ощущение, будто он находится в какой-то идиотской книге с жутко нелепым сюжетом. Или просто-напросто спит, что вполне возможно. — А они зачем? — Пол всё же слегка покосился на гостя, который указывал на свои соски. — Просто так. Нужны зачем-то…       Вурде было очень неловко от всей этой ситуации. К тому же, он боялся случайно начать засматриваться на тело Патрика.       Только вот такой ответ явно не удовлетворял сирену. Создавалось впечатление, будто бы парнишка считает себя обманутым. Полу это казалось милым, даже слишком милым. На его щеках проступал яркий, хорошо выделяющийся на бледной коже румянец. Сейчас он был бы рад иметь такой же смугловатый цвет кожи, как у гостя, лишь бы не выдавать ничем, насколько ему неловко. — Слушай, а покажи свой? У тебя такой же, да? — Пат указывал на свой член, и вот это уже окончательно добило человека.       «Твою мать, что за хрень он творит?!» — щёки Пола буквально горели от смущения, и он поспешил отвернуться. — «Только не возбудись от всего этого пиздеца, придурок!»       Прямо сейчас в его комнате находится до жути красивый парень, пускай и со странным поведением, и просит показать ему член. Черт побери, даже если бы Пол нашёл тысячи доказательств того, что не спит — не поверил бы. Слишком уж абсурдно и фантастично выглядело всё тут происходящее. — И зачем тебе?.. — голос предательски дрожал, выдавая эмоции, овладевшие человеком. — Посмотреть? Мне же интересно! — Ты издеваешься?! Словно в первый раз свой видишь! — в речи нидерландца начали проявляться нервные нотки.       Было заметно, что Патрик вновь недоволен. Парнишка проворчал что-то, но из-за акцента разобрать это было до жути сложно. Да и, если честно, Пол не особо стремился.

***

      Человек не знал, что в данный момент было хуже. То, что входная дверь довольно-таки громко скрипнула, а в коридоре послышались голоса его семьи, или то, что прямо сейчас его гость сидит на кровати, отчаянно пытаясь соскочить с неё, и хнычет при каждой попытке Пола удержать его и застегнуть на нём рубашку.       «Почему я вечно влипаю во что-то?»       Вурде хотелось рыдать от безысходности, а собраться с мыслями из-за волнения было практически нереально. Паника слишком уж сильно затуманивала разум. — Прошу, только сиди тихо… Я скоро вернусь… — голос Пола заметно дрожал, из-за чего Патрик смотрел на человека с неким волнением и беспокойством.       Голубоглазый парень очень сильно надеялся, что сирена прислушается к его просьбе. Всё же он делает это для спасения не только своей задницы, но и задницы гостя.       Когда дверь закрылась с другой стороны и странный юноша остался наедине с самим собой, тот слабо захныкал, перестав чувствовать себя комфортно. Без помощи и поддержки человека Пату было чертовски сложно, да и одиночество совсем не радовало. Особенно если учесть, что он только-только начал исполнять свою мечту.       Пол же старался не демонстрировать свои эмоции и беспокойства, по крайней мере, при семье. Однако его мать сразу заметила что-то неладное, о чём ясно свидетельствовал её взволнованный взгляд. — Точно всё нормально, сынок? — Да, мам… — голос слишком сильно дрожал, а фальшивые счастливые нотки не вызывали доверия.       Правда, обед шёл довольно тихо и спокойно. Пол даже задумался о том, что, возможно, его пронесло, и всё пройдёт более-менее гладко.       Только вот Патрику, находящемуся в полном одиночестве и не понимающему, чем себя занять, уже не сиделось на месте. Неловко, слегка пошатываясь на дрожащих ногах, сирена начал мельтешить по комнате, борясь с желанием покинуть её.       Пареньку на самом деле было жутко обидно. Прямо сейчас он находится в одном доме с Полом, но при этом поговорить с ним не может. По крайней мере, пока тот находится внизу, что, возможно, продлится ещё долго.       И если бы не чертов запрет Вурде, то сирена давно бы вышел за ним. Слишком уж скучно и одиноко, да и ждал он предостаточно.       «Я могу просто открыть дверь и позвать его… Такого Пол не запрещал», — на лице длинноволосого паренька появилась довольная улыбка. Оказалось, что найти лазейку было не так уж и трудно.       «Навряд ли он будет зол за такое. Я же всё ещё в комнате».       Потому уже через несколько секунд надежды нидерландца на то, что всё обойдётся, разбились о суровую реальность, которой являлся голос Пата с хорошо различимой скучающей интонацией. — Пол… Мне грустно…       Тихое хихиканье братьев заставляло голубоглазого парня чувствовать себя ещё более неловко.

***

— Ну и как она тебе? — отец семейства слабо ухмылялся, и глаза его так и блестели от ожидания и любопытства.       Полу ещё сильно повезло, что Патрика в его рубашке, благо, уже застёгнутой, приняли за девушку. Особенно если учесть, что его отец был ярым гомофобом, и юноша, стоящий в одной лишь рубашке нидерландца, явно бы стал причиной скандала. — Мы не спали, пап!       Полу на самом деле хотелось разрыдаться от всего происходящего. Почему его отец не может не задавать таких вопросов? Парень никогда не понимал, зачем тот всё время поднимает эту тему. Знает же, насколько сильно его сына смущает такое. — Поэтому она расхаживает по нашему дому в одной лишь твоей рубашке? И поэтому ты прятал её у себя в комнате? — ухмылка всё ещё не сходила с лица мужчины. — Её одежда промокла, и я дал свою, пока та сушится, — Пол мог лишь надеяться, что папа не решит проверять его ложь. — Не отменяет факта, что она в одной лишь твоей рубашке. — Остальное спадает с неё. Не моя вина!       К сожалению, Вурде прекрасно понимал, что всё это звучало как невероятно тупые оправдания. «Ну, мне хотя бы не придётся больше прятать его», — пронеслось в голове голубоглазого парня. Правда, от этой мысли волнение меньше не становилось.

***

      Все попытки его матери разговорить Патрика заканчивались полным провалом. Парнишка лишь дулся и, заметно стесняясь, косился в сторону Пола, словно бы ища в нём поддержки. Только вот Вурде сам не знал, от кого бы её получить.       Лишь время от времени, когда гость пытался хоть что-то, да сказать, человек прерывал его и отвечал сам. Всё же лишних фразочек, которые могут потом перерасти в довольно крупные неприятности, ему не хотелось.       Вздохнуть с облегчением Пол смог лишь тогда, когда они остались одни. Да и то, сердце до сих пор бешено стучало, а волнение никак не желало проходить.       Только что он буквально выдумал биографию юноше, имя которого даже не знал.       «Тогда откуда он моё-то знает?..» — эта мысль застигла Пола врасплох. Он с интересом уставился на гостя, прикидывая, насколько велик шанс, что за всё это время беготни и волнений ненароком сказал тому своё имя. По крайней мере, сам парень такого не припоминал.       В этих размышлениях Пол как-то машинально поправил волосы сидящего рядом сирены, прикрывавшие тому половину лица, и тем самым заправил его пряди за ухо.       Это действие даже напугало Патрика немного, из-за чего зеленоглазый паренёк поспешил вернуть свою причёску в прежнее состояние. Всё же его жабры, оставшиеся даже в человеческом обличии — не то, что стоило бы видеть Полу. Ведь жабр у самого человека он не заметил.       От мыслей об этом у Пата родился очередной вопрос, который он не сразу решился задать. Паренёк догадывался, что нидерландец, скорее всего, посчитает его жутко глупым и неуместным, но детское любопытство оказалось сильнее. — Вам удобно дышать без жабр?        «Что за хрень он вечно спрашивает?» — сразу пронеслось в голове Пола. Он на самом деле был удивлён, и его непонимающий взгляд так и говорил о том, что смысла в заданном Вурде не видел. Пат почувствовал себя очень неловко, подумав, что наверняка чертовски сильно позорится перед ним. А ведь этот человек должен стать его будущим мужем. — Просто думаю, будет ли тебе удобно дышать под водой, — такое дополнение уж точно не могло расставить ничего по своим местам, а наоборот, лишь сильнее озадачивало Пола. — А зачем мне дышать под водой?       Вопрос был вполне ожидаемым, однако ответа на него сирена придумать не смог. — Мне хочется знать мнение моего будущего мужа.       После этой фразы в помещении повисла самая настоящая мертвая тишина, которую нарушало лишь тихое дыхание этих двоих и тиканье часов, висевших на стене этой комнаты чуть ли не с рождения Пола. — Почему… мужа? — и вновь он был смущён из-за Патрика. Какой же это раз за день? Пятый? Парень уже давно потерял счёт, но знал, что если бы он вёл дневник того, кто и как много раз умудрялся смутить его, то, скорее всего, Пат занял бы там первое место буквально за пару дней. А братья Пола навряд ли бы простили ему это.       Теперь складывалось впечатление, словно бы они поменялись местами. По взгляду Патрика было видно, что вопрос человека он посчитал очень глупым и даже неуместным. — Ты спас меня и должен стать моим мужем. Таковы законы. Ты чего?       Только вот поздно сирена задумался о том, что людские законы могут и не совпадать с законами морских жителей. Да и реакция Пола, который был буквально в ступоре от сказанного, лишь подтверждала эту мысль. — Сказки любишь? — человек слабо засмеялся, найдя самое логичное оправдание его словам. От этой мысли Патрику стало спокойнее, хотя, стоило признать, он хорошенько успел напугать нидерландца. — Вообще, я серьезно. — Я не могу… выйти замуж за тебя? — слово «жениться» казалось Полу слишком неуместным в данной ситуации, всё же он не с девушкой говорит. — Почему это? — длинноволосый юноша вновь надул губки, сам за собой этого, видимо, не замечая. И чёрт побери, это было слишком мило. — Я… даже твоего имени не знаю? — найти оправдание было довольно легко. — Патрик. Так проблема решена?       Паренёк явно не собирался отступать в сложившейся ситуации.

***

      Было около десяти вечера, когда Пол почувствовал, что его стало довольно сильно клонить в сон. Да уж, этот день был чертовски насыщенным. И это ещё мягко сказано.       Парень даже не помнил, что происходило ближе к позднему вечеру и как он добился того, чтобы сирена остался на ночь у них. Но как-то всё же вышло это сделать. Уж лучше, чем отправлять юношу ночевать на улице города, который, кажется, на самом деле ему совершенно незнаком.       «И почему его никто не искал?» — подобное заставляло Пола заметно беспокоиться. Прошло ведь уже много времени с того момента, как Патрик оказался в их доме, но никаких новостей, связанных с ним и его родными, не было. Паренька словно бы позабыли и, видимо, даже не особо беспокоились о нём.       Подобные мысли нагоняли на Пола тоску и заставляли чувствовать некую вину перед сиреной. Всё же он был с гостем довольно резок (по крайней мере, сам нидерландец считал, что вёл иногда себя слишком уж грубо). Эти чувства постепенно стали перерастать в жалость, чего тому сильно не хотелось.       Поглощённый такими мыслями, Пол постепенно поддался дрёме, но через некоторое время дверь в его комнату слабо скрипнула. Патрик зашёл так тихо, как только мог. Не из-за того, что Вурде может спать, так как самой концепции сна для сирены не существовало. Лишь из беспокойства случайно его напугать. — Пол? Ты же тут?       Ответа не было, что заставило Пата сильно волноваться. Первое, о чём он подумал — что всё же как-то умудрился обидеть человека, и из-за этого паника морского создания только усилилась. — Ты злишься на меня?       Практически бесшумно подойдя к кровати, Патрик стал всматриваться в силуэт Пола, неподвижно лежащего на кровати. Только тогда до сирены дошло, что тот не ответил не потому, что нашёл повод для обиды, а лишь из-за того, что не слышал. — Пол?       Волнение уже начало перерастать в страх. Отсутствие реакции на его слова, да и вообще тот факт, что человек лежит без движения, действительно напрягали.       Наклонившись к спящему, длинноволосый юноша стал осторожно тыкать пальцем в его щёку. Через несколько повторов столь назойливого действия Пол заворочался, явно недовольный происходящим. — Патрик? — потирая сонные глаза, он посмотрел на мальчонку, что тихо хныкал рядом с кроватью. — Что такое? — Я думал, что ты умер… — слёзы паренька, буквально прижавшегося к нему, разжалобили Вурде и даже заставили чувствовать себя неловко перед сиреной. — Почему… я должен был умереть? Я просто спал. Ты чего?       «Может, ему приснился кошмар?» — подумал Пол. Это казалось вполне логичным в данной ситуации. — А что значит спать?

***

      Нидерландец не спал почти всю ночь по вине Патрика. Парнишка, стоило только Полу не то что заснуть, а просто задремать, начинал тормошить его. Единственное, что отвлекало от такого желанного и затягивающего сна — разговоры с сиреной. Иногда такие же детские и нелепые вопросы, а иногда и темы, из-за поднятия которых человек чувствовал себя идиотом, знающим целое ничего. Подобное общение выглядело немного контрастным, и слова о том, что, несмотря на сильную усталость, оно не принесло удовольствия, были бы ложью.       Правда, Пола напрягало, что зеленоглазый паренёк, узнав, что они вновь одни в доме, буквально всюду ходил следом. Но это было терпимо, более-менее. По крайней мере, гость не рвался в ванную комнату за Вурде, а лишь примерно стоял рядом с ней в ожидании.       Пол не был уверен в том, стоит ли повторять вчерашнюю попытку накормить юношу. Осознавая, что такое навряд ли окончится успехом, он просто спросил Патрика, не хочет ли тот позавтракать. Сирена отказал, причём даже с неким отвращением. — А это что? — парнишка с интересом смотрел на кухонную раковину, которая, к радости Пола, была совершенно пустой. В его полусонном состоянии трогать что-то, что может разбиться, хотелось меньше всего. — Раковина. Словно в первый раз в жизни видишь.       И вновь он даже не представлял, насколько был прав в своих суждениях. Однако Патрик совершил большую ошибку, когда решил всё же поддаться своему детскому любопытству. Догадавшись, что именно нужно делать с краном, сирена повернул одну из насадок.       Паренёк понял, что влип, только когда из-под крана резко полилась струя воды, конечно же, попавшая на неудачно подставленную под него ладонь.

***

      Пол всегда любил сказки, но никогда не верил в них. Эти легенды лишь помогали скрасить невероятно скучную и не особо весёлую жизнь.       Только вот то, что увидел человек, было далеко от привычных представлений о русалках и чём-то подобном. Скорее, напоминало очередного персонажа из фильмов ужасов, над которыми тот частенько смеялся из-за их нереалистичности.       Кричать было бы глупо и бессмысленно. Да и такой возможности он не имел. От страха парня словно бы парализовало. Нидерландец не мог выдавить ни слова, что уж тут говорить о каких-то действиях.       Знал бы он, что сам Пат был напуган не меньше. Именно такой тот и представлял реакцию Пола при самом худшем развитии событий. Хотелось спрятаться, но куда тут? Да и с его размерами на небольшой кухоньке особенно не разместишься.       Сирене хотелось рыдать. Кто знает, чем теперь всё кончится? Навряд ли его оставят живым после этого. По крайней мере, шансы на хороший исход, как казалось морскому созданию, были не особо высокими. Можно даже сказать, нулевыми.       Сам того не заметив, Пол случайно шаркнул ногой по паркету. Это действие, естественно, напугало Патрика ещё сильнее, из-за чего тот сразу же захныкал, будучи не в силах дальше сдерживать эмоции.       «Он… меня боится?» — подобные мысли казались Полу дикими и ненормальными. Смысл обладателю пасти с острыми зубами пугаться какого-то человека?       Только тогда Вурде осознал, что у этого существа было множество шансов прикончить его. Хотя бы в тот момент, когда парень впал в ступор от страха. Но этого не произошло. — Эй… Я н-не трону… Т-ты же т-тоже? — руки Пола дрожали, а речь из-за заикания уж точно была не особо успокаивающей.       Стоило ему лишь сделать шаг вперед, и стол упал со своего привычного места. Перепуганный Патрик сам не заметил, как умудрился сбить его хвостом. Хныканье уже начало переходить в плач, сирена выглядел чертовски беспомощным. — Я… м-могу п-помочь?       Взяв себя в руки, Пол всё же осмелился подойти к существу и сесть на колени совсем рядом с ним. Парню на самом деле было жутко страшно, а по всему телу пробегала дрожь от ожидания чего-то плохого.       Правда, это плохое не происходило и, кажется, явно не собиралось. — Почему ты просто сразу не убьёшь меня, и всё?..       Разобрать сквозь плач речь с жутким акцентом было чертовски сложно, но Полу удалось это сделать, пускай и с большими усилиями.       «Это ведь не ему надо бояться, а мне». — Тот же вопрос у меня к тебе… — дрожащие руки потянулись к лицу сирены, чтобы вытереть ему слезы и хотя бы так доказать, что вреда причинять Пол не собирается. Вурде мог лишь надеяться, что это было взаимным, а не просто хорошей актёрской игрой.       Патрик успокоился практически мгновенно. Но не от того, что страх перед его же спасителем прошел. Нет, просто из-за неожиданного действия Пола, причём довольно нежного и аккуратного.

***

      Сирене не верилось, что, по сути, он так легко отделался, а его спаситель сейчас вновь выручает, вытирая паренька чем-то, что назвал полотенцами.       «Столько вещей с незнакомыми названиями», — подобные мысли были совсем не вовремя, и Пат осознавал это, но ничего поделать не мог.       Руки Пола всё ещё дрожали, хотя страх перед морским созданием давно прошёл. Осталось лишь волнение, что они могут не успеть скрыть то, что здесь произошло. — Если его высушить, это точно поможет? — парень уже начал сильно сомневаться в действенности подобного. Он ведь сидит с этими чертовыми полотенцами почти что час, но никакого эффекта от своих действий не замечает. — Да, это точно… — Патрик запнулся, прежде чем со смущением, которого не было в первый раз, выдал человеку уже знакомые слова. — Ты снова спасаешь меня. Ты понимаешь, что теперь точно обязан жениться на мне?       На этот раз Пол искренне засмеялся в ответ.