happier than ever

«Во свете твоём увидим свет»

Лиам остановился в холле кампуса, поднимая любопытный взгляд на огромный баннер, который, вероятно, вывесили здесь для поднятия студенческого духа. Сегодня первокурсников планировали расселить по комнатам, а это значит, каждый второй будет с восхищением разглядывать всё вокруг, в буквальном смысле испытывая благоговение. Лиам испытывал всё это наравне с другим обостренным чувством — страх. Может этот девиз относится и к нему? Может быть, Колумбийский и правда может увидеть свет внутри Лиама, и это будет совсем не дурное освещение, как было в школе Бейкон Хиллс. Само собой, Данбар не был каким-то запуганным социофобом или выраженным интровертом, он быстро заводил знакомства и пользовался популярностью в узких кругах, но страх заключался в абсолютно другой причине. Лиам был вспыльчивым и временами агрессивным. Его проблема — ситуации и люди, выводящие его из себя. Иногда создавалось ощущение, что весь чёртов мир намеревается довести тебя до точки кипения, чтобы показать всем, что один маленький милый мальчишка — сплошной комок ярости и ненависти. Лиам смотрит на свои ключи от комнаты, с потрепанным брелком и блеклыми цифрами на кружке. Что же, остаётся надеется, что ему повезёт с соседом. Закинув на плечо увесистую спортивную сумку и перехватив в другую руку чемодан, Данбар начинает своё великое восхождение по центральной лестнице. В вестибюле страшная суматоха, некоторых студентов родители провожают до самого порога комнаты, чтобы убедиться, что их ребёнок устроился как надо, кто-то заводит первые знакомства, а третьи просто держатся в стороне, как можно дальше от нового и неизведанного. Заметив впереди разветвления коридоров, Лиам спешит забраться в карман толстовки, вынимая карту кампуса, которую он взял у ребят у входа. Он знал, что это здание огромное, но не подозревал, что будет так тяжело уже после первой пройденной ступеньки. Уткнувшись в изучение буклета, Данбар совсем не замечает, как с силой врезается в кого-то, и пошатнувшись, успевает зацепиться пальцами за перила, чудом уберегая свой багаж от падения. — Смотри, куда прёшь. Лиам останавливается, резко разворачиваясь, но по неосторожности с размаху заряжает колесиками от чемодана какому-то парню по колену. И, похоже, его же он чуть не сбил пару секунд назад. — Прости, — Данбар собирает в кулак всё своё мужество, чтобы посмотреть на пострадавшего. Этот парень выглядит гораздо крупнее его и выше, и жёсткий взгляд, мощные черты лица и вызывающая поза только способствуют нарастающей панике. Если этот парень не захочет замять ситуацию и переведет стрелки, Лиам вряд ли откажет в потасовке. Но парень только снисходительно усмехается, обнаружив мелкую дрожь Данбара, которую наверняка принял за страх, в то время как в Лиаме нарастало раздражение. Его проблемы с самоконтролем могут обеспечить ему не лучшее знакомство с университетом. И он только что был на грани провала. В итоге Лиаму удается найти свою комнату и, вставив ключик в сважину, он обнаруживает, что дверь не закрыта. Его сосед уже здесь? Данбар сглатывает и вскидывает голову к небу, про себя мысленно молясь, чтобы его сосед по комнате не оказался каким-нибудь придурком на стероидах или нудным ботаником. Кто-нибудь адекватный и дружелюбный будет в самый раз. Кто-нибудь, с кем у него не возникнет проблем. Лиам набирает в легкие побольше воздуха и решительно дергает ручку, отворяя дверь и встречаясь взглядом с невысоким худощавым чернокожим парнишкой. Что же, он уже не выглядит как придурок на стероидах, и это даёт Лиаму надежду. — Привет! — его сосед спешит переступить через свою сумку, которую, вероятно, только начал распаковывать, — Я Мейсон Хьюит, факультет биохимии. Нудный ботаник. Бинго. — Лиам Данбар, история искусства и археологии. Мейсон дружелюбно улыбается и тянет руку в знак знакомства, Лиам с радостью её пожимает, теперь разглядывая соседа тщательнее и изучая занятую им половину. Хоть Мейсон и прозвучал как ботаник со своей пугающей биохимией, на вид он — обычный американский парень. На нём светлые потертые джинсы, кроссовки "Nike" и пёстрая кислотно-зелёная футболка с логотипом "Vans". Вряд ли ботаники так одеваются, да ещё и прокалывают уши. — О, прости, я занял твою кровать, не хотел, чтобы эти рубашки помялись. Один Бог знает сколько времени я убью на поиски утюга и гладильной доски, а ходить в чём-то надо, — Мейсон улыбается и собирает с кровати Лиама свои клетчатые и полосатые цветные рубашки, аккуратно раскладывая их на своей. — Я только комнату искал полчаса, понимаю, — бросает Лиам и уже чувствует спокойствие по отношению к новому приятелю. Данбар бросает сумку и чемодан на пол и без сил валится на кровать, подпрыгивая на мягком матрасе и вытягиваясь во весь рост. Наконец-то, комфорт. Это то, что нужно после трясучки в душном автобусе. — Мне повезло больше. Проводил старшекурсник, — Мейсон возвращается к распаковыванию вещей и Лиам поворачивает голову, чтобы теперь насладиться комнатой. По площади она приличного размера, на этих квадратных метрах двое уживутся без особых проблем. Две кровати, два письменных стола, огромный шкаф-купе и маленький кухонный уголок, включающий в себя плитку и мини-холодильник. Довольно светло и чисто, а ещё классный вид на Манхеттен. Разве общежитие может быть таким первоклассным? В Колумбийском — разумеется. — Пойдешь на официальное посвящение вечером? Лиам погрузился в свои мысли настолько, что не расслышал, о чём именно говорил его новый сосед. И по его выражению лица, какое встретишь только у потерявшегося щенка, Мейсон понял, что Данбар был далеко не с ним во время обращения. — Сегодня будет официальное посвящение в гостиной. Ну, как, официальное, нам просто дадут парочку наставлений и познакомят со старшекурсниками, к которым мы можем обращаться в случае чего. Настоящая вечеринка позже, но это тоже важно и интересно. Ты пойдешь? Лиам на секунду закусывает губу, размышляя. Никто не знает его со школы, о его проблемах и вспышках гнева. Все захотят познакомиться, и он обязан обзавестись новыми друзьями. В конце концов, студенческие годы — самые лучшие. Он не должен упускать ни единого шанса. — Конечно, — довольно сообщает Лиам и расслабляется, когда Мейсон кивает, подмигнув и щелкнув пальцами в его сторону. — Ты мне уже нравишься, Лиам Данбар. — О, ну, ты тоже ничего. Последующие пару часов они проводят за распаковкой своих вещей. Мейсон оказывается отличным собеседником и замечательным соседом. Он не нудит по поводу и без, запросто готов поделиться некоторыми вещами и вообще, излучает настоящий позитив. Хьюит обклеивает стену на своей стороне интересными постерами с Фарреллом Уильямсом и Imagine Dragons, ребятами из "Теории большого взрыва" и забавными цитатами на научные темы. Их тонкость смог оценить даже Лиам. Мейсон забрал свои старые постеры, все до одного, просто чтобы создать ту самую атмосферу, и предлагает Лиаму посмотреть, что может понравиться ему. Данбар забирает Звёздных Воинов и героев комиксов Marvel. Лиам, который знает о готовке только самый минимум, а именно — как приготовить сэндвич с курицей или заварить лапшу быстрого приготовления, остаётся в восторге от предложения Мейсона о том, что готовить будет он. Он привёз из родного Солт-Лейк-Сити кулинарную книгу матери и собирается испробовать все рецепты по возможности. К сожалению, на сегодня эта идея отменяется, потому что времени совсем немного, и на покупки в супермаркете его точно не хватит, так что они отправляются пообедать в университетском кафетерии. А после возвращаются в комнату, делать ничего не хочется и они разваливаются на кроватях, уставившись в потолок и болтая обо всём до самого вечера. В шестом часу Мейсон будит задремавшего Лиама и тот успевает заметить, что Хьюит переодел футболку, сменив её на приталенную рубашку песочного цвета. Лиам же был в чем приехал, и в этом же и уснул. — Вставай, пора выходить, мой парень меня заждался, — бросает Мейсон и снова исчезает из виду, что-то торопливо перебирая на своём столе. Лиам сонно потирает глаза и изо всех сил старается не отрубиться во второй раз. — Твой парень... — мямлит он, лениво поднимаясь и роняя лицо в раскрытые ладони. Надо поторапливаться, потому что парень Мейсона их заждался. — Погоди. Данбар резко поднимается с кровати, и от неожиданности даже Мейсон подскакивает на месте, уставившись на соседа, который внезапно пришёл в себя. — У тебя есть парень? — ошеломленно спрашивает Лиам, вскидывая брови, и Мейсон как-то горько усмехается. Что же, его вина, если он не сказал об этом раньше, а его сосед по комнате окажется гомофобом. — Да, у меня есть парень. Его зовут Кори, и мы встречаемся ещё со школы. Я гей. Мейсон оставляет в покое вещи на письменном столе и разворачивается к Лиаму лицом. Тот стоит, уставившись на Хьюита и редко моргая. Сонливость решила атаковать вновь, но Данбар упорно отгонял её, встряхивая головой. — Всё в порядке? Если тебе неприятно находиться со мной или... — Мейсон действительно выглядит обеспокоенным и, не зная куда деть руки, принимается заламывать себе пальцы. — О, нет! Нет-нет! Конечно же нет, Господи, о чём ты! Всё в порядке. Я ничего не имею против, просто это неожиданно. Ну, то есть, не настолько, учитывая твои проколы в ушах и обилие шмоток, — Лиам пытается подобрать что-то ещё, но замолкает, кивая головой и этим прекращая свой монолог на непонятной ноте. Мейсон только улыбается, неопределенно кивая в ответ и заканчивает за приятеля: — Тебя смущает, что я чёрный, и я гей, да? Лиам молчит пару секунд, опускается на край кровати и очень скоро поднимает на Мейсона свой робкий взгляд. — Никогда не встречал таких. И я не расист и не гомофоб! Хьюит находит своего нового друга по-своему милым в этот момент. Оказывается, растерянный Лиам — забавный Лиам. — Ты прав, я выгляжу как сгусток проблем меньшинства. Ну а теперь нам пора выдвигаться! Только, прошу, переоденься. Эта футболка уже как из задницы. — Шутки про задницы будут особо актуальны с тобой? — усмехается Лиам, а Мейсон показательно растягивает губы, склонив голову. — Не-а, — а после расплывается в улыбке, пихая Данбара в плечо, — Но я точно оценю шутки про чёрную задницу. И в этот момент Лиам безмерно рад, что Мейсон Хьюит — его сосед. Мейсон выбирает для Лиама наименее мятую футболку и сокрушается о том, что им всё же придется найти прачечную завтра, потому что Данбар совершенно не умеет складывать вещи правильно. Когда они выходят из своей комнаты, по пути к лестнице к ним присоединяется милый шатен, который сразу же ухватился за руку Мейсона, сжимая его ладонь в своей. — Лиам, это Кори, мой парень, Кори, это Лиам, мой сосед. Кори выглядел так же дружелюбно, как и его партнер, и Лиам мысленно сопоставил этих двоих в их "долго и счастливо". Они действительно казались очаровательной парой, и, вне сомнений, таковой являлись. — Рад знакомству, Лиам! — Кори незамедлительно вытянул руку, и Данбар пожал её, с улыбкой переводя взгляд с Кори на Мейсона и показывая тому поднятый вверх большой палец, тем самым вызывая у того смех. — Взаимно, Кори. Тебе повезло с этим парнем, — Лиам уверенно закидывает руку на плечи соседа и шутливо водит кулаком по его макушке, — Он собирается готовить мне, убираться, потому что я ленивая задница, а ещё завтра он перегладит всю мою одежду, потому что не хочет доверять мне утюг. — Естественно не хочу! Ты просто не видел этот ужас в его сумках, поверь мне, — Мейсон смотрит на своего парня, всем видом показывая, в какую критичную ситуацию он попал. Кори смеётся и просто обнимает Хьюита. — Я тебе верю, — и переводит взгляд на Лиама, приставив ладонь ко рту, словно собирался пустить сплетню, — Он такой невозможный. Береги себя. Лиам и Кори заливаются смехом, пока Мейсон ругается и принимается легко щипать в бока парней, тем самым подгоняя их и упрекая в опоздании. Они опаздывают на десять минут, но никто ещё не готов выступать, и все студенты просто общаются, делятся впечатлениями и встречают старых друзей после летних каникул. Кори и Мейсон извиняются перед Лиамом и сообщают, что хотят найти ребят со своего факультета — они даже учатся в одной группе, — и пробираются сквозь толпу, не размыкая рук. Данбар недолго наблюдает за ними, пока их макушки не растворяются в общей массе, и юноша занимает себя разглядыванием интерьера. А здесь было на что посмотреть. Гостиная была выполнена в лучших традициях утонченного английского дизайна. Столы и стулья были выполнены из дерева определенно дорогих пород, по центру размещался массивный, но идеально вписывающийся в общую картину камин, бархатные шторы гармонировали с коричнево-малиновыми обоями в полоску. Иными словами, этот университет твёрдо заявлял о своём место в мировых рейтингах. И Лиам не знал, впишется ли в этот натюрморт и он сам. Но предпочитал надеется на лучшее. — Лиам? Лиам Данбар? Лиам отозвался на собственное имя, принимаясь нервно оглядываться по сторонам, пока его напуганный взгляд не поймал широкую улыбку смуглого парня на другом конце комнаты. Как только зрительный контакт был налажен, парень поспешил подняться с дивана и поспешить через всю болтающую толпу прямо к оставшемуся в замешательстве Лиаму. — О, Господи, я даже не подозревал, что ты поступил в Колумбийский! Почему ты не написал об этом! Парень, который подхватил его и принялся крепко и долго обнимать — Скотт МакКолл — учился с ним в одной школе в Бейкон Хиллс. Скотт был на два года старше Лиама, и они не пересекались во время учёбы, но Скотт был капитаном команды по лакроссу, в которую входил и Лиам. Иными словами, они просто были хорошими приятелями. — Я даже не знал, что ты тоже поступил сюда, — пытался оправдаться Лиам, пока Скотт, не унимаясь, тискался, словно они и правда были корешами в своё время, хотя на деле всё было гораздо проще. На них уже начали поглядывать, так что Лиам стушевался, неловко хлопая МакКолла по крепком плечу и тем самым прося наконец опустить, потому что, один Бог знает, сколько силы было в этом парне. Он реально оторвал бедного Данбара от земли. — Эй, я вообще-то указал об этом на Facebook! Мог бы быть повнимательнее, — Скотт наконец отпускает знакомого и улыбается, честное слово, как идиот, оглядывая мальчишку перед собой, — А ты подрос! И мускулы, я смотрю, развил. Лакросс творит чудеса, верно? — Что-то вроде того, — кивает головой Лиам, и ему очень приятно, что помимо Кори и Мейсона у него уже есть ещё один знакомый в общей копилке. Скотт был и остается добрым и отзывчивым парнем. Лиам прекрасно помнит, как МакКолл помогал ему с тренировками, давал наставления, а после его выпуска Данбар занял место капитана. И никакие успехи бы не пришли к нему, если бы Скотт в своё время не выручил Лиама. И дело было не в долгих дружеских матчах, дело было в подходе. МакКолл учил контролю над эмоциями. — Ну, рассказывай, где ты? — А... что? В каком смысле? — эта встреча сама по себе стала для Данбара потрясением, а такие неопределенные вопросы и вовсе загоняли беднягу в тупик. — Факультет. На кого ты поступил? — Скотт улыбнулся очень по-доброму, склонив голову набок и позволяя кудряшкам на макушке последовать за ним. — История искусства и археологии, — Лиам ненавязчиво улыбается в ответ, пряча руки в карманы брюк. — Здорово! У тебя всегда было "отлично" по истории. Поздравляю тебя, — Скотт как-то по-братски хлопает Лиама по плечу и собирается продолжить начатую мысль, как вдруг с места, откуда пришёл МакКолл, раздается отчаянный вскрик, и на ноги поднимается брюнет с ежиком спутанных волос и в клетчатой рубашке, резко взмахивая руками. — Скотт! Скажи этому придурку, что он неправ! Что ты вообще за друг? Отставил меня с этим куском... — Стайлз! Парня, Стайлза, цепко хватает за локоть какая-то рыжая девушка и тот валится обратно на диван, но не утихает, продолжая причитать своё в адрес какого-то придурка. Какого, Лиам не знает, но по усталому вздоху Скотта становится ясно — случай многоразовый. — Прости за это, — тихо бросает МакКолл и, приобняв за плечо Лиама, подталкивает его вперед, — Давай я познакомлю тебя с этими ребятами. Они движутся в сторону, где Стайлз продолжает упрямствовать и активно жестикулировать, убеждая всех и каждого, что кто-то там "невозможный и невероятно раздражающий". Однако по взгляду двух присутствующих девушек Лиам полагает, что эти прилагательные скорее описывают этого неугомонного брюнета. — И вы даже не хотите спросить, где был этот сукин сын, когда мы... — Стайлз готовится снова подняться на ноги, но Скотт прерывает его, тем самым отнимая всеобщее внимание. — Ребята, это Лиам Данбар. Мы с ним учились в одной школе, и сейчас он первокурсник. — На каком ты факультете? Лиам внезапно осознает, что прямо слева от него в кресле сидит ещё один юноша. Именно в его сторону Стайлз причитал и выкрикивал всё это время. У него крепкое тело, и Лиам думает, что этот результат ежедневных тренировок, но несмотря на обилие мускул, лицо обладает мягкими чертами и взгляд ясных серо-голубых глаз почему-то врезается в сознание. Парень смотрит внимательно, буквально глядит в душу, и Лиама словно парализует, когда он открывает рот, чтобы ответить на поставленный вопрос. — О... — История искусства и археологии, — уверенно отвечает за него Скотт, и рыжеволосая девушка приятно улыбается. Лиам мысленно даёт себе оплеуху. О? О?! Серьезно, Лиам, ты потрясающий собеседник! Парень с серо-голубыми глазами оставляет за собой короткий кивок головы и безо всякого интереса утыкается обратно в свой планшет, находя происходящее там интереснее, чем новый знакомый с первого курса, вероятно, даже не с его специальностью. Почему-то Лиаму от этого становится капельку обидно, но вида он не подаёт. — Это Тео, — спасает ситуацию МакКолл, представляя своего невежливого друга, но для Лиама даже этой информации более чем достаточно. Может быть, Стайлз прав и этот парень и правда настоящий придурок. Тео никак не отвечает, даже знака не подаёт, что вообще что-либо расслышал. Устройство в его руках по-прежнему его лучший друг. — Малия, — МакКолл указывает на девушку, которая удобно разместилась в другом кресле, закинув длинные ноги на подлокотник, но при упоминании своего имени она расплывается в необъяснимо радостной улыбке и приветливо машет, — Лидия, — у рыжеволосой появляется красивое имя, и Лиам не может не улыбнуться ей в ответ, — А этот болван, как ты понял, Стайлз. — Привет. Рад знакомству, — Лиам чуть приподнимает ладонь, чтобы помахать ей в знак приветствия. Стайлз тут же подмигивает, словно вся его нервозность улетучивается, и пусть движения остаются резкими и обрывистыми, он больше не выглядит обеспокоенным парнем по имени Тео. Лиам хочет игнорировать его так же, как и он Данбара, но что-то так и тянет снова повернуть голову в его сторону. — Он всегда такой, поэтому Стайлза это выводит, — сообщает Малия таким будничным тоном, словно эта ситуация повторяется раз за разом. В какой-то мере так оно и есть. — Он придурок, — Стайлз звучит так по-детски, что Лиам невольно расплывается в улыбке, которую подхватывают все окружающие. — Как и ты. Честное слово, как я с тобой встречаюсь? — Лидия просто вздыхает и растирает пальцами виски, получая от Малии взгляд, полный сочувствия. — На самом деле, он не такой, — вступается Скотт за друга, — Время от времени. — Большую часть, — подаёт голос Малия и теперь смотрит на Лиама во все глаза, — Тебе тут нравится? Правда же, тут невероятно? — Оу, ну, я не выходил никуда дальше комнаты и кафетерия. Но, уверен, здесь очень круто, — признается Лиам, и отчетливо слышит смешок со стороны Тео. Что за неуважение? — Чертовски круто! — поправляет его Малия, — Я обязательно устрою тебе экскурсию по самым интересным местам. — Мы все с радостью организуем тебе экскурсию, правда же, Скотт? — Лидия разворачивается к Скотту, и тот победно улыбается, крепче сжимая плечо Лиама. — Конечно! Внезапно в гостиной все голоса в один миг затихают и в комнату заходит женщина, на вид лет сорока, с тугим пучком пепельных волос и слишком яркой помадой красного цвета. Её надменный взгляд скользит по каждому, и даже Лиам чувствует себя неуютно. Женщина представляется как миссис Лоуренс и начинает зачитывать о правилах поведения в общежитии и учебных корпусах. — О боже, сейчас эта старая карга снова будет рассказывать о пожарной безопасности, как в детском саду, — Стайлз откидывается назад и закрывает глаза, — Разбудите. Лиам быстро оборачивается, чтобы разглядеть студентов вокруг. Лидия и Малия действительно принимаются слушать, несмотря на то, что информация для них — далеко не новая. Стайлз погружается в сон, а Тео по-прежнему не подаёт никаких признаков заинтересованности. Похоже, проблемы Лиама по сравнению с проблемами этого парня — ерунда. Данбар думает, что эти ребята вполне классные, если не брать в расчёт этого Тео. Интересно, что он в таком случае делает в компании Скотта, если Стайлз так люто ненавидит его, а сам Тео не проявляет интереса ни к кому. Этот парень словно живёт в своём собственном мире и выбирается оттуда, если дело касается его задницы. Лиам даже не замечает, что весь вечер он упорно пялится на Тео, в то время как информацию, которую настоятельно просит запомнить миссис Лоуренс, он благополучно пропускает мимо ушей. Но надеется не упустить взгляда, который Тео мог бы бросить на него ради приличия.