happier than ever

Тео, как и обещал, вернулся в палату Лиама через пару часов. Данбар, конечно, не был уверен в этом, так как часов поблизости он не обнаружил, а спрашивать, который час, было не у кого. И всё же, часть его подсказывала, что пунктуальность Рейкена не знает границ. За это время Лиам успел смириться с тем, что Тео прав, как никогда. Возможно, это и выглядело странно, но оставалось правильным решением. Тео любезно помог Лиаму собраться и даже долгое время предлагал поддержать его, пока они направлялись к выходу, но упрямство Данбара взяло вверх, по крайней мере, в данной ситуации. Ему удалось добраться до парковки без помощи Рейкена, который всё же продолжал держать руки наготове и, признаться, выглядел крайне недовольным поведением младшего. Но выбор оставался не за ним. И всё же, ему удалось открыть перед Лиамом двери, чем он, судя по победной улыбке, чертовски гордился. Весь путь до дома Тео они проводят в тишине. Данбар чувствует, что должен сказать многое, хотя бы выразить благодарность за спасение и приют, который Рейкен обеспечивает ему, пусть сам Лиам того и не просил. Переосмыслив это, он уже пришёл к выводу, что Тео знал о чём говорит и поступает правильно. Лиаму требовался покой на нейтральной территории. Чёрт знает, кто может найти и побеспокоить его в общежитии, даже перед Мейсоном и Кори Данбар ещё не готов выступить с объяснениями. Ему нужно пару дней для себя и маленького отдыха, а Рейкен не выглядит как человек, который станет влезать в чье-то личное пространство. Он выглядит надежным. Лиам наблюдает за Нью-Йорком, прислонившись к окну. Погода остается пасмурной, хотя солнечные лучи время от времени всё же прорываются сквозь тучи, чтобы обрадовать горожан своим появлением. Лиама не радует ничего, разве что факт того, что в случае обрушившегося ливня он будет находиться в машине. Тео сворачивает с главных улиц, перемещаясь по узкой улочке, минуя одинаково милые двухэтажные домики. Район тихий и, судя по всему, благополучный. Лиам полагает, что Рейкен просто хочет сократить дорогу, избегая пробок и городской шумихи, но машина останавливается у одного из домиков, заставляя Данбара на пару секунд выпасть из реальности. – Приехали, – просто бросает Тео и проворачивает ключ, вынимая его и убирая какую-то мелочь в бардачок. Лиам несмело отстраняется от автомобильного стекла и оглядывается. Тео и правда остановился здесь и он, похоже, живет в одном из этих очаровательных домов. Данбар признается самому себе, что ему нравится этот район и осознание того, что Рейкен живет в таком уютном месте. Похоже, этот парень знает о комфорте очень много. – Здесь мило, – находится Лиам, когда они выбираются из машины. Тео вновь оказывается рядом, чтобы подхватить Данбара под локоть, помогая спуститься. На этот раз Лиам даже не возражает, увлеченно осматриваясь, а затянувшееся прикосновение Рейкена остается незамеченным благодаря этому. – Спальный район. Люблю, когда спокойно, – отвечает Тео, когда они пересекают пешеходную часть и начинают подниматься на крыльцо. Лиам только кивает, предпочитая ничего не отвечать, но видит лёгкое одобрение на лице Тео, что заставляет его слабо улыбнуться в ответ. Это странно, что Рейкен начинает казаться ему славным парнем? А может, страннее можно считать тот факт, что Лиам сам хочет узнать о новом приятеле (после всего произошедшего он, наверное, имеет право называть его так) как можно больше. И Тео, по всей видимости, был не против. Не спеша они поднимаются на второй этаж и Тео открывает двери, дважды провернув ключ и толкнув их плечом. И стоит им перешагнуть порог, а Рейкену включить свет, как Лиам так и замирает, с интересом разглядывая окружающую обстановку. На самом деле, наблюдая за Рейкеном со стороны, разглядывая его страничку на Facebook и оценивая поведение, Лиам был уверен, что дом Тео не будет выглядеть настолько по-домашнему. И остался приятно удивлен, увидев обратное. Уже из прихожей можно было разглядеть небольшую, но уютную гостиную, разделенную с кухонной зоной высокой барной стойкой. Когда комнаты осветились приятным золотистым светом, Лиам также смог уделить внимание деталям. Фоторамки, расставленные на видных местах, парочка довольно милых маленьких картин на стене и большой мягкий диван, заваленный подушками и украшенный клетчатым красным пледом. – Если будет удобно, чувствуй себя как дома, – Тео оставляет ключи на ключнице перед дверью, и Данбар переводит на него взгляд, пока тот снимает свою куртку. Лиам ощущает огромную необходимость сделать что-нибудь. Он переминается с ноги на ногу, поочерёдно снимает кроссовки, надавливая носком одной ноги на пятку другой и наоборот, и аккуратно убирает их на обувную полку Рейкена. – Гм, спасибо, – Лиам выпрямляется и оглядывается, говоря это. В голову сразу ударяет осознание того, что так людей не благодарят. Стоит, по крайней мере, смотреть в глаза человеку. Он намеревается повторить. – В смысле, знаешь, не только за это, хотя и за это тоже. Ты вроде как буквально спас меня от смерти, и я так и не поблагодарил тебя по-настоящему, хотя должен был. И вот, – Лиам перевел дыхание, поднимая голову, чтобы наконец отвлечься от разглядывания собственных пальцев и уделить внимание виновнику своей внезапной нервозности. – Спасибо. Тео смотрит прямо в упор, на его лице ни тени улыбки, и Лиам, если честно, начинает немного волноваться от этого равнодушия. Он только что поблагодарил этого парня за своё спасение, а тот и бровью не повёл. Это можно было считать поражением? Потому что Лиам чувствовал себя последним идиотом. Эти благодарности вовсе не нужны Рейкену, можно было догадаться. – Я приготовлю для тебя кровать в спальне, сам буду спать на диване, – говорит Тео как ни в чем ни бывало, и Лиам правда не понимает, как поведение человека может так разительно измениться за такой короткий временной промежуток. Хотя, если взглянуть на это с другой стороны, Данбар не знал Рейкена настолько, насколько ему было бы позволительно рассуждать о переменах в его поведении. Он даже не был уверен, что знает настоящего Тео, так что. – Это совсем необязательно, – Лиам действительно старается скрыть обиду в своём голосе, потому что, чёрт возьми, он звучит как маленький ребенок. – Думаю, я лучше знаю, как обходиться с гостем, как думаешь? – и Тео наглым образом усмехается, но совсем не так, как бывало в первые дни знакомства. Эта усмешка на удивление добрая и Лиам мог бы сказать, что это подозрительно, но смягчается в своём отношении. – Тогда, знаешь, я был бы рад, если бы ты показал мне ванную и одолжил полотенце, я не был в душе примерно сутки, не самые лучшие ощущения, – Лиам уверен, что правильнее будет пропустить этот неловкий момент и двигаться дальше. В конце концов, если взглянуть правде в глаза, Данбар тоже не пример идеального человека. Тео только коротко кивает, соглашаясь, и указывает Лиаму следовать за собой. Они оказываются в гостиной, и Данбар может осмотреться по-новому, также замечая, как выглядит вблизи кухонная зона и приоткрытую дверь в спальню, освещенную лишь лучами заходящего солнца. Рейкен исчезает в её направлении, и Лиам слышит, как тот шумит дверцами шкафа или комода, кажется, выискивая нужное, и вскоре возвращается, протягивая Данбару белоснежное махровое полотенце и одежду. Его одежду. – Вообще-то… – начинает было Лиам, не решаясь перенять предложенное, но Тео опережает его, отчего-то хитро улыбаясь. – У тебя нет своей одежды, – и ведь не поспоришь. Лиам приехал сюда налегке, если откровенно, ни с чем. На нём всё та же одежда, в которой его избил Гейб. Конечно, кто-то прокрутил её в стиральной машинке в госпитале, но расхаживать в ней по дому и спать – затея так себе. – Так что, можешь пока воспользоваться моей. И ещё, брось свои вещи в корзину для белья. Следовало бы постирать её нормально. – Хорошо, – сдаётся Лиам, потому что на споры даже не остается сил. Тео прав, у него нет другой одежды и ему нужен отдых, отдых и ещё раз отдых. – Вон та дверь, – Рейкен быстрым жестом руки указывает на дальнюю дверь, близкую к кухне, и Лиам направляется туда, чтобы привести себя в порядок, освежиться и, наконец, искупаться. Ванная комната не отличается размерами, она маленькая, можно даже сказать, тесная, но довольно светлая и удобная. Чистая ванная и раковина, небольшое количество самых необходимых средств, таких, как шампунь, гель для душа, пена для бритья и жидкое мыло. Кажется, Тео любит минимализм и отличается чистоплотностью. Эта мысль не покидает Лиама, стоило ему переступить порог квартиры. Данбар медленно раздевается и, как велено, складывает свои джинсы и толстовку в пустую корзину для белья, а после забирается в ванную, закрываясь шторкой. Он включает воду и позволяет обрушившемуся каскаду тёплой воды оставить все мысли позади. Гейб определённо не думал жалеть его, и Данбару в некоторые моменты бывало больно, когда горячая вода соприкасалась с разбитой губой или иной ссадиной на теле. Так что в скором времени он выбрал «щадящий режим», сбавив напор воды и позволив себе расслабиться. После душа Лиам чувствует себя значительно лучше, хотя замечает, как на его теле всплыли синяки и прочие побои, которые сохраняли в себе не самые приятные воспоминания. С этим можно было жить. Но насчет другого Лиам сомневался. Всё дело в том, что, когда Лиам собирался переодеться, он осознал, что уже закинул свои боксеры в стирку, а снова надевать их было как-то не особо гигиенично, как и просить у Тео его нижнее белье. Это смахивало на какое-то извращение или фетишизм. Пришлось отказаться от него вовсе. Смущенный стечением обстоятельств, Лиам выбрал меньшее из двух зол и натянул домашние штаны Тео на абсолютно голое тело. И, чёрт, только напялив на себя его футболку, Данбар понял, что лучше было бы достать свои грязные трусы, потому что осознавать, что он собирается ходить без какого-либо нижнего белья в одежде Рейкена, было не лучшим чувством. Лиам бросил взгляд в запотевшее зеркало и застал себя, полностью смущенным, с красными пятнами на лице и растрепанными влажными волосами. Он надеялся, что это горячая вода, не больше. Когда Лиам вышел из душа, со стороны кухни можно было услышать какой-то шум и, повернувшись на источник, Данбар направился туда. Выглянув из-за угла, он обнаружил Тео, который открывал шкафчики и рылся в них, в поисках чего-то. Словив себя на мысли, что кто-то смотрит на него, Рейкен обернулся, встречаясь взглядом с Лиамом, который покраснел ещё больше, сам того не понимая. – Мне совершенно нечем накормить тебя, – честно, тон его голоса казался таким сожалеющим, что у Лиама даже сжалось сердце. Тео выглядел поистине раскаявшимся. – Обычно я закупаюсь по субботам, но сегодня не вышло, сам понимаешь. Не будешь против, если мы закажем что-нибудь? У меня есть пару бутылок пива, но я бы не советовал пить их на пустой желудок, – Рейкен обходит барную стойку и берет в руки телефон, замирая пальцами над сенсорным экраном. – Пицца или китайская еда? – Определённо, пицца, – Данбар кивает, потому что какой дурак может отказаться от пиццы? Тео согласно улыбается и, скользнув взглядом по Лиаму, замирает на уровне пояса. Твою мать. Ткань этих пижамных штанов такая тонкая, что понять, что под ними нет белья, проще простого. Когда Данбар уверен, что вот-вот сгорит от стыда, Тео отворачивается, здороваясь с оператором в службе доставки. Лиам точно переживет не один сердечный приступ за сегодня. Пока Тео общается, выбирая пиццу и уточняя об акции, о которой он, как оказалось, читал на сайте, Лиам позволяет себе как следует осмотреться. Он возвращается в гостиную и проходится по периметру, разглядывая фотографии. Все фото такие разные, но такие живые. На одной он замечает Тео в компании друзей, здесь и Скотт, крепко обнимающий приятеля на широкие плечи, и показывающий язык Стайлз, и обворожительные Лидия и Малия, улыбающиеся точно в камеру. Кажется, эти ребята и правда значимая часть его жизни. В дальнейшем он видит на снимках семью. Маленький мальчик, вне сомнений, сам Тео, его родители и ещё одна девочка, чуть старше, и Лиам делает очевидный вывод, что это его старшая сестра. Они похожи, и на каждом снимке так одинаково счастливо улыбаются, что Лиам не может не улыбнуться в ответ. Счастливое семейство. Счастливый Тео. – Карбонару обещают через час, полтора, – оповещает голос Рейкена и Данбар тут же отвлекается от разглядывания фотографий, оборачиваясь и встречаясь взглядом с парнем. – И как ты догадался, что она моя любимая? – со смешком интересуется Лиам, на что Тео просто пожимает плечами и отвечает, с такой искренней улыбкой: – Все любят «Черепашек». Лиам готов поклясться, что в этот момент видит того улыбчивого мальчишку со снимков. Глаза Тео горят, когда он смотрит на Лиама, и ему это так нравится. – Чем мы можем заняться, пока ждём? – осторожно спрашивает Данбар, обводя взглядом гостиную. Он понятия не имеет, что можно сделать, и надеется на Тео как никогда. – У меня есть приставка и последний «Call of Duty», если тебе такое интересно, – бросает Рейкен и указывает на приставку под журнальным столиком. Лиам расплывается в счастливой улыбке и воодушевленно кивает множество-множество раз. – Обожаю видеоигры. – Класс, я тоже. Они смотрят друг на друга с таким неописуемым детским восторгом, что, кажется, знают друг друга уже давно. И кажутся мальчишками, а не совершеннолетними юношами. Тео приходит в себя первым, кашляет в кулак и бегло качает головой. – Пойду переоденусь, можешь взять из холодильника пиво и всё, что найдешь, чтобы перекусить до пиццы. Тео исчезает в спальне и закрывает дверь, оставляя Лиама одного в малоизвестной гостиной. Он несколько секунд топчется на месте, переваривая в своей голове то, что только что произошло. По сути, не произошло ровным счетом ничего, но Лиам чувствует зарождение чего-то очень-очень хорошего и приятного у себя в груди, и не может сказать точно, что это. И всё же, оно заставляет его чувствовать себя счастливым. Оказывается, Тео умеет улыбаться и это потрясающе. Он выглядит милым и забавным, когда говорит о любимых вещах. И Данбар признается себе, что хочет узнать о новых любимых вещах этого парня, чтобы заставить его улыбаться так вновь. Он просто обязан. Лиам вынимает из холодильника две бутылки пива, находит на стойке миску с фисташками, и возвращается в гостиную, складывая всё на журнальном столике. Тео появляется в следующую секунду, в обтягивающей майке-алкоголичке и чёрных спортивных штанах, занимая место рядом с Лиамом на уютном диване. Он цепляет пальцами пульт и включает телевизор, попадая на какое-то вечернее ток-шоу. – Я никогда не понимал этого, – Лиам чуть хмурится, открывая первый орешек и бросая взгляд в сторону экрана, где по ту сторону телеведущие считали своим долгом обсудить очередную светскую сплетню, заставляя виновника неприятно морщится. Кем бы ни был этот парень, Лиаму было его жалко. – Людям просто нравится выносить чужое грязное белье на всеобщее обозрение, – Тео пожимает плечами и открывает обе бутылки, прислонив горлышко к краю столика. – Как будто кому-то может быть интересно это, – Лиам хмыкает. Ему никогда не понять переплести шоу-бизнеса. – Дурное замечают чаще, – чуть тише отвечает Рейкен и в этот момент они вновь встречаются взглядами, словно бы каждый решает что-то для себя в голове. Лиаму кажется, что Тео прав. Дурное видят в нём чаще, а в Тео он некоторое время назад и вовсе не видел ничего хорошего. – Ну, так, – мнется Лиам и делает глоток холодного пива, облизывая губы. – Может, выключим этот бред и сыграем? У меня руки чешутся, когда я смотрю на джойстик. – Хочу заранее предупредить тебя, у меня нет носовых платков, чтобы ты мог выплакаться после поражения, – во взгляде Тео мелькает азарт, это вызов, который Данбар готов принять прямо сейчас. – Ты такой наивный, – Лиам улыбается в ответ, его кровь бурлит, потому что, чёрта с два, он хорош в этом. Тео не сможет его победить. Спустя заветный час курьер доставляет пиццу, но для Лиама и Тео это время пролетает так быстро, что они даже не с первого раза слышат звонок в дверь. Они настолько уходят в игру, пытаясь перестрелять друг друга, то и дело подглядывая на экран соперника и намереваясь схитрить, что просто теряют счет времени. Как итог, Тео и правда лидирует в этой схватке, но и Лиам не отстает, имея за плечами несколько побед. Рейкен же, похоже, видит в нём достойного соперника. Они доедают пиццу, пока шутят и смеются, радуются и ругаются, когда перестрелка заканчивается, выявляя победителя. Лиам не играл в видеоигры черт знает сколько времени, у него никогда не было своей, но была у школьных друзей, у которых он зависал по выходным. Игровые консоли были его самой большой слабостью. Наверное, именно поэтому он так входит в азарт, чувствуя себя на одной волне с Тео, когда в скором времени они начинают дурачиться, толкая друг друга в бок, чтобы сбить прицел, пинаются, когда проигрывают и ведут себя как дети, показывая проигравшему языки. Лиам также подозревает, что он опьянел, потому что выпил свою бутылку пива на пустой желудок ещё до появления пиццы. Его щеки горят, а взгляд немного затуманен, отчего играть становиться со временем сложнее, но он не собирается сдаваться. – Твою мать! – в сердцах вскрикивает Данбар, когда в очередной раз не замечает подкравшегося и появившегося из ниоткуда Тео, который укладывает его парочкой точных выстрелов. Этот парень хорош, даже слишком. – Это твоё десятое поражение подряд, давай же, просто признай, что ты лузер, – издевательски посмеивается Рейкен, откладывая джойстик с торжественным видом, показывая себя победителем, коим он, кстати, и является. – Сегодня просто не мой день. И вообще, я выигрывал три раза подряд, – гордо заявляет Лиам, на что Тео только хрипло смеется, запрокинув голову назад и позволяя Данбару любоваться им. – Я же отходил в туалет, так что это нечестно, знаешь ли, – напоминает ему Рейкен, наконец, отсмеявшись. На самом деле, они смеялись и улыбались друг другу весь вечер, и это было невероятно. Лиам был счастлив, когда смотрел, каким счастливым выглядит парень, находящийся рядом. – Не моя вина, что тебе нужно было отлить в самый неподходящий момент, – взгляд Лиама сильно затуманен и он не может точно сфокусироваться на Тео, сидящем непозволительно близко. За время игры они с легкостью переместились с разных сторон дивана в самый центр, соприкасаясь коленками и локтями. К слову, Лиам считал своим долгом сказать, что Тео пах очень вкусно. Ему нравился его одеколон, и он был бы не против воспользоваться им как-нибудь. – Удивлен, как ты ещё держишься. Ты выпил больше моего, – хмыкает Тео и уголок его идеальных губ так соблазнительно дергается в кривой усмешке, что Лиам залипает, выпадая из реальности на какое-то короткое мгновение. Бутылка Лиама абсолютно пустая, в то время как Рейкен выпил чуть больше половины и сейчас явно контролирует ситуацию. А учитывая тот факт, что Данбар поглотил всё без еды, его положение сильно ухудшалось. – Знаешь, – голос Лиама в одно мгновение становится таким низким и хриплым, что взгляд Тео в момент заостряется на нём. Его светлые зрачки расширяются, потому что Данбар звучит сексуально. Он готов признать это, смотря на его потрепанный вид, гнездо на голове и покрасневшие губы. Лиам имел дурную привычку кусать их, когда был напряжен. – Мы не договаривались о том, что получит победитель, – его слегка шатает, но он точно не собирается отводить взгляд, смотря в глаза Тео. Если затаить дыхание, можно услышать, как сильно бьется его сердце. – Но какой утешительный приз достанется проигравшему? В этот самый момент Лиам чувствует, что он попал. Он неконтролируемо закусывает губу, и ловит мгновение, когда кадык Рейкена призывно дергается. Он возбужден. Лиам не собирается скрывать, что он тоже. Если взглянуть правде в глаза, весь вечер они не просто играли в приставку, они играл друг с другом, наглым образом флиртуя, прикасаясь и дразнясь, вызывая столько противоречивых чувств, что от всех этих эмоций и воспоминаний у Данбара голова идёт кругом. Тео смотрит на его зверем, уверенный и решительный, Лиам чувствует себя маленьким и беззащитным и это первый раз, когда ему нравится чувствовать себя таковым. Первый раз, когда он готов сдаться, потому что Тео – тот самый, перед которым он хочет спрятать свой поганый характер и явить собой кого-то послушного и податливого. Это сводит с ума. Лиам настолько погружается в себя, что не сразу замечает приближение Тео. Они соприкасаются не только коленками, они прижимаются друг к другу бедрами, плечами и, чёрт, Данбар чувствует обжигающее дыхание Рейкена на своих дрожащих губах. Он не чувствует, что это правильно или неправильно, он чувствует, что это нужно. Здесь и сейчас. Он хочет, чтобы это просто продолжалось. Лиам коротко и нервно выдыхает, неловко поддаваясь вперед и кончик его носа невесомо касается носа Тео. Дыхание между ними за одну секунду успевает участиться, а сердце заставить остановиться. Губы Лиама пересохли и он знает, ему нужен этот поцелуй. Ему нужны губы Тео на своих. Они тянутся друг другу. Остается жалкий миллиметр. И телефон Лиама режет тишину оглушительным раздражающим звонком, нарушая тот самый момент. Данбар недовольно стонет вслух, когда Тео, будто очнувшись, отстраняется. Мосты, которые они строили, рушатся тотчас. Лиам пребывает в какой-то прострации, когда по инерции тянется за мобильником, не глядя принимая вызов. В этот момент Рейкен уже находится на другом конце дивана, прижав ладонь к собственным губам. Чёрт, он выглядит таким потерянным. – Алло? – Лиам! – его оглушает женский голос, рассерженный и озлобленный, и Лиам так и замирает, пытаясь сообразить, кто это может быть, пока его шестерёнки в его голове начинают работать с удвоенной силой. – Какого чёрта?! Слушай, я думала, что нравлюсь тебе, но я ждала тебя целый час, а ты так и не пришёл. Мог бы просто написать, что свидание отменяется и не морочить мне голову, ты, придурок. Вот дерьмо. Свидание с Хейден. Сегодня. В парке. Он обещал провести с ней время, но это было ещё до того, как его избил в переулке Гейб и он оказался в госпитале, а после у Тео дома, чувствуя сильное влечение к Рейкену. Эта ситуация была до ужаса неловкой. Лиам чувствовал, как протрезвел в одно мгновение. – Ох, чёрт… Хейден, извини меня, – Лиам подозревает, что ему показалось, но Тео, услышав её имя, напрягается и со свистом выдыхает, резко поднимаясь и исчезая в ванной, громко хлопнув дверью. Данбар чувствует за собой вину, но через силу продолжает говорить, несмотря на страстное желание сбросить звонок. Он и так уже поступил с Хейден как последний мудак, пусть и не специально. – Дело в том, что меня избили и я… – Боже мой! Ты в порядке? – Хейден меняется, и больше не кажется злой, наоборот, она взволнованна и всерьез беспокоится о Лиаме, в то время как сам он не может найти себе места, мечтая сорваться к Тео, которого разделяет дверь в ванную. Он хотел бы возненавидеть самого себя ещё больше, но не может. – Да, всё о’кей, я сейчас у приятеля, мне нужно привести себя в порядок, немного отдохнуть, извини ещё раз, что не предупредил, я просто, вроде как, – он переводит дыхание, заставляя мозг работать, – был в отключке. И очень устал. Мы можем поговорить позже? – Конечно, Лиам, – тут же отзывается Хейден. В любой другой ситуации Данбар бы восхитился её пониманием, но сейчас он просто рад, что может так легко отвязаться. – Извини, я не знала. Поправляйся и обязательно свяжись со мной, как сможешь, хорошо? Я волнуюсь. – Конечно. Извини ещё раз. Я должен идти, так что, – из ванной раздается звук обрушившейся воды. Тео, кажется, решил принять душ. Лиам проглатывает ком в горле. Ужасно. Ужасно. – Пока. Он отключается, как только слышит ответное прощание от Хейден и бросает телефон прямо на журнальный столик. Тот скользит по гладкой поверхности и падает на пол с глухим стуком, но Лиам просто игнорирует это. Данбар впивается пальцами в свою голову и сильно сжимает её, впиваясь ногтями в кожу. Чёрт. Как можно создать и разрушить всё за один короткий миг? Лиам знает ответ на этот вопрос, как никто другой. Он уверен в одном, то, что он чувствует к Тео, не просто дурачество или глупость, потому что вместе с лежащим на полу телефоном Лиам пытается игнорировать стояк, который как никогда хорошо видно через пижамные штаны, принадлежащие никому иному, как Рейкену. И Лиам правда не знает, что ему делать в этот момент.