je t'aime

— Пожалуйста, обещай, что мы всегда будем на связи, общаться по скайпу, писать сообщения, отсылать фотографии… — Минсоку дорого обходится не разреветься на плече у своего лучшего друга, в то время как упрямые слёзы нагло подступают к глазам. — Конечно, еще как будем! — вторит вслед Бэкхен, кивая головой. Он все же дал волю слезам, и теперь они летели в разные стороны с аккуратного, но грустного и встревоженного личика Бэкхена. — Пожалуйста, не забывай меня. — С ума сошёл? — вскрикивает Минсок, сам того не ожидав. Парень закрывает рукой рот, сильнее льнет с объятиями к единственному близкому человеку, от которого судьба его беспощадно отрывает и шепчет тише, как они ещё в детстве придумали, чтобы их никто-никто не слышал. — Я закончу эту дурацкую учёбу и обязательно вернусь сюда, слышишь? Мы не навсегда расстаемся. Минсок искреннее верил и желал вернуться обратно, в свой родной город, к своему лучшему другу, с которым они на пару били коленки во всех дворах и на всех площадках, купались летом на море, пускали воздушного змея, сидели за одной партой с первого класса младшей школы и просто доверяли друг другу свои секреты. Бэкхен понимающе кивает, глубоко вздыхает, последний раз крепко обнимая лучшего друга, и отходит назад. Минсоку не нравится это, для него, мальчика любящего читать, это ассоциация из книжек 'прошлое делает шаг назад, открывая дорогу будущему'. Этим рейсом Минсок улетает в Сеул, покидает место, где вырос, людей, с кем вырос и летит на встречу к чему-то новому, неизвестному, леденящему душу, словно загадочное жерло дремлющего вулкана, который вот-вот пожелает проснуться. Юноша мажет слезы по мягким щекам, с горестью понимает, что дорожки в иллюминаторе самолета стали совсем муравьиными тропками, путаясь между собой. Он такой же маленький в соотношении со всем миром и другими людьми, и его большое несчастье кажется взрослым простой неприятностью.

***

Новый дом встречает Минсока весьма уютной, но такой чужой обстановкой. От стен веет посторонней энергетикой и мальчику это не нравится. Не нравится ему и его комната, которую родители старались подобрать в его любимых лиловых и фиолетовых тонах, чтобы хоть как-то скрасить переезд своему ребенку. Чадо искало минусы везде, неосознанно, так получалось само: то комната слишком маленькая, то слишком холодно, то слишком темно, то наоборот нужно задвинуть все шторы на окнах в этом ужасном (вполне милом и приятном) новом доме. — Пап, та картина, что висит у вас в спальне, просто жуть, — с нотками отвращения замечает Минсок, истинный ценитель искусства в семье Ким. Этим же вечером отец, под руководством непреклонного папы, снимает дешевый недошедевр и отправляет храниться в и без того забитую подсобку дома. — Погляди какая замечательная кухня, тебе будет где развернуться! — воркует отец над папой и Минсок, одаряя их тоскливым взглядом, удаляется, чтобы не нарушать счастливую идиллию. Он здесь со своей подростковой болью совершенно лишний. Только чуткий папа, который заходит в комнату сына перед сном, который как раз переписывается со своим другом, так не считает. Его мягкая рука нежно гладит по волосам и семнадцатилетний Минсок, откладывая телефон, снова вынужден сдерживаться, чтобы не разрыдаться словно пятилетний ребёнок. Папа поймёт, он уверен, но он вместе с тем понимает, что так просто было нужно. Минсок с детства знает в чем различие между 'нужно' и 'хочу', поэтому закусывает пухлую губку, трет сонно глаза и откидывается на подушку. Рука возносит над лицом бумажку — это буклет, оставленный папой, в котором содержится информация о его будущей новой школе, в которую предстоит отправиться уже завтра. Тень падает неудобно, поэтому юноша снова принимает положение сидя, листает глянцевые странички, вертит со всех сторон, разглядывает, читает. Минсок засыпает с мыслями о том, что ему совсем, ничуть-ничуть ни капельки не страшно, но это совсем не так.

***

В школе имени Чжан ДэХван много таких же подростков, как и сам Минсок, правда у одних волосы всех цветов радуги и хрящи на ушах исколоты серьгами, у других поголовно очки, пар десять, не меньше, другие почему-то тоже тусуются отдельно в тенечке под деревьями у парадного входа. В школе большие и светлые коридоры, в которых шумят ученики на перемене, звуки от захлопывающихся дверок шкафчиков, чья-то музыка из разных колонок смешивается в один микс. Все почти как и в старой школе, замечает Ким, стараясь поменьше оглядываться назад и по сторонам, чтобы не привлекать к себе внимания.

Все почти, как и прежде, за исключением того, что здесь слишком странно разбиты ученики. Я попал в центр кружков по интересам и мировоззрению?

Файтин, шепчет тихонько папа на ухо, поднимает задорные кулачки вверх и оставляет сына с его будущем учителем и по совместительству классным куратором. Минсоку хочется как маленькому вцепиться в его руку, как в детстве, когда он не хотел оставаться в детском саду на целый день, пока не подошёл четырехлетний Бэкхен, протягивая свой новенький самосвал, который подарил ему на днях отец. Но здесь нет Бэкхена, здесь старшая школа, незнакомые подростки, которых омега немного побаивается, а точнее того, как его воспримут в классе, и фишка с игрушечными машинками здесь уже не прокатит, как двенадцать лет назад. — Познакомьтесь с нашим новым учеником Ким Минсоком, теперь вы будете учиться вместе, — соблюдая все традиционные формальности и прелюдии, молодой классрук представил новенького. — Пожалуйста, позаботьтесь о нем. — Здравствуйте, меня зовут Ким Минсок, — когда-то ему уже выпадала возможность так представляться, в первом классе младшей школы. — Пожалуйста, позаботьтесь обо мне. Провторив учителю, Минсок ощутил на себе взгляды минимум двадцати пар глаз и готов был покрыться краской от смущения. На негнущихся ногах он прошёл к указанному свободному месту, вцепившись в рукав своей ослепительно белой рубашки. Тихо выдохнув, он выложил на свою третью парту по центру учебник математики и тетради с пеналом, обещая себе постараться хорошо учиться и осваивать программу. Место рядом с ним пустовало недолго: на следующем уроке литературы, который проходил в соседнем кабинете, обстановка которого Минсоку очень нравилась, на соседний стул плюхнулся паренёк, который влетел в класс чуть раньше звонка, со светлыми волосами и ярким рюкзаком со множеством фандомных значков, кажется, совсем неизвестных Минсоку. — О, что я вижу, — Ким немного вздрогнул от неожиданного звонкого голоса, обращенному к нему. — Ты новенький? — Угу, — сжато кивнул Минсок. Нет, он совсем не хотел казаться букой или тем, кому не до общения с людьми, просто быть новичком всегда очень трудно. Трудность эта улетучились вместе с задорным прищуром и подмигиванием парня. — Тогда будем знакомы, — он протянул свою руку, маленькую и тонкую (явно омега), для рукопожатия, и представился: — Я Лухан. Можешь звать меня Лу. Я немного опоздал, надеюсь, ты меня не выдашь. — Не выдам. Я Ким Минсок, — наконец улыбнулся Мин, протянув свою руку новому знакомому. — Можешь звать меня… Он вдруг осекся и слегка взволнованно забегал глазами по светлой парте. Лу отпустил его руку и попытался заглянуть в глаза. — Прости, — нервно хихикнул Минсок, усмехаясь одним уголком губ. — Сегодня мой первый день, поэтому я немного (много) волнуюсь. Вообще-то друзья называли меня Сюмин. — Отлично, — снова подмигнул Лухан и ошеломительно улыбнулся. Только сейчас Минсок понял, что он напоминает ему милого и очень симпатичного олененка. — На самом деле у тебя очень красивые имя и прозвище. Минсок смутился, но в класс вошел преподаватель литературы, начиная урок. Парень всегда любил читать, так что гармония, которая царила во время урока, его несказанно обрадовала. Невысокий омега прекрасно знал и вел свой предмет, Минсок с упоением слушал и даже немного расстроился, когда неожиданно звонок прервал чудесную речь учителя, наполненную богатым запасов слов, речевыми оборотами и эпитетами, словно это не человек, а ходячая книга. Забавный сосед по парте снова исчезает так же внезапно и быстро, как и появился. Ну да, то что он был мил с ним не означает, что он должен возиться с Минсоком. Потому юноша складывает учебники в свой портфель и спешит покинуть класс одним из последних, но на выходе дорогу ему перекрывает фигура молодого человека. Парень выше его самого на голову уж точно, одет он в классическую белую рубашку, и Минсок не может понять старшеклассник ли это или такой молодой преподаватель, пока его в считанные секунды не задевают рюкзаком по плечу. Удар тяжелый, неприятный, Минсок молча морщится — парень (теперь Минсок уже уверен, что он ученик) проходит в класс, кажется, даже не заметив небольшого препятствия на своём пути в виде Кима. Минсоку не нужны неприятности с самого начала учёбы, да и с кем не бывает на самом деле. Всю перемену он одиноко проводит у окна в коридоре, наблюдая внутренний двор школы. В воздухе теперь почему-то витает слабый запах горького шоколада. Минсок мог словно почувствовать его знакомый вкус на языке (его папа врач и Минсока старались кормить только горьким настоящим шоколадом, который якобы был полезнее, чем все современные шоколадки на какао-порошках) Минсок усмехнулся, вспомнив, как в детстве они с Бэкхеном втихую покупали молочный шоколад, прятались у Кима в комнате и устраивали настоящие шоколадные посиделки. Тогда это будоражило кровь, это была детская шалость, нарушить запрет родителя — настоящий адреналин.

Наверное что-то готовят в столовой.

Минсока вновь одергивает школьный звонок, дрелью бьющий по чувствительному слуху парня. Звонок звенит дольше обычного и по лестнице бежит преподаватель невысокого роста, почти как сам Ким. Он держит в руках журнал и какие-то конспекты, одной рукой иногда неловко и забавно поправляя слетающие с носа очки. Мистер О оповещает немного летающего в своих мыслях Минсока о том, что урок будет проходить в том же кабинете литературы и они вместе входят в класс, где все ещё немного шумно. Минсок почти беспрепятственно проходит к своему месту (если не считать того, что пара парней, играясь между собой и громко бася смехом, чуть не сбили его). В следующие мгновения у дверей класса появляется несколько голов, одну Минсок хорошо узнает — светловолосый Лу на позитиве машет ему ладошкой из-за широких плеч высоких парней, что опоздали вместе с ним. Кажется, с дисциплиной тут не очень. Минсок скромно утыкается в свой портфель, пока мимо него проходят ученики, от которых идёт странный сквозняк, и замечает, что в его багаже нет тетрадки по английскому. — Прости… — шепотом зовёт Минсок Лу, и только сейчас замечает, что от него веет слабый запах никотина. — Можешь дать мне листочек? Я забыл свою тетрадь дома. В тетрадках у Минсока всегда много всего, весь материал, записанный даже если он на больничном, удобные схемы и, если нужно, подсказки и шпоры в виде таблиц или чего-то ещё. Цветными выделителями старательный Ким определяет для себя самое важное, основное или сложное — что сразу должно бросаться в глаза и хорошо запоминаться. — Конечно, — добродушно хватается Лу и тянется было к своей тетрадке, которая оказывается почти полностью исписанной. — Ой. — Ладно, ничего… — шепчет Минсок, смутившись неловкому положению, но Лу дал ему знак замолчать и успокоиться, а сам завертелся по сторонам, ведь учитель уже диктовал тему. — У вас пара листочков не найдётся? — столь же обворожительно, но как-то немного натянуто улыбается Лу, нехотя оборачиваясь к парте назад. Минсок вполголовы следит за ним, слегка обернувшись тоже: только сейчас он заметил, что за ним сидит не дремлющий худоватый паренек в зеленоватой жилетке, что был на первых уроках, а два парня, одним из которых является тот, что на перемене чуть не снёс Минсока своим рюкзаком. Светловолосый парень, тёмные корни которого давали о себе знать, флегматично покосился на соседа Минсока, медленно потянулся к углу парты, на котором лежал толстый черновик, но его сосед его опередил. — Для такой хрупкой леди как ты хоть целую тетрадь, — парень сощурил глаза, ехидно прошептывая свои слова, действительно протянув Лу новую чистую тетрадку в клетку. — Thank you, Чондэ, — передразнил парня Лу и закатывая глаза, повернулся обратно. Он открыл сердцевину тетрадки, вырвал из серединки двойной листочек для себя, а тетрадь протянул округлившему глаза Мину. Позади послышались подозрительные шорохи и тихий смешок парней. — Эй, Лу-Лу, — шепотом позвал все тот же голос. — Твоей подружке тоже нужна тетрадка? Я могу дать. Эй, новичок. — Минсок почувствовал, как Чондэ схватился руками за парту, наклонился, прикладываясь на них и дыхнул куда-то в шею, от чего по спине пробежались странные мурашки. — Ты будешь вознагражден за свою несказанную щедрость, — прошептал в ответ Лу и треснул Чондэ резиновой линейкой по голове, от чего тот сел обратно. Минсок сдержал улыбку. — Ким Чондэ, я вижу вы горите желанием выйти к доске? — послышался слегка строгий голос преподавателя. Он смотрел через свои очки на Чондэ прямо через Минсока, и ему казалось, будто это его сейчас выставят из класса. — О, нет-нет-нет, мистер О, простите, — харизма названного Чондэ давала о себе знать. — Почему бы вам не попросить О Сехуна? У него наверняка получится гораздо лучше, чем у меня. Чондэ ткнул своего молчаливого друга локтем в ребро, от чего тот еле-заметно дернулся. Учитель однофамилец и правда вызвал Сехуна отвечать. Иностранный парня был на высоте, он получил хороший балл и после недолгих прелюдий у доски вернулся на своё место. Чондэ показывал ему большой палец вверх, на что тот лишь усмехнулся. Лу, сидящий рядом с Минсоком, незаметно закинул в рот мятный леденец, подкинув один своему собрату по тетрадным делам, и положил голову на руку, как-то устало отвернувшись. Такой вид Лу, который он пытался скрыть, волновал сердечного Минсока, но куда больше его тревожил взгляд пары глаз на своём затылке, который он отчётливо ощущал весь урок.