Сказ о Красной Волчице
20 октября 2017 г., 15:07
Война была окончена, а в Вестерос вновь вернулось долгожданное лето. Из-за дня в день, яркие лучи солнца растапливали снега, заставляя талую воду, вперемешку с кровью падших, впитываться в Северные земли. Зима была близко. Она настала. И теперь она подошла к концу. Только вот отнюдь не всем удалось её пережить...
Мертвецы оказались повержены, а Король Ночи был пронзен Светозарным мечом, что сжимал в своих руках новый Азор Ахай. Тот, перед кем расступилась тьма. Тот, кто вобрал всю эту тьму в себя...
Теперь, над Вестеросом, вновь, как и десятки лет назад, воспарили два дракона – дети новых Короля и Королевы. И, как оказалось, не единственные, какие у них могли быть. Ведь ещё во время великой битвы, Дейенерис Бурерождённая узнала радостную, хоть и столь неожиданную весть, что она носит внутри себя ребёнка Короля Севера. Бастарда, чьё настоящее имя было Эйгон Таргариен. Сын Рейгара и Лианны. Дракона и волчицы. Истинный наследник Железного Трона.
Уже спустя девять месяцев, на свет появился Эддард Таргариен – первенец законных правителей Семи Королевств. Тот, чьи волосы имели цвет снега, а глаза были цвета грозовой тучи. Жеребец, который покроет весь мир.
– Джон?
Мужчина резко вскинул голову, устремляя уже столь привычный мрачный взгляд на девушку, что сейчас осторожно шагнула к нему, при этом протянув вперёд ладонь, но так и не решившись дотронуться до мужа. Дейенерис выглядела крайне уставшей, а под её глазами пролегли тёмные круги, словно она не спала уже несколько суток.
Джон стремительно поднялся на ноги, поддерживая жену под руку и усаживая её на то место, что секундой ранее занимал он сам. На Железный Трон, о котором грезило так много самопровозглашённых королей, но который едва ли приносил хоть немного счастья.
– Ты неважно выглядишь, – обеспокоенно проговорил Джон, опускаясь перед девушкой на колени и кладя свою ладонь на её уже округлившийся живот. – Всё хорошо?
Дейенерис вымученно улыбнулась, при этом кивая и нежно касаясь ладонью колючей щеки мужа. После смерти Дрого, она думала, что больше никогда не сможет полюбить снова, но любовь не выбирает когда ей прийти и чьи сердца пронзить своими стрелами.
– Всё хорошо, просто немного устала. Эддард никак не хочет отправляться в постель, пока не услышит очередную историю. Вот только, ему едва ли нравятся рассказы о драконах и Таргариенах, – в один миг, Дейенерис помрачнела, а уголки её губ опустились вниз. – Он хочет услышать сказ о Красной Волчице.
Джон едва заметно вздрогнул, но всё же продолжил оставаться абсолютно невозмутимым снаружи. Вот только внутри, казалось бы уже давно мёртвое сердце, с силой заколотило о рёбра, а под кожей будто разлилась самая настоящая лава, что в один миг превратилась в дикий северный холод.
Мужчина медленно выпрямился, слегка подаваясь вперёд и мягко целуя жену в лоб. Слишком по-отечески. Не так как хотела она. Но Дейенерис не решилась ничего сказать, позволив себе лишь слабо улыбнуться.
– Отдыхай, любовь моя. Я сам уложу нашего сына в постель.
И Джон стремительно направился прочь из тронного зала, в то время как девушка, тяжело вздохнув, устало прикрыла глаза. Эйгон был хорошим мужем, что часто говорил о любви и подарил ей двух чудесных детей. Вот только, находясь рядом с ним, Дейенерис никак не могла отделаться от чувства, что их всё ещё оставалось трое.
***
Войдя в покои сына, которому едва исполнилось шесть, Джон позволил себе действительно искренне улыбнуться, что в последние годы, было достаточно редким явлением. – Твоя мама сказала, что ты не хочешь слушать легенды о первых драконах? – поинтересовался мужчина, присаживаясь на стул у постели. Мальчик согласно кивнул, при этом откидывая со лба непослушные серебристые пряди. Как у Дейенерис. В Эддарде было слишком мало от Старков. Только если волчий взгляд и имя бывшего Хранителя Севера. – Я хочу послушать о Красной Волчице. Ещё один раз, пожалуйста. Малыш Нэд всегда замечал, что отцу не очень нравится рассказывать эту историю, и чаще всего, он и вовсе старался её избегать. Но этой ночью, сын был настроен крайне решительно получить то, чего он действительно хочет. И Джон, будто это понимая, тяжело выдохнул, проводя по лицу ладонью, словно стараясь сбросить с себя то странное и пугающее чувство, что каждый раз охватывало его при воспоминании о Красной Волчице. – Хорошо. Но это последний раз, когда я буду о ней рассказывать. Мальчик согласно кивнул, при этом позволяя своим губам растянуться в улыбке. Эта история была прекрасна, хоть и очень трагична, и малыш Нэд искренне не понимал, почему она так сильно расстраивает отца и, кажется, злит его маму. Джон же, сделав ещё один глубокий вдох, наконец начал свой рассказ. – Однажды, когда полчища мертвецов пришли в Вестерос, у его жителей не было надежды на спасение. Каждый живой, будь он молод или стар, знал, что нет никого, кто действительно сможет вступить в схватку с самим Королём Ночи. Ведь в последний раз, его побеждали тысячу лет назад. Легендарный воин Азор Ахай, одержал верх над Великим Иным, сразив его Светозарным мечом, что был омыт кровью его возлюблённой Ниссы-Ниссы. Но теперь, уже никто не надеялся на его возвращение, даже несмотря на то, что согласно пророчеству, Ахай возродится как Принц, который был обещан. Все Красные Жрецы, служащие Владыке Света, верили в его второе пришествие. – Но он вернулся, – с воодушевлением прошептал Эддард, в то время как в его серых глазах загорелось восхищение. – Он вновь победил Белых Ходоков. – Верно, – Сноу позволил себе вымученно улыбнуться. – Он вернулся. Его жизнь была бы значительно легче, если пророчество оказалось бы ложью. – Обещанный Принц, новый Азор Ахай, тоже был мертвецом, восставшим из мёртвых. Вот только, его сердце всё ещё продолжало биться, а глаза так и не засветили синим светом. Король Ночи не был властен над ним. – Но меч Азора не был способен одолеть Великого Иного. – Да, его меч был выкован из валирийской стали, но он не был Светозарным. Он не был Красным Мечом Героев. Он не горел ярким пламенем. Ведь чтобы меч вновь воспылал, Азор был должен омыть его кровью своей возлюблённой. Малыш Нэд тяжело сглотнул, потеплее укутываясь в волчьи шкуры. Он знал, что сейчас начнётся самая грустная часть этой истории. Та самая, что раз за разом заставляла слёзы блестеть в глазах его отца. Джон никогда не плакал, но боль в его тёмно-карих глазах была слишком сильна. Она была практически осязаема. – Азор Ахай был предан своей возлюбленной. Сереброволосой принцессе, в чьих жилах текла кровь Драконов. Он действительно любил её, а она была готова принести себя в жертву ради победы над Белыми Ходоками и возвращения мира в Вестерос. Вот только, Азор Ахай знал, что кровь принцессы не сделает его меч Светозарным. Он был влюблён, но его сердце навеки принадлежало другой. Той, кого он не имел права любить; которая не должна была любить его в ответ. Но их чувства были слишком сильны, чтобы смочь им сопротивляться. В ту последнюю ночь, обещанный Принц пришёл в покои Красной Волчицы. И она не стала его прогонять. Она позволила ему остаться, подарив Азору свой первый и последний поцелуй. Подарив ему ночь любви. Малыш Эддард с интересом наблюдал за отцом, что сейчас замолчав, мутным взглядом смотрел на языки пламени, полыхающие в камине. Теперь, Джон слишком сильно боялся огня. Теперь он знал, что чтобы заставить меч воспылать, тебе придётся пролить слишком драгоценную кровь. – Папа? Джон едва заметно вздрогнул, понимая, что они уже несколько минут прибывают в абсолютной тишине. Вот только, мужчина никак не мог найти в себе силы закончить рассказ. Ведь картинки прошлого, всё ещё продолжали стоять перед глазами, причиняя невыносимую боль. – Следующим утром, все жители Королевства узнали о том, что Ледяная Стена пала, и армия мертвецов, под предводительством Белых Ходоков, движется прямо на Север, – Джон крепко сжал кулаки, чувствуя, как в груди, слишком болезненно пульсирует сердце. – И единственным человеком, который мог всех спасти, был новый Азор Ахай. Вот только, для этого, он был должен окропить свой меч кровью истиной возлюбленной, чтобы он стал Светозарным. – Но ведь она сама этого захотела, – тихо, словно успокаивающе, прошептал юный Таргариен. Джон слабо улыбнулся, согласно кивая. – Верно. Сама. Красная Волчица самостоятельно направила себе в грудь лезвие меча, умоляя Азора это сделать. Прося его о собственной смерти, – ладони Джона едва заметно тряслись, и он молился всем Богам, чтобы сын этого не заметил. – И тогда, Азор Ахай сделал то, что был должен. Он пронзил сердце своей возлюбленной, ловя ее последний судорожный вдох и, кажется, умирая в этот миг вместе с ней. А его меч, омытый её кровью, в тот же миг воспылал огнём, становясь Светозарным. Малыш Нэд утёр единственную слезу, что сейчас катилась по его щеке. – Но ведь однажды, когда Азор Ахай тоже обретёт покой, они ведь снова окажутся вместе, не так ли? Губы Джона дрогнули в слабой улыбке, и он лишь подался вперёд, оставляя на лбу сына короткий поцелуй. – Красная Волчица похоронена вместе со своей семьей, и там нет места для Азора Ахая. Не было никогда, – Джон поднялся на ноги, мечтая как можно скорее уйти и, возможно, напиться до беспамятства. – Спи спокойно, мой маленький дракон. Но юный Таргариен лишь слегка качнул головой, заглядывая прямо в темные глаза отца. Такие же, как и у него самого. – Во мне течёт кровь драконов, но я волк, каким был мой дед и каким был ты, – тихо прошептал малыш. – И однажды, я встречу свою Красную Волчицу, вот только, я никогда не смогу убить её, как это сделал Азор Ахай. Джон дернулся от этих слов словно от удара, но приложил все усилия, чтобы сын не увидел той всепоглощающей боли, что сейчас отразилась на лице его отца. Ведь он сам, теперь уже навечно, потерял свою Красную Волчицу. И призраки прошлого будут преследовать Джона до конца его дней. И лишь в это время, Дейенерис, застывшая у двери покоев сына, подавила свой тихий всхлип, поспешив оттуда убраться. Санса Старк мертва, и Красная Волчица больше никогда не вернётся назад. А Азор Ахай теперь носит имя Эйгон Таргариен...
