Пересмешник
17 октября 2017 г., 15:30
Пересмешник, это одна из тех птиц, которая может подражать абсолютно любому звуку, в том числе и человеческому голосу. Иногда, казалось, если пересмешник наиболее умён и хитер, он может и вовсе проникать в твою голову, выдавая свои слова за твои собственные мысли. И Петир Бейлиш овладел этим искусством уже очень давно, ведь играя в престолы, манипуляции – единственный шанс выжить и победить. А он не привык проигрывать.
Мужчина медленно прогуливался по двору замка Винтерфелла, при этом зябко кутаясь в плащ от холода. Ему никогда не понять того, как можно жить на севере, среди вечных снегов, не зная даже согревающих лучей яркого солнца. Вот только, судьба была к нему крайне жестока, раз дважды заставила Петира влюбиться в северных женщин. В мать и дочь. В тех, кто никогда не отвечали ему взаимностью. Но если Кейтилин уже давно мертва, то Санса все ещё жива, и теперь она не просто юная девочка, что однажды прибыла с отцом в Королевскую Гавань, теперь, Санса Старк распустившийся цветок, который Мизинец хочет сорвать. И он знал, что однажды у него получится это сделать, ведь девушка уже была так близка к тому, чтобы броситься в его всеспасающие объятия. Вот только, раз за разом, когда мужчина был наиболее близок к цели, на "сцене" появился тот, на чью смерть Бейлиш надеялся ещё в Битве Бастардов. Умри Джон Сноу тогда, всё стало бы значительно легче. Но бастард выжил, и теперь он провозглашён глупыми лордами Королем Севера.
Петир слегка поморщился, замечая брата с сестрой, о чем-то беседующих у оружейной. Мужчина знал, что эти двое ещё не были слишком близки, но они делали всё, чтобы это исправить. И Бейлиш понимал, что он проиграет в ту же минуту, как только это сближение всё-таки случится, и поэтому, он не мог этого допустить.
– Ваша милость, – Петир появляется как будто из ниоткуда, видя, как при его появлении, не скрывая своего недовольства, морщится Джон. – Миледи.
– Лорд Бейлиш, – Санса присаживается в легком реверансе и, кажется, действительно искренне ему улыбается.
После победы над Болтоном, она прибывала в довольно таки хорошем расположении духа, и это лишь шло на пользу Мизинцу. Ведь в эти минуты, юная леди совсем не вспоминает о том, что это именно он продал ее Рамси словно племенную кобылу.
– Мы поговорим позже, – роняет Джон сестре, и даже не удосужившись попрощаться с Пересмешником, стремительно направляется прочь.
Петир замечает, как за удаляющимся Королем Севера, незримой тенью следует его лютоволк. И этот огромный зверь, с красными, словно налитыми кровью глазами, действительно пугает мужчину. Волки хорошие охотники, и хотя обычно они предпочитают добычу покрупнее, иногда, они все же могут устроить и охоту на птиц.
– Кажется, вашему брату нравится его новая роль, – говорит Бейлиш, вновь поворачиваясь к Сансе и одаривая ее мягкой улыбкой. – Вот только, я все ещё вижу вас на его месте. Вы — истинная Старк, а не он.
Девушка хмурится, при этом медленно покачивая головой.
– Кажется, мы уже говорили с вами об этом, лорд Бейлиш. Джона выбрали все северные лорды, и кто я такая, чтобы им перечить.
– Вы дочь Нэда Старка, последнего Хранителя Севера. Кого им слушать ещё, если не вас? – он разводит руками, при этом растягивая губы в сдержанной улыбке.
Санса все ещё продолжает хмуриться. Она знает, что Пересмешнику нельзя доверять, что все его слова – искусная ложь и попытка манипулировать, но в глубине души, девушка все же понимает, что он действительно прав. Может в венах Джона и течёт кровь Эддарда, но он все ещё бастард. Не Старк. Она же – истинная и единственная выжившая наследница своего отца.
– Мы не можем исправить того, что уже сделано, – в голосе Сансы сквозит сомнение, и это заставляет Петира довольно улыбнуться.
Девчонкой крайне легко манипулировать, она прислушивается к каждому его слову, и это слишком глупо, учитывая их общее прошлое. Впрочем, Бейлиш знает, что затронул нужные ниточки. Поэтому, приобняв не ожидающую этого леди Старк за талию, мужчина ведёт её на прогулку в Богорощу. Его единственная цель: настроить брата и сестру друг против друга, не позволяя им сблизиться окончательно. И половина работы была уже успешно проделана.
***
Джон редко посещал крипту. Кажется, с момента возвращения Винтерфелла обратно Старкам, он и вовсе находился здесь впервые. Это место казалось ему слишком отчуждённым, даже пугающим. Помнится, в детстве, Робб пугал его тем, что среди этих холодных каменных стен, бродят души их предков. Джон никогда не верил словам брата, но всё же, после них, старался как можно реже спускаться в крипту. И никогда один. Он тяжело вздохнул, едва удерживая себя от того, чтобы прикоснуться к столь знакомому и чужому лицу одновременно, высеченному из чёрного камня. У статуй нет души, а мёртвые никогда не услышат твоих слов и не почувствуют касаний. Джон это знал, ведь однажды, он сам был вынужден умереть, чтобы после, вернуться к жизни вновь. В тишине подземелья, слишком отчётливо слышались приближающиеся шаги. Тихие, словно крадущиеся. И Королю Севера не требовалось никаких усилий, чтобы понять, кто сейчас к нему приближается. В тёмно-карих глазах бастарда проскользнуло едва уловимое раздражение. – Ваша милость, – Петир почтительно поклонился, останавливаясь рядом с мужчиной и бросая взгляд на ту статую, возле которой они сейчас стояли. – Я встречал Лианну лишь однажды. Она была очень красивой женщиной. Думаю вам известно, какая война была развязана из-за этой северной волчицы. Джон кивнул. Он крайне хорошо знал эту историю. Знал, что Роберт Баратеон поднял восстание, когда Рейгар Таргариен похитил Лианну Старк, что была обещана в жены одному из оленей. То самое восстание, которое свергло многовековую династию Драконов, при этом, перебив практически всех из них. В живых остались лишь двое, и сейчас, одна из них, тоже вступила в игру престолов, надеясь вернуть однажды утраченный её отцом трон. – Иногда, я вижу Лианну во снах, – словно и вовсе забыв, что он говорит с врагом, пробормотал Джон. – Наверное, это глупо, ведь я даже не знаю как она выглядела на самом деле. А эти каменные статуи, едва ли действительно могут передать её черты. Бейлиш понимающе кивнул, вновь переводя взгляд на лицо ныне покойной леди Старк. Кто знает, как бы сложилась история, будь она сейчас жива. Стань королевой она, а не Серсея Ланнистер. – Это нормально, скучать по тому, кого мы даже никогда не видели, ваша милость. Джон нахмурился, сбрасывая с себя секундное оцепенение и вновь становясь самим собой. По лицу Белого Волка пробежала тень, а взгляд тёмных, словно грозовое небо, глаз, устремился на Пересмешника. – Но ведь вы пришли сюда не для того, чтобы поговорить со мной о моей покойной тёте, лорд Бейлиш, – холодно проговорил Джон. И в этот миг, Петир, с досадой, или напротив с радостью, всё же отметил, что Джон – не такой как Нэд, чтобы не говорили другие о их безумном сходстве. Эддард был суровым, но всё же достаточно мягким человеком. Джон же был холоден как Север. Удивительно, что тот, кто родился на Юге, мог действительно быть таким. – Вы правы, ваша милость. Я пришёл говорить не об этом. – Ну так говорите о том, ради чего вы пришли. Бейлиш кивнул, при этом скользнув языком по пересохшим губам. Слишком нервный и не свойственный для Пересмешника жест. И это заставило Джона нахмуриться ещё сильнее. Сноу никогда не доверял этому человеку, но знал, что он может говорить очень сладко и убедительно, а значит, рядом с ним, следует всегда держать ухо востро. И словно чувствуя настрой собеседника, Петир позволил себе улыбнуться, протягивая вперёд руку и кладя ладонь на плечо бастарда. – У вас много врагов, мой Король, но клянусь, я не один из них, – мужчина слегка сжал свои пальцы, словно стараясь доказать чистоту собственных намерений. – Я люблю Сансу, как любил её мать. Джон резко вскинул взгляд, сталкиваясь им со взглядом Бейлиша. Пересмешник смотрел на него словно с надеждой на понимание, в то время как лицо короля перекосило от ярости. До тех пор, пока бьётся его сердце, он ни за что не позволит этому человеку быть рядом с Сансой. Он никогда не даст её в обиду. И уже в следующий миг, слишком резко и неожиданно, Петир оказался прижат спиной к холодной каменной стене, чувствуя боль от удара в затылке. Мужчина поморщился, позволяя своей ладони соскользнул с плеча бастарда, и ощущая, как пальцы Джона, с силой сжимают его шею, заставляя задыхаться. Сноу подался вперёд, ещё сильнее сжимая пальцы на горле Пересмешника; наблюдая за тем, как его лицо краснеет, а глаза расширяются от ужаса. – Тронете мою сестру, и я лично убью вас. Король отступил Петира так же резко, как и до этого прижал его к стене крипты. Джон всё ещё тяжело дышал, будучи не в силах справиться с той яростью, что диким огнём полыхала у него в груди; что словно драконье пламя, вот-вот наровилась вырваться наружу. И если это произойдёт, лорд Бейлиш умрёт уже сегодня. Петир всё ещё потирал своё горло, наблюдая за тем, как Джон поспешно покидает подземные тоннели. Секундой ранее, волк всё же смог поймать назойливую птицу, но в этот раз он её отпустил, давая понять, что при их следующий встрече, клыки зверя уже окончательно сомкнуться на пернатой тушке.***
Время уже клонилось к ночи, когда Джон, восседая в своих покоях, услышал робкий стук в дверь. Едва слышимый, будто пришедший не был уверен, хочет ли он действительно сюда войти. Замешкавшись лишь на секунду, мужчина всё же поднялся на ноги, ступая вперёд. Сейчас он не был готов принимать гостей, но любопытство, всё же заставило бастарда распахнуть дверь, и в тот же миг, его брови удивлённо взметнулись вверх. – Санса? Признаться, увидеть младшую сестру на пороге собственной комнаты, было более чем неожиданно. Тем более после их тяжелого разговора сегодняшним днём. Возможно, то, что лорд Бейлиш прервал их, было даже к лучшему, ведь иначе, они могли рассориться ещё сильнее, что определённо привело бы к своим последствиям. – Я могу войти? – несколько взволнованно пробормотала Санса, при этом смотря куда-то за спину брата, словно не осмеливаясь взглянуть ему в глаза. Джон кивнул, посторонившись и пропуская девушку внутрь, при этом закрывая за ней тяжёлую дверь. От глаз мужчины не укрылось и то, что Санса всё ещё была в тёплом плаще, на вороте которого лежали не успевшие растаять снежинки. Значит, она едва успела вернуться с прогулки. – Ты была в Богороще? Санса кивнула, оборачиваясь к Джону лицом, при этом несколько нервно улыбаясь. – Хотела помолиться, но придя туда, поняла, что успела забыть абсолютно все молитвы. Да и Боги отвернулись от нашей семьи уже очень давно. Бастард тяжело вздохнул. Он и сам не помнил, когда в последний раз посещал Богорощу. Кажется, это было в Ночном Дозоре, когда он давал клятву верности, которую, всё же в итоге нарушил. Хотя, он действительно нёс свой пост до самой смерти, и возвращение в мир живых, не возрождало вновь и данную однажды клятву. – Но что заставило тебя прийти сюда в столь поздний час? Санса несколько неуверенно переступила с ноги на ногу, при этом стягивая с рук кожаные перчатки. В покоях брата было достаточно тепло, чтобы согреться и без них. Она вновь неуверенно взглянула на Джона, словно опасаясь говорить ему правду. – Когда я была в Богороще, туда пришёл лорд Бейлиш, – Санса немного помолчала, в то время как во взгляде её голубых глаз появилась какая-то отчуждённость. – Он не прикасался ко мне, но всё время повторял о том, что я должна стать его женой. Что это наше общее предназначение: занять Железный Трон. Джон и сам не заметил того, как крепко сжал кулаки, а на его скулах слишком отчётливо проступили желваки. Он предупреждал Пересмешника, но, кажется, лорд Бейлиш решил этим пренебречь. Для такого умного человека, он совершал слишком глупые ошибки. – Что он сказал ещё? Санса едва заметно поёжилась от тона брата. Сейчас, он был холоден как сам Север. Буквально пробирался под кожу, пронизывая до самых костей. – Лорд Бейлиш сказал, что заберёт меня отсюда, как только я буду готова. Как только ты дашь ему своё согласие на этот брак, – и слишком неожиданно для них обоих, не сдержав эмоций, Санса разрыдалась. – Прошу тебя, Джон. Не заставляй меня этого делать! Ты был прав сегодня днём, когда говорил, что мы не можем ему доверять. Лорд Бейлиш лишь пытался настроить меня против тебя. Заставлял думать, что ты отобрал мою корону... Девушка судорожно всхлипывала, отчего, половина её слов, терялись в этих звуках, но Джону было достаточно и того, что он уже услышал. И если бастард был зол сегодня в крипте, то сейчас он был просто в ярости. Никто не может пытаться управлять волчицей, когда её стая рядом. Только глупец решит это делать, когда вокруг его окружают лишь волки, чьи челюсти мечтают сомкнуться на глотке Пересмешника. Джон стремительно шагнул вперёд, заключая сестру в объятия и нежно поглаживая её по шелковистым волосам, стараясь успокоить. – Тише. Я никогда, слышишь? Никогда не позволю этому человеку коснуться тебя даже пальцем. Я обещаю, Санса. Обещаю. Девушка кивнула, обнимая брата в ответ, при этом прильнув к его груди, словно ища защиты. Сейчас, юная Старк слишком сильно напоминала себя прежнюю. Ту маленькую девочку, нуждающуюся в защите старшего брата. Только вот раньше, на его месте был Робб, а сейчас, Санса обнимала его: брата-бастарда. Того, кого презирала всю свою жизнь. Того, в ком сейчас видела единственного защитника. Следующим днём, Петир Бейлиш спешно покинул Винтерфелл, лишь коротко и сухо попрощавшись с его леди, но так и не дождавшись Короля Севера, что был должен проводить своего гостя в дорогу. Санса с облегчением провожала удаляющуюся процессию взглядом, при этом мысленно благодаря Джона за то, что он сдержал своё слово, ведь лорд Бейлиш, так и не отважился к ней прикоснуться. Он просто сбежал, намереваясь продолжить свою игру в престолы, но уже без леди Старк и тех северных воинов, чью поддержку Петир надеялся получить, после женитьбе на дочери последнего Хранителя Севера. Вот только, Пересмешник так и не успел расправить свои крылья, чтобы "взлететь", как был пойман Белым Волком. Он успел издать лишь тихий вскрик, перед тем как острые "клыки" зверя пронзили его горло. Предатель никогда не сможет покинуть Север с миром. Север жёсток и не терпит жалости. А тот, кто выносит приговор, сам заносит меч. Джон уверовал этому правилу уже очень давно. И теперь, Пересмешник больше никогда не начнёт петь свою песню о игре в Престолы. Ведь он – проиграл бастарду. Был убит тем, в чьих жилах текла волчья и драконья кровь. Истинным наследником Железного Трона. Джоном Сноу, что защищал одну из своих сестёр.
