Новые знакомства

- Ты думала, что сможешь сбежать, грязная девчонка? - леди Тремейн медленно подходит к падчерице, будто и не замечая двух стражей, удерживающих Золушку от любых попыток бегства. - Я сбегу, - все еще пытаясь вырваться отвечает девушка. - Клянусь, я сделаю это. Но мачеха в ответ лишь смеется, усаживаясь в одно из мягких кресел. - Тебе не избежать наказания за то, что ты сделала. Убийство принца карается казнью, ты знаешь это. - Мы обе знаем, что произошло на самом деле! - кричит Золушка, с еще большей силой пытаясь вырваться, но тщетно. - Это ты сделала это! Ты убила его, не я! - Может быть ты и права, но сотни глаз на балу видели нож у тебя в руках, а тело принца у твоих ног. У тебя был мотив, - отвечает женщина, чуть-чуть поддавшись вперед. - Я тоже потеряла его, он был моим мужем, - ее голос еле доносится до Золушки. - И тебе все равно никто не поверит, - отвечает она еще более холодным тоном. Решительность Золушки слегка пошатнулась, что тут же отразилось в ее глазах. - Нет, - он повернулась к одному из стражей. - Но вы ведь слышали, как она призналась только что! Она убила нашего принца! - Оу, даже не стоит пробовать, Золушка. Они неплохо получают, прислуживая мне: поэтому в их же интересах, - она переводит взгляд на одного из стражей. - Держать язык за зубами. Один из стражей тут же кивает, а второй, все еще находящийся под взором пленницы, переводит взгляд на свою хозяйку и кивает, пытаясь не смотреть Золушке в глаза. Леди Тремейн удовлетворенно опрокидывается на спинку кресла, после чего произносит. - И твоего напарника мы тоже нашли, - с этими словами, она берет со стола бокал вина и делает глоток, медленно переводя взгляд на падчерицу. Что же она увидит во ее глазах?

***

      Прямо перед ним был открыт портал в другой мир, а в руке была хрустальная туфелька. Идти дальше и продолжить бежать из измерения в измерение или найти неудавшегося убийцу принца? Генри никогда не переставал верить, что найдет свое место. Быть может оно здесь, и он бежал к нему все это время? Он поднимает глаза на портал и вглядывается в очертания другого мира по ту сторону. И нет, они не привлекают его так, как девушка, обронившая драгоценную туфельку. Он пойдет за ней. Возможно все это время судьба вела его именно сюда, он бежал к этому моменту. Генри не собирается сдаваться: семья Миллс, Прекрасные, Эмма - они никогда не сдавались так просто. Теперь настал и его черед. Портал сужается, и вскоре поляна в лесу вновь освещается лишь тусклым светом Луны и тысяч звезд, наводнивших небо в этот сказочный час. "Я найду ее," - будто бы клянется этим далеким звездам Генри, улыбаясь. Однако внезапный удар по голове оглушает парня.

***

- Мне нет дела до этого незнакомца, - произносит Золушка. Отчасти это правда: с чего бы ей вдруг что-то испытывать к человеку, которого встретила не более десяти часов назад? Однако порой хватает и секунды , чтобы понять, что с этим человеком вы еще встретитесь и не раз, и каждая встреча навсегда останется в сердце. - Конечно, - мачеха отложила бокал, все еще пытаясь понять, правду ли говорит Золушка. - В любой случае он не проживет долго. "Неважно, что это за мужчина и что связывает этих двоих. Он знает слишком много, чтобы так просто дать ему уйти, и Дризелла позаботиться об этом," - решив, что с этим покончено, она дает стражам условный знак покинуть комнату, и уходит в свои покои. Она не знает, что только что увидела во взгляде падчерицы. Что-то отдаленно знакомое, но это ей определенно не по душе.

***

Генри открывает глаза, все еще чувствуя слабость. Несколько мгновений спустя его взгляд проясняется и он озирается вокруг. - Где я черт подери оказался? - он поворачивает голову вправо и видит перед собой девушку в изысканном белом платье, прикрытом позолоченным черным плащом, и маленькой серебряной короне, подчеркивающей черный струящиеся локоны. - Ты проснулся, наконец-то, - она оборачивается и закрывает за собой двери темницы. - Кто ты? - пытаясь подняться на локтях говорит путешественник по сказочным мирам. - Тебе не обязательно этого знать, - произносит она и подходит к кровати, нащупывая в одном из подолов платья нож. "Золушка не должна увидеть этого мужчину вновь," - раздаются у нее в голове слова матери. Дризелла с улыбкой, так похожей на материнскую, достает нож и острым концом приставляет его к шее незнакомца, который, несмотря на большую дозу маковой пыли, уже пришел в себя и сидел на краю постели. Его ноги и руки были связаны, поэтому деться ему от девушки было некуда. - Кто ты? - интересуется она, оглядывая вещи, найденные в карманах Генри. Особенно ее внимание привлекает телефон. - Откуда у тебя это? Леди Тремейн учила ее не отвлекаться на мелочи, следовать плану, но порой любопытство все же одерживало верх. - Я не собираюсь отвечать на твои вопросы, пока ты не удосужишься хотя бы сказать свое имя. - Разумно, - отвечает девушка, переводя взгляд с телефона на брюнета. - Дризелла, сестра Золушки. - Теперь мне все ясно, - кивая, насколько это было возможно с приставленный к шее ножом, ответил Генри. - Ты не отпустишь меня просто так. Ведь ты ненавидишь сводную сестру и все, что с ней связано. - Ты не прав, - искренне отвечает брюнетка, на удивление мужчины. - Лучше расскажи, что это такое? - она указывает на телефон, изящно ухватив его за угол, будто трогая что-то неприятное. - Ты удивишься, если я скажу тебе, что он может...

***

Карета, искусно вырезанная из черного дуба, мчалась по лесной дороге. Внутри нее было четверо - Золушка, ее мачеха и два стража. - И что, теперь вы с Дризеллой будете, счастливы до конца времен? А новый принц будет плясать под вашу дудку? - с усмешкой спрашивает мачеху пленница. - Возможно не сразу, но моя дочь сумеет завоевать его доверие. Она умна, красива и, самое главное, слушает меня. - Так вот значит каков был ваш план с самого начала: завоевать внимание принца, любого и получить всю власть. А если что, всегда есть я, с мотивом и ножом в рукаве. - Милая, не строй из себя овечку, ведь ты пришла на бал именно за этим. И даже если ты не хочешь признавать этого, но в тот момент, когда у тебя была возможность воткнуть нож в сердце принца, ты поняла кое-что. Ты поняла, что в гибели отца нет его вины. А виновата ты, - последние слова эхом отдались в сердце падчерицы. - Из-за тебя я потеряла мужа, потеряла самое хорошее, что было в моей жизни. - Ты лжешь! Ты никогда не любила моего отца, - Золушка, словно птица в клетке, стала вырываться из рук стражей. Леди Тремейн лишь отстранилась, будто перед ней был дикий зверь, который даже на привязи пытался откусить человеческой плоти. - Возможно и так, но я была близка к этому, - промолвила она. - В любом случае, настоящей любви не бывает. Какой-то порыв, желание доказать, что она не права и любовь существует, заставил Золушку пытаться вырваться еще сильнее. И в маленькой карете преимущество юркой девушки перед двумя стражами в тяжелых доспехах было очевидно. Поэтому уже в следующую минуту девушка выпрыгнула из кареты и, сумев встать на ноги, убежала в лес, некоторое время все еще слыша крики мачехи на двух стражей.

***

- Удивительно, - она нажимала на экране телефона, и мелодии сменялись одна за другой. Но удивляло ее не разнообразие мелодий, а то, как они могли помещаться в маленьком устройстве. Она развернула его и увидела изображение надкушенного яблока и соответствующую надпись под ним. - И много у тебя таких? - Поверь, одного вполне достаточно, да и я не потяну еще одного, - ответил Генри. Однако все эти разговоры отвлекли его от главного. - Где сейчас Золушка? - А что, - Дризелла перевела взгляд с экрана телефона на мужчину. - Ты волнуешься за нее? - в ее голосе не было слышно презрения, скорее небольшое разочарование. Но Генри не услышал этого, лишь задумался над ее вопросом. - Да, - промолвил он, взглянув на девушку. Она же словив на себе его взгляд, еще пару мгновений пыталась разглядеть на его лице хоть каплю сомнения. Но так и найдя того, чего искала, она вновь перевела взгляд на телефон. - Так же как о них? - она развернула телефон к своему пленнику, и Генри увидел старую фотографию своей семьи. Реджина целовала сына в щечку, отчего тот прикрыл один глаз, рядом стояли Эмма и Крюк, а позади них Прекрасные, держа в руках двухгодовалого Нила и еще одного малыша. Все они были счастливы, когда камера телефона запечатлела это на семейном селфи. - Отдай мой телефон, - в голосе Генри послышалась угроза, но Дризелла не заметила этого, листая фотографии. - Странно, почему здесь нет твоей невесты, - промолвила она, бросив мимолетный взгляд на пленника. - Это потому что у меня ее и не было никогда, а теперь отдай мой телефон! - он попытался встать с кровати, но безуспешно. - Правда? - Да, но ведь ты меня здесь держишь не для разговора по душам. - А долго ты знаком с Золушкой? - Нет, - ответил честно парень. - Мы повстречались этим утром. Удивленная ответом, девушка положила телефон на столик и подошла поближе. От пленника приятно пахло, и сели бы Дризелла когда либо была на пляже, она бы узнала этот солоноватый запах моря, подслащенный еще кучей неведомых ей запахов. - Твой мир, ты хотел забрать Золушку туда? - Да, - ответил Генри. - Тебе это было бы лишь на руку, так что зря вы мне помешали. Брюнетка вновь приставила нож в его горлу. - Не тебе решать, зря или нет, - ответила она чуть жестче. - Моя мать знает, как будет лучше для нас. Ее рука сильнее надавила на нож, отчего капелька крови показалась на шее Миллса. Он с вызовом посмотрел на девушку, будто был уверен, что она не сделает этого. Надежда на лучшее в людях - это у него от бабушки. Увидев, как нож в ее руке надрезал кожу, Дризелла и в самом деле слегка заколебалась. Сглотнув, она взглянула Генри в глаза, но не увидела в них страха. И это поразило ее сильнее, чем неизведанная коробка, из которой вот уже минуту доносился ноктюрн Шопена до-диез минор. Поразило глубже, чем что-либо. - Хорошо, - она внезапно стала потянулась его рукам, чтобы разрезать веревку, чем удивила Автора. - Вы возьмете меня с собой, - она наконец развязала веревку и протянула Генри его же нож. - А это, - она указала на телефон, - останется пока со мной. Генри лишь кивнул, тут же став резать веревку на ногах. Девушка же, спрятав телефон в подолах своего платья и удостоверившись, что за дверью никого нет, наблюдала, как чужеземец освобождался из своих оков. Может это была музыка, может просто девушка в первый раз увидела подобную решительность, но в душе у нее появилась надежда, что она узнает этого человека, быть может ей на это не хватит и целой жизни.

***

- Милая! - войдя в свои покои, Тремейн обнаружила там свою дочь. - Полагаю, хоть у тебя для меня есть хорошие новости. Ты разобралась со странником? - женщина тут же уселась за прикроватный столик, чтобы поправить прическу и макияж. Она не делала этого , чтобы понравиться кому-либо, она делала это лишь потому, что с детства ее учили всегда держать лицо чистым. Со временем она осознала, что и руки следует держать чистыми, несмотря на то, что ими свершалось. - Он больше не доставит проблем, - промолвила Дризелла, пытаясь не смотреть матери в глаза, однако та заметила это. Она встала со стула, со всем изяществом придворной леди, и подошла к дочери. Рукой она коснулась подбородка дочери и взглянула ей в глаза. В них читалась неуверенность. - Ты же знаешь, что я не люблю, когда мне лгут, - ее голос был нежен, словно майский ветерок. - Да, мама. - С мальчишкой покончено? - повторила вопрос Тремейн. - Да, он не будет помехой, - ответила девушка, глядя матери в глаза. В тот момент леди Тремейн показалось, что она вновь смотрит на Золушку. Этот взгляд отражал те же чувства. Но что это за чувство? Женщина опустила взгляд, чтобы обдумать это, как вдруг заметила на руке дочери капельку крови. - Милая, - она взяла руку дочери в свою и вытащила из кармана маленький платочек. - Всегда держи руки чистыми, - она вытерла пятнышко, и удовлетворенно взглянула на дочь. - Можешь идти. Дризелла поспешила к себе, в то время как ее мать вновь села за свой прикроватный туалет. Она взглянула на себя: годы не щадили ее, сколько бы она не старалась. Глаза стали более тусклыми, а морщины выдавали редкие моменты радости, которых после смерти мужа было не так уж много. И вновь она задалась вопросом: что она видела в глазах дочери и падчерицы сегодня? Немногие бы на ее месте поняли бы, что это была любовь. Любовь, которую леди Тремейн не давали родители, первый муж и последний. Но если бы она приглядывалась к своему отражению, когда отец Золушки был бы жив, она бы точно узнала этот взгляд.

***

Наше время. Гиперион Хайтс

Когда Белфи подняла трубку, она тут же услышала очередное поручение от матери, и тут же поспешила его выполнять. Она спустилась на лифте и тут же села в свою новую машину. Путь ее был недолгим - полицейский участок в хоть и постоянно растущем, но маленьком городке был одним и находился в паре кварталов от офиса, где работали обе Белфи. Выйдя из машины, девушка тут же вытащила из сумочки брелок с ключами и включила сигнализацию - в этом городке машину могли украсть, даже если она была припаркована прямо у полицейского участка. Брелком девушки было небольшое надкушенное красное яблоко - украшение было слегка потертым, но любимым. Войдя в помещение, Айви тут же направилась к матери. Услышав, как позади захлопнулась дверь, та тоже обернулась и сделала шаг навстречу дочери. - Наконец ты здесь, - промолвила она. - Познакомься с мистером Миллс. Он поможет вам, - она бросила взгляд на Роджерса. - В поисках Люси и ее матери. Юная Белфи взглянула сначала на полицейского, кивнув в знак приветствия, после чего на Генри. Его лицо тут же показалось ей знакомым. - Приятно познакомиться, - она поспешила улыбнуться, чтобы скрыть легкую растерянность. - Я оставлю вас. У меня есть и другие дела, чем искать мою бестолковую падчерицу, - женщина поспешила вернуться на работу. - Что же, - наконец вступил в разговор Роджерс. - Давайте найдем их. Где они могут по-вашему быть, мистер Миллс?...