Власть огня

«И что же это значит?» Как легко ответить на этот вопрос, когда ты в своем праве, когда осознание превосходства позволяет без труда осадить нахала, посмевшего произнести эти, в общем-то, довольно наглые слова! Вот только король, пусть он и выпрямился в кресле и скривил презрительно губы, такой силы в себе не ощущал, и Ашен почувствовал это в его голосе, когда все же услышал ответ. - А должно? Вернее, должен ли я что-то объяснять своему магу? Ашен оперся бедром о стол и сложил руки на груди, с усмешкой пытаясь поймать беспокойный взгляд своего короля. - Было бы неплохо. Мы оба прекрасно знаем, что старик не должен был здесь оказаться. По обычаю, сначала присылают письмо. Мужчина в кресле вроде бы скучающе перевел взгляд в узкое, зарешеченное окно, но маг видел, как пульсирует жилка на его виске и надавил снова. - Было письмо? - Было, - процедил король сквозь зубы. - И ты отправил отказ, как и положено? Его собеседник молчал, сжав побелевшие губы, и Ашен шагнул ближе, протягивая руку к отпрянувшему мужчине. Но его пальцы все же крепко сжали подбородок правителя и повернули испуганное лицо к магу. - В глаза. Смотри мне в глаза, - твердо приказал он, и король не сумел его ослушаться. – Так. Печать ослабла, Ваше Величество. Это должно вас радовать, - голос его, вроде и спокойный, но так и сочащийся насмешкой, заставил человека перед ним покраснеть от гнева и вырваться из удерживающей его руки. - Да как ты смеешь, - прошипел тот, но тут же взял себя в руки и продолжил спокойно и с достоинством. – Ты же не думал, что я сообщу тебе об этом. Больше всего я хочу освободиться от этой позорной печати, так что, - он просто пожал плечами, - ничего не ответил на письмо, и старик примчался. - Надеешься, что мое заклятие заметят и помогут? И ты станешь, наконец, свободным от меня? - Да, - просто ответил король и откинулся на спинку кресла, стараясь скрыть страх и покусывая нервно губы, но не отводя глаз. - Максимилиан, - почти мурлыкнул Ашен, выпрямляясь. – Ты так трогателен в своей искренности, что я, пожалуй, оставлю тебя еще ненадолго так, на грани надежды. Это принесет мне море удовольствия, а потом, когда тебе будет казаться, что еще немного, и старик поможет, вызовет половину Совета на твое освобождение, я закреплю печать! И ты снова станешь послушным, хорошим мальчиком. Он довольно улыбался, глядя, как ненависть загорается в карих глазах, как правитель сжимает подлокотники кресла, сдерживаясь, не позволяя себе потерять достоинство… - Ну, раз мы это прояснили, поговорим о более серьезных вещах. Что с артефактами? – маг присел на край стола, разглядывая короля с интересом энтомолога, который наблюдает за букашкой в стрессовой ситуации, гоняя ее по столу соломинкой. - Есть артефакты, - процедил сквозь зубы король, чья гордость требовала осадить, уничтожить наглеца, но он не мог этого сделать по причине заклятья, печати повиновения, которую наложил на него придворный маг Ашен десять лет назад. Вскоре как раз годовщина коронации, толпы народа соберутся за воротами у реки поглазеть, как их король – по многолетней традиции – справится с несущейся на город массой воды, что сейчас как раз собирали в водохранилище в верхнем течении реки. И король Максимилиан 5-ый понимал, что без мага ему не справиться, магических сил у него было совсем немного. - И где, во дворце? Я что, должен каждое слово вытягивать? Мил? – Ашен, осклабившись, смотрел во взбешенные глаза и улыбался, словно сытый кот – все эти мучения его короля приносили магу много, очень много удовольствия! - Один здесь, один на раскопках, - сдавленно ответил король, отворачиваясь и не желая больше смотреть на своего мучителя. - Тогда до встречи, – маг легко соскочил со стола и издевательски поклонился. – Надеюсь вскоре снова увидеть вас в добром здравии, мой король! Он вышел из комнаты, чувствуя спиной полный злобы и ненависти взгляд, что едва дыру в нем не прожег. Кабинет придворного мага располагался не на вершине самой высокой башни и не в глубоком подземелье, что раскинуло свои мрачные переходы даже за город, а в обычном, ничем не примечательном дворцовом коридоре. Ашен шел, по пути снимая поставленные ловушки и просматривая вереницу туманных образов тех, кто останавливался по какой-либо причине у его дверей. Он хоть и был уверен в подчинении короля, все же никогда не пускал ничего на самотек, поэтому за всем следили его тени, коими он буквально нашпиговал дворец. А что? Вот так, поддавшись обманчивой безопасности, и гибли лучшие маги от руки ближних своих. Но не он, в этом Ашен со своей паранойей был уверен. Еще около часа заняла проверка и просматривание докладов теней из других коридоров и залов, что скользили сквозь стены и молчаливо, ибо тени не разговаривают, показывали магу лишь самые важные события, произошедшие за его отсутствие. На этот раз все было спокойно, король предавался отчаянию и черным мыслям не больше, чем обычно, королева продолжала регулярно водить к себе любовников из дворян, а принц, ребенок лет семи, все так же носился по дворцу, строя козни и проказы. Маг удовлетворенно улыбнулся, откидываясь в кресле и расслабляясь – все было спокойно. А теперь артефакт. Ашен поднялся и, выбирая малолюдные в это предвечернее время коридоры, отправился вниз, к подземельям, ловя на себе опасливые взгляды встречающихся придворных и слуг. Делать вид, что он никого не замечает, стало его привычкой – слишком многие желали заручиться личной поддержкой придворного мага, что гарантировала различные блага. Женщины, клюнувшие на его яркую внешность, всегда строили глазки и пытались намеками или же прямо соблазнить и закрутить с ним роман, но с этим прекрасно справился Лиан всего лишь одним словом, которое заставляло мага иногда удовлетворенно смеяться. Он не чувствовал ни малейшего волнения крови, когда какая-нибудь красотка, словно невзначай, прижималась к нему на личном, долгожданном приеме. А мужчины… С этим у Ашена проблем не было, вот только желание… Оно отсутствовало, едва он представлял себе стройного черноволосого юношу, что ждал его на балконе полуразрушенного замка в предгорьях. Чем ниже маг спускался по лестницам, тем уже они становились, и тем меньше народу попадалось ему на пути. Вскоре последние слуги перестали мелькать перед глазами, и он, пустив перед собой небольшой шар света, пошел по узкому темному коридору в сторону защищенных от магии комнат, куда и свозили найденные артефакты. На этот раз попалось что-то довольно слабое – Ашен почувствовал его присутствие, лишь открыв тяжелую дверь, охраняемую парой стражников и несколькими, боевой формы, тенями. На высокой подставке лежал кулон на порванной цепочке. Письмена на нем были едва различимы, а магия почти покинула, разошедшись по земле, в которой кулон находился долгие годы. Маг подошел ближе и, нашептав пару охранных, взял древность в руки, чувствуя, как пальцы окутывает приятное тепло. - Не возражаешь, если я возьму твою силу? – спросил ласково, так, как никогда ни с кем из людей не говорил. – Спасибо. Под его рукой, накрывшей кулон, стал разгораться свет, когда маг коснулся артефакта и разложил его на магию, вещество и силу. Магия и сила слились с его собственной, делая Ашена еще пусть немного, но сильнее, а вещество – тяжелый золотой слиток, остался у него в ладони, и он тихо и уважительно положил его на подставку – уважать даже бывшие магические артефакты он научился давно. На очереди были раскопки, и Ашен, не теряя времени, отправился туда, благо, зал с настроенным порталом был неподалеку. Все здесь служило только одной цели – искать и накапливать силу и магию, и однажды стать настолько сильным, чтобы вырваться за пределы навязанных границ и почувствовать свободу! Полную и безоговорочную свободу во всех мирах, что так тесно терлись боками, но на границах которых, как уродливые часовые, стояли старики из Совета Магов. И они боялись, отчаянно боялись впускать кого-либо еще в их спертый узкий круг. Во избежание, так сказать. Но ничего, Ашен намеревался это изменить и даже представить себе не мог ничего, что могло бы остановить его на этом пути. Ну, кроме смерти, конечно, а вот ей он поддаваться и подавно не спешил и делал все, чтоб ее избежать, ограничивая число и силу врагов, всегда, насколько он помнил, его преследовавших… И снова знакомые завихрения подхватившей его магии, которая в мгновение ока доставила мага в вырубленную в скале пещеру, в которой находилась точка выхода. Ашен глубоко вдохнул сухой горячий воздух и вышел наружу, задвинув за собой тяжелую дверь. Все пространство перед ним было окутано тонким маревом пыли, которая поднималась от группы рабочих, раскапывающих на границе старых, полурассыпавшихся гор и безжизненной пустыни древнее поселение, границы которого были обозначены красными флажками. На горизонте, на фоне заходящего солнца, в небо возносились стелы, когда-то покрытые орнаментом и магическими заклинаниями, от которых теперь осталось лишь несколько малоразличимых узоров. Ашен издалека заметил крепкого еще старика - главного Знатока Старины, как тот сам себя называл, и махнул ему рукой. Однако тот был слишком далеко и лишь указал рукой в сторону недавно откопанного узкого лаза в скале – в прошлое его посещение то место еще было засыпано камнями. Маг кивнул и спустился вниз, туда, где от пыли было трудно дышать, и где согнутые человеческие фигуры, с расписанными потеками от пота и пыли телами, обвязав головы и лица платками, копали, проверяли, простукивали все стены, оставшиеся от прежних жителей этих мест. Проход в скалу встретил его темнотой и прохладой, Ашен вздохнул глубже, поднял с руки шар света и пошел вперед по постепенно расширяющемуся проходу, в котором никого, кроме него, не было. Он поначалу не придал этому значения, хотя главный по раскопкам Королевский Собиратель Древностей, как называли эту должность при дворе, ставил охрану всегда, даже несмотря на то, что встать на пути придворного мага никто бы так и так не посмел. Коридор с множеством поворотов уходил все глубже, и Ашен слышал лишь свои шаги и дыхание, постепенно ускоряя шаг. Вскоре он почти бежал, резко сворачивая на поворотах, ударяясь о каменную кладку, но совершенно не обращая на это внимания. «Стоп», - приказал он себе, мышцы ног дернулись, но не перестали работать. «Стоп!» - закричал он, цепляясь руками за камни на очередном повороте, но тело лишь притормозило, но так и не остановилось. Внутри нарастал зов, нет, ЗОВ, впиваясь в самый мозг, заменяя все желания мага лишь одним – дойти как можно быстрее до конца коридора и… увидеть? Нет, присоединиться… соединиться с тем, что там находится. Ашен не мог физически остановить свое тело, но он сыпал заклинаниями, пытался навести на самого себя морок, обездвижить, заморозить, взорвать коридор впереди, да прямо здесь! Но заклинания, что могли бы повредить это место, просто не произносились им, словно в его мозгу уже сидело что-то, не позволяющее ему иметь свою волю, а он сам все продвигался вперед, не останавливаясь. Свет погас, и он взвыл в ярости, концентрируя в руках силу, кроша ею камни, за которые цеплялся ободранными до крови руками, в пыль, но большего сделать не мог – вперед магия не шла и спасти его не хотела. Давно забытое ощущение подавленной воли нахлынуло на него, вгоняя почти в панику, однако он сумел собраться, задвинуть черные воспоминания в самую глубину души и сосредоточиться на том, чтобы выжить. За очередным поворотом забрезжил слабый свет, и Ашен сосредоточился, готовый сражаться и выживать. Любой ценой. Однако в ловушке он не увидел ни враждебных магов, ни воинов, лишь статуя в человеческий рост посредине большой комнаты мягко отсвечивала в рассеянном свете от бледных трубок по стенам. Ашен смог немного притормозить, потому что давление на него вдруг ослабло, но больше никого, кто мог бы так заколдовать его, не обнаружил. - Иди ко мне, иди, - послышался повторяющийся, словно эхо, нежный голос, и статуя чуть шевельнулась, меняя положение. Женское соблазнительное тело изогнулось, протянув к нему руки и встряхнув копной волос, обжигая черным взглядом и отражая сияющей кожей тусклые огни. Но вот кожей ли?.. И лицо, и руки, и волосы – все блестело и переливалось радужными цветами и мерцало при любом движении. – Жду. Так давно тебя жду! – почти вскрикнула женщина, раздвигая ноги, но Ашен, вопреки ее ожиданию, не ускорился, а замедлил шаг, оплетая свои ноги светящимися волнами силы, что струились сейчас с кончиков его пальцев. - Нет, нет, не смей! – взвизгнула фигура и замерцала. – А может, тебе нужно что-то другое? Четкие линии вдруг расплылись радужным облаком и через мгновение вновь обрели человеческий вид, но на этот раз мужчины с великолепной фигурой и пронзительными, все такими же черными глазами. - Чего ты хочешь? – спросил он, гладя себя рукой по груди и животу и страстно ведя бедрами. Ашен всем телом почувствовал, как его окутывает облако желания и похоти, но довольно легко скинул наваждение, однако до конца подчинить свое тело ему так и не удавалось, несмотря на довольное сильное ослабление враждебной магии. Он сжал кулак, а когда вновь расслабил пальцы, на его ладони ярко горела небольшая сфера, пламя ее было совершенно белым, что говорило о его накале. - Что ты собираешься сделать? – спросил парень, но сфера огня в это мгновение с огромной скоростью ринулась к нему, увеличивая по пути размер и вес. Она соприкоснулась с даже не попытавшейся закрыться фигурой и с грохотом взорвалась, подняв тучу пыли. Ашен успел закрыться, однако в ярком свете заметил свежие останки нескольких человек, которые, видимо, зашли сюда до него. Долго смотреть времени не было – Ашен приготовился увидеть поверженного или хотя бы раненого врага, но пыль вдруг осела на пол, словно под давлением, и маг увидел бесформенную, текущую форму безо всяких видимых повреждений, все так же радужно светящуюся в полумраке. - Что же ты хочешь? – раздался уже не соблазнительный, а жесткий голос. – Такой сильный, тебя надолго хватит, иди же ближе. И на Ашена вновь обрушилась чужая сила, побуждая его идти вперед, передвигать ноги, приближая тем самым его конец, но он собрал все свои силы и сумел остановиться. - Ко мне! – зловеще прошипел голос, но маг, побледнев и напрягшись, медленно опустился на колени, с огромным трудом преодолевая мысленный приказ двигаться вперед. Но на большее сил уже не оставалось, он вцепился в камни пола ободранными пальцами, стараясь за них зацепиться, сопротивляясь и почти теряя сознание от давления в голове. - Ко мне! Сейчас же, раб! – кричал, оглушая, голос, а фигура принимала разные чудовищные формы, но с места сдвинуться не могла, и это спасало Ашену жизнь. Пока спасало… Он почувствовал, что теряет сознание, попытался собрать магию в руке, но нити силы лишь светились вокруг его ладоней, не желая собираться в шар, не зажигая огонь, который всегда верой и правдой служил ему, а сейчас словно бросил на произвол судьбы. И каким же жалким показался он себе в этот момент, осознав, что все его могущество не может ничего противопоставить этой неизвестной величине – радужной фигуре без постоянного облика, явно намеревающейся его сожрать. Все вокруг потемнело, звон наполнил голову, и маг потерялся, заблудился в полной темноте, что накрыла его своим покрывалом. И реальность перестала существовать, потому что то место, в котором он оказался, реальностью не было. Из тьмы выступали неясные формы, играли оттенками и вспышками разных цветов, менялись и искрились, но все равно гасли в полной темноте, оставляя после себя лишь страх от тех образов, что отпечатывались на изнанке век. Мужчина и женщина, королевская корона, золото, трон и много еще чего – во что только это не превращалось, пытаясь подобрать ключ к желаниям Ашена. «Мое, мое… мое… мое, - шептало это нечто рядом, то приближаясь, то снова отдаляясь во тьме. – Сюда, иди сюда, человечек. Чего ты хочешь? Я стану для тебя всем». Ашену просто невыносимо захотелось крикнуть, позвать, ползти, приблизиться к источнику звука, но он терпел, он прокусил губу и теперь медленно цедил свою заговоренную кровь, не понимая, на что же все-таки еще надеется. Потому что спасения уже не видел. Слабак, какой же он слабак! Только и может, что лежать, уткнувшись лбом в покрытый многолетней пылью пол и сдерживать желание шагнуть в объятья монстра. Но никаких идей как же спастись. Посторонний звук вспорол глухую, бормочущую тишину, и Ашена словно окатило свежим ветром, он поднял голову и увидел… нет, просто почувствовал, что рядом кто-то древний и мудрый. - Зачем пришел?! Зачем? Он мой, моя еда. Не дам, мне мало, так мало, - голос захныкал, а фигура съежилась и словно стала меньше ростом, да и радужные всполохи уже не были такими яркими. Существо, которое опустилось рядом, тоже терялось во тьме, но его гребень мягко светился, когти тоже, позволяя увидеть мощную шею и грудь, почувствовать движение огромных крыльев, звенящую твердость чешуи. - Он не твой, отпусти, НарАйнэ! Смотри, он не двигается, он сумел остановиться. - Ну и что! Это просто потому, что я не знаю, чего он хочет! – голос был злым, а из фигуры к магу потянулись длинные тонкие отростки. – Всего лишь намекни… - Я сказал нет! – морда существа появилась в круге тусклого света, и маг, хоть и был в полубессознательном состоянии, все же узнал дракона. Прекрасного дракона с черным острым гребнем и с белой чешуей, отсвечивающей во тьме. - Не смей указывать богине! – взъярилась радужная женщина, вскакивая и выпуская молниеносным движением руку с огромными острыми когтями, что ударили дракона по шее, оставляя три неглубокие царапины на его чешуе. Дракон взревел, гребень его засветился изнутри, стало слышно потрескивание, и вот уже толстая молния сорвалась с него и припечатала изменившуюся фигуру к месту, на котором она простояла все эти долгие годы. - Нет! Нет! – корчилось создание, теряя всякую форму и становясь все меньше. – Ну не надо, я же так совсем… совсем умру… - голос все слабел, и Ашен со злорадной радостью подумал, что сейчас дракон убьет чудовище, но молния истончилась и совсем исчезла. Жалобный плач нарушил наступившую тишину. - Вот так всегда… Нарайнэ никому не нужна, никому не нужен, и дары его тоже никто не оценит. И Нарайнэ так и умрет в полной темноте… - Да, Нарайнэ, так и будет. Ты не бог, и никогда им не был. Ты просто… - прошелестело рядом, едва пробившись сквозь ускользающее вновь сознание Ашена, что полностью погружался в темноту и так и не услышал, чем же было это создание. Однако долго это не продлилось, вскоре он уже мог почувствовать жесткий пол под собой, мелкие камешки, что впились в его колени и ладони. Маг открыл глаза и огляделся – он больше не ощущал давления на свою волю. Поэтому смог осторожно подняться, с опаской глядя на что-то бесформенное, что застыло вязкой массой в самой середине зала. Подходить к нему никакого желания не было, но Ашен себя пересилил – его манила эта смертоносная сила, эта воля и этот контроль. Научиться, использовать, взять себе это умение казалось сейчас самым важным. Даже важнее, чем узнать, кто ему помог… - Чего надо? – прошелестело едва слышно в тишине, когда Ашен оказался совсем близко. – Мне нельзя тебя есть, зачем пришел? - Научи меня силе, - попросил маг, забывая о самосохранении. – Поделись, ты все равно ею больше не сможешь воспользоваться. - Глупый маг! – издевательски рассмеялся голос, и фигура чуть шевельнулась. – Ну, пройдет еще пара лет, десятилетий или даже столетий. Но однажды через этот коридор сюда снова войдут глупые вкусные люди, и я снова поем, стану сильной и опять, как раньше, смогу выйти на поверхность, - голос стал жалобным. – Снова выйду, вот точно – выйду! - Научишь? – снова спросил маг. – Или я прикажу все здесь взорвать, и тогда никто не сможет прийти к тебе не только века, но и вообще никогда. Как докопаться до тебя через обрушенную скалу? - Хитрец. Грубо, но все же хитрец, - с придыханием согласился голос, и фигура встрепенулась. – Мог бы стать великолепным обедом! - Кто остановил тебя? - Ты глупый, что ли? Конечно же древний! Кто еще может остановить бога Нарайнэ?! Ладно, давай сюда руки, дам тебе свою силу, но не потому, что ты мне нравишься. Просто вы оба вполне… убедительны. Ашен, не сомневаясь больше, протянул руки фигуре, что, изогнувшись, отделила от себя и вложила в них кусок текучего вещества, который сразу же разделился на силу и магию и впитался в руки мага, засиявшие в полутьме зала мягким светом. Ашен пошатнулся и прерывисто вздохнул, явно ошарашенный. Дыхание сорвалось, он отошел к стене и прислонился к холодному камню, переживая всплеск чужой магии, которая осела в глубине его, сплетаясь, сращиваясь с его собственной. Делая его еще сильнее, даря еще большие возможности и умения. - А теперь иди, ненасытный маг, - прошелестел ослабевший голос. – Иди и ищи то, что тебе надо. Оставь мне мое прошлое… Ашен, не колеблясь больше ни секунды, придерживаясь рукой за стену, шагнул в темный коридор, из которого вышел совсем недавно. - А кто был тот дракон? – спросил он, обернувшись у самого поворота. - Я уже сказал – древний. Они часто лишали меня еды, - в голосе прозвучала такая обида, словно Нарайнэ собралась заплакать, но дальше Ашен ее уже не слушал – он почти бегом поднимался по наклонному коридору, стараясь не задерживаться здесь больше, чем нужно и желая как можно скорее оказаться на поверхности. Когда вход был основательно завален камнями и засыпан сверху землей, чтобы и памяти об этом месте не осталось, Ашен, сидя в свете факелов над опустевшими в этот час останками древнего города, спросил у Главного Собирателя о жертвах. - Было, да. Пока не сообразили, что к чему. Проверяли, а как же. На веревке отправляли туда людей, да что поделать, если веревку сами же проверяльщики зубами перегрызали. Ну и написали в отчете, что, к сожалению, не можем артефакт в столицу привезти, придется к нам ехать. Вот вы и здесь, уважаемый маг. - Понятно, - кивнул головой Ашен и поднялся с низкого стула, что отдал ему главный. – Как будет что новое – шли весть. Здесь есть, где остаться на ночь?.. - А как же, - пожал плечами старик, сидя на табурете, наспех сколоченном из каких-то досок, для него важными были именно раскопки, а не магическая ерунда, что здесь периодически находилась. – Можете в моей палатке переночевать, если хотите. И маг воспользовался предложением, потому что сейчас возвращаться в столицу ему совершенно точно было нельзя – если бы он увидел своего короля, ничто не спасло бы того от смерти – ярость в крови кипела и туманила разум. Утром он открыл дверь помещения перехода, едва солнце поднялось над горизонтом. Сумев за остаток ночи обуздать свою злость, Ашен был готов к тому, чтобы показать забывшемуся королю, кто здесь хозяин! В замке он птицей взметнулся по лестницам наверх, из подземелья, пугая всех своим видом и грязной одеждой. Дверь в кабинет короля распахивал ногой, потому как время завуалированных угроз и показной вежливости прошло – наступило время наказания. - Максимилиан, - протянул он с явной угрозой, движением пальцев запирая дверь далеко позади себя и всматриваясь в испуганное, покрытое потом лицо, теперь, наконец-то, показывающее истинные эмоции без прикрас и лжи. – Отличная попытка! - Ка… кая попытка? – сглотнул король, все еще не веря в то, что Ашен вернулся, живой и, кажется, что-то подозревающий. - Как какая? Убить меня, конечно!