pretty pretty: hwangdeep edition

Джинён говорит: — хочу щенка. Он стоит на пороге — весь взъерошенный и счастливый после встречи с Дэхви; с неразвязанными шнурками и в съехавшей набок новой панамке с розовым ценником. Минхён выглядывает из кухни, так и застывая на месте от неожиданных слов Джинёна — с прихваткой в руке и сползающей с губ улыбкой. — Хён, они такие миленькие, давай заведём щенка! Пойдём сейчас! Джинён машет рукой и улыбается, наивно полагая, что всё будет так, как он хочет. С Минхёном в его жизни действительно желания сбываются, но сейчас старший явно не настроен на внезапное, такое невинно-детское «хочу». Минхён молча скрывается на кухне, шумя водой и тарелками, а после выходит в коридор, садясь на корточки рядом с Джинёном. Смотреть снизу вверх — совершенно непривычно, но, по крайней мере, так Джинёну проще идти на контакт. Он кладёт ладошки на плечи Минхёна, слабо цепляясь, и взволнованно смотрит на то, как старший развязывает шнурки на его кроссовках. — Минхён-хён? — Да? — Что ты делаешь? Минхён отвлекается, справившись с делом, и поднимает взгляд на Джинёна. — Помогаю тебе разуться. Дальше сам справишься? Иди мой руки и будем ужинать. Джинён озадаченно смотрит на Минхёна, позволяя стянуть с себя панамку, и опускает руки. — Хён, ты что, не слышал меня? Давай прямо сейчас пойдём в собачье кафе за щенком, мы с Дэхви как раз… Минхён кривит уголки рта, качая головой, и перебивает младшего: — Джинённи, такие вопросы спонтанно не решаются. Собака — это живое существо, за которое нужно нести ответственность. Тобой сейчас правит желание, а не обдуманное решение. Давай поговорим об этом чуть позже, хорошо? Дэхви был прав. Джинён поджимает губы, понимая, что в этом деле Минхёна так просто не сломить. Он молча кивает, заметно расстраиваясь, но не решается перечить Минхёну. По крайней мере, не сейчас.

***

На десерт — бисквитное печенье в виде мишек и разноцветные желейные буквы. Джинён выкладывает из них слово «собака» и грустно смотрит, откусывая голову мишке-печенью. Минхён замечает это, медленно попивая чай. — Джинён… — Хён, ты ведь против собаки, верно? — младший поднимает обиженный взгляд покрасневших глаз. — Почему? Я обещаю вовремя гулять с щенком и кормить его. Честно-честно! Минхён смеётся, приглаживая растрёпанные волосы Джинёна, и думает, что он действительно всё ещё такой ребёнок. — Да ты себя вовремя не кормишь и гулять ходишь, когда Дэхви позовёт. Нет, Джинённи, ты пока не готов к такому. Но мы обязательно подумаем об этом потом, согласен? Джинён грустно кивает головой, уже и не надеясь на разрешение Минхёна. Возможно, хён прав, и Джинён действительно не способен заботиться о себе, не говоря уже о других. Он принимает это, всё же, долго раздумывая перед сном: «ну, а вдруг?» В окружении мягких игрушек на кровати Джинён выглядит умилительно и Минхён не отказывает себе в удовольствии полюбоваться младшим перед сном. В конце концов, его мальчик — самый чудесный. — Минхён-хён? — Да, детка? — Минхён взбивает подушку, двигаясь ближе к Джинёну. — У тебя есть мечта? Джинён настроен очень серьёзно, прикрываясь огромным плюшевым медведем. Впрочем, такая оборонительная позиция совершенно не пугает Минхёна. Он обнимает своего мальчика, зарываясь носом в макушку, и прижимает совсем близко к себе. — Моя мечта — исполнять мечты самого замечательного ребёнка на свете. Который должен вовремя ложиться спать и никогда не грустить. Минхён улыбается, чуть отстраняясь, и целует Джинёна в лоб. — Хён любит тебя, Джинённи. «Даже если эта любовь требует жертв».

***

Утром Джинён просыпается совершенно один. Удивляться нечему — наверняка, Минхён отправился на учёбу пораньше и не стал будить его. Но вчерашняя грусть вновь охватила настроение Джинёна, вгоняя мальчика в беспросветную тоску. Он снова сидит, окружив себя игрушками, ищет призрачной ласки и мягкости. Джинён игнорирует поздний завтрак и дневной перекус, и не отвечает на звонки Дэхви. Он посвящает день одностороннему общению с неживыми и такими же грустными плюшевыми мишками, сидящими в один ряд на диване. Джинён думает о том, что вчерашнее желание завести щенка действительно было слишком импульсивным. Он ведь ничего не знает о собаках и уходе за ними, и, конечно же, не поинтересовался мнением Минхёна — а нравятся ли хёну щенки? Джинён теряется в раздумиях о собственной эгоистичности, совершенно не замечая, как проходит день. Он не слышит тихих шагов вернувшегося Минхёна, всё так же грустно завернувшись тёплым клубком в игрушках. — Только не говори, что ты весь день так просидел. Минхён щёлкает по носу Джинёна, заставляя обратить на себя внимание, и улыбается. — Я думал о том, что ты, всё-таки, прав, хён. Мне захотелось щенка просто потому что в собачьем кафе они были очень миленькими и послушными, но я ничего не знаю о них в реальной жизни. И, — Джинён добавляет совсем тихо, — я не посоветовался с тобой. Я эгоист, да? — Ещё какой, эгоист, Джинённи. Я что, зря целый день узнавал о самых лучших щенках и выбирал подходящий домик? Смотри. Минхён уходит в коридор, возвращаясь с большой цветастой коробкой в руках. Джинён оживляется, заинтересованно глядя на то, как старший распаковывает конструкцию. И впервые за долгое время. — Я ещё купил небольшое пособие по тому, как правильно подходить к выбору щенка, изучая их повадки. Так что к выходным разберёмся, что к чему, и отправимся выбирать нашего первого пушистого друга. Согласен? Джинён соглашается, кивая головой, и крепко обнимает Минхёна, чуть ли не плача от такого счастья. Он действительно не верил в то, что хён согласится осуществить его желание. Джинён улыбается, позволяя Минхёну потискать себя за щёки и поцеловать. — Минхён-хён, ты самый лучший! Минхён смеётся, крепче обнимая своего любимого мальчика. — Потому что твои улыбки и радость, Джинённи, — самое тёплое, что есть в моей жизни.