В тихом омуте я вожусь, здрасьте!

      Под знойным, палящим, как в последний раз, солнцем на крыше бараков восьмого отряда лежали двое мужчин, решившие в очередной раз опрокинуть по пару рюмок крепкого алкоголя. Данное мероприятие, грубо говоря посиделки, являлось обычным делом для капитанов восьмого и тринадцатого отрядов. Каждую среду они собирались в такой неформальной обстановке, дабы обменяться последними новостями, происходящими в Готее, да и в самом Сейрейтее в целом, заодно и хорошенько обсудив их.       — Сегодня прошелся в нашем отряде очень любопытный слух, — решил первым нарушить тишину седовласый мужчина, пока его друг с некой любовью в серых, как дымка, глазах разливал из глиняной бутылки саке — та самая заначка, которую так и не смогла найти его строгий лейтенант, — говорят, что ряды одиннадцатого отряда пополнились новым бойцом, — сделав продолговатую паузу, чтобы создать некую интригу, счастливый, как деревенский дурачок, капитан осторожно взял свою рюмку и радостно улыбнулся, — и это женщина.       — Слышал-слышал, — пока собеседник только настраивался, шатен уже вовсю попивал сладострастный напиток, смакуя третий по счету глоток.       — Ее зовут, кажется… — Джуширо, решив присоединиться к трапезе лучшего друга, немного отпил из наполненной чуть больше половины чаши. Затем подпер рукой подбородок, пытаясь вспомнить вот так некстати вылетевшее из головы имя.       — Мива Сугиями, — лениво пропел Шунсуй, вальяжно мотнув рукой, держащей бутылку с любимым напитком.       — Так ты ее знаешь? — мужчина слегка расстроился, что не смог удивить своего друга, но обида длилась совсем ненадолго, так как любопытство все-таки взяло верх.       — Да-а, я следил за ее учебой еще со второго курса. Она делала большие успехи, значительно опережая в развитии своих соратников. Неограненный алмаз, — отпив еще немного, он тяжко вздохнул. — Бриллиант, который у меня украли прямо из-под носа.       — О-о! — крайняя редкость видеть капитана восьмого отряда в таком состоянии. — Чем она тебя так заинтересовала?       — Два зампакто, — на искренне удивленного Укитаке смотрели пара ехидно сощуренных глаз.       — Сколько себя помню, такое впервые, — подумав с секунду, капитан тринадцатого отряда сразу же поправился, — не считая нас, конечно. А что…       Увы, Джуширо так и не удалось задать новый вопрос, так как его перебил громкий мощный взрыв, после которого сразу же повалили огромные столбы дыма, пороча своей густой серой грязной массой девственно чистое небо. Незамедлительно за ним последовал еще один грохот, но уже намного тише. На этот раз можно было, не напрягаясь, различить массовые истошные вопли, порой походившие на девчачий визг.       От столь неожиданно нарисовавшейся картины оба капитана немного привстали, все дальше вытягивая любопытные носы, чтобы ни в коем случае не пропустить ничего интересного. Увидев источник раскатистого шума, мужчины, выпучив от нескрываемого удивления глаза, переглянулись.       — Ты тоже это видишь? — с неким восхищением опять же пропел шатен.       — Бараки одиннадцатого отряда? — у Джуширо непроизвольно отвисла челюсть.       — Видимо, наша девочка вовсю уже начала свою воспитательную программу, — с самодовольной улыбкой на лице Кьераку оттянул свою любимую соломенную шляпу чуть подальше, тем самым увеличив обзор видимости.       В сопровождении очередного грохота в воздух взметнулась чья-то молящая о спасении тушка, в полете крутясь, как индейский бумеранг. Бедный рядовой не по своей воле внезапно научился летать, как свободная дикая птица, рассекая дергающимся в неистовом испуге телом небеса. Правда, насладиться столь чудным мгновением ему, к сожалению, посчастливилось совсем не долго, так как сила притяжения решила пикантно напомнить о себе. Внимательно проследив за траекторией полета «гордого орла», два друга, не сговариваясь, заливисто присвистнули.       — Хорошо поше-ел, — не отрывая зрительного контакта с очередной бедной жертвой, Шунсуй быстро отхлебнул горючего, казалось, чисто на рефлексах, так как теперь все его драгоценное внимание было приковано только к одному — к баракам одиннадцатого отряда. — Очевидно, что у нас появился лидер. Думаю, выше него уже никто не взлетит.       — Да-а... — зеленые глаза с неподдельным восторгом наблюдали за происходящим. В глубине души Джуширо было совестно за такие садистские эмоции, но он успокаивал себя тем, что это была радость за успехи в силе единственной взрослой девушки 11 отряда. — Думаешь, она сможет их переучить на свой лад?       — А?       — Ну, создать некую дисциплину.       — Хм-м, — признаться честно, этот вопрос застал Кьераку врасплох, так как он раньше даже и не задумывался об этом, — скорее всего одиннадцатый отряд изменит ее, нежели она их.       — Ты только посмотри на ее способности. Да и все-таки аристократка, — этот факт в Сейрейтее узнали раньше, чем имя самой девушки. — С такими женщинами лучше вообще дело не иметь, — мужчина усмехнулся своим мыслям.       — То есть ты хочешь заключить пари? — как бы невзначай лениво проговорил капитан восьмого отряда, достав из ниоткуда маленькую соломинку, которая отправилась прямиком к нему в белоснежные зубы.       Серые глаза внимательно изучали замершую фигуру, так и излучавшую задумчивость по поводу казалось, вопроса жизни и смерти. Мужчина всем сердцем не понимал, о чем сейчас можно было так усердно думать. Это же всего лишь дурацкое пари, которые они в молодости в шутку часто заключали.       — А, давай! — наконец-то решился его друг. Затем протянул бледную руку, которая сразу наткнулась на рукопожатие. Неожиданно седовласый подтянул к себе удивленного шатена и проговорил заговорщицки. — Проигравший должен будет поцеловать главнокомандующего прямо в ослепительную лысину во время очередного общего собрания.       Шунсуй явно не ожидал такого поворота событий. Широко раскрытые серые глаза сверкали озорным огоньком от нахлынувшего ликования и адреналина. Вот он, его настоящий Джуширо, вот он, его веселый лучший друг.       — Нашла! — раздался твердый женский голос.       Неожиданно за мужскими спинами появилась маленькая хрупкая фигурка лейтенанта восьмого отряда, которая вот уже битый час пыталась по всему Сейрейтею найти своего никудышного алконавта, то есть глубокоуважаемого капитана.       — Нанао-тян… — мужской голос слегка дрогнул, а рука, державшая наполовину опустошенную бутылку, незаметно потянулась за спину, но уже было поздно.       — Нанао-сан, — девушку одарила искренняя добродушная улыбка, которая у мужчины удавалась, признаться честно, лучше всех, — я, пожалуй, пойду. Столько дел завалялось! — нервно хихикнув, капитан тринадцатого отряда мгновенно исчез в шумпо.       — Нанао-тян, как там дела идут в отряде? — к сожалению, природное обаяние тут уже точно ничем не поможет нашему бедному халявщику.       — Сейчас я Вам покажу, капитан, как у нас дела проходят, — опасливо сверкнув на свету линзами очков, девушка гулко хлестнула папкой по ладошке.

***

      Вернувшись из увлекательно-незабываемого путешествия, после которого Иккаку будут не одну неделю сниться сплошные кошмары, наших героев ждал не менее увлекательный сюрприз. Абсолютно вся территория одиннадцатого отряда была разрушена в хлам. Хотя нет, подождите, по иронии судьбы только тренировочное поле осталось целым и невредимым. Вокруг же него вся поверхность пыльной земли была усеяна различными по диаметру и глубине ямами, в некоторых из которых весело били водные источники — это канализационной системе Готея пришел полный конец. Сами же сооружения уже больше походили на старый архитектурный памятник, переживший не один всемирный потоп, того гляди еще и нашествие инопланетян выдержат. Кульминацией всей этой завораживающей картины являлась на вид скромная красноволосая девушка, окруженная множеством трупов. Хотя нет, стойте, они все-таки шевелятся. Значит, окруженная множеством побитых калек.       — Что здесь произошло? — первым не выдержал Мадараме, не веря собственным глазам.       — Посвящение? — на измазанном расплывшейся тушью лице заиграла милая улыбка, которая явно контрастировала с растрепанным мокрым обликом.       — Какое еще посв… — парень уже морально подготовился неистово истерить, но видно, не судьба.       — Ты новенькая? — в разговор решил вмешаться капитан, казалось, вообще не замечая присутствия офицеров. Есть малая вероятность, что он все-таки их видел, но, возможно, воспринимал точно также, как каких-то маленьких надоедливых букашек под ногами.       — Да, Мива Сугиями, — увидев колыхающееся на ветру белоснежное хаори, девушка сразу же глубоко поклонилась, — капитан.       — Принце-е-есса, — непонятно откуда на хрупкие женские плечи неожиданно прыгнул маленький ребенок, девочка. Малышка громко смеялась, от чего ее пухлые, тронутые детским румянцем щечки забавно потрясывались, — ты мне нравишься!       Девушка не знала, как ей на это все реагировать, ведь отношения с детьми у нее всегда были на уровне «Здравствуйте, до свидания». Общаться с ними — для нее было что-то за гранью фантастики. Больше всего Миву поражало, что малышка даже никак и не отреагировала на лежащие на земле избитые тела. Складывалось впечатление, что для нее все это кровавое месиво было всего лишь игрой.       Сняв с себя уже изрядно поднадоевшую гиперактивную кроху, голубые глаза непроизвольно уставились на маленькую детскую ручку, на которой гордо красовался лейтенантский шеврон одиннадцатого отряда. «Лейтенант? Ребенок — лейтенант?! Этого просто не может быть». Аристократка все никак не могла сопоставить две вещи: маленькое безобидное на вид существо и высокая должность в отряде. Всем сердцем девушка уже ненавидела своего нового капитана, ведь он назначил лейтенантом ребенка! Ребенка, который, возможно, из-за своей детской неосторожности так рано лишится еще толком не начавшейся жизни.       — Восьмой офицер? — пробасил мужской грубый голос, но в ответ ему была лишь только тишина. — Седьмой?       — Я! — схватившись за раненный бок, Мичи начал медленно подниматься, попутно кряхтя, как старый дед.       — Значит, будешь восьмым офицером, — посмотрев единственным глазом с высоты своего гигантского роста, пробасил Кенпачи. После он развернулся и неторопливо отправился продолжать свое захватывающее путешествие в поисках достойного противника, пока к ним в Готей в очередной раз в гости не заявится временный шинигами.       Мива стояла в полной растерянности, не находя при этом ни единого слова. Ее глаза, застыв в немом вопросе, метались то к удаляющейся фигуре капитана, то к третьему офицеру.       — Да не переживай ты так, — снизу раздался детский тонкий голосок. Повернувшись к девушке лицом, на котором читалась явная радость, малышка улыбнулась еще шире. — Просто Кенчик немного расстроен, что не успел прийти вовремя, пропустив такую забавную битву. Ты же для него еще такую устроишь? — большие темно-розовые, словно закатное небо, глазки смотрели с нескрываемой надеждой, в которой на миг даже промелькнула отчаянная мольба.       — Я-я не знаю, — от такого напора Мива непроизвольно сделала шаг назад, всей душой желая поскорее убраться подальше от этого откровенного дурдома.       Ее растерянный взгляд взметнулся на все стоящего впереди капитана, который явно ждал своего преданного лейтенанта-камикадзе. Справа от нее стояли лысый офицер, больше походивший на какого-то уголовника, который полжизни провел в Гнезде Личинок, и чересчур разодетый брюнет, при полном росте напоминающий напыщенного павлина, который не видит, а точнее даже и не хочет видеть дальше своего длинного гордого клюва.       «Господи, ну что за цирк мне достался,» — все никак не могла смериться со своей великой и ужасной участью бедная Принцесса, которая даже и не представляла, что данное имя теперь будет являться ее пожизненным прозвищем.